Devils in a quiet pool.

- Ты знаешь, что плохих мальчиков нужно наказывать. Феликс снизу вверх посмотрел прямо в глаза Хвану. Это милое, ангельское личико, усыпанное звёздочками на щеках, с такими молящими глазами. Как же с ним было сложно. В первое время, находясь в поместье Хван Хёнджин, Феликс вёл себя, мягко говоря, ужасно. То сбивал прислуг с ног, то вылезал за пределы забора. Проще говоря, он был словно дитя малое, что вёл себя не так, как следовало в поместье прокурора ада. Но ему всё сходило с рук. Хёнджин всегда прощал его. Большинство прислуг хмурились и не понимали, почему их столь жестокий и хладнокровный хозяин возится с этим парнем? Интересный вопрос, ведь Хёнджин тоже задавался им. Может дело в его миловидной внешности? А может Хвана как-то зацепил его характер? Он не знал, что ему нравится в Феликс, но в общем, сам Феликс ему определённо нравился. Это сложно назвать любовью, когда не знаешь почему человек тебе нравится. Действительно странное явление, не так ли? А Ён Бок даже и не задумывался о таких сложных вещах. Он просто наслаждался моментами своей адской жизни. - Мне не нравится твоё поведение. В последнее время ты снова начал самовольничать у меня в доме. - шептал Хён ему на ухо, от чего по телу Ён Бока проходился табун мурашек. Его обжигающее дыхание, как же Ли всё это заводило. - Думаю, довольно болтать, пора принимать моё наказание. - с этими словами он чуть отстранился от младшего, начиная снимать с себя вверх, а сидящий в это время наблюдал за тем, как же изящно красноволосый снимал с себя одежду. Наблюдал за каждым миллиметром его тело. Его взор не прокусал ни малейшего кусочка, который был не замечен. Прекрасное, накаченное тело, кубики на животе, широкие, мускулистые плечи. До чего же его хозяин был прекрасен, тому даже не терпелось принять наказание, лишь бы это делал Хёнджин. Откинув свою чёрную рубашку с галстуком, и чёрный жилет в сторону подоконника, он принялся искать в шкафчике бутылочку со смазкой. Феликс зря время не терял. Он поторопился снимать со старшего штаны, но его остановила чужая рука. Ли немного удивился этому, и подняв взгляд на красноволосового, поморгал, немного потупив. Хван же улыбнулся ему, щурясь, свободной рукой нащупав в шкафчике бутылочку и взяв её, закрывая шкаф. Он снова переключает своё внимание на блондина. Открывая маленькую бутылочку с густой жидкостью, выливает порядком приличное количество смазки на пальцы, подставляя их к дырочке, что и так истекала природной смазкой. - Готов? - спросил Хван, не подняв даже взгляда на блондина. Услышав в ответ тихое угуканье, он вошёл сразу двумя пальцами, собираясь не тратить особо много времени на подготовку, так как у самого уже тоже всё чертовски ныло внизу от недостатка внимания. Феликс протяжно промычал, сомкнув губы, что бы в лишний раз не издавать слишком пошлых звуков, так как после каждых их игр с хозяином, слуги смотрели на него так, мол,: "все мы знаем, чем ты там занимаешься". Было конечно не очень приятно ловить на себе такие взгляды, но большую часть Ли действительно не обращал внимание на них, а даже гордился собой. Не каждому бы обычному бесу удалось бы заполучить такое роскошное место, а то есть на коленях у прокурора ада и хозяина этого просто гигантского поместья. Хван начал двигать пальцами аккуратно, что бы в лишний раз не вызывать у младшего дискомфорт. Плавно и медленно входя, после чего резким рывком толкал пальцы обратно. То раскрывая их на манере ножниц, то добавляя третий, он наконец растянул младшего. На это много времени не потребовалось, как и ожидал Хван. Но внизу всё сильнее ныло, особенно во время растяжки Феликса. Пока младший стонал в ладошку, Хёнджин еле как сдерживался и продолжал растягивать его. Вытащив мокрые пальцы, он подставил оба пальца к нижней губе блондина, пачкая её, и приказывая так открыть рот. Младший понял, чего хотел тот, поэтому покорно приоткрыл ротик, в который тут же вошли два длинных пальца. - Вылизывай. - приказал он строгим тоном. Вылизывая длинные пальцы и иногда посасывая, он снова приоткрыл рот, освобождая их, в подарок получив "умница", после которого к его щёчкам прильнула кровь, и те загорелись алым румянцем. Хёнджин уже давно знал, что у его малыша кинк на похвалу, и он этим пользовался. Любая подобная похвала в его сторону сильно возбуждала его, всё внутри начинало бурлить и кипеть. Ну не прекрасное ли чувство? Старший ухмыльнулся, когда заметил этот красивый румянец на его щеках. Аккуратно расположив свою руку на его щеке, он погладил её. А Феликс, конечно, не упустит шанса потереться о тёплую руку и прикрывая на мгновение глаза. Но не на долго, потому что Хван уже убрал руку. Когда послышался звонкий звук застёжки на джинсах старшего, он открыл глаза, уже увидев довольно большой и длинный член старшего. К его размерам он уже привык достаточно, что бы наконец перестать удивляться. Снова взяв лубрикант, он выливает всю смазку на свой агригат, и начинает равномерно растирать рукой по члену, немного надрачивая себе. Этот момент Феликс хотел запечатать себе в голове на всю жизнь, поэтому внимательно наблюдал за движениями старшего, за его эмоциями, как он томно вздыхает, опуская свой тяжёлый взгляд на анальную дырочку Ли. Подставив головку к дырке, он начинал аккуратно толкаться внутрь, одной рукой придерживая свой половой орган, помогая себе же входить дальше внутрь, а другой упираясь о стол поодаль бёдер Ён Бока, который улыбался и облизывал губы, уже готовясь почувствовать этого гиганта в себе. Когда головка полностью вошла внутрь, Хван сделал резкий рывок вперёд, входя полностью, от чего вызывая у младшего восторженный стон. Ли прогибается в спине и откидывает голову назад. - Агх!.. Ч-чёрт, Хён... Так хорошо.. - начинает шептать парень себе в тыльную сторону ладони, горячо и возбуждённо дыша. - Я знаю. - только это кидает Хёнджин, уже переходя на средний темп. Он уже достаточно дал Феликсу привыкнуть, ещё когда растягивал его, этого было вполне достаточно. Взяв в ладонь член младшего, он начал ему надрачивать в темп с толчками. Ли терпел. Терпел, пытаясь не кончить до того, как кончит Хён, но ему было чертовски приятно. Ощущая такой размер внутри себя и эту горячую ладонь, которая в такт с толчками надрачивала ему, вводя рукой вверх и вниз. Феликс больше не мог, после пару толчков он излился в руку красноволосого, поднимая свой взгляд и встречаясь в взглядом хозяина. - Кто тебе давал разрешения кончать? - спрашивал он, продолжая долбиться в младшего. По комнате издавались громкие стоны, тяжёлое дыхание, всхлипы, вздохи, хлюпанье и шлепки тел друг о друга. Все эти звуки возбуждали Ён Бока всё больше и больше. Кажется, у него снова встанет. - Простите.. - жалобно и виновато вздохнул Ли, постанывая от каждого толчка в его тело. Хёнджин на такое извинение лишь хмыкнул, вылизывая свою испачканную руку чужой спермой, после начиная с живота он проводил ею по всему телу. Его пальцы изучающе проходились по каждой клетке. Такое красивое тело. Только его. Остановившись на сосках он вновь решает поиграть с ними. Зажав одну розовую бусиньку, в подарок он получает томный полустон-выдох, чему явно доволен. Другой сосок он обводит своим горячим языком. Феликс прекрасно чувствует эту влагу, это горячее дыхание. И у него снова встаёт. - Так легко? - ухмыляется этому Хён, укусив сосок и оставляя его уже в покое. Хёнджин был уже на пике, готовый вот-вот излиться в младшего, и ему это удаётся после последних трёх толчков. Сперма стекала со стола на пол. Выходить он пока не особо торопился. Переводя дыхание и облокачиваясь на маленькое, дрожащее, хрупкое тело. Феликс судорожно дрожал и тяжело дышал. Это была одна из лучших ночек, подумал Ли, втягивая старшего в долгий и влажный поцелуй. Наконец выйдя из тела младшего, Хван уже надевал на себя джинсы, как заметил стоящий половой орган Феликса, по которому текла природная смазка. - Ух ты, да ты сумел возбудиться целых два раза. - присвистнул Хён, приседая на корточки возле паха Ли и рассматривая его. - Хочешь что бы я помог тебе? - поднимает свой взгляд красноволосый, хитро щурясь. Блондин лишь активно кивает, не сводя взгляд с старшего. - Хорошо, кроха, я помогу тебе. - с этими словами он опускает свои колени, что соприкасаются с красивым, деревянным полом. Расположив свои не менее красивые и изящные руки на внутренних сторонах бёдер блондинчика, он облизывает свои губы, а далее и сам агрегат, с основания до головки, слизывая так солоноватую природную смазку. Младший гортанно простонал, и откинул голову в бок, расположив свою ладошку на гладких, красных волосах, не сильно сжимая их и чуть надавливая, давая понять Хвану что терпеть он это явно не намерен, и хочет быстро закончить своё долгое мучение. Наконец Хёнджин берёт в рот головку, посасывая её и обвивая горячим и влажным языком, далее вытаскивая и снова заглатывая уже весь. Он активно работал языком, стараясь подарить своему малышу максимум удовольствия, наблюдая снизу вверх за его эмоциями. Это была прекрасная картина. Возможно ему стоит как-нибудь нарисовать её, но это потом, сейчас же он должен позаботиться о члене своего малыша и подарить ему уйму удовольствия, которым он будет просто захлёбываться. Отводя чужую головку во рту то за щёку, то снова обвивая языком и обратно высовывая член изо рта, он каждый раз доводил Ён Бока до пика, так и не давая ему кончить. Глаза его стали совсем влажными а разум туманным от перевозбуждения. Наконец, когда Хван полностью заглотнул агрегат, Феликсу удалось кончить в сопровождение с протяжным и звонким стоном. Вытащив член изо рта, Хван довольный как кот, облизнулся, и хищно посмотрел на Ли. В этом взгляде читалась и усталость, Феликс это знал. Вставая на ноги, Хёнджин потянулся к младшему за поцелуем, и он получил его. Поцелуй в красивый и аккуратный носик. - Ах, да твой язык просто чудо. - считает уместным Ли, кинуть какую-нибудь шуточку в сторону старшего, но тот даже не обратил внимание, лишь хмыкнул, надевая на себя свою одежду. - Иди в ванну, я присоединюсь позже. - с этими словами Хван покинул свой кабинет, оставляя Феликса совсем одного, но последнего это совсем не обижает и не разочаровывает, зная, сколько у его хозяина работы. Он лишь ухмыляется, вставая со стола и вытирая её салфеткой, которая лежала в том же шкафу, где и лежал лубрикант. Задаваться вопросами, откуда там они, не стоит, этот факт даже не удивителен. Накинув на себя свою белую длинную рубашку, он тоже покидает комнату, в которой наконец таки повисла тишина.