Городские истории

Кто никогда не стоял на краю — Тот не поймёт. Как чистой душу оставить свою, Живым остаться с судьбою в бою, Кто никогда не стоял на краю — Тот не поймёт. Белый Орёл — На краю

      — Я не верю в сказки, Марк, — мрачно сказала девушка со шрамом через правую щёку, глядя в окно своей новой квартиры. — Так не бывает. Мы ещё не знаем, как они работают с вампирами. Может, поэтому здесь детей и нет, что всех вампирам скормили?       — Рита, — Марк устало поморщился, подходя к ней ближе. — Ты же чувствовала, что они говорят правду. Их просто запрещено здесь обращать. Ты видела, как здесь живут беты. Самых разных кланов. Попробуй просто жить сегодняшним днём и радоваться тому, что у нас есть сейчас. Новый дом, куда не доберётся Сосновский. Новый клан, о каком только мечтать можно было. Чем не новая жизнь? Давай попробуем просто пожить. Мы же для этого и сбегали.       — Я не могу просто так расслабиться и довериться чужакам, — она бросила на него хмурый взгляд. — Я доверяю тебе. Ты спас нас. То, что осталось от нас. Но я не доверяю им. Видел, как тот альфа из СБ чуть не потёк, всё глаз с меня не сводил? — она презрительно скривилась. — Всем им надо одно и то же.       — Ты ему просто понравилась, — Марк устало улыбнулся. — Это было видно. Он не настаивал, когда увидел, что ты не хочешь. Даже не подошёл. Попробуй не заморачиваться, пока проблем нет. А появятся проблемы — будем их решать.

***

      Новые ученики были просто отрадой для всех учителей. Посещаемость постоянная, дисциплина идеальная, прилежность — выше всяких похвал. Попытки заводной части класса подколоть новенького заучку разбивались, едва только они смотрели ему в глаза. Выдержать этот тяжёлый, слишком взрослый, и наполненный внутренней энергией взгляд не мог никто из их одноклассников, и с ним в итоге предпочитали просто не связываться. Как и с Яной, которая молчаливо прибилась к Диме и упрямо не пересаживалась, даже ощущая, что он не горит особым желанием с ней общаться. Поодиночке они оба были слишком удобными мишенями для негатива.       Сегодня, однако, прилежность Димы немного страдала. Весь урок он расфокусированным взглядом смотрел куда-то перед собой, а Яна ёжилась от обрывков страха и беспокойства, выбивающихся из-за его обнесённого мощным барьером энергетического поля.       «Что с тобой сегодня?» — написала она в Телеграме, не дождавшись перемены.       Он, поморщившись, ответил ей смайликом с луной.       Ну конечно, полнолуние же сегодня! Она фыркнула, довольно — сама она даже в первый раз не беспокоилась.       «Тоже мне, опытный волк! Нашёл повод для беспокойства! :) Первый раз, что ли?»       Он как-то странно посмотрел на неё, очень серьёзно, без тени улыбки, и отвернулся к доске.       После урока Яна вытащила его в рощу переговорить — очень уж напряжённым он выглядел. Он только взял с собой сестру, которая была какой-то бледной и почти не поднимала глаз от пола.       — Да что такое с вами?! — возмущённо прошипела Яна, переводя взгляд с угрюмого Димы на Лену и обратно. — Как будто что-то новое будет! Вы же лет с четырёх, как говорили, обращены, чего так дёргаться-то? Уже круче всех должны быть! У вас в клане немногие взрослые могут таким сроком похвастаться. У вас уже ни с обращением, ни с контролем проблем не должно быть. У меня вот раза с третьего вообще всё нормально стало. Раньше половину не помнила, половину на инстинктах делала…       Дима переглянулся с сестрой и поднял на Яну тяжёлый взгляд.       — Мы не знаем, чего ожидать здесь. Не знаем, какие у них условия. В Москве нас забирали сразу с утра, а здесь сказали идти в школу.       Яна только нахмурилась, не разделяя такого странного беспокойства.       — А что вы там с утра делали, если не секрет? Там же все интересное только ближе к вечеру начинается…       — Нас запирали в клетку в бункере. Чтобы не возиться, когда основную часть стаи подвезут. Сначала всех вместе, детей и бет. С прошлого года нас стали разделять с бетами, а то в самое полнолуние контроль сносит…       Яна медленно прикрыла рот рукой, отступив на шаг. Пора было привыкнуть к дикостям Москвы.

***

      — Мы хотели собрать вас всех, но не успеваем, поэтому информацию передаём тебе, а ты доведи до своих, — Марк сосредоточенно кивнул, присаживаясь в кресло в кабинете Федоренко. У него тоже было много вопросов по поводу сегодняшнего полнолуния.       — У нас большой загородный дом, для таких целей, и частная огороженная территория леса, за которой идёт охранная полоса железных дорог, никаких соседей, всё безопасно. Прибавка в сорок три человека для нас не критична, но кое-какие приготовления нужно сделать, — Александр быстро написал какое-то сообщение на телефоне и поднял на Марка спокойный взгляд. — У вас есть свои машины? Успели здесь купить? Или нужен транспорт?       Марк моргнул, умудрившись не подавиться вдохом. Вот бы у Сосновского их спрашивали, нужен ли им транспорт добраться до загородного особняка в полнолуние.       — Мы не думали… что поступит такое предложение, — осторожно сказал он. — Я узнаю в течение десяти минут, если можно.       — Конечно, без проблем, — Александр пожал плечами, — я пока расскажу, как у нас всё устроено. У нас весь клан разделён на десятки, во главе каждой группы стоит наиболее доминантный альфа, чтобы не допустить ненужных разбродов в полнолуние, особенно у недавно обращённых, когда контроля нет. Территория леса разделена на сектора по количеству десяток, сейчас мы как раз добавляем разделения для вас. Места у нас ещё много, не переживайте, если что. На каждый сектор выделяется по какой-нибудь косуле или кабану, не помню, что у нас сегодня, будет сюрприз, — он слегка улыбнулся. — Территории разделены между собой заборами с серебряными вставками, на чужой сектор никто не забежит. Сектора большие, километров по пять в длину и метров пятьсот в ширину. И побегать, и поохотиться хватит. Охотимся, едим, гуляем, и возвращаемся в дом, когда контроль более-менее вернётся. Старший в группе следит, чтобы все вернулись. Если случаются поединки — право сильного, без вопросов, но мы стараемся не убивать без веской причины. Вопросы? Предложения?       Марк сидел, прилипнув к креслу, не в силах даже вдохнуть, только тупо таращился на Фреки, понимая, что тот говорит правду, но не мог поверить в то, что слышал. Он, конечно, догадывался, что здесь вряд ли будут бункеры и клетки, с последующим развлечением альф с бетами, но вот такого — даже представить не мог.       — А… — он прочистил горло, собираясь с мыслями. — Беты? И дети?       Александр слегка нахмурился, недоумённо посмотрев на него.       — Мы стараемся поддерживать примерно равное количество альф и бет в группах. Конечно, дети всегда со своими родителями, это без вопросов. У нас довольно долго многие беты не имели официальных покровителей, распределялись по группам по желанию. Несколько месяцев назад встал очень жёсткий вопрос с вампирами, и пришлось настоять, чтобы каждый выбрал себе альфу-покровителя. У вас вроде все беты с метками, так что проблем не должно возникнуть, — он пожал плечами. — Поделитесь на десятки сами, как вам удобно, кого мало останется, скажи мне, добавим к кому-нибудь.       — А… потом? Когда возвращаемся в дом? — осторожно спросил Марк, не сводя с Александра недоверчивого взгляда. Слишком непривычно было слышать слова «по желанию» применительно к бетам, и тем более вот такое абсолютно равное отношение!       — Если хватает сил и контроля, оборачиваемся, моемся, там душевые на два этажа, и спать ложимся — спальные места сейчас тоже готовятся. Если кто устал, валится спать как есть, в волчьей форме, а душ переходит на утро. Утром завтрак — мы обычно пиццы заказываем, чтобы не заморачиваться, ну и бутерброды всякие там всегда сделать можно. Чай попьём, и по домам. Транспортом обеспечим всех, кто будет без машин, так что мне нужна от тебя информация, кого откуда забирать и возвращать. Всё.       Марк медленно выдохнул, спрятав лицо в ладонях.       — Ой, у нас ещё приём в клан новичка будет, — вспомнил Александр. — Стас Измайлов, работал в одном из отделов полиции. У него жену с дочерью обратили леопарды, вам рассказывали ту историю. Он вышел на вас через вашего Диму Селезнёва, он с его дочкой в одном классе. Ну, чтобы от него проблем не было мы его обратили, будет теперь в нашем клане. Альфа, так что перед тем, как разойтись на охоту, проведём ритуал. Часов в шесть. На поединках при приёме в клан не убиваем, просто выясняем уровень сил. Предупреди своих, пожалуйста.

***

      Маргарита смотрела на него как на сумасшедшего. Он понимал, что выглядит не очень убедительно, но ничего не мог с собой поделать. Он сам не верил в это.       — Он говорил правду, — Марк поднял блестящий от непролитых слёз взгляд на своих альф. — Я сам не могу в это поверить. У них действительно так всё устроено.       — Ты думаешь, это возможно? Это слишком сказочно выглядит.       Сказочно — это ещё мало сказано. Слишком живо стояло в памяти, как они у себя в пригороде искали бункеры, где можно закрыться, чтобы как минимум отделить бет и детей, а альфы уж перебивались как могли. К Сосновскому за помощью обращаться им бы в голову не пришло. Приходили по двое альф из центра, проверять, чтобы все были на месте, и после полнолуния развлекались с бетами. Вот и вся «помощь». А какие «охоты» устраивал Сосновский… Они слишком хорошо это помнили. На такую охоту никто из них добровольно не стремился. Лучше пересидеть полнолуние в бункере и в серебряных цепях.

***

      — Добро пожаловать в клан, Стас.       Стас слегка улыбнулся, прикрывая глаза, купаясь в тёплой, искрящейся энергетике, которая окружала его как тёплый меховой плащ. Пришлось пересмотреть свои взгляды на нормальность, на границы реальности и фантастики, на многое. Только то, что рассказала Яна, не давало ему покоя. Вертелось как заноза, мешая принять новую жизнь открыто и полностью. И он решительно позвал Дениса Лущенко перекурить сигаретку за стаканом чего-нибудь расслабляющего, наутро после первого полнолуния.       — Расслабляться теперь придётся без алкоголя, Стас, — усмехнулся Денис, прикуривая сигарету. — Хоть спирт пей — как вода пойдёт. Метаболизм нереальный.       — Хм. Ну ладно, — фыркнул Стас, присоединяясь к нему. — Я поговорить хотел.       — Дай угадаю, — прищурился Денис. — Про переехавших из Москвы?       — В том числе, — кивнул Стас. — Мне Яна рассказала кое-что. У меня до сих пор мурашки по коже. Поверить не могу, что такое правда происходит… Ты вообще в курсе, почему они сюда правда приехали? И почему тогда кто-то там живёт вообще? Если допустить, что это правда, — он поёжился, затягиваясь дымом.       — Я разговаривал с Марком, — тихо ответил Денис, глядя за окно. — И со всеми альфами. Мы можем чувствовать ложь, Стас. Ты скоро научишься, быстро поймёшь, как это делать. Меня долго трясло потом, я не мог отойти. Не знаю, что тебе рассказала Яна, но я даже не воспроизведу тот ужас, который там происходит. А почему живут там… Не все могут уйти. Это не так просто. Марк готовил этот побег около года. Прощупывал почву. Помаленьку распродавал недвижимость, машины. Через доверенности и агентства, не лично. Они потеряли человек двадцать за это время. Каким-то чудом их не раскрыли. Они убегали в звериной форме, несли в зубах сумки с одеждой и деньгами от продажи квартир. Все телефоны, все карты — всё оставили там. Три дня и три ночи бежали, иногда останавливались на охоту. Можешь представить?       — Господи, — Стас провёл руками по лицу, — то есть там правда целый город отморозков, которые убивают и насилуют кого хотят, детей, блядь, и никто ничего не делает?! Типа, на своей территории они хозяева и всё можно?! Это так работает, в ваших кланах?!       — Не совсем, — Стас дёрнулся от мягкого голоса Александра — Третьего альфы в клане, который не стесняясь зашёл в комнатку, где он надеялся по-тихому пошептаться с другом, и ничуть не скрывал того, что банально подслушивал. — Скажем так, мы не знали подробностей. На своей территории любой клан может действовать как угодно, это закон. Но ограничивать право на выход — это перебор.       — То есть, из всего этого беспредела вас больше всего впечатлило, что ограничивают право на выход? — у Стаса вырвался горький смешок.       — Это то, что может быть в принципе оспорено другим кланом, Стас. На своей земле они хозяева. Со своими… бетами, альфами, которые не смогли победить в поединках — они могут делать что угодно. Право сильного.       — Вы серьёзно? Можно насиловать детей, убивать их родителей у них на глазах, и всё хорошо, право сильного?!       — Мы не можем просто так вмешаться на чужую территорию, и насаждать «демократию», — голос Александра был таким же ровным и мягким, но под тяжёлым взглядом, наполненным внутренней Силой Третьего альфы, Стас молча прикрыл глаза.       — Когда у вас там следующая партия к вампирам? Меня запиши, — Денис повернулся к Александру, затушив недокуренную сигарету в пепельнице, и пошёл на выход. — Стас, пошли, провожу тебя.

***

      — Я не думал, что меня так прошибёт. Как первая любовь, только сильнее. Не думал, что мне уже доведётся такое испытать, — тихо проговорил Денис, когда они выехали из загородного дома клана в его машине домой. — Я только посмотрел на неё и пропал. Двух слов связать не мог. Хорош безопасник! — он скривился. — Она одна из альф в той группе, которая пришла с Марком. Я сначала подумал, что они вместе, но потом понял, что нет. Он вообще больше по мальчикам, а у неё всегда такой взгляд… Я потом узнал. Это её мужа убили, когда он пытался дочь отвоевать. И её потом… — Он резко выдохнул, прикуривая сигарету. — Мы всё чувствуем сразу. Симпатию, возбуждение, что кто-то понравился. Это ощущается, по запаху. У меня от её взгляда всё упало тогда. И не знаю, встанет ли больше, блядь. Как будто ко всему готова и не надеялась на лучшее… — Он тяжело вздохнул, поворачивая на проспект. — Там, в Москве, всё держится на вампирах. У них вся политическая власть, вся силовая система на уровне министерств — везде их люди-слуги. Вмешаться напрямую в чужой клан, на чужую территорию, мы не можем. Но конкретно одного ублюдка и тех, кто участвовал в его развлечении с дочкой Маргариты, я достану. — Он перевёл твёрдый взгляд на Стаса, и тот кивнул ему в ответ.

***

      Геннадий звонку Лущенко удивился, но не сильно. Мало ли о чём безопасник клана волков, и, по существу, начальник СБ всех оборотней в городе, решил поговорить с начальником ФСБ? Встретиться договорились в знаменательном парке рядом с конторой, который столько серьёзных разговоров слышал на своём веку, что пора его уже забором обносить.       — Как живётся на гражданке? — Геннадий тепло поздоровался с Денисом, и расположился на одной из уютных лавочек.       — Неплохо, — тот криво усмехнулся, доставая сигарету. — Если бы не последние новости, было бы даже замечательно.       Вызванный в тот же парк Николаев осмотрел нахмурившегося генерала и такого знакомо упрямого Лущенко с ног до головы, выслушал всплески искреннего возмущения и глубоко вздохнул, прикуривая сигарету.       — Я понимаю, почему вы пригласили меня, — начал он, устроившись под ближайшим деревом. — Оборотни не могут вмешаться на чужую территорию, не могут потребовать выдать члена другого клана для мести, какой бы праведной и справедливой она не была. Но так заманчиво обойти эту маленькую трудность через вампиров, да? — Он мягко улыбнулся, переводя на них внимательный взгляд.       — Я не пытаюсь просить о бескорыстной помощи! — фыркнул Лущенко, тряхнув головой, и прикурил ещё одну сигарету. — Прекрасно понимаю, как это работает. Готов заплатить, как угодно. У меня крови много. И… — он поморщился, и решительно закончил, прямо встречая его взгляд. — И всё остальное. Переживу.       — Так, — протянул Николаев, глубоко вздохнув, и сложил руки на груди, наклонив голову к плечу. — Позволь я изложу ситуацию, как я её уловил, а ты меня поправишь, если я ошибаюсь. Вы предлагаете Княгине просить об услуге Князя Москвы. Вещь довольно обыденная между нашими городами, как вы понимаете. Допустим даже, Князь Москвы сочтёт достаточной ценой тебя одного. Примерно на месяц. — Лущенко на мгновение прикрыл глаза, и тяжело сглотнул, но снова упрямо поднял взгляд на Николаева, который продолжил свою мысль, таким же ровным, безжалостным тоном. — Как вы понимаете, между Князем Москвы и Ульфриком Сосновским особые условия взаимоотношений. При определённых условиях, Князь может потребовать любого из волков Сосновского, и тот ему не откажет. Предположим, вы получаете этого волка в своё распоряжение, совершаете свою справедливую месть, ты платишь свою цену и благополучно возвращаешься домой, к довольной благодарной девушке, — он усмехнулся, под упрямым, угрюмым взглядом Лущенко, который начал понимать, что не всё так гладко, как ему представлялось.       — Ты работал на оперативной работе семь лет. В группе аналитики. Ты правда думал, что всё так просто закончится?       Лущенко мрачно тряхнул головой, под задумчивым взглядом Николаева и нахмуренным — генерала.       — Прежде всего, позвольте остановиться подробнее на взаимоотношениях между Ночным Народом в разных городах, коль скоро вы так упрощённо смотрите на просьбы одного Князя другому, — Николаев тяжело вздохнул и продолжил, — Как вы понимаете, вмешаться в политику друг друга, напрямую влиять на решения друг друга Князья не могут. Соседи, как мы, оказывают услуги по просьбам друг друга далеко не по доброте душевной. И не за такую, простите, скромную оплату, как месяц сомнительного удовольствия с оборотнем-волком, которых в Москве достаточно. Если Князь Москвы оказывает услугу Княгине Санкт-Петербурга, он может просить её об ответной услуге. Как вы понимаете, она должна будет эту услугу ему оказать, за сопоставимое возмещение. И так далее. Так строятся отношения между Князьями. На взаимных услугах. — Он перевёл строгий взгляд с понурившегося Лущенко на генерала, и обратно.       — А теперь чуть ближе к нашей ситуации, Денис. Попробуй на секунду представить себя на месте Сосновского. — Лущенко поднял на него взгляд, но сдержал комментарии. Сам начал понимать, что будет дальше. — Ты — всесильный главарь Москвы, вся силовая система, вся мафия, весь наркотрафик, все оборотни под твоей властью, и дышать боятся без разрешения, потому что всех не согласных порвешь. И вот сбегает у тебя половина подмосковной ветви клана. Со всеми бетами и детьми, которые считаются, вообще-то, клановой собственностью. Дальше своей области ты их преследовать не можешь, куда сбежали, точно не понятно, понавешал на всех сторожков, порвал половину стаи, кто усомнился в твоей силе, сидишь, полыхаешь гневом. И вот Князь города требует у тебя одного из сильнейших волков. Насовсем. Как думаешь, тупые идиоты, которые не видят дальше своего носа, могли бы удержать жёсткую власть над всей Москвой больше семидесяти лет? Никто не сложит два и два, и не вспомнит, с кем недавно развлекался этот незадачливый волк?       — А потом Сосновский попросит своего Князя об ответной услуге в тот город, из которого поступил заказ, — мрачно продолжил генерал Филиппов.       — И эта услуга будет оказана, — согласно кивнул Николаев. — Ему даже не нужно будет ничего спрашивать и уточнять. А моя Княгиня не сможет отказать.       Лущенко молча опустил голову на руки.       — Я лично буду тебе должен, Сергей, — мрачно проговорил Геннадий. — Я чувствовал, что всё не так просто, но представить не мог, в какую задницу это могло вырасти, — он покачал головой.       — Вам бы не позволили поступить так безрассудно, — улыбнулся Николаев. — Господин Федоренко весьма близко знаком с политикой Ночного Народа. Вся верхушка клана волков в курсе. Они не просто так предприняли все возможные меры предосторожности, чтобы не выдать местонахождение своих новых родственников.       — Неужели ничего нельзя сделать? — прошептал Лущенко, не поднимая головы.       — Если подумать головой, Денис, из любой ситуации можно найти несколько выходов. Только нужно подумать хорошо. И не бросаться в омут с головой, как ты любишь. И ещё один маленький нюанс, — Сергей прищурился и затушил докуренную сигарету об урну. — Вы же в курсе, что сторожки без розыскных дел не заводятся?