4. Повседневные хлопоты
5 сентября 2022 г., 18:21
Honest to God I'll break your heart Tear you to pieces and rip you apart 30 Seconds To Mars — Night Of The Hunter
— Если больше вопросов нет, все свободны. Первое совещание в качестве руководителя Санкт-Петербургского Управления ФСБ прошло в штатном режиме. После краткого отчёта Геннадий быстро распустил напряжённых заместителей и приказал начальнику кадрового подразделения принести личные дела сотрудников. Сначала — сотрудников кадров. С подразделениями он собирался ознакомиться по порядку. — Разрешите? — майору Дорошенко, начальнику подразделения собственной безопасности Управления, в принципе, можно было не соблюдать эти формальные правила субординации, как одному из новоиспечённых «родственников» самого генерала. Но Геннадий только неопределённо взмахнул рукой, приглашая его войти, и отошёл к окну, прикуривая сигарету. — Заключение служебной проверки, вам на подпись. — Майор положил на стол тонкую папку, и замер рядом, терпеливо дожидаясь, пока начальник обратит на него внимание. Геннадия бесила эта подчёркнутая официальность не меньше, чем опасливая почтительность всех встречных бет. — Что там? — Геннадий проглотил все непристойные слова, которые так и вились на языке: по сравнению с тем шоком, который он испытал от встречи с Фёдором, вежливые игры в субординацию выглядели более, чем безобидно. — Служебная проверка инициирована начальником второго оперативного отдела по городу. Майор Лущенко просил проверить возможную заинтересованность у своего сотрудника в связи с тем, что тот закрыл одну перспективную оперативную разработку без достаточных к тому оснований. Проверка не выявила заинтересованности, принято решение списать материал в архивное дело. — Безупречно ровный, официальный тон оседал горьким пеплом на языке, и генерал начал понимать смысл этой формальности. Подойдя к столу, он взял один из листков бумаги и быстро набросал на нём пару слов, продолжая беседу: — Каким образом проводилась проверка и на основании чего сделан вывод об отсутствии заинтересованности? «Прослушка?» Майор согласно прикрыл глаза и сел на один из стульев для совещаний. — Проверка проводилась подразделением собственной безопасности с использованием стандартных оперативно-розыскных методов. Материал оперативной разработки был перепроверен, решение о закрытии работы по нему было признано законным и обоснованным. Оснований для применения мер дисциплинарного воздействия в отношении оперуполномоченного Сименкова не выявлено. Открыв папку, Геннадий чуть не выругался матом, забыв про всякие прослушки: оперативная разработка проводилась в отношении бизнесменов Шурского, Давыденко и Федоренко по подозрению во взаимодействии с московской мафией — бандой Сосновского. Капитан Сименков весьма активно работал в этом направлении буквально до нескольких недель до закрытия разработки. И мотивы прекращения работы выглядели действительно надуманными и необоснованными. Мальчишка! Хмуро посмотрев на подчёркнуто-вежливого майора, Геннадий подписал заключение и с раздражением отбросил папку в его сторону. — У вас всё? — Так точно. Разрешите идти? Геннадий поднял на него тяжёлый взгляд, и майор с благодарной улыбкой кивнул и поспешил на выход, чтобы не раздражать начальника ещё больше. — Геннадий Михайлович, во сколько к вам подойти с почтой? — Ровная вежливость секретаря погасила зарождающийся пожар в эмоциях. Невозмутимая и педантичная девочка, содержащая отдел делопроизводства в идеальном порядке, вызывала только положительные эмоции — маленький островок спокойствия в бушующем море окружающего дерьма. — Заходите сейчас, у меня как раз есть время. Почты накопилось много. За три дня «междуцарствия», пока человек-слуга вампиров даже не успел приступить к исполнению обязанностей, а Фёдор Артамонов так скоропостижно подал в отставку, все службы, похоже, воспылали огромной любовью к питерскому Управлению ФСБ. — Входящие сообщения разделены по дате поступления, типу информации и степени секретности. В каком порядке вам предоставлять документы? Когда из четырёх больших ящиков на столе стали появляться аккуратные стопочки, Геннадий облегчённо вздохнул: ему приходилось иметь дело с разбором почты, и такого порядка он давно не видел. Склонив голову к плечу, генерал внимательно осмотрел маленькую, хрупкую девушку с ног до головы. Человек, просто человек. Невероятно педантичный, скрупулёзный, аккуратный человек. Всего лейтенант, в свои двадцать три года, пусть и с непростым уровнем допуска, но просто человек. Отметив про себя ознакомиться с её личным делом в первую очередь, генерал кивнул на самую внушительную пачку, мысленно готовясь к увеличению рабочего дня часов до восьми. Однако, к огромному удивлению, управиться с трёхдневным объёмом почты удалось всего за три часа, и всё благодаря точным, уверенным пояснениям секретаря по каждому документу, потому время на их изучение существенно сократилось. — Сообщение с грифом ДСП. Приказ центрального аппарата о проведении курсов повышения квалификации для руководителей региональных Управлений. Курсы будут проводиться через неделю на базе Академии ФСБ в Москве, продолжительностью две недели. К какой дате подготовить приказ о временно исполняющем обязанности руководителя на время вашего отсутствия? Расправившись со всей почтой, Геннадий расслабленно откинулся в кресле, закрывая глаза, когда до него дошёл смысл последнего документа. Москва. — К завтрашнему дню я определюсь с кандидатурой. Вечером можно и подписать приказ. Спасибо за работу, Любовь Сергеевна. Вежливо кивнув на прощание, девушка унесла подписанные документы, а Геннадий тяжело вздохнул, проведя руками по лицу, и закурил ещё одну сигарету, на этот раз даже не побеспокоившись отойти к окну. Вот не думал он, что ему придётся встретиться с Шурским так скоро. Но работа есть работа, и все личные чувства и эмоции не должны ей мешать. Открыв на компьютере информацию о центральном офисе компании X-Fitness, он молча поднялся и вышел. На обед поехал, да. До высокого современного здания самого крупного фитнес-центра генерал доехал на личном автомобиле — это сугубо деловая встреча, и приходить к нему домой Геннадий не собирался. Он даже по телефону не мог с ним разговаривать, с той самой встречи с Фёдором. Охранники на офисном этаже приветственно кивнули — такие же леопарды, сородича они узнали сразу. И о цели визита не спросили, похоже, это было совершенно нормально вот так приходить ко второму альфе по каким-то личным вопросам. — У вас назначено? — Молоденькая девушка-секретарь была обычным человеком, и пришлось доложиться: светить удостоверением или бесцеремонно ворваться в чужой кабинет он не собирался. — Я родственник Дениса Петровича. Геннадий Филиппов. Уточните, пожалуйста, может ли он уделить мне пару минут. Дверь в кабинет резко открылась, и девочка не успела выполнить свою работу. Денис Петрович с ошарашенным видом посмотрел на Геннадия, поднявшегося из кресла для посетителей, и молча подвинулся, приглашая его пройти в кабинет. Генерал с ледяным спокойствием выдержал молчаливый поединок взглядов, не позволив себе ни капли агрессии: ужин с Елизаветой Петровной был великолепной тренировкой. — Я не хотел беспокоить вас какое-то время. Но некоторые обстоятельства требуют вашего участия. Через неделю в Москве проводят курсы повышения квалификации для руководителей региональных управлений. Вы говорили, что внешними взаимоотношениями занимаетесь именно вы, так что я счёл возможным обратиться к вам с этим вопросом. — Что случилось?.. — Надо же, какая искренняя растерянность. Не понимаешь? — Ничего особенного. Мои личные отношения к рабовладению не стоят вашего внимания. Я ещё не привык к тому, что друзья передо мной на колени падают, издержки воспитания. Пояснять мне особенности наших внутренних взаимоотношений вы не посчитали нужным, возможно, мне стоило обратиться к третьему альфе, который этим занимается. Если не сложно, можете решить мой вопрос, чтобы мы не отнимали друг у друга время? Я немного спешу, у меня рабочий день не окончен. Шурский тяжело вздохнул, отходя к столу. — Я действительно сожалею, что втянул вас в это. Артамонов ушёл в отставку слишком неожиданно, а стерпеть во главе такого учреждения вампиров мы не могли себе позволить. Среди наших… не было никого подходящего на это место. Юра только майор, ему бы никто не позволил занять генеральскую должность. Геннадий подавил желание ответить резко и матом. Не время и не место ребячеством заниматься. Взрослые люди, как-никак, чтобы так по-детски себя вести. — Я не собираюсь обсуждать эту тему. Меня не волнует необходимость обрастать шерстью раз в месяц, но с рабством я так просто смириться не могу. В обычной ситуации я бы вам набил морду, но мне пояснили, что это невозможно. По поводу поездки, есть что-то ещё, что мне нужно сделать, или я могу идти? С горькой улыбкой Шурский достал записную книжку и записал даты и место проведения курсов. — Мне нужен будет номер рейса, туда и обратно, и в какой гостинице вы собираетесь остановиться. Не позднее, чем завтра. И ещё… — Он устало поморщился, проведя руками по лицу. — Я понимаю ваше состояние. И действительно ценю, что вы так безупречно сдерживаете эмоции. Но туда лететь нужно с абсолютно холодным сердцем. Не сдерживая бешенство, как сейчас, а действительно в ровном и спокойном состоянии. Вы сможете успокоиться до отъезда? — А какие варианты? Больничный взять? — Генерал презрительно фыркнул, отходя к окну. Чем меньше он видел источник раздражения, тем легче было удерживать стену. — Я не в детском саду работаю. Так дела не делаются. Успокоюсь, куда я денусь. И ещё, — резко развернувшись к двери, Геннадий решил всё-таки уточнить один животрепещущий вопрос, — мне теперь чтобы с Фёдором увидеться, надо к вам обращаться, или напрямую к Елизавете? По телефону-то ему звонить можно? — По вопросам, связанным с бетой, обращаются напрямую к альфе-покровителю, несмотря на ранг. По телефону — попробуй, если ему не запретили, он тебе ответит. Я… я позвоню вам перед отъездом. Нужно будет поговорить… о Москве. Это важно. Геннадий только кивнул, не поворачиваясь, и вышел из просторного кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь.***
С наслаждением прикуривая сигарету, он поехал прямо по улице, не особо задумываясь о маршруте. Телефон Юрия Дорошенко он набрал по памяти. — Ты где? — Размениваться на приветствия-прощания он не собирался. И обсуждать по телефону свои мохнатые вопросы тоже. — На работе, — голос у безопасника был удивлённый и немного обескураженный. Как же, официально обеденное время прошло часа два назад. — Приезжай к парку на набережной. Прогуляемся. Раздражённо выключив телефон, Геннадий вытащил изрядно поредевшую пачку сигарет. Ждать долго, однако, не пришлось. Почувствовав приближение знакомой звериной энергии, генерал молча кивнул подошедшему начальнику ОСБ на место рядом с собой. — Какого хрена у меня в кабинете делает прослушка? — Этот вопрос был не самым основным, но узнать такие милые подробности было тоже необходимо. — Это стандартный протокол ОСБ. Кабинеты начальника и всех заместителей, начальников отделений — прослушка с записью. Так положено. Ну, и в отделении у меня простых людей хватает, так что лучше не рисковать, какие бы то ни было преференции выказывать, — майор пожал плечами, откидываясь на лавочке и прикуривая сигарету. — Ничего личного. — Понятно, — не то чтобы это сильно новая информация, но лучше было знать наверняка. — Второй вопрос: вы уже в курсе, что мне через неделю в Москву ехать? — Да. — Несмотря на внешнюю холодность и односложность ответов, Геннадий испытывал настоящую благодарность к своему коллеге за то ощущение безмолвной поддержки, которое он давал одним своим присутствием. — Мне надо как-то выплеснуть эмоции. Не знаю, может у вас есть какие-то свои способы? В таком состоянии я там сорвусь. Юрий поднял на генерала внимательный, пронзительный взгляд, и с лёгкой усмешкой затушил сигарету, поднимаясь на ноги. — Поехали.***
Старый как мир способ снять напряжение — «почесать кулаки» — как нельзя лучше подошёл и в таком непростом случае, как у Геннадия. Когда всё видение мира переворачивается с ног на голову, когда лучший друг, бок о бок с тобой прошедший не одну «горячую точку»… столько раз спасавший твою жизнь, оказывается на уровень ниже тебя, на колени перед тобой падает… Нет, это определённо лучше тех боёв, которые были при принятии в клан. Тогда все события как будто смешались в один клубок, а все ощущения смазались — слишком много всего и сразу навалилось. А сейчас Геннадий ощущал всё предельно ясно и чётко, каждый миг, каждую секунду. Доехав до особняка Давыденко, Юрий закрыл тяжёлые металлические ворота и предоставил генералу возможность тряхнуть стариной и выплеснуть агрессию самым простым и надёжным способом.
