Ложная королева: Меч Британии

      Никто не мог сказать, откуда в Константинополь прибыл этот старец. В жалких одеждах, напоминающих рубище, со спутанными волосами и длинной бородой, падавшей на грудь, этот седовласый человек походил на бродягу, но внешность обманчива. Только его посох со странным навершием в виде когтистой лапы какого-то мифического существа, державшей зеленый шар, вызывал мимолетный интерес у окружающих. Сперва незнакомец, никого не трогая, бродил возле знаменитого собора Святой Софии. После был замечен у церкви Святой Ирины.       Ромеи имели много врагов: племена варваров, персы и язычники разных мастей заставляли войско империи выступать в походы и защищать свои границы. Недавнее падение Рима только увеличило затраты казны на войско. Во время войн и походов оставшиеся в столице жены, дочери и матери часто наведывались в храмы, чтобы вознести молитвы за своих родных. Когда беда нависает черными тучами, а неизвестность душит сомнениями, человек готов искать помощи и утешения везде. А где же их можно найти, если не в доме Бога?       Никому неизвестный старец ходил меж людей, изредка поднимая глаза. Чаще всего он ловил на себе настороженные взоры. Но однажды этот таинственный человек, встретившись глазами с причитающей у иконы женщины, повел такую речь:       — Не стоит тебе проливать слезы и убиваться! Следует радоваться! Твой муж жив и здоров! Не далее, как через два дня вернется он домой, покрыв славой свой род! Ни копьем, ни мечом, ни стрелой не смогли германцы поразить его! Иди с миром и дожидайся его возвращения!       Лишь хмурым взглядом одарила женщина проходимца, но долгожданное событие действительно произошло аккурат через два дня, как и предсказал старик. Решила разыскать она доброго человека и отблагодарить. Но, как потом выяснилось, не только ей сообщил он радостные вести.       Стал распространяться по Константинополю слух о старце, который предрекает счастливым людям возвращение их родственников из дальних походов. В народе его прозвали Благовестником, так как общался он только с теми, кому судьба возвращала с войны их родных назад, целыми и невредимыми. О смертях Благовестник не сообщал. Вскоре этому седовласому пророку стали приписывать различные чудеса. Что ж, молва всегда бежала впереди любого события, даже в высшей степени справедливого и благого!       Так считалось, что его тень исцеляет больных, а касание изгоняет злых духов и даже худые помыслы из голов выбивает. Слава о Благовестнике дошла и до сильнейших и богатейших людей в столице империи.       Однажды купец, сыновья которого отправились на войну за ратными подвигами и славой, сам явился в церковь Святой Ирины, пытаясь разыскать провидца.       — Знаю я, Благовестник, что сам ты избираешь тех, кому суждено узнать добрую весть. Не для себя хочу я знать, но для своей жены, что не знает покоя. Прошу тебя, святой старец, поведай мне о судьбе моих детей! Какая бы участь их ни постигла в походе!       Пронзительно посмотрел своими черными глазами на просителя старик. Не узрел он возращения его детей в будущем. Тяжело вздохнув, Благовестник изрек:       — Увы, но ты спрашиваешь меня о мертвых! Не забывай своих сыновей! И вечно они будут жить в твоем сердце! Но позволь мне дать совет и утешить тебя! Стал ты богатым купцом, а твои сестры, коих ты забыл, живут со своими детьми в великой нужде в далекой провинции. Вот тебе мое пожелание, которое затупит боль утраты и поможет многим: помоги своим племянникам и племянницам! В доме твоем хватит места всем! На вилле твоей вновь раздастся детский смех, а ты и твоя жена не будете чувствовать себя одинокими.       После этого события весть о мудром пророке дошла до самого императора Феодосия Младшего. В один день явились за Благовестником воины из дворца Феодосия. Как дорогого гостя встретил правитель чудотворца. На балконе своего дворца, за богатым столом вел он с ним беседы на разные темы. Узнал император имя своего собеседника — Лучезар.       Попросил Феодосий больше рассказать о себе немногословного старца. Тот рассказал, что он родом из славянских племен и еще недавно был язычником. Вел простой и размеренный быт, пока не снизошел дар Божий на него. Порой, совсем неожиданно, закрыв глаза, видел он фрагменты будущего, а потом и вовсе мог, лишь глянув в глаза человека, разглядеть события, что поджидают его в скором времени. Через какое-то время явился во сне к Лучезару ангел Господень и сказал, что надлежит ему идти в Константинополь. Там пророка ожидают его судьба и предназначение. Вот так и очутился в столице Византии этот человек.       Отпустив слуг, перешел император Феодосий к сути:       — Стало быть, рассказы про твой дар правдивы! Но я привык подкреплять сказанное делом!       Ничуть не смутившись, Лучезар молвил:       — Как желает испытать меня император?       Распорядился хозяин дворца привести двух стражников из его личной охраны. Хорошо знал император своих воинов, поэтому проверить будет легко: лжец этот старик или действительно наделен силами свыше.       Но гость императорского дворца без запинки и раздумий, лишь только глянул на стражников, рассказал, у кого из них сколько братьев и сестер, у кого есть жена, а кто холост и так далее. Все прочитал пророк в глазах мужчин: кто, куда и к кому вернется этим вечером после службы.       — А вас, любезный Татий, я хочу заранее поздравить! Скоро, я думаю, через пару месяцев, в вашей семье родится еще один ребенок! Здоровый и крепкий мальчик! Мне кажется, император в честь этого сможет вам повысить жалование.       Феодосий был потрясен, ведь кудесник ни в чем не ошибся, а видеть этих воинов прежде или знать о них что-то он просто не мог. В своем удивлении император локтем задел кувшин, который накренился и начал медленно падать со стола, но не упал. Его за ручку вовремя подхватил прорицатель, легко улыбаясь изумленным людям.       — Прошу меня простить, великий император! Я видел падение, но забыл о нем упомянуть!       Когда стражники удалились, Феодосий восторженно поведал Лучезару:       — Признаюсь, святой старец, я не верил в чудеса до сего дня! Много я слышал о святых и знамениях небесных, но вот когда столкнулся с таким явлением лично, то изумился до крайности! Теперь я знаю: правду говорят, что Господь избирает своих глашатаев не только среди верующих христиан, но и среди язычников, ибо все мы — дети одного Бога! Ох, прости меня! — спохватился Феодосий, опустив руку на плечо Лучезара.       — Все верно, великий император! Многие римские солдаты, услышав глас Господа, изменили свои жизни. Что уж там говорить, если даже апостол Павел истово преследовал и ненавидел христиан, пока сам не услыхал голос Спасителя.       Обходя по кругу своего собеседника, император с восхищением глядел на старца. Однако, стоя за спиной старика, Феодосий криво усмехнулся. Этот человек может принести огромную пользу.       — Скажи мне, Лучезар, а есть ли, на твой взгляд, недочеты у нашей веры?       Ожидая услышать отрицательный ответ, император был снова потрясен жестким ответом старца, который внезапно повернулся к нему лицом.       — Да, и недостаток этот прост в понимании! Слишком много территориальных разделений, где каждый тянет одеяло на себя! Вера должна быть опорой в любом деле, а не предметом дележа и споров! Не сочтите меня богохульником, великий император, но не зря несколько лет назад полыхал собор Святой Софии. Пока не будет единства в вере, не избежать нам внутренних раздоров! Но хочу заверить вас, что в ближайшее время огонь собору не угроза! Я заранее уведомлю вас об опасности.       В 415-м году великое пламя охватило собор Святой Софии, а до этого в 404-м году пожар случился из-за волнений в столице. Этот старик мог представлять огромную ценность в политическом и религиозном плане.       — Скажи мне, о мудрый человек! Можешь ли ты предсказать, когда стоит начинать военный поход? Какую тактику использовать? Где ожидать атаки неприятеля?       Поняв, чего именно теперь хочет Феодосий Младший, Лучезар ответил, тщательно подбирая слова:       — Я не всесилен, но лишь служу Всесильному, как и все честные христиане! Впрочем, путь в тысячу миль начинается с первого шага. Я с радостью буду помогать империи, но это потребует приготовлений. Я бы хотел, с вашего дозволения, император, создать алтарь — рабочее место для моей службы Ромейской империи! Не убоюсь я просить также, чтобы местом для постройки была избрана земля за стенами Константинополя.       — О мудрый старец! Я велю отрядить для тебя лучших строителей и архитекторов! Да и тебе негде жить! Велю возвести виллу рядом с избранным тобою местом!       — Не стоит, о щедрый император!       Тут Феодосий поднял руку вверх, давая понять, что возражений не потерпит.       — Решено! Пока постройка возводится, позволь предоставить тебе место во дворце! Здесь ты всегда будешь желанным гостем! Слуги покажут тебе дорогу в твои покои!       Но перед уходом, даже неожиданно для самого себя, Феодосий Младший схватил Лучезара за локоть и, пристально глядя в глаза, спросил:       — Скажи мне еще, святой человек! Вернем ли мы себе когда-нибудь былое величие?       Помедлил с ответом старик. Поглаживая бороду и глядя в пол, Лучезар отвечал:       — Вероятно, императору покажутся дикими мои слова, но не наступит еще и пятисотый год от Рождества Христова, как Западная Римская империя падет окончательно! И после этого вся надежда на былое величие будет возлагаться лишь на Византию! И смею заверить вас, о мудрый Феодосий: тот, кто умеет ждать, добьется больших успехов! Рано или поздно Константинополь сумеет объединить все земли Римской империи, многие народы склонятся перед великой мощью и признают нашу веру! Благословленный Богом правитель приведет империю к победе, опираясь на веру в православие!       Огоньки заплясали в глазах Феодосия после таких речей. Понял Лучезар, какая роковая страсть живет в сердце императора: больше могущества и власти! Желание войти в историю, как правитель, что вновь поднял знамя величия Рима из грязи. Такими же будут те, кто придет после него.       Слуги сопроводили Лучезара в его новые покои. Разговор принес плоды. Императорского расположения добился старец за эту встречу, но мысли его были заняты невеселыми думами: то, что он искал, не находилось в Константинополе. Это он узрел в глазах императора.

***

      Слава о мудром пророке достигла даже провинций. После крещения, Лучезар поделился своей задумкой с императором. Хотел объединить все патриархии святой человек. Не должно быть ни первых, ни последних! Выразил он желание создать армию православных воинов — хризмитов. Но, дабы не возникало даже намеков на разногласия, всегда добавлял, что во главе этого фанатичного воинства будет стоять главный защитник веры — император! Так в Константинополе появился орден Святой Софии.       Показывая кулак Феодосию, пояснял старик свою затею:       — Вот такой должна быть наша вера! Мощной опорой станет она для людей империи, будет воодушевлять наших воинов! Щитом станет от врагов наших!       Пока за юго-западными стенами города, рядом с Мраморным морем, строители и рабочие подготавливали место для алтаря и дома Лучезара, тот посетил Каппадокию, Александрию, Иерусалим и другие места. Везде он поражал людей своими скромностью, проницательностью и умом. Казалось, этому человеку ведомы все тайны, как бы ни пытались их скрыть от него епископы и патриархи.       Многие шли на уступки и поддавались его уговорам и увещеваниям, думая, что этот старикашка протянет еще десяток лет и отдаст Богу душу, а после можно будет побороться за религиозную власть. Но потом они все удивлялись стойкости и выносливости этого старца, будто время не имело власти над ним.       Медленно но верно постройка принимала конечные очертания. Тогда даже сам старец не ведал, что богатая вилла за крепостной стеной Константинополя станет первым шагом к созданию величественной крепости ордена хризмитов. Фанатики и ревнители веры, которые будут вселять страх во врагов империи и будут вызывать священный трепет и восхищение у ромеев.       Никому не разрешалось продолжать работу поодаль от виллы, где был вырыт котлован, внутри которого, по замыслу Лучезара, и должен будет находиться алтарь — Око Времени. Его возведением старец хотел руководить лично, ведь помимо прочего, тут должна быть задействована магия рун. В этой работе было необходимо соблюдать таинственность и точность во всем: от расположения предметов до порядка начертания рун. Кроме того, хитрый старик не хотел отпускать зодчих после завершения работы. Береженого Бог бережет, а тайна, даже если ее не понимает случайный свидетель, должна остаться здесь же!       И вроде бы все шло хорошо: император благоволил Лучезару. После того, как тот предсказал небольшие волнения в Константинополе и якобы предотвратил очередной поджог собора Святой Софии благодаря своим хризмитам, слава его вознеслась до небес!       Небольшое войско православных фанатиков постепенно разрасталось, но далеко не всех желающих принимал Лучезар, ибо отбор производил он лично, заглядывая в глаза каждому претенденту. Отказ он объяснял просто: даже могучего и опытного воина может сразить стрела или подлый противник, напавший сзади, а избежать смерти можно, если знать, когда она тебя подстерегает. На самом же деле Лучезар не хотел выдергивать людей из их судеб: если должен воин погибнуть — так тому и быть, а вот недавно созданному ордену Святой Софии потери не нужны!       Вот чем руководствовался мудрец, хоть и доходило порой до смешного! Зеленые или красные одежды хризмитов могли в равной степени достаться после такого ритуала как бывалому ветерану многих битв, так и зеленому новичку, который только-только закончил обучение, но, несмотря на это, хризмиты удостаивались большого уважения и почестей!       Недостаток опыта компенсировался тяжелой работой внутри ордена. Изнурительные тренировки должны были подготовить этих воинов к борьбе не только с вражескими армиями, но и с порождениями тьмы! Первым делом в рядах хризмитов вбивалось в головы новобранцев, что демоны, оборотни и вампиры — это не байки пьяных торгашей в тавернах! Эти твари реальны и страшнее любого противника из варварского войска или персидской армии!        В пятом веке для борцов с нечистью основной проблемой было выслеживание ужасных тварей. Популяция нелюдей не вызывала беспокойства, да и сами уродцы всегда прятались или меняли место обитания, если совершали убийства или были замечены, но их сверхчеловеческие возможности и наводящая страх внешность могли испугать даже бывалых воинов.       Вчерашние маменькины сынки жили в спартанских условиях, тренировались до потери сознания. Как шутили их преподаватели и командиры: «Не каждый из вас встретится в бою с нежитью! Кто-то погибнет здесь и сейчас!» Но в ходе длительной и тяжелой подготовки никто не погибал. Более того, даже недовольных не было! Юнцы с каким-то потусторонним рвением бросались на деревянных врагов, разбивали друг другу лица в кровь в учебных поединках, будто это приносило им величайшую радость в мире.       Идеологическая подготовка в ордене была на высочайшем уровне. На первых этапах лично старец Лучезар следил за правильностью таких занятий.       — Направьте их мысли в нужное русло, а уж махать мечами и секирами они научатся! Эти юнцы подобны глине, и вылепить из них настоящих героев — это наша главная задача! — говорил седой старик командующим.       И это дало свои плоды! Уклонение от устава ордена даже в мыслях считалось более страшным преступлением, чем воровство! Спустя неделю эти мальчики становились семьей, так как они тренировались, кушали и проводили свободное время, которого было мало, вместе. А спустя месяц они уже были готовы отдать жизнь друг за друга, и не раздумывая перерезать глотку любому, кто бросит вызов империи!       Магия была под запретом, так как считалась противоборствующей Богу силой. Поэтому Лучезар и опытные жрецы ордена обучали своих солдат лишь одному заклинанию, как бы дико это ни звучало! Они научили хризмитов развеивать чары и отклонять атакующую магию. Из-за того, что магический запас и потенциал у всех были разными, плоды такого обучения тоже разнились. Один пехотинец мог только ослабить наложенные чары, а другой воин мог закрыть от вражеской магии себя и своих соратников непробиваемым куполом. В качестве вражеских магов выступали наемники из Персии и волхвы склавинов.       Разделение в войске хризмитов было четким, ибо тех, кого принимали, оценивали по способностям. Меткие лучники носили зеленые одежды под легким кожаным доспехом. Красный цвет был отличительным знаком для хорошо защищенных мечников: тут были и воины, предпочитавшие длинные двуручные мечи и агрессивный стиль, были тут и осторожные воители, которые предпочитали прикрываться щитом от стрел и ударов врага. Воины с синими нашивками использовали древковое оружие и могли поразить врага на дистанции. Прочные поножи не сковывали движений и давали неплохую защиту. У каждого воина на голове был шлем, украшенный пряжей. Чем большей врагов Господа умертвил хризмит — тем больше шерстяных косичек на его шлеме. Особенно ценились черные косички — символ того, что воитель уничтожил нежить или одержимого демоном. Другие цвета соответствовали побежденным людям: варварам, персам, славянам.       Особым отрядом этой религиозной армии были воины в черных одеждах. Они использовали легкую броню, были подвижны в бою и выполняли особые поручения ордена, действуя отдельно от основной массы воинов. Шлемы они не носили, а устраненных противников отмечали насечками на ножнах. В народе их прозвали убийцами некромантов, но не просто так!       В пятом веке магия еще была сильна и служила не только хорошим целям: на кладбище черный колдун поднимает мертвецов — за ним направлялся отряд черных бесшумных мастеров клинка. Оборотни не дают людям использовать лесную дорогу? После визита легиона хризмитов даже глухая чаща стала безопасной, а насаженные на пики головы волков-оборотней отпугивали их сородичей, если таковые оставались.       Участвовали эти религиозные фанатики и в обычных войнах. Снискали они славу неудержимых и безжалостных воителей! Хризмиты никогда не бегут с поля боя, никогда не бросают товарищей, никогда не сдаются! Или победа, или смерть! Порой, лишь завидев хризмитов в стане византийцев, персы высылали послов для переговоров, а германцы и вовсе стали обходить Восточную Римскую империю стороной после нескольких разгромов. Среди иноземцев хризмитов именовали Армией Собора Света.       Феодосий Младший не скрывал довольного вида, когда соглядатай прибыл из Персии с вестями. Человек в дорогих одеждах с аккуратной черной бородкой и карими глазками описывал ужас, который вселяли воины ордена Святой Софии в персов. После такого доклада сам император дал разрешение на создание армий хризмитов во всех больших городах империи. Но это не пошло на пользу самому ордену. Если в столице Лучезар мог отслеживать процесс набора и действия своих подопечных, то в богатых градах империи людей набирали и за взятки, и из-за влиятельных родственников. Все делалось лишь для того, чтобы отец мог с гордостью сказать друзьям, глядя на своего ребенка: «Мой сын — опора империи и часть ордена Святой Софии!» Как раз из-за таких «гнилых опор» орден стал нести первые потери.       И другое чудо не скрылось от глаз императора и его приближенных: люди старели и умирали, но только Лучезар, хоть и пришел в императорский дворец седым старцем, но был все также полон сил и даже не думал о смерти. Болезни обходили его стороной. Это восхищало и удивляло Феодосия.       — Мой дорогой друг! Твой вклад в мощь нашей империи неоценим! И даже если меня не станет, а ты будешь жить, я умру счастливым! Вижу я теперь, что отпечаток божественности есть на тебе, Лучезар! Одного прошу от тебя: помогай мудрым советом честным ромеям, помоги нам вернуть былое величие!       — Исполню это с радостью, о великий! Хочу лишь сказать, что пик могущества Ромейской империи грядет! Я и мои хризмиты будем служить делу империи верой и правдой!       Обнял своего друга Феодосий и одарил перстнем со своей руки. Не ускользнуло от проницательного правителя, что есть что-то, что заставляет Лучезара быть замкнутым и погруженным в свои мысли.       — Друг мой! Вижу я, что какие-то думы не дают тебе покоя! На пиру ты молчал и ушел в себя, хотя был повод для веселья! Что я могу сделать для тебя, святой человек? Скажи лишь слово!       С низким поклоном отвечал старец:       — Покорнейше благодарю, император! Всего у меня в достатке! Да и Господь призывает нас к скромности! Просто слишком много дел впереди, а я всего лишь человек!       Но лукавил прорицатель, ибо с самого первого своего визита в империю искал он то, что и было его конечной целью — Грааль. Славилась держава ромеев богатством и мощью. Привлекала наемников и грозилась поработить всех врагов! Где еще, если не здесь, искать эту чашу? Но, войдя в доверие к императору и обретя влияние, объехав все значимые города империи и поговорив с патриархами, военачальниками и знатными людьми, понял Лучезар, что нет тут того, что он так усердно ищет.       Святой орден, почет и уважение ромеев были ему не нужны! Как только найдет он Святую Чашу, то тут же разыграет спектакль со своей смертью и исчезнет. Но неведомо ему, где спрятано сокровище сокровищ! Поэтому, хоть и нехотя, но играет роль святого старца этот великий маг.       Понемногу и с величайшей аккуратностью к деталям возводился алтарь Лучезара. Даже шага не могли сделать назначенные люди без его участия — таков был уговор чудотворца! И торопиться здесь было нельзя, поэтому строительство шло очень-очень медленно.       Сам же старец, чтобы не терять основного своего приобретения в Константинополе — любви народа, каждый день спускался по ступенькам собора Святой Софии к людям, окруженный охраной, что состояла лишь из хризмитов. Женщины тянули к нему руки и просили благословить, мужчины перед походом ждали от него напутственного слова. Иные люди приносили маленьких детей, чтобы высший оракул ордена перекрестил их чадо и благословил.       Надо отдать должное Лучезару — он никогда не сторонился обычного люда. С улыбкой он спускался вниз в рассветную или закатную пору, что усиливало эффект для собравшейся толпы. Старик мог просто поговорить с любым солдатом или простым ремесленником, дать совет. В ордене чтили тайну исповеди, поэтому во многих филиалах ордена можно было исповедаться, но многие, несмотря на такой уклад, считали своим долгом совершить паломничество именно в Константинополь, искупить свой проступок и лично узреть великого Лучезара во плоти!       Однажды старец увидел трех плачущих женщин, которые стояли отдельно от толпы и с надеждой смотрели на него. Будто они желали заговорить о чем-то с пророком, но боялись сделать это. Когда уже Лучезар стал подниматься по ступенькам в собор, за ним, вся в слезах, стала бежать женщина, закутанная в черные одежды.       Стражники мигом преградили ей путь, но та успела крикнуть высшему хризмиту:       — О святой старец, молю вас! Помогите!       Жестом успокоил Лучезар своих охранников. Воины расступились, давая женщинам возможность подняться наверх. Внутри собора, сидя в отдельной комнате, что была недоступна чужим глазам и ушам, несчастные матери поведали свою историю, о которой что-то слышал и сам Лучезар.       Советник императора Флавий имел извращенные вкусы. Шлюхи, наложницы, рабыни и потаскухи ему надоели. Вскоре ему опостылели и мальчики. Приближенный к императору человек искал новый вид услады и нашел: по его приказу похищали девушек из деревень и доставляли к нему на виллу, что была на севере столицы, на берегу залива Золотой Рог. Никто там не слышал истошных криков жертв, некому было вмешаться. Нравилось жирному извращенцу, когда жертва отчаянно отбивалась и молила о пощаде. Это было той самой изюминкой, что искал Флавий.       О темных делах советника подозревали, но император смотрел на это сквозь пальцы: без доказательств это мог быть поклеп, а стратег и помощник правителя из Флавия был хороший. Лучезар не сталкивался с этим человеком, так как для ордена он ни угрозы, ни выгоды не сулил.       Из рассказа женщин стало ясно следующее: пока легион из Константинополя, где служили их дети, помогал на приграничных участках отражать набеги германцев, из столицы с покупками возвращалась домой обычная девушка — Аврора. Обманув доверчивую деву, люди советника спросили у той дорогу, а когда та подошла к повозке, они связали ее, заткнули рот и доставили на виллу Флавия. Молодой пастушок видел, как все произошло и как злодеи направили свой караван к вилле советника, но поведал об этом только тогда, когда правду из него вытрясли четверо друзей, что вернулись из военного похода.       Лучнику Анастасию эта девушка была сестрой, а Юлию — невестой. Все они росли вместе в своей деревушке рядом со столицей. Недолго думали солдаты империи, ведь кровь взывает к крови! Око за око, зуб за зуб. Решили они убить советника, а для этого необходимо было найти кого-то, кто смог бы им в этом помочь, ведь негодяй все время окружен многочисленной охраной.       Нашли молодые воины слугу, для которого золото было дороже собственной шкуры. Хорошенько напоили они его и выведали, когда будет Флавий в своем доме, вдали от центра столицы. На следующий день они встретились вновь и передали золото слуге Флавия. За это он должен будет в ночное время после условного знака отпереть черный ход.       Прислужник, которого звали Арием, после долго ходил понурым, так как терзали его сомнения: «А зачем им тайно приходить в дом хозяина? Да еще ночью! Вряд ли для хорошего дела! Но деньги-то я уже взял. И условленное время скоро подойдет! Как же поступить?»       Разложил Арий золотые монетки перед собой и стал смотреть на них! Сколько дивных вещей он сможет купить за это золото! Но и его участие в этом может стоить ему головы! В итоге, приняв соломоново решение, слуга спрятал половину монет в своих вещах, а другую сгреб в мешочек и направился к Флавию. Незадачливых мстителей схватили сразу же, как они проникли в покои советника с обнаженным оружием, а Арию была дарована награда за верность.       Убивать на месте злоумышленников не стали. Несостоявшихся убийц заточили в тюрьму, так как Флавий хотел сделать казнь показательной. Толстяк желал, чтобы это стало посланием его врагам:       — Никто не смеет мне перечить и мешать! Руки у вас коротки!       А эти три женщины были матерями этих имперских солдат, что пытались поквитаться с Флавием. Просили они Лучезара помочь их сыновьям.       Внимательно выслушал мудрец безутешных страдалиц. Призвал их успокоиться и не убиваться, а со своей стороны обещал посмотреть, что можно сделать, но в первую очередь, надо было установить истину.       — Поэтому и пришли к вам, о мудрейший! Кто же лучше вас сможет защитить правду и призвать подлеца к ответу?       — К сожалению, лишь страх расплаты удерживает людей от лихих дел! Увы, многие не верят в бессмертие души или притворяются, что верят! Дана свобода воли людям, а не приказ любить ближнего своего! Только наставления и заповеди! Отсюда и все наши беды! Ведь если не придется после смерти отвечать за все прижизненные злодеяния, то что же тогда? Для таких людей только жизнь земная имеет смысл! Получается, что злодейство и потворство своим желаниям есть высшая благодетель. Проще говоря: если не придется отвечать за свои проступки и грехи, чего же ради смиренно и честно жить на земле? Но не лейте слез прежде времени, дорогие мои! Все сущее на земле связано меж собой и устроено по законам справедливости! Ступайте с Богом! А я незамедлительно отправлюсь в темницу, где томятся ваши дети!       Выслушав мудрые слова святого человека, женщины по одной стали подходить к нему и целовать правую руку. Оставшись один, старик погрузился в свои мысли, задумчиво глядя на оранжевое закатное небо.       «Действительно, можно бесконечно повторять людям, что зла надо сторониться, но они все также будут его творить. За свою долгую жизнь принял я одну истину: вера является лишь инструментом в умелых руках и никаких чудес в себе не несет! Уже сейчас магию осуждают, а исключительные события именуют чудом, которое сотворено небесами! Время магии уходит! Пройдут века, так же и веру в чудеса Бога позабудут и будут воспринимать ее, как добрую сказку для детей! А то и вовсе предадут анафеме! Так действительно злодейство может стать допустимой мерой! Особо рьяные горлопаны из числа сильных мира сего любят повторять, что вся власть от Бога. А где власть — там и сила! Легко так говорить, когда унаследовал ты корону или несметное богатство от родителя. Насадить бы этих сладкоголосых на колья, сказав при этом: «Воистину вся власть от Бога!» Интересно, что они, извивающиеся в предсмертной агонии, смогли бы на это ответить? Чтобы вера не иссякла, надо ее поддерживать! Можно небольшими подачками народу, но лучше всего это делать копьями и мечами религиозной армии! Нужно накормить свою паству, сделав ее зависимой, а уже потом требовать от нее благодетелей! И всячески давить свободную волю и мысль, ведь они порождают сомнения, а сомнения подобны гнили! Да и о какой свободе может идти речь, если каждому отмерен свой срок! Всех людей держит на коротком поводке небесный хозяин!»       В темнице четверых юношей сильно избивали по приказу советника. Когда явился отряд хризмитов, все четверо лежали на соломенных подстилках в каменном мешке. Тюремщик, явившийся за заключенными, держал в руках большой кувшин с водой. Бесцеремонно окатил он избитых людей.       — С вами хочет говорить святой старец!       После этого Лучезар вошел в камеру и попросил оставить его одного с узниками. Не нужна охрана высшему оракулу ордена! Солдаты с хризмой на доспехах стали охранять оба выхода в коридоре, чтобы никто не смог подслушать разговор в камере.       С синяками на лице и запекшейся кровью, эти молодые люди представляли жалкое зрелище. Оглядев их, Лучезар шепнул что-то на ухо своему воину, и тот вышел в тюремный коридор, заперев дверь.       Улыбаясь и не страшась ничего, уверенно подошел к юношам старец и вгляделся в глаза каждому.       «Нет, не произойдет чуда для них на рассвете! Не защитит Бог свое стадо от волка! А что сделал бы мой учитель? Мудрейший из мудрых сам бы вмешался и помог несчастным! Тем более, мне нужны надежные помощники, верность которых будет основываться на благодарности за спасение!»       Все четверо с трудом могли стоять и опирались о каменную стену.       — Что? — сказал крайний справа паренек, давясь кашлем. — Уже пришло время казни?       — Нет! Казнь состоится на рассвете. Я здесь по просьбе ваших матушек. Стало ведомо мне, какая несправедливость постигла вашу общую знакомую. Да упокоит Господь душу Авроры!       После этих слов мальчишки опустили глаза в пол. Самим им было нестрашно умереть, но вот причинить боль матерям и оставить после себя такую черную славу — это было хуже физической боли. Хотели они справедливости, но только сделали хуже! Флавий казнит их, словно головорезов с большой дороги. И жажда мести терзала их все сильнее!       Лучезар стоял в паре шагов от шеренги, переводя взгляд с одного парнишки на другого.       — Что вам надобно от нас, мудрый Лучезар? — прохрипел, держась за грудь, блондин с запекшейся кровью на виске.       — Мои желания мне известны, Юлий! И для их исполнения мне понадобится помощь. Но для этого еще будет время, а песок в ваших часах жизни медленно иссякает. Лучше поговорим о том, чего желаете вы! И я говорю не о последнем желании! Чего хочешь ты, Юлий? Чего может желать храбрый мечник приграничного легиона, невесту которого, словно игрушку, изнасиловал и оставил в лесу жирный урод, наделенный властью? Или твой брат — Веспасиан! Ваш командир пророчил тебе большое будущее, но все полетело в тартарары из-за похоти злодея. А чего может хотеть меткий лучник Анастасий, чью сестру убили и даже не похоронили? Что скажешь, Флегий? Твоя изуродованная подруга детства стала кормом для лесных зверей! Есть ли тут справедливость или, вероятно, высший замысел? Поэтому повторюсь: чего же вы хотите, доблестные воины империи?       Со всех сторон, словно шипение змей, донеслось:       — Мести…       Лишь Анастасий удивился речам старца, ведь пробуждал он в них жуткие чувства и причинял боль, так как душевная рана была свежа, но трудно было и не согласиться со своими товарищами.       — Месть! — прошептал имперский лучник.       Тут постучали в тяжелую дверь камеры. Это были воины ордена. В руках они держали небольшой столик, кувшин с вином и несколько простых деревянных кружек. Оставив все, они удалились.       Обведя взглядом разгоряченных проникновенной речью молодых людей, мудрец стал разливать вино по кружкам. Закончив, человек в балахоне выпрямился, сделал легкое круговое движение левой рукой и стукнул своим посохом, шар на котором на мгновение изменил цвет, загораясь синим.       — Не хочу, чтобы в таком виде вас видели ваши матери! Я оставлю моих хризмитов у дверей вашей камеры. Никто больше вас не тронет!       Светловолосые братья с удивлением уставились друг на друга. Раны стали затягиваться на их лицах, а кровавая корка просто растворилась. Флегий всей пятерней взъерошил копну черных волос, но никаких шишек на голове более не было. Видимо, молва не врет: этот старец наделен великой мощью!       — В моих силах предложить вам намного больше, чем месть! Почет, слава и уважение! Ваши родные будут гордиться вами! Согласитесь, что отомстить нельзя, если ты уже мертв! Я могу устроить так, что завтра вы не умрете, ибо вмешаюсь я! Но поклясться мне в верности на крови вы должны будете прямо здесь и сейчас!       Трое, даже толком не спросив о цене, дали свое согласие, но лучник Анастасий поинтересовался:       — У всего есть своя цена! Какова же ставка в вашей игре, мудрец?       — Ваше верное служение мне, ордену и империи! Чего еще желать? И могу добавить, что на вашем пути вы просто упьетесь кровью врагов! — не глядя в глаза стрелку, сказал Лучезар, подавая кружки с вином.       — Если Флавий сдохнет, то я согласен! — заявил Юлий.       — И если надо убивать таких же, как он, то это богоугодное дело! — вторил Флегий.       — Кровавое правосудие — самое действенное! — подтвердил Веспасиан.       Тяжело вздохнув, согласился и Анастасий. Не в той ситуации он был, чтобы выбирать. А клич мести звучит громко в ушах тех, кто натолкнулся на стену преступного безразличия, коварства, лжи и лицемерия. Закончив с вином, Лучезар перешел к заключительному этапу.       — Скрепим наш уговор кровью, друзья!       Высший оракул достал из кармана небольшой кинжал. Каждый из юных воинов разрезал им правую ладонь и положил ее на сферу, которая венчала посох старца, и принес клятву верности, как и желал хризмит. То же самое проделал и Лучезар. Шар в когтистой лапе на посохе вспыхнул алым.       — Отныне мы с вами одна семья, ибо связаны незримыми узами! Я доверю вам самые сокровенные свои тайны и вовлеку в решение своей главной задачи. Но об этом мы поговорим после! От вас же я смиренно прошу лишь одного — верности! И я отплачу вам той же монетой! Ибо сказано, что какой мерой вы мерите, такой и вам отмерят. Будьте покойны, я приду вам на помощь уже завтра, но внемлите моим словам: смерть обойдет вас стороной, но ее обман окунет вас в жестокие страдания и адские мучения. Хоть и временно! Во всем полагайтесь на меня: завтра утром вы падете, чтобы уже к вечеру подняться новыми героями ордена Святой Софии, освободившись от пут судьбы! Ничего не бойтесь!       Так, еще немного поговорив, расстались они, ожидая судьбоносных событий завтрашнего дня.

***

      На следующее утро возле столичной резиденции советника собралось много народа. Родственники приговоренных пришли, надеясь на чудо. Безутешно рыдают матери обреченных сыновей.       За ночь возвели деревянный помост и четыре виселицы. В назидание другим будут эти висельники болтаться в петле три дня.       На балконе высокого здания, в окружении своих друзей и телохранителей был сам Флавий. Три подбородка имеет советник, которые, словно волны, набегают друг на друга. Тучный мужчина всегда был одет в свободные одежды, но даже так не мог он скрыть своего живота. Пожалуй, обжорство не уступало его тяге к насилию и мучениям беззащитных жертв. Адский огонек пляшет в его глазах, но не от доброго кубка вина, а от предвкушения скорой расправы.       «Эти глупцы — всего лишь жалкие марионетки истинных врагов!»       Так считал Флавий. И для этого были основания. У такого человека было много недоброжелателей в Константинополе, хватало их и за пределами столицы империи.       За спинами собравшихся в доме советника бесшумно выросла тень в балахоне. Свою охрану оставил Лучезар внизу.       — Приветствую вас всех, честные христиане! — начал вкрадчивым голосом старик.       — И мы приветствуем тебя, святой старец! Не помню, чтобы я звал тебя! Что привело тебя сюда? Любые дела подождут! Сейчас я занят!       — Визит мой касается этой казни, мудрый советник! Являюсь я посланником доброй воли! Прошу тебя, пожалей матерей этих несчастных! Замени смертную казнь! Пошли их в поход, из которого они не вернутся или изгони из империи — это в твоей власти!       Усмехнулся таким речам толстяк. Медленными глотками стал он пить вино, глядя в упор на высшего оракула.       — Вот как ты поешь, сладкоголосый хризмит! Что-то никто не говорил о человеколюбии, когда эти головорезы ворвались в мой дом, желая пролить мою кровь! Надо было думать раньше и лучше воспитывать своих выродков! — сказал это Флавий и повернулся спиной к Лучезару.       — Что ж, позволь тогда мне хотя бы сказать последнее слово этим заблудшим душам! Это не займет много времени!       — Как пожелаешь! Как по мне: слишком много чести наемным убийцам! — небрежно махнул рукой императорский приближенный в сторону виселиц.       Строгим взглядом проследил старый хризмит за рукой советника. На каждом пальце был дорогой перстень с каменьями. Уже, кажется, сам советник не знал, что можно взять от земной жизни. Отсюда его нравственное и духовное падение.       — Вчера я говорил с этими солдатами. Они упоминали некую Аврору…       Побагровел при этих словах советник. Медленно повернулся он к смиренно стоявшему старцу и стал подходить к нему.       — Не знаю, про кого они там тебе наговорили, но я слушать этого не желаю! Ты получил мое дозволение! Чего же еще ты хочешь?       От пронзительного взора черных глаз святого тучному ромею стало не по себе. Неприятный холодок пробежал по его спине. С легкой улыбкой, которую Флавий воспринял как насмешку, старец сказал, глядя в глаза собеседнику:       — Аки человеколюбец, я хочу лишь спасти заблудшие души! Все мы под Богом ходим! Иной раз человек не успевает исповедаться в своих грехах. А потом уже поздно будет! Флавий, не хочешь ли ты исповедаться?       Кровью налились глаза советника. Хоть и неповоротлив Флавий, но силой не уступал быку, поэтому заспешили друзья к своему приятелю, чтобы не наделал тот глупостей. С треском смял кубок в могучей руке стратег императора. Задыхаясь от гнева, проревел он:       — Да как ты смеешь?! Пошел вон! Или я…       Но успели его подхватить за руки четверо дружков. Стали они успокаивать Флавия:       — Ну его! Пусть идет!       — Ведь он же хризмит!       — Это же святой старец! Нечего с ним связываться!       — Сейчас повесят разбойников, а мы поедем на виллу и отметим это как следует!       — Это вряд ли… — тихо прошептал старец, спускаясь по ступенькам.       Внизу уже все было подготовлено. На высоком помосте воины Флавия держали четверых юношей. Оставалось только накинуть веревку на шею и столкнуть вниз.       Специально посланный советником человек проверил виселицы и веревки. Крепки они, да настолько, что на них и мула можно повесить.       Подойдя к охранникам, Лучезар пояснил, что хочет в последний раз поговорить с приговоренными к смерти. Те пустили его, но стражи были подле жертв.       Подходя к каждому, старец осенял молодых воинов крестом и говорил одни и те же слова:       — Не бойтесь смерти! Судьба написана для людей, но высшей силой может быть изменена!       Несмотря на то, что старец обещал им спасение, лицо каждого из этой четверки было белее снега. Изредка в толпе слышались женские стенания и всхлипы.       На обратном пути, уходя с возвышения, старец подходил к каждому приговоренному, хватался левой рукой за веревку и тихо-тихо произносил:       — Судьба не всесильна!       Даже стражники, что были рядом, не обратили внимания на такую мелочь: Лучезар подходил к виселице, проводил пальцем по веревке и загибал его. Указательным, средним, безымянным и мизинцем коснулся он веревок, постепенно сжимая руку в кулак. Когда высший оракул закончил, то встал рядом со своими воинами, спрятав руки в рукава своего балахона.       В утреннем воздухе повисла тишина. Только редкие птицы пели и перелетали с ветки на ветку в ближайших садах. Также доносились звуки с рыночной площади. Убитые горем матери отвернулись, чтобы не запоминать ужасного конца своих детей. Палачи ждали сигнала от Флавия. И вот он махнул рукой, а его люди спихнули вниз обреченных.       В этот момент Лучезар разжал свой кулак, спрятанный под одеждой.       Не в силах смотреть, несчастная мать преступника уткнулась в плечо своего мужа, потеряв счет времени. Ей казалось, что у этого ненавистного мига не будет конца. Но вот в толпе послышались удивленные возгласы. Было слышно, как что-то с глухим ударом упало на землю.       — Чудо! Они чисты перед Богом! Случилось чудо! — раньше остальных заголосили подосланные хризмитами в толпу люди.       К удивлению собравшихся, все веревки в один миг разорвались под тяжестью юношей. О случайности не могло быть и речи, так как для такой казни подбирают самый прочный материал.       — Схватить их и повесить! — завопил с балкона Флавий.       — Как дважды головы не рубят, так и вешать второй раз нельзя! Это правило существует с давних времен, и вера наша это поддерживает! Лучше простить сотню виновных, чем казнить одного невинного! Бог подал свой знак!       По толпе прошел восторженный шепот. Отряд воинов-хризмитов, не дожидаясь приказа, стал уводить юношей с площади. Но странным было поведение спасенных!       Все четверо бились в агонии, кричали, словно от дикой боли, а из глаз их падали на землю густые алые капли. Но и на это мало обращали внимания: никто не хотел бы узнать сам, что испытывает в душе приговоренный к смерти человек. Да и падение с высоты тоже могло сказаться, ведь были эти люди связаны по рукам и ногам, пока воины ордена не освободили их от пут.       — Чтоб тебя! — в сердцах прошипел Флавий.       Как и намекнул советнику старец, на пути в дорогой дом на окраине столицы с ним произошло страшное. Дикая птица выпорхнула из кустов, испугав лошадь. Та встала на дыбы, и Флавий вылетел из седла. Подбежали к нему его телохранители и друзья, но было уже поздно. Глаза его остекленели. Не дышал более Флавий, ведь несчастный ударился головой о камень.       Подлый слуга Арий был найден повешенным на суку тополя, что рос у крепостных стен столицы. Весть об этом событии разнеслась по Константинополю быстрее ветра. В руке у висельника был мешочек с монетами, что он оставил себе перед походом к своему господину.       Этим же вечером встретились четверо друзей со своими родными. Весть о смерти советника императора разошлась во все уголки столицы. Люди шептались, что предупреждал об этом Лучезар. Иные думали, что старец навлек на глупого толстяка гнев божий. После этого события к славе хризмитов прибавился и страх перед тайной мощью, которой обладал седовласый старик.       Юноши стали живой легендой ордена. Еще долго говорили об их чудесном спасении.       — Если ищешь доказательства существования Бога, то вспомни четверых висельников и советника Флавия! — говорили в народе.       Старец Лучезар сделал их своими телохранителями. С тех пор четыре черные тени всюду следовали за мудрецом. Не было секретов у них от старика, а сам Лучезар время от времени спрашивал своих воинов:       — Сегодня в ночном небе полная луна! Какие мысли такое зрелище пробуждает в вас? Если проявятся какие-то странности, тут же обращайтесь ко мне! Что бы ни случилось, ибо мы с вами связаны незримыми узами.       Участвовали они и в охоте на нежить. Прославилась эта четверка многими победами. Недавно смогли они выследить некроманта и пробиться сквозь его варваров-наемников, а меткий лучник одной стрелой оставил всех марионеток без кукловода.       Используя алхимию, могли они превратить владения водяного в пылающий ад. Играючи могли разобраться с подземным народцем, который питался трупами. Где была большая битва, туда и эти падальщики слетятся, чтобы славно попировать на телах убитых, но уже поджидают их посланники ордена Святой Софии.       Великой славой покрыли себя эти воины. Требовал Лучезар от них соблюдения и других условий службы у него. Не могли они жениться, а золото вместо них получали их родственники.       — Вы рождены второй раз не для обычной жизни! Придет время, и вы сами все поймете!       Так и случилось. Спустя целых два года после их спасения, Флегий осторожно обратился к духовному наставнику ордена.       — Чувствую я, о мудрейший, как в ночную пору при полной луне что-то меняется во мне. Не могу я уснуть, а горло мое болит от странной жажды. Пью я воду, но напиться никак не могу! Помогите мне советом, праведный Лучезар!       После их разговора перед каждым полнолунием Флегий запирался в безлюдном подземелье крепости ордена. За несколькими запертыми дверями пережидал ночь юноша. Для его же блага Лучезар приковывал тяжелыми цепями молодого воина к скамье.       Воитель не противился воли мудрейшего. Оставлял чудотворец перед вынужденным узником стол с едой и питьем. Особо выделял Лучезар кубок с красной жидкостью, говоря:       — Если не в силах будешь терпеть свою жажду, и даже вино не утолит ее — испей содержимое этого кубка!       В первое полнолуние никаких изменений не произошло. В следующий раз любопытство победило. Не удержался Флегий. Попробовал он, что за нектар был в той чаше. Обмакнув мизинец, он попробовал то, что оставил для него старец. Вкус у этого напитка был отвратительный: соленый. Словно железо с солью растворили в воде. Приходилось в детстве Флегию драться, и когда разбили ему губу, привкус во рту стоял похожий — это нельзя спутать ни с чем!       Ночь прошла, и Лучезар явился к своему телохранителю. Не спросил Флегий о странном напитке. Постарался не думать об этом воин.       В следующее полнолуние великая жажда захватила разум юноши. Когда полная луна была над Константинополем, даже не сомневаясь, будто какая-то сила руководила им, схватил Флегий кубок с красной жижей и залпом выпил ее содержимое. Слаще меда и вина показался ему этот напиток. Лишь раззадорил он свой голод, ведь хотелось еще. Когда скрылась луна за облаками ночного неба, жажда отступила и разум прояснился. В ужасе обхватил парень свою голову руками. Не может смириться с очевидным.       — Боже мой! Кем же я стал? Почему кровь так приятна на вкус? Все мои мысли только о ней!       Виноватыми и молящими глазами этим утром встретил Лучезара мечник. Все понял старец, лишь только взглянул он на своего воина. И тогда собрал Лучезар всю четверку и поведал им об их новой природе.       Слава и подвиги — это лишь начало их великого пути. Впереди их ждет вечная жизнь, при этом не утратят они своей молодости, но будут накапливать мудрость и знания! Но у всего есть цена! Станет им противен солнечный свет, трудно будет находиться рядом со святыми местами! Но и с этим можно будет совладать со временем. Надо лишь помнить о своем предназначении и чтить свою новую натуру!       — И пришло время, друзья мои, поведать вам о моей настоящей цели! Настоящее мое имя было стерто в веках, ибо родился я много столетий назад. Зовите меня Лучезаром — так вам будет сподручней! Несколько веков назад вернулся я в мир людей с острова, что зовется среди смертных Авалоном. Там находится цвет магии. Каждый, кого призывает Авалон, обретает бессмертие, и не только в легендах! Но потускнел гордый герб волшебников, ибо настали темные времена для честных магов и истинных человеколюбцев! Трусливый король Оберон, что правит Авалоном, решился уйти в сторону и дать дорогу вере в Бога. Только не все были послушны, словно отара безмозглых овец! Моим наставником был сам царь Соломон — мудрейших из всех людей, что когда-либо жили или будут жить на этой земле! Будучи мудрым и проницательным, он сумел одержать немало блистательных побед и добиться удивительных успехов! Вероятно, даже вы слыхали легенду о том, как Соломон сумел заточить в кувшин сильнейших демонов! То есть правда и быль! Сумел также Соломон понять, как устроен мир! Узнал он, что каждому человеку уготована смерть в определенное время! А если избежать своего мига смерти, то становится человек подобен богам! Первые люди, от кого отводил Соломон смерть, могли поднимать скалы, могли ковать молнии и бросать их во врагов, могли колебать землю и иссушать реки! Вам, вероятно, известны первые обращенные, ведь слыхали вы про титанов, которые восстали против богов! Вооруженный этим знанием, Соломон стал помогать слабым народам одерживать верх над многочисленными армиями завоевателей! Всюду стали восхвалять мудрого благодетеля. Но эти же победы напугали богов! Да, тогда еще поклонялись многим богам и божкам! Нынешний Бог — всего лишь сильнейший из них и является узурпатором! Стал распространяться слух, что мой наставник вмешивается в естественный порядок вещей и сам хочет встать надо всеми! А мой учитель, словно Прометей, укравший огонь для людей, сделал их силой, с которой приходилось считаться! Ему почти удалось изгнать из нашего мира все то зло, которое отравляет умы людей! Но недоверие зародилось в сердцах завистников, и кара не заставила себя ждать! С помощью лжи и обмана заручились злопыхатели великого царя поддержкой большинства волшебников Авалона. Силой заточили они Соломона в тюрьму на волшебном острове! Его ученики не смогли защититься. Они были выдворены в мир людей! И поныне нас клеймят изгнанниками! Наивно полагают сторонники Оберона, что все последователи учения Соломона давно умерли! Дает бессмертие остров Авалон магам, что населяют его. Но смерть, даже спустя века, настигает волшебников вне Авалона, ведь исчезает связь с Великим Истоком, который питает магией остров Авалон и все сущее на земле!       Затаив дыхание, последователи Лучезара внимали каждому слову. Внимательный Юлий задал вопрос:       — О великий, как же вы сумели выжить?       Не ответил прямо Лучезар на этот вопрос, лишь покосился на сферу на своем посохе.       — Все живое борется за выживание! Еще до опалы сумел я раздобыть вещицу, что поддерживает мою жизнь! Дано мне видеть будущее, но не так-то просто его определить для могущественных обитателей Авалона. Я предполагал, что скоро на нас ополчится все войско Оберона. Моя осторожность помогла мне сберечь мою жизнь! Но вернемся к моему рассказу! Лукавые церковники на каждом углу вопят о свободе выбора и великой любви Господа к человеку, но так ли это? Да они и не знают всей правды! После великой жертвы Христа, Создатель проклял всех, кто избегает смерти! Разве не понимаете вы, что это сделано из страха перед вероятным противником! Силой воцарился христианский Бог над всем сущим и боится, страшно боится, что когда-нибудь появится кто-то, кто будет сильнее! Спешу успокоить вас, братья, Люцифер нам не друг и не помощник, но его бунт помогает увидеть истинную суть лицемерного правления небес! Увы, теперь избежавшие смерти люди являют собой лишь блеклую тень первых обращенных! Сила проклятья велика! Но свобода от предсказанной судьбы ценнее мощи! Вы стали вампирами, но я научу вас, как свести недостатки вашей новой природы к минимуму! Вы также сможете видеться со своими родными, гулять днем и даже посещать храмы! Хе-хе! Тем более, в некоторых из них Бога не было, нет и не будет! Однако, стоит помнить, что ваши ухищрения и иллюзии можно будет рассеять с помощью реликвий христианства. Например, освященная вода будет для вас очень опасна! Но с этим можно будет жить!       — Наставник! Если позволите, прошу поведать нам о вашей главной цели и о том, как мы сможем вам помочь! — произнес Веспасиан.       — Да-да! Поверьте, братья, должны мы действовать осторожно, обдумывая каждый шаг трижды! Великий Соломон быстро поможет навести порядок здесь! Тело можно уничтожить, но дух бессмертен! Боятся тайных знаний великого царя слуги Оберона и христианская церковь, жаждут получить их демоны ада, поэтому заключен Соломон на Авалоне, куда попасть нелегко! Всех воинов ордена не хватит, чтобы захватить остров! Даже армия Ромейской империи не справится! Но сперва нам надо отыскать этот таинственный остров и получить возможность сойти на него. Для этого ищу я Святой Грааль! С его мощью можно будет разрушить все магические барьеры острова и наделить небывалой силой наших хризмитов! Признаюсь, я думал, что Грааль находится в Восточной Римской империи, ведь слава о ее богатстве и мощи гремит по всему миру. Объединяя всех православных империи, искал я это сокровище сокровищ. Заглядывал в очи императора и патриархов, военачальников и советников, но ничего не узрел. Сам я спускался в сокровищницы больших городов, но нашел лишь злато, серебро да каменья. Вынужден признать, что держава ромеев достигла таких вершин путем дипломатии, ценой ратных побед и торговлей. Но не будем отчаиваться, братья! В запасе у нас вечность, а покуда мы не привлекаем к себе внимания судьбы, можно действовать спокойно! Сперва надо усилить Константинополь и имперскую армию, сделать наш орден Святой Софии сильнее! Слава об Армии Собора Света разнесется далеко за пределы империи! И надо закончить мое творение — Око Времени! На это уйдет время, ведь мало его построить, надо еще подготовить сей алтарь с помощью магии и рун, а это смогу сделать только я!       Обрадовались товарищи по оружию таким вестям. Спустя какое-то время все они обратились в вампиров. Как и обещал, научил Лучезар своих ближайших помощников держать свой темный дар под контролем. Описал преимущества, получаемые от выпитой крови людей, но и отметил побочные эффекты: постепенное изменение внешности, боязнь солнца и серебра. А главное — зависимость. Научил их, как можно сдерживать желание полакомиться людским алым соком и даже временно изгонять дух смерти из своего тела, теряя ряд слабостей вампиров.       Всюду следовал за высшим оракулом его отряд охраны из четырех человек.       Время неумолимо продолжало идти вперед. Императора Феодосия Младшего сменил Маркиан. Дом Лучезара, который в самом начале представлял всего лишь одну виллу за стенами города, разросся до крепости ордена хризмитов, которая стала частью оборонительных сооружений внешней части Константинополя.       Двойным рвом и высокими стенами была окружена цитадель хризмитов. Люди шептались, что никакая армия не сможет взять эти стены. Саму крепость, парки и площади украшали фонтаны, статуи и памятники в честь ордена Святой Софии. У церкви Святой Ирины стоял монумент, изображавший саму святую, что лила из кувшина воду на ладони воина-хризмита, который смиренно стоял на коленях перед нею. По всей империи стали появляться скульптуры, что прославляли хризмитов. Чаще всего изображался одинокий воин, который высоко над собой победоносно держал голову поверженного врага. Остроухого оборотня или рогатого демона. Щедрый император Феодосий Младший не жалел средств для защитников своей власти и православной веры. Такую же тенденцию сохранили и его последователи.       Злые языки трепали, что у Лучезара власти больше, чем у самого императора, но делали это тихо. Мудрого старца, по его же заявлениям, блага земные не интересовали. Не только словами, но и делом доказывал это мудрец: ходил в одной и той же одежде, а на пирах был сдержан и почти не ел и не пил.       Высший оракул ордена и его четверо телохранителей даже самой смерти не боялись. Давно смирились и сторонники, и враги Лучезара с тем фактом, что бессмертен духовный наставник ордена. Когда придет время, вечным спутникам высшего хризмита придется потеряться. Для родных и окружающих людей. Лучезар уже представлял, где можно использовать умения его вампиров.       В 476 году всех потрясло известие о свержении последнего императора западной части империи Ромула Августа. Знаки высшей власти были переданы императору Зенону, который в то время правил ромеями. Был это тревожный знак, и многие стали задумываться о безопасности самой империи ромеев. Не должна она повторить судьбу западного побратима!       Закончив дело, что затянулось на долгие годы, Лучезар был готов поведать императору о судьбе могучей державы.       Таинственный алтарь был построен и спрятан от любопытных глаз. В глубоком котловане, что вырыли по приказу Лучезара, располагались палаты, куда попасть можно было только по длинному подземному проходу из самого охраняемого места в империи ромеев — крепости ордена хризмитов. Когда тяжелые потолочные плиты были на своем месте, а все щели заделаны, то котлован вновь засыпали землей, назвав это место Кровавым Холмом. Тут должны были состояться казни с непременным условием: должна пролиться кровь.       Длинная подземная дорога, что вела к алтарю, была из черного мрамора, а стены и потолок были из того же материала красного цвета. Волшебные огни, заключенные прозрачные чаши, освещали путь. На стенах, начиная от входа, духовный наставник ордена распорядился повесить картины. Каждая отображала важное историческое событие.       На первом полотне царь Соломон восседал на троне, окруженный воинами и мудрецами своего времени, а у его подножия были две женщины с младенцем. Умышленно выбрал Лучезар эту сцену из жизни почитаемого царя, ведь тут проявлялись мудрость, проницательность и справедливость человека, с чьего правления дерзкий старик решил начать летоисчисление человечества. Свободного и могучего!       Были там и другие значимые отрывки истории, которые из-за времени стали мифами. Например, титаны, что восстали против тирании богов. На одной картине Спартак, что был рабом, вел своих воинов на угнетателей. На другой — распятый на кресте Христос с двумя разбойниками по обе руки от Спасителя. Заканчивалась галерея двумя картинами: слева изображалось падение Рима в 410-м году, когда варварские племена добились своего, а справа было последнее полотно искусного художника, изображавшее крепость ордена и нескончаемый поток хризмитов, выступающий в поход.       Но еще долго извивается дорога, и многих картин нет! По замыслу Лучезара, когда-нибудь проведет он своего наставника по этому пути, хвастаясь своими свершениями, но большего, несомненно, добьется сам царь Соломон. Для его подвигов и свершений оставил высший оракул место на этих стенах.       Но дорогая подземная галерея начиналась скромной залой в самой крепости. Стены, пол и потолок были из обычного гранита. Много тайных опасностей таило это место в себе. Не знает наглец точного расположения рычагов у входа, не успеет вор за отведенное время наладить механизм, и тут же придут в движение стены, начнут падать плиты с потолка, подвешенные на цепях. Перед входом в коридор с картинами надо было расположить в правильном порядке магические символы. А если не сможешь, то рискуешь стать вечным пленником одной из картин.       Но и это не все! Вход в комнату с ловушками был в большой зале в подземельях крепости. Днем и ночью горели тут факелы, освещая стены, вдоль которых стоят элитные хризмиты, по десять вдоль каждой стены. На высоких балконах все время стерегут залу лучшие лучники ордена.       Очень сложно пробиться внутрь, если не ты создатель и архитектор этого места!       Алтарь сверху венчал Кровавый Холм. На этом месте должны были происходить казни. Когда отрубали голову преступнику, то тело умышленно не трогали. Заполняла алая кровь чашу и стекала вниз по неведомым простым людям каналам — так Око Времени получало необходимую энергию, чтобы Лучезар мог заглянуть в будущее.       Человеческая кровь хранит в себе великую силу! Не зря темные жрецы и колдуны особенно ценят кровь детей и невинных дев. Не зря с давних времен приносили жертвы богам, желая задобрить их или попросить помощи. Лучезару нужна была такая мощь. Кровь только что убитых обладала сильнейшей энергетикой, ведь несла в себе и частичку духа убитого.       Сам подземный алтарь представлял собой овальное помещение. В центре был символ бесконечности, который выложили кирпичом. На дугах символа располагались искусно сделанные очи: рамка глаза была позолоченной, а само око было из серебра, прикрытое золотым веком. Всего четыре глаза имелось у этого сооружения. Между символом бесконечности и входом был небольшой пьедестал.       Попросив корону императора, Лучезар направился в свое подземное убежище, где должен был узреть будущее империи. За все время существования Кровавого Холма казнили десятки преступников, а использовать Око Времени высший оракул будет впервые.       — Теперь можно и пожинать плоды! — сказал себе под нос Лучезар, стоя в одиночестве перед своим алтарем.       Оставив корону на возвышении, старец подошел к символу бесконечности. Коснувшись посохом двух рун на кирпичном монументе, он заставил их вспыхнуть ярко желтым пламенем. Спустя мгновения остальные символы стали загораться друг за другом, озаряя комнату.       — Именем Хроноса, повелителя Времени, я повелеваю раскрыть мне будущее для владык этой короны!       После этих слов оставшиеся руны стали переливаться разноцветными огоньками. Медленно открылся глаз по левую сторону от Лучезара. Старик поспешил к нему. Хоть он и обладал властью в этом месте, но своенравие высших сил, у которых он просил содействия, тоже стоило учитывать. Приоткроют они покрывало тайны возможного будущего лишь единожды и на короткий срок.       В отражении серебряного ока узрел Лучезар лишь слабые отголоски будущего. Здесь умение толковать видения ценится выше, чем сами магические способности.       Вот какой-то мужчина покидает свою деревню с котомкой за плечами. Судя по одежде — обычный крестьянин.       Легкие волны прошлись по поверхности драгоценного глаза, и показался следующий фрагмент. Этот же мужчина, но уже солдат имперской армии. Вот он убивает врагов в бою, получает ранения. В следующий миг он уже командует лучшими солдатами империи. Последим око показало момент, когда этот же крестьянин уже с императорской короной на голове с большим трудом выводит что-то с помощью трафарета на документах.       После этого большой серебряный глаз закрылся. С легким стуком распахнулось око на другой стороне кирпичного монумента.       Там, после волн в отражении металла, Лучезар узрел какого-то мальчика. Был он явно деревенским, в простой одежде и с чумазым лицом. Что сказать: сын крестьянина! Вот за ним в жалкую хибару явились воины и посланник императора в дорогих доспехах. Забрали они паренька с собой. В следующий миг показалось, как этот же мальчик уже сидел за столом в светлом помещении, окруженный учителями и учеными своего времени. Последним это всевидящее око показало недавнего мальчика уже взрослым человеком. Тот стоял рядом с троном императора и, учтиво склонившись над ухом правителя, что-то шептал ему.       После этого золотое веко закрыло серебряный глаз, но открылось око слева от прорицателя.       В этом отражении мудрец увидел то, что заставило его расплыться в масляной улыбке. Он узрел, как короновали нового императора и его жену, которая была прекрасна, словно алая роза в весеннем саду. Узрел он место, где все происходило — собор Святой Софии. А улыбку у старца вызвала последняя картина. Был он рядом с императором, а окружали их верные хризмиты. И видел Лучезар, как стояли они на каком-то холме или возвышении, а так далеко, насколько мог видеть глаз, стояли воины ордена. Было их несметное количество и внимали они напутственному слову императора.       Закончив с третьим оком, Лучезар поспешил к последнему. Из серебряного глаза вниз тянулись несколько тонких струек крови, превращаясь в лужу на полу. У Лучезара была версия, что это являлось символом измененной истории, и увидев предсказание грядущих событий, высший хризмит только укрепил свою веру в эту гипотезу.       А там он узрел возможное будущее, которое поджидало войско православных фанатиков Византии.       Увидел он, как войска ордена и императорские воины сметают на своем пути любые преграды, разбивают разные армии, что решаются им противостоять. Вот увидел он, как светловолосый воин водружает знамя с хризмой на каком-то величественном строении. Знакомая архитектура.       — Капитолий! — прошептал старик, едва сдерживая эмоции.       Последнее, на что хватило силы алтаря, была картина с высоты птичьего полета: огромная армия империи сперва разделилась. Часть войск поплыла на запад, а огромная лавина хризмитов потянулась на север от захваченного Рима. В сторону Испании и королевства франков. Позже армии соединились, следуя на север и оставляя после себя пепелища на земле франков. Такого похода не должно было быть, уж Лучезар знал это наверняка. Это означало, что история будет переписана. Что ж, так тому и быть.       Теперь придется вновь ждать, когда алтарь насытится кровью преступников, которых будут казнить на Кровавом Холме. Но такие затраты окупаются с лихвой! Главное знать, что ты хочешь увидеть в серебряных глазах алтаря и быть уверенным, что имеющаяся деталь будет путеводной ниточкой к грядущим событиям.       Воодушевленный увиденным, Лучезар поспешил окунуться с головой в дела. Сперва он громогласно выступил перед императором Зеноном, обещая в будущем появление императора, который выйдет из простых людей. Из безграмотных крестьян будет происходить он, но через воинскую службу и усердие добудет себе право быть императором.       А после него придет тот, кто спасет всю Римскую империю и добудет славу, что не померкнет в веках. Тот, кто сможет привести Византию к процветанию, вернуть многие земли, но самое главное — вернуть Рим. И все это при помощи хризмитов.       Лучезар заверил императора, что все это произойдет в ближайшие десятилетия. Знал хитрый старец, что Око Времени не может показать слишком далекие события, ибо сущность бытия, хоть и с подготовленной последовательностью, но куется лишь в данный момент.       Много споров и пересудов вызвало обещание Лучезара среди высших слоев общества Константинополя.       — Где это видано! Крестьянин и император? — возмущались одни.       — Бывали в Римской империи правители, что начинали простыми солдатами! — отвечали другие.       — Обещал он появление этого «императора» через десятилетия! Вероятно, даже в начале шестого века! Давайте подождем! Вот опозорится прорицатель, тогда все мы и посмеемся над этими нелепостями! — говорили третьи.       — Лучезар не ошибается! — ставил точку в таких спорах император Зенон.       Хоть будущее и обещало много свершений и успехов, почивать на лаврах духовный наставник ордена хризмитов не собирался. Грядут большие завоевания и перестановки на теле Европы. Вероятно, мощь Армии Собора Света позволит даже в Африке распространить семена православия. Но не завоеваниями едиными! Империя и орден отойдут на второй план, когда появится возможность добыть Грааль. Помнил Лучезар о необходимости найти Грааль, ведь с его освобожденным господином можно будет добиться колоссальных успехов!       Но вот незадача. Чтобы найти искомое, необходимо знать, где искать. А таким знанием не обладал Лучезар. Но что-то делать необходимо, ведь под лежачий камень вода не течет. А время, безучастно смотря на людей свысока, продолжало свой путь вперед.       Однажды позвал высший оракул к себе своих верных воинов. Слишком много лет прошло, и для окружающих четверо легендарных друзей пали в боях с германцами, а вместо них на службу Лучезар призвал других хризмитов. Даже памятники в их честь были установлены в столице. Такова была легенда для ордена и жителей империи. Но Юлий, Анастасий, Веспасиан и Флегий продолжали служить старцу, тщательно скрывая свою личину. Вот и теперь они прибыли по первому зову Лучезара, который, развернув карту на столе, повел такую речь:       — Вот уже 501-й год от Рождества Христова. Ныне властвует император Анастасий, но предчувствую я, что скоро наступят судьбоносные времена, которые я предсказал много лет назад! Будет в нашем распоряжении великая мощь! Армия, которой будет под силу захватить весь мир! Но для нас — способных лицезреть самую суть, куда важнее найти Грааль. Поверьте мне, великий Соломон поможет нам добиться всех целей! Поэтому направляю я вас в разные уголки мира, в богатые страны и империи. Не ограничиваю я вас в вашем походе: можете прикинуться странствующими торговцами, можете стать наемниками и помочь местным властителям. Но все время будьте бдительными и обращайте внимание на различные чудеса и небывалые происшествия! Отправляю я вас в такое путешествие на долгие годы, но жду от вас добрых вестей. Если сможете, то привезите мне хотя бы фрагмент какой-нибудь диковинки, реликвии или магической вещицы. К вашему возвращению мой алтарь будет заполнен силой под завязку, и я смогу использовать его много раз. Искушены вы в искусстве скрывать вашу природу, поэтому никто не заподозрит, что вы вампиры, но кровь вам будет нужна! Заманивайте глупых жертв в полнолуние в тихие места и делайте то, что должно! Что ж, Веспасиан!       Подойдя к старцу, юноша склонился в почтительном поклоне.       — Тебя я отправляю в Персию! Всегда славилась земля персов богатством и небывалыми чудесами! Посоветовал бы я тебе прикинуться торговцем, а в средствах я тебя не ограничиваю, ибо богатства нашей империи уже сейчас сопоставимы со звездами на небе! Так их много! Но решать тебе! Путешествуй два десятилетия и возвращайся домой!       — Я не подведу вас, наставник! — твердо ответил Веспасиан.       — Юлий! Волею моей ты отправишься в Рим. Варвары давно уже основали свои королевства на землях бывшей Западной Римской империи. Наверняка там потребуются услуги опытного воина! Но главное — осмотри Рим! Сдается мне, эта столица еще хранит в себе многие неразгаданные тайны. Также хочу, чтобы ты посетил Равенну — последний оплот римлян. Никто не знает, какие богатства и секреты хранит в себе этот город!       — Можете довериться мне, учитель! — с поклоном отвечал молодой вампир.       — Флегий! Отправляю тебя еще дальше на запад! В Испанию! Ждет тебя долгий путь! Вероятно, захотят будущие императоры отправиться туда. Узнай, какие тайны и чудеса сокрыты на той земле и есть ли там что-то, что может заинтересовать орден!       — Повинуюсь, мой наставник!       — Анастасий! Тебя же я отправляю в Британию! Знаю, что ожидает тебя далекий и опасный путь. Считалось это место захолустьем, даже римляне просто ушли оттуда, когда настали тяжелые времена, но именно там теряются следы Иосифа Аримафейского! А он был последним известным обладателем Святой Чаши. Чтобы не было у нас никаких сомнений, отправляйся туда! Обрати свое внимание на любые чудеса и поведай о них мне, когда возвратишься!       — Будет исполнено, о мудрый старец!       — Что ж, колесо истории начнет новый оборот с вашим отъездом! Я же займусь усилением империи и сделаю наш орден надежной опорой для нее же! Желаю, воины мои, чтобы удача сопутствовала вам во время странствий! Через два десятилетия встретимся мы в нашей крепости, и вы поведаете мне о ваших приключениях и находках!       Ранним утром следующего дня в Персию отбыл караван с различными товарами. В голове отряда у каждого всадника была ветвь оливы — знак мира. А трое друзей, добравшись вместе до камня на распутье, пожали друг другу руки, обнялись на прощание и пожелали удачи. Двое отправились на запад, где хозяйничали в захваченном Риме варвары. Один из них направится дальше, в солнечную Испанию.       Проводив взглядом своих товарищей, воин в легких черных доспехах пришпорил коня и направился на север. Британия ждала Анастасия.