Devils in a quiet pool.

В кабинете прокурора ада дверь была всегда заперта на ключ. И не важно какого ранга дьявол, он никак не смел войти внутрь. Но слуги, иногда убиравшись в коридоре, не мало слышали там странных и взбудораживающих звуков, но те лишь делали вид, что ничего не слышат, и бежали прочь с коридора, наплевав на своё бесово любопытство, ведь они уже знали правила этих коридоров. Слышишь звук за дверью - не смей открывать её. Не смей думать о ней. Не смей говорить о ней. Если сплетни о том, что хозяин этого поместья спит с каким-то низшим дьяволом, то никакую репутацию они, конечно, ему не испортят. Но слухи эти даже не смели покидать территорию поместья. Вот и сейчас, коридор окутан тишиной, но это только на пару мгновений. Уже через полминуты с комнаты хозяина поместья слышатся сладкие и протяжные стоны. Видимо, их обладатель даже не пытался сдерживать голос и совсем не стыдится этого, потому что уже через три секунды можно было снова услышать такой же стон, но ещё более громкий. Это был Ли Феликс. Так звали обладателя этих глубоких и нежных стонов. А всё потому, что сейчас Хван Хёнджин просто покрывал его шею своими глубокими укусами, после которых на коже виднелись маленькие капельки крови. Видимо, этот не так быстро заживет, впрочем, как и остальные подаренные Хваном засосы. Теперь Ли старался сдерживать голос и хоть как-то заткнуть рот чем-то. Ничего, кроме руки он лучше не придумал, поэтому следующие его стоны были на глухо заткнуты собственной рукой. Искусанные губы. Блестящие от слёз глаза. Хёнджин буквально мучил этого солнечного мальчишку, усыпанного маленькими звёздочками на щеках. Старшему они чертовски нравились, как и сам их обладатель. - Потерпи ещё немного для папочки, ладно? - тихо и нежно прошептал прокурор своему мальчику в шею, на что получил положительный кивок, после которого Хван ухмыльнулся и снова прильнул к шее младшего. Ещё один сладкий стон, который Ли уже не сумел сдержать. Теперь руки Хвана самовольно разгуливались по телу Ён Бока, как на своей собственности, впрочем так и было. Эти касания, эти изящные длинные пальцы. О дьявол, как же они все заводили Феликса. После такого ему точно не сулило оказаться в раю и исправиться. Никогда, если рядом есть Хёнджин. - Хён... Быстрее, прошу, я больше не могу терпеть... - томно выдыхал блондин, откидывая голову назад, и прижимаясь спиной к краю стола. Сам Ён Бок покорно сидел на коленях Хвана, и ждал пока ему дадут указание, как маленькой, верной собачке. - О врата ада, ты такой нетерпеливый, малыш. - выдохнул Хёнджин ему в шею, от чего у Ли по телу пробежался табун мурашек и он восторженно простонал, закрывая предплечьем руки глаза и просто наслаждаясь и терпя всё это. - Хочешь, что бы папочка поскорее оказался внутри тебя? - продолжал издеваться старший, продолжая бегать горячими пальцами по прекрасному фарфоровому телу, иногда задевая и так набухшие соски, от чего грудь у блондина вздымалась. - Мне ведь так нравится играть с твоим телом, а ты портишь моё веселье каждый раз, из-за того, что возбуждаешься первее меня. - эти слова ещё больше заводили чертёнка, что внизу всё начинало ныть до боли. Ему не нравилось это терпеть, он больше не хотел, он хотел взять инициативу на себя, толкнуть хозяина, оседлать его бёдра и наконец удовлетвориться. Но всё, что происходит сейчас, так медленно, так интригующе, всё это заводило Феликса в десять раз больше. Эти касания становились для него невыносимыми. Он хотел стонать во всё горло, умолять своего хозяина. - Ах... П-папочка, умоляю, я больше так не могу. - тяжело выдыхал он и повторял несколько раз шёпотом, прикусывая нижнюю губу уже до крови. Хёнджину нравилось видеть его таким беспомощным и молящим. Он хотел видеть его таким всегда. Найдя пальцами сосок, он сжал его, в подарок услышав гортанный протяжный стон. Он играл с сосками то пальцами, то языком, а младший одаривал того своими сладкими стонами и всхлипами. - Прошу, я готов... Пожалуйста... - хныкал он, уже потянувшись свободной рукой к своему торсу, но получив сильный шлепок по руке, остановился. - Почему-у-у... - тихо простонал он, уже готовый кончить от любого прикосновения хозяина в области паха. - Я тебе ещё не давал разрешения трогать себя. - холодно ответил Хван, сжав чужое тонкое запястье в руке. Но через парочку секунд он изменился в лице, снова возвращая то озабоченное выражение лица, расслабив хватку и аккуратно погладив тоненькое и белое запястье руки младшего. После сильной хватки Хвана, у Феликса остался синяк. Точно словно фарфоровая куколка. - Ах, кроха, я обидел тебя, как я могу искупить свою вину? - спрашивал Хёнджин, не отрывая взгляда от пострадавшей руки Ли, всё так же продолжая поглаживать бледную кожу большим пальцем. - Скажи, и я сделаю это. - он аккуратно приблизил чужую руку к своим пухлым, алым губам и поцеловал её, долго и протяжно. Ли немного потупил. Сегодня ведь это он исполняет любые похотливые желания Хван Хёнджина. Что же он задумал на этот раз? Но пропускать такой шанс не стоило. Посмотрев на старшего из под предплечья, он наконец убрал руку и перестал скрывать свои влажные глаза, что блестели под светом алой свечи. Этот взгляд заставлял Хвана тонуть, умирать. Он не мог жить без этих глаз. С чего же всё началось? Хёнджина зацепил этот мальчик ещё на улице, где всегда было много шума и бесконечная торговля всяких запрещённых, в людском мире, товаров, что в аду считалось абсолютно приемлемым. Хван, со своим слугой и так называемой "правой рукой", искал продавца, у которого заказывал редкий и дорогущий товар (связанный с нарко.-веществом). Там то он и заметил мальчишку. У той же лавки. У того же торговца. Было не сложно понять, что там произошло, и почему этот продавец кричит на него. Он явно что-то украл, этого не скрыть. Молодой прокурор прошёл бы мимо, если бы его не зацепила прекрасная и миловидная внешность парня. И как на такого милашку можно было вообще повышать голос. Вот с того-то и дня Ли Феликс жил в поместье Хвана, и ему всё сходило с рук. - Я хочу... - Феликс опустил свой взгляд, уже стоявшего на одном колене Хёнджина. И только он мог видеть, как хозяин этого дома встаёт перед ним на колени, только он мог слышать как он стонет его имя. Только он. Рука Ён Бока плавно опустилась к подбородку старшего, и задрав своим указательным пальцем его идеальной формы подбородок вверх, сделал брови домиком и жалостливо проскулил: - Хочу что бы ты прямо сейчас меня взял здесь. И как можно грубее. Я хочу тебя. Хёнджин лишь усмехнулся, аккуратно и ласково перехватывая руку младшего, снова целуя её. - Всё что скажешь, моя куколка. - Прекрати уже меня так называть. - наигранно рассердился Ли, надув губы. - Ты даже сердишься мило. О дьявол, да ты само очарование. - проурчал Хён, отпуская руку младшего. Сам он уже решил что медлить больше не нужно. Встав с колена, он руками подхватил бёдра блондина, легко приподнимая и аккуратно располагая на своём рабочем столе. Феликс успел только тихо ойкнуть от неожиданности, но возвращаясь к делу, он заметил как Хёнджин снова проходится языком по телу младшего, снова и снова изучая его. Как будто другие разы ему не хватило. Хван был чертовски ненасытным, когда дело касалось до секса, особенно с этим маленьким чертёнком. Лишь в начале Хван был с ним аккуратен и нежен, но когда он уже овладевает телом младшего, то получает максимум удовольствия. Феликсу, конечно, нравится эта нежная и аккуратная сторона хозяина. Но та, которая открывается только ему во время сплетения их тел, Феликс обожал её. Обожал когда Хён брал его грубо, игнорируя мольбы нижнего, зализывая его слезы и наслаждаясь вкусом. Вот и сейчас, Хёнджин только начинал, он только разогревался. Младший немного поёрзав, наконец принял удобную сидячую позу на столе, расположив ногу на ногу и ожидая следующих действий хозяин. Старший оценивающим взглядом прошёл по всему телу, вырисовывая в голове эротические картины. Эти кукольные глазки впились в пах старшего, что, конечно, не было не замеченным. Красноволосый аккуратно взял того за подбородок, поднимая чужой взгляд тёмных глаз. - Куда ты смотришь? - ровно и холодно спросил Хван, на что получил нервный и тихий смешок со стороны младшего. - Я хочу что бы ты смотрел мне в глаза. Не смей отвлекаться от моего взгляда. Ли тихонько кивнул. Прижимаясь своим телом к телу младшего, Хван начал стягивать с того довольно длинные, чёрные шорты, которые закрывали прекрасные, белые ножки чертёнка. Феликс пару раз стукнул чёрным бессовым хвостиком по столу, уже горя от нетерпения. - Я слышал, - вдруг снова начал говорить старший, останавливая и располагая свои руки на бёдрах младшего, немного сжимая. - ты снимал подаренный мною тебе ошейник. - руки сжали бёдра ещё сильнее, то ли от обиды, то ли от злости. Но сильно он злиться на своего малыша не мог. - Это правда? - он поддался своим пахом вперёд, благо, на нём ещё была одежда, и он не собирался входить в младшего, не подготовив его. Феликс приятно пискнул, ощущая покалывания снизу живота всё чувствительнее и сильнее, от чего весь сжался внутри. Он не мог ничего ответить, только тихо и протяжно мычал или всхлипывал. - Отвечай. - легонько шлёпнув его по ягодице, он наконец сумел полностью разбить младшего, который пытался с начала перехватить всю инициативу на себя. Маленький и хитрый чертёнок. - Да... - тихо всхлипнул блондин, и вздрогнул закатив глаза, когда чужие горячие пальцы обхватили его, уже давно колом, стоящий член. - Простите, хозяин, но он правда давил мне на ше... - всё так же тихо продолжал он, опасаясь следующих действий старшего. - Твои отмазки меня не интересуют. - перебил его тот. О пламя, эта сторона Хёнджина сейчас его чертовски возбудила. Он еле как сдержался, что б сразу же не кончить в ладонь Хвана, когда тот обхватил своей рукой его член. - Ты знаешь, что плохих мальчиков нужно наказывать.