Ты чувствуешь этот холодок?

Пять громких, ровных стуков в дверь Лёвы послышались ранним утром. В ушах был звон от резких звуков. Сердце заколотилось, глаза бегали по потолку в надежде, что это сон. Бортник немедля соскочил с постели. Взглянув на свои руки, он понял, что никакой это не сон, а колючая реальность. Взгляд перешёл на стул, на котором висела футболка Лёвы. Он тут же стянул её и надел, чтобы поскорее заглянуть в глазок и проверить, кто же пожаловал к нему в такую рань? В темпе, Бортник подбежал к двери. Со страхом и одновременным любопытством, он осторожно посмотрел в глазок. "Первым пяти стукам в дверь не открывай", вспомнились слова Шуры во сне. Лёва сразу же отдёрнул руку от дверной ручки. А там стоял Макс и Боря. Бортника напрягло,что оба смотрели в одну точку, словно сквозь дверь они видели его. Егор был в раздумьях. Открывать, или послушать Шуру? Тяжёлый вздох, который Лёва попытался сдержать. Он решил позвонить Максу, сам того не зная зачем. Телефон, номер Макса, гудок, трубка взята. — Алло? Робко протянул Бортник. Всего на нервах, Лёву действительно иногда потряхивало. — Алло, ты чего в такую рань звонишь? Что случилось? — Макс говорил таким тоном, как будто шипел на провинившегося котёнка, параллельно зевая. — Это розыгрыш какой-то? Зачем вы сами в такую рань ко мне пришли? — Зрачки от страха расширились. Если сейчас Макс внушает ему обратное, то здесь явно было что-то не так. Бортник сжимал свою ледяную ладонь в кулак, отчего в руке стало больно. Лёва ждал ответа на вопрос, но Макс словно специально тянул резинку, отчего нервы всё больше начинали сдавать. — Лёв, ты как себя чувствуешь? Приснилось что ли? — Эти слова отозвались словно пинок по рёбрам. Лёва надеялся, что Максим просто тупо шутит, чтобы хоть как-то развеселить его, но по интонации все теории рушились с грохотом и долгим эхом в голове. Лёва до крови закусил нижнюю губу. Ком в горле как кость мешал ответить. Паника и ужас как приступ астмы, давили на него с каждым разом всё больше и с новой силой. Бортник ощущал себя как выжатый лимон, из которого вытянули душу с корнем. Еле как собравшись, Лёва дрожащим голосом смог что-то вымолвить, — Я... я... Вы ж у двери моей стоите! — Слова выходили рывками. Он говорил с постоянными запинками и тяжёлой, панической отдышкой. — Ясно... Лёв, ты проспись, а потом звони! — Макс просто взял, и бросил трубку. Бросил Лёву в пропасть своих переживаний. Именно так это и ощущалось. Колючая реакция Макса вызвала ещё больше страха и волнения. Была надежда, что это лишь глупый розыгрыш. — "Может сон, а может и галлюцинация? Шизофрения?" — Боль внутри этих вопросов ударяла по всем частям тела, и с вибрацией расходилась в изувеченный разум Лёвы. Бортник стоял не двигаясь. Через какое-то время, появилось странное, колющее чувство в груди. Смотря на дверь как на врага, он медленно опустил телефон. Глушащее недоверие не позволяло сделать и шагу вперёд. Буря эмоций затягивала Бортника внутрь, не давая выбраться. Глаза бегали по всему коридору. Лёва смотрел то в пол, то в угол, а позже снова на злосчастную дверь. Внутренний голос диктовал идти, но инстинкт самосохранения отговаривал это делать. Стук не прекращался. Он сковывал движения и от него проходил противный холодок по шее. Как на зов, он крался к ней, не отводя взгляда, словно боясь, что откуда кто-то вылетит. Прислонившись руками к кожаной обивке на двери, он вновь посмотрел в глазок. Мурашки волной покрыли кожу на руках и ногах. Ребят как и след простыл. Послышался громкий, полный облегчения выдох. Страх никуда не пропал, но чрезмерная скованность мигом покинула его тело. — Привет, Лёвчик, — Макс стоял позади Бортника, страшно скалясь. Эта улыбка пронизывала насквозь Бортника даже через спину. Короткий звук удивления вырвался из него, но он всячески пытался молчать и не подавать свой страх на обозрение Макса. Мурашки вновь бегло пробежали по коже, волосы на руках опять вздыбились, глаза округлились как два больших, голубых блюдца. Нужно было сделать резкий поворот, но тело не позволяло. Лёва был словно в тугих сетях, которые так мешали его двигаться. Как только Лёва смог развернуться, Макс как будто растворился в воздухе. Никого возле него словно и не было. Рваное дыхание становилось всё быстрее. Ещё чуть-чуть, и Егора бы хватил сердечный приступ. Какой там страх? Это было шоком, глубочайшим шоком. Лёва побежал в ванную комнату, чтобы облить лицо водой. Ему было необходимо попытаться снять этот стресс, который настигал его так неожиданно. Струя воды плеснула на руки, а позже оказалась на бледном, как месяц лице. Бортник поднял голову и по привычке заглянул в забрызганное зеркало. Молодое, наивное лицо испуганно глядело на Егора. Это был он, но только в лет пятнадцать. Ещё подросток, совсем маленький и беззаботный. Лёва не отводил усталых глаз от своего отражения. Капли воды сползали вниз по щекам, немного щекотав лицо. Лёва осознал, что сейчас ему уж точно не пятнадцать. Осознанный крик пронзительным эхом развеялся по ванной комнате. Бесконечный звон в ушах не давал расслышать собственный голос. Ванная комната ведь не была настолько огромной, чтобы было такое глубокое эхо? Сумасшествие так и крутилось вокруг Лёвы как детская карусель или не щадящее торнадо. Бортник замер от того, что услышал собачий лай позади себя. Этот лай был до жути знакомым и родным. Лёва резко обернулся, словно боясь увидеть пустоту позади. Как же он пожалел, что не увидел обычную пустоту на том месте. Огромная псина стояла по самую шею в крови. Алая, смешанная с грязью кровь, капала на пол со рта собаки. Глаза сверкали зелёными огнями, оскал вызывал дикое чувство ужаса по всему телу. Эта гордая поза принижала перед собой испуганного Леву. Бортник, сам того и не заметив, ринулся захлопывать дверь в ванную комнату. Всё делалось резко, нервно и неосознанно. Разноцветные круги перед глазами слепили Егора. Вокруг словно появлялись чёрные дыры. Свет погас, а через некоторое время он зажёгся, но был какого-то ярко-жёлтого цвета, прям как из фильмов ужасов. Лёва заметил, что из щелей плит текло что-то чёрное. Слизь текла с характерным звуком. Оно сползало вниз, постепенно заполняя ванную комнату. Свет начал через каждый раз моргать. Крики, стоны, плач, мольбы, шёпот доносились за дверью. Звуки терзания мяса, сдирания кожи, вонзания острого предмета в живую плоть, вытекающая кровь так же доносились хрен пойми откуда. Лёва растерялся, он не мог отличить реальность от галлюцинации. Было ли это вообще реальность? Галлюцинациями? Не похоже ни на что. Лишь бесконечное эхо от новых звуков распространялось по всей квартире Бортника. Лёва сидел на полу, обнимая свои колени, он шептал молитву, которую знал наизусть. Дыхание не переставало приходить в норму также, как и сердцебиение. Чёрная слизь резко прекратилась литься из щелей. Ноги были в этой жидкости. Появился запах мертвечины. Полностью отключив свои мысли, Егор поднялся. Он схватил бритву, и в спешке начал доставать лезвие оттуда. Он умудрился порезать пальцы. Вскоре, кровь фонтаном брызнула прямо в лицо Лёвы. Она громко выливалась из вен прямо на пол. Всё это активно смешивалось в однородную массу с чёрной жидкостью. Бортник пятился назад. Он с шумом упал в ванную, испуганно глядя на свои в мясо порезанные руки. Повсюду кровь и чёрная жижа, крики и другие ужасающие звуки. Егор увидел собственное отражение в крови на полу. В глазах мутнело, но он не мог никак отключиться. Словно кто-то держал его в сознании нарочно. Лёва услышал жужжание мух над головой, но когда он поднял взгляд, то осознал, что никаких мух вовсе нет. Когда глаза опустились вниз, он заорал что есть мочи. Руки полностью облепили мухи, противно ползая в свежей плоти. Бортник махал руками с душераздирающими криками. Мухи летали по всей ванной комнате. Ванна наполнилась кровью Лёвы, сделав из него бледное пятно. Из глаз потекли слёзы, которые тут же высохли на скулах. Сильный страх давно перешёл в мощный шок. Губы высохли, кожа теряла влажность, лёгкие жадно тянули кислород. Звук шагов слышался как под водой. Дверная ручка осторожно пошла к низу. Лёва медленно перевёл свой измождённый взгляд на это действие. Дверь в ванную комнату потихоньку отворилась. Силуэт будто мигал чёрным светом, не давая себя разглядеть. Фантом невысокой фигуры медленно стал приближаться к Лёве. Глаза с трудом сфокусировались на лице неизвестного. — Андрей? — Прохрипел Лёва, с надеждой глядя на человека в чёрном. Голос сел, и разобрать слова Бортника было невероятно трудно. Мокрый кашель так и вырывался из глотки. — Что с тобой сделали..... — Печаль в словах незнакомца пронзила сердце Лёвы, в котором кажется, уже и не осталось крови. Перед ним стоял Андрей. Его появление было как луч солнышка в пасмурную погоду. Стекляшки вместо глаз смотрели прямо в душу Андрея. — Т-ты пришёл за мной? — Уже шёпотом, спросил Лёва. Рука хотелось потянуться к лицу Андрея, но силы напрочь отнялись. — Я очень хочу спасти тебя, потерпи, прошу..... — Нежно говорил Андрей, держа Бортника за холодную, окровавленную руку. Он немного наклонился к Лёве, внимательно смотря на страшные, глубокие порезы. Он так хотел отнять эту боль у Лёвы, но сделать это никак не получалось. Лёва лишь кивнул, глядя тусклым взглядом на мужчину. "Откуда он пришёл? Как открыл запертую дверь? Как он вообще умеет ходить? Он ведь мёртв....." Эти вопросы не волновали Лёву, он лишь хотел поскорее пойти за Андреем. Бортник не знал, куда поведёт его умерший друг, он лишь хотел тишины, и надеялся получить её поскорее. Когда Андрей прикоснулся свободной рукой до плеча Лёвы, то боль тут же исчезла, голоса в голове кричать сразу же перестали, страшные звуки пропали. Цветных кругов как и не было. Всё закончилось при приходе Андрея из ниоткуда. — Ты пойдёшь за мной? — Отрезвляющий, чёткий, но такой родной голос Андрея мягкой волной прошёл через уши. — Да..... — Прошептал он. Лёва вскоре закрыл глаза полные боли. Густой туман обволакивал тело с ног до головы. Запах разных деревьев бил в нос, таких как: ёлки, сосны. Стук сердца замедлился, дыхание заодно. Шелест листьев успокаивал и убаюкивал. Лёву словно несло по разным временам года. Сначала звуки капающей воды с крыши в лужу, щебетание птиц, запахи цветов, зелень повсюду. Потом тепло, которое мягко проходилось по телу, бабочки, запахи спелых ягод, свет яркого солнышка, такая же зелень вокруг. Позже, запах тротуара после прошедшего дождя, золотистые листья и аромат кофе. Три времени года откинулись в сторону, ведь Бортник оказался ни в одном из них. Он чувствовал холод, треск камина и два до жути знакомых голоса. Ян и Андрей сидели у камина, попивая горячий глинтвейн. Пахло имбирём, апельсинами, вином и даже мёдом. Этот поворот событий был достаточно неожиданным для Бортника. Улыбка растянулась на лице Лёвы, который лежал неподалёку от парней. Он был укутан в тёплые одеяла. Чувство холода тут же пропало. Шмыгнув носом, Лёва приподнялся, чтобы подать знак, что он проснулся. Довольное, сонное лицо смотрело на парней, которые и не подозревали, что Лёва очнулся. — Привет, — Не веря своим глазам, прохрипел Бортник, с такой же неверящей улыбкой. Камин приятно трещал, тем самым создавая ощущение безопасности и комфорта. Парни тут же оглянулись на кровать, на которой лежал Лёвчик, — Егор! — Хором закричали они, тут же соскочив с кресел. Андрей и Ян подбежали к Бортнику, и уселись рядом с ним. Они все так крепко обнялись, что слегка перекрыло дыхание. — Ну, ты как? — Поинтересовался Ян, с лёгкой улыбкой смотря в счастливые глаза Лёвы. Не верилось, что это всё происходит наяву. Бортник взглянул на свои руки, они были чисты, — Нормально, вроде..... — Сам в это не веря, прошептал Егор. Немного одумавшись, он огляделся по сторонам, — А что происходит? С более взволнованной улыбкой, спросил Лёва у парней. Было ощущение, будто его реанимировали. — Всё хорошо, ты в безопасности. Ответил Андрей, протягивая Лёве горячий глинтвейн со стола. — На, Попей, лучше станет, — Улыбка, по которой Лёва успел соскучиться, была перед ним. — Спасибо... — Лёва не понимал, снилось ему это или нет? Он старался верить, что никакой это не сон. Здесь ему было легко и хорошо. Бортник отложил все вопросы на потом, ведь сейчас всё портить-было худшим вариантом. Он бросил взгляд на Яна, а позже на Андрея. Глинтвейн разошёлся по горлу и нежно согревал его изнутри. Глаза ещё больше заблестели, — М, изумительно, — Радостно сказал Егор, вытирая губы рукавом. Андрей одобрительно ухмыльнулся. — Тебе здесь хорошо? — Неожиданно, поинтересовался он, продолжая прожигать того взглядом. — Очень, — Лёва сделал ещё один небольшой глоток, получив те же приятные ощущения, — Но только где мы? — В горле немного запершило и Лёва попытался откашляться. — Мы? — Как-то наигранно спросил Ян, — Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, — Нелепо отшутился он, неловко усмехаясь. Лёва осторожно потянул глинтвейн. Он также неловко усмехнулся с этого не однозначного ответа. Эти слова всё равно плохо объяснили ситуацию. — Послушай..... нас. — Немного затянул со словом "нас" Андрей, — Если ты услышишь телефонный звонок, стук в окно, дверь, то ни в коем случае не ведись на это, — Тон Андрея сменился на более строгий. — А... Э.... Почему? — Бортник немного прищурил глаза и нахмурил брови. — Они опять тебя туда вернут, откуда ты пришёл. Не вздумай такого допустить!..... — С остережением, шептал Ян. — Да кто? — Уже не выдержав, громче спросил Лёва. Ему становилось жутко от постоянных загадок парней. — Друзья наши общие, холодные и бесчувственные нынче, — Друзья говорили так, словно они застряли в восемнадцатом веке. Это немного забавляло. — Да о ком вы говорите-то? — Лёва мял в руках одеяло. — Сам поймёшь потом. Андрей взял пустой бокал из рук Лёвы, — Добавки? Спросил он, будто ничего и не произошло. — Угу, пожалуйста. Камин начал потихоньку гаснуть. И всё-таки, Лёва так ничего из слов Андрея и Яна не понял. — Ян, подбавь дровишек, — Живо крикнул Андрей из кухни. Ян швырнул пару обрубков в камин, от чего огонь стал пышнее. Домик, в котором они находились, был деревянным. В больших окнах стоял вид на мрачный, тёмный лес. Сам дом казался маленьким. На стенах висели картины с природой, на столе бокалы и карты, на тумбочке у кровати Лёвы лежали книги и наушники. Свет не горел, он шёл от камина. Бортник рассматривал каждый угол домика. Зашёл Андрей с новым бокалом горячего напитка и подал Лёве. В знак благодарности, Егор кивнул. Вопросы распирали его изнутри, но и испортить он ничего не хотел. Здесь ему было хорошо, а в своём доме-как в аду. Ян поднялся с кресла и случайно задел бокал. В миг, последовал звук разбитого стекла. Как только Бортник его услышал, то тут же всё исчезло. Кромешная темнота, в которой слышались сирены, стуки, крики. Звук стекла въелся в голову и никак не выходил. Куда всё делось? Глаза с трудом открылись. Лёва находился в своей квартире, и лежал на своей постели. Он почувствовал взгляд на себе. Вся лёгкость куда-то пропала, после тяжёлого осознания, что всё это оказалось сном. Чувства смешались и превратились в грязные краски, всё что было, оказалось лишь сном? Макс заметил, что Лёва открыл глаза. Дверь в квартиру Бортника была закрыта, и Лёве вообще было неизвестно, как Макс мог к нему залезть? Егор посмотрел на свои руки, на них ничего не было. Значит, что тот момент тоже был сном. Бортник тяжело и дрожаще вздохнул, и посмотрел на Макса. — И откуда ты здесь нарисовался? — Грубым тоном поинтересовался Лёва, с недоверием в глазах смотря на рыжеволосого. — Ключи были, — Он врал, и Егор это чувствовал. Лёгкий мороз проходил по телу при виде его. Жутко было смотреть в глаза и вообще разговаривать после его сна. — Допустим, я поверил, — Лёва говорил таким тоном, будто бы отчитывал Макса. Недоверие выходило за рамки, — Ты зачем пожаловал? — Со стальными нотками, чётко задал вопрос Лёва. -Пришёл проверить, как ты, — Макс отвечал невозмутимо, ровным тоном. Он звучал как робот, совершенно без чувств. — Ясно, — Бортник встал с постели, жмурясь от яркого света в окне. Постоянная боль в левой руке мешала ему. Он не мог вспомнить, что было вчера из-за странных снов, — А что вчера было? Немедля, поинтересовался Бортник. — Твоя неудачная попытка самоубийства, — Осел неприятный звон в ушах. — Что?..... — Лёва попытался переварить услышанное, — Какая нахер попытка самоубийства? — Глаза Лёвы забегали и потеряли блеск, которого и без этого было мало. Он не мог понять, какая попытка самоубийства? Руки были чисты, — Ты вообще про что? — Удивление и страх так и рвались наружу, но Лёва боялся показывать свои эмоции Максу. Макс достал те самые таблетки от головной боли, — Я про эти самые, — По лицу Макса вообще не было понятно, зол он, или спокоен? Лёве так хотелось, чтобы и эта ситуация оказалась страшным сном, и он бы проснулся в тёплых объятиях Шуры. Бортник в непонимании глядел на упаковку. Да, он помнил момент, когда получил передозировку, но это произошло точно не вчера, Лёва это отчётливо помнил, — Не-е-ет, это вообще не вчера было, что ты несёшь?— Дрожащим голосом, говорил тот, — Бортник находился на грани нервного срыва. — Лёв, тебе бы подлечиться..... Макс произнёс это наигранно, словно с издёвкой. Он желал добиться больших эмоций от Лёвы, вынуждая того их выражать. Напряжение между ними было явно больше двести двадцать вольт. — Я нормальный... — Сквозь сомкнутые зубы, шипел Бортник. Он выглядел как загнанный зверёк в клетке, и перед ним беспощадный волк, который игрался со своей добычей. — Ты с ума сходишь, ты опасен для общества, Лёв, — Макс всё нагнетал, — После смерти Шуры, ты сильно изменился... Стал дёрганым, неустойчивым... Тебя исправят, Лёв, исправят... — Говорят, что слова не могут ранить, но сейчас перед Лёвой был живой пример колющих слов в его и без того опечаленное сердце. — Да ты что, с ума сошёл!? — Бортник не узнал собственный голос. Он охрип от крика. — Уж кто-кто, но точно не я, — Зверский оскал был вместо улыбки. Становилось то душно то холодно в комнате. — Пошёл нахер отсюда... — Голова резко закружилась, словно кто-то ударил его по затылку. Лёва безнадёжно крикнул. — Что ты сидишь? Уходи, пожалуйста...— Бортник уже умолял его, но Макс сидел, и пристально глядел на Егора. Прожигающий взгляд был направлен прямо в душу. — За что же такое негостеприимство? А? — Макс встал с кровати Лёвы, — Иди сюда, — Он надвигался на беззащитного Бортника. С каждым его шагом дыхание перекрывало. Глаза были на мокром месте. Холодные капельки пота стекали по лбу и щекотали шею. — Отошёл! — Лёва пятился назад. Осипший голос не позволял ему сильно кричать. Они таким образом, забрели на кухню. Макс осторожными шагами шёл на Лёву, а тот не отводя испуганного взгляда шёл назад. Егор почувствовал стену позади себя, и понял, что бежать некуда, это тупик. Была настолько напряжённая атмосфера, что в ушах стоял невыносимый звон. Руки дрожали, ноги были ватными, всё как и всегда. Макс остановился. Он не переставал смотреть на ошарашенного Бортника. Взгляд Лёвы пал на лоток со столовыми приборами. Вилки, ложки и огромный нож, который выделялся из всего. Рука рывком схватила нож, и через секунду, он был воткнут в шею Макса. Звук вонзания металла в плоть ударил по ушам. Бортник не осознавал, что он творил. Когда Лёва потащил нож на себя, кровь хлынула ему в лицо. Она была везде. На полу, на теле Макса, на Егоре, на столе... Перепуганный Бортник с ужасом смотрел на лужу крови. Рыжеволосый, шатаясь упал, держась за смертоносную рану. Фиолетовые сосуды окружили ранение, лицо потеряло человеческий окрас, изо рта лилась кровь, а глаза сохраняли хладнокровие... Лёва кинул нож в сторону. — Сука... Нет! — Он мигом кинулся к Максу, — Нет... Нет! Нет! — Хныкал он, ныряя на пол. Сдавленные стоны вырывались из пересохшего горла. Егор приставил руку к ране, чтобы хоть как-то остановить кровь, но было поздно. Бледный Макс лежал с распахнутыми глазами. Он не мог поверить, что убил своего друга. Душу раздирало изнутри, ещё вот-вот, и он бы выплюнул лоскут гнилого мяса. Совесть разъедала и подавляла все другие чувства, она окисляла разум Лёвы. Ком встал в горле и не давал сделать вдох. Кровотечение закончилось, перед ним лежало бездыханное, бледное тело. Гортанные, болезненные стоны так и вырывались из Лёвы, но он старался сдерживать их изо всех сил. Чувство сдавленности в груди не исчезало, оно лишь становилось сильнее. Бортник пытался успокоиться и привести дыхание в норму, но как тут успокоиться? Лёва посмотрел на свои ладони, они были испачканы в крови. Ещё чуть-чуть, и Бортник бы упал в обморок, но он ещё мог держать себя в руках. Страх сковывал его тело всё сильнее. Лёва опёрся об стол, а позже, перешагнул через мёртвого Макса. Самое странное это то, что у Егора во рту стоял привкус глинтвейна, который они с Яном и Андреем пили во сне. А сном ли это было? В том месте, где они находились, была зима, а сейчас весна. Лёве сейчас было не до своего сна, ведь он прикончил собственного друга. Ему казалось, что кровь до сих пор сочилась из шеи Макса. Лёва зашёл в ванную комнату, дабы помыть руки. Он всё делал неосознанно. Как только он включил свет, то тут же об этом пожалел. Повсюду кровь, и та самая чёрная жидкость на плитках. Мухи ползали в крови, мерзко жужжа. Свет также горел ярко жёлтым цветом. В полном шоке, Бортник взглянул на пол. Там валялось лезвие от бритвы. Он закрыл глаза, в надежде, что всё это ему мерещится, но это не так. Вымочив тапки в крови, он скинул их в коридоре. — "Всё было реально, это действительно произошло..." — Лёва вертел всё это в мыслях. Он направился к Максу, чтобы посмотреть, сможет ли он его поднять. Бортник зашёл на кухню, но в этот момент он точно был обескуражен. Никого не было на полу, кровь была, но Макс исчез. Сердце готово было разорваться. Бортник почувствовал, что его ноги начали скользить по крови на полу. Лёва упал прямо в лужу крови Макса. Дыхание окончательно сбилось, зрачки расширились, словно вся жизнь проносилась перед глазами. Шуршание послышалось в соседней комнате. Лёва не переставал всхлипывать и задыхаться. — Ма-а-кс, я не х-хотел. Прости! Макс, я не хотел, — Со лба текли капли холодного пота, — Прошу..... Я не хотел, Макс... — Сквозь бред всё шептал Бортник. То, что сегодня произошло, было тяжёлым стрессом для Бортника. Он поверил в то, что сходит с ума. Медленно сходит с ума. После этого осознания появились некоторые надежды на то, что он ещё сможет увидеть Шуру, сможет услышать его голос, сможет почувствовать его запах и ощутить его касания. Была надежда, что он проснётся на больничной койке, и всё это окажется большим, страшным кошмаром. Лёва вспомнил историю связанную с Шурой, и тут же попытался её прокрутить в голове. Он всячески пытался отвлечься и уйти в свой мир. Эти воспоминания согревали и отгораживали от негатива вокруг. *** Море, солнце, песок и закат, что может быть атмосфернее? Птицы над головой летали по своим делам, шум воды, не слышно чужих голосов, слышен лишь голос Шуры, который лежал с Бортником на тёплом песке. Оба смотрели в небо, а позже пристально на друг друга. Молодые, красивые парни всё скрывали свои чувства от друг друга. Лёва постоянно чувствовал выгорание в музыке, а Шурик же его морально поддерживал. Этот период почему то что-то оставил в Лёве, что выгорание он начал чувствовать намного реже после слов поддержки Шуры. — Красиво, правда? — Лёва мечтательно окидывал каждую деталь этого вечера. Он старался всё запомнить, ведь в этот момент ему было так хорошо и уютно. Нахождение рядом с Шурой то и приносили большое удовольствие. — Да-а-а..... — Протянул Шура, также наблюдая за происходящим. Он то и дело влюблённо поглядывал на Лёву, который выглядел так счастливо. — Надо будет песню про это написать, останется приятное воспоминание... — Лёва так и перебирал всевозможные рифмы к этому вечеру. Ветер приятно подувал в лицо. — Про пляж? — Шура вновь повернул свою голову к Бортнику. — Про... ладно, забудь, — Лёва не осмелился сказать про свои чувства, которые сейчас испытывал находясь с Шурой. Это было чертовски волнительно. — Ну? Про кого? — Тонкие губы растягивались в приятной улыбке. Он знал ответ. — Про нас? — Быстро поговорили Егор, напряжённо глядя на Шуру. На лице появился румянец. Стало немного неловко, но так легко. Он приподнялся на плечах, ожидая реакцию. — Хм, — Последовала небольшая пауза, — Интересно, — А Бортник всё думает, что облажался перед Шурой. Он нервно покусывал нижнюю губу, не отрывая виноватого взгляда от длинноволосого парня. — Тебе не нравится? Лёва посмотрел наивным взглядом в Шурины добрые, карие глаза. — Нравится Лёв, нравится... Шура мигом перекатился ближе к Лёве. — А ещё мне чертовски нравишься ты, — Шура навис над Егором. Его тонкие губы потянулись к губам Лёвы. Щекотливый поцелуй служил разминкой, а дальше более страстный и глубокий пронизывал обоих. Этот момент запомнился Лёве навсегда... *** В комнатах тишина. Ни единого шороха не последовало. Бортник открыл глаза. Крови не было. Он резко подскочил с пола. Трусцой он пошёл проверить ванную комнату. С остережением, он открыл дверь, ничего там страшного не оказалось. Плитка была чистой, ванная чистая, свет горел как и обычно. Облегчённо вздохнув, Егор решил попробовать поспать. После таких ужасов, сделать это будет непросто. С души словно упал огромный, тяжёлый камень. Дышать стало гораздо легче. Лёва улыбнулся уголками губ. — Такой пиздец... Истерически смеясь, выдал он. Пить не хотелось, есть уж тем более. Лёва шатко пошёл в свою комнату. После недолгого воспоминания, всё благополучно закончилось. Он посмотрел на часы и понял, что уже пятый час утра. Чувство времени напрочь потерялось. Измождённое тело упало на кровать. Сны не снились, вместо них были какие-то глухие звуки. Постоянно пиканье какого-то аппарата, чей-то приятный голос, паника, грохот, звуки разбитого стекла. Утро прошло неспокойно, но оно всё-таки прошло..... — Молодец, что не открыл. Всё могло быть и хуже, — Ласковая ухмылка завораживала Лёву. — Это всё было сном? — Слова разлетались с эхом. Белый свет мягко бил в глаза. — Всё было сном, Лёв, ещё с самого начала, — Дружелюбный, родной голос грел душу до обжигания. — Почему ты ушёл? За что? Как мне жить..... — Сквозь белый свет, молвил Бортник. — Нет, Лёв. Это ты от меня ушёл, возвращайся поскорее... — Шура положил руку на плечо Лёвы, — У тебя почти получилось, я так по тебе скучаю... — Заблестели слёзы на его глазах. Резкий стук в окно квартиры. Кто-то стучал тихо, но быстро. Это всё равно заставило Лёву проснуться. Оказывается, он проспал до самого вечера нового дня. Глаза с трудом разлепились. За окном стояла чья-то фигура, это было видно через шторы. Бортник списал всё на очередную галлюцинацию, но проверить всё-таки решился. Лёва словно привык ко всем этим странным событиям, поэтому реагировал просто. Он робко подошёл к окну. Егор распахнул шторы. Он всё равно был удивлён, хоть и знал, что вряд-ли это реально. — Андрей? — Звонков с одобрением кивнул. Форточка была открыта, поэтому всё прекрасно было слышно. — Выходи. Сухо приказал Андрей, глядя на Лёву. Он то и делал, что топтался на месте, иногда оглядываясь. — Зачем? Бортник в непонимании смотрел на Андрея, — Очередная галлюцинация? Не-е-ет, вы меня не проведёте, — Лёва это сказал так, словно играл роль сумасшедшего в американском сериале. Недоверительно смотря на беловолосого, Бортник захлопнул форточку и закрыл шторы. — " Какого хера я вообще с мёртвыми разговариваю?". — Этот вопрос Лёва умудрился задать себе только сейчас. Опять последовал стук, но более громкий. — Да что тебе нужно? — С нервозностью, Лёва распахнул шторы и открыл назад форточку. Решительно вздохнув, он опёрся руками об подоконник и слегка наклонился к окну. — Зачем я тебе? — Интонация была такой, словно Лёва хотел сказать: "Хули ты доебался?". — Просто выйди и выслушай. И не волнуйся, я не твоя галлюцинация. Невозмутимо, говорил Андрей, — Он выглядел весьма уставшим. Лёва это подметил. — Ты же умер? Или нет? Кто ты блять... — Заскулил Лёва, чуть скривив лицо. — Ох..... Ты можешь молча собраться, и выйти? — Андрей смотрел на Лёву, как на идиота, — Да не укушу я тебя! — Добавил он, расставив руки в разные стороны и делая возмущённое лицо. Бортник с недоверием зыркнул на вечернего гостя, — Учти, я конченый, и могу вытворить что угодно, — Лёва потихоньку летел с катушек, и это было заметно. Такая нагрузка на психику давала о себе знать. Он быстро накинул на себя кожаную куртку и направился обуваться. Что ожидать от этой встречи? Непонятно и неизвестно. Лёва с постоянными оглядками выходил из своего подъезда. Андрей стоял у соседский машины. Бортник шустро пошёл в его сторону. Порой, Бортник даже считал себя избранным, так как начал видеть духов, но гипотеза о шизофрении была убедительнее. — Я знаю, что ты плод моего больного воображения, — Пробубнел Лёва, трогая Андрея за лицо. — Да прекрати ты! — Рявкнул Андрей, смотря на неадекватное поведение своего друга. — Еб... Галлюцинации злиться умеют? — Эмоции не держались, они так и расходовались на всякие "мелочи" вокруг. Хотя, умерший друг, который стоит сейчас перед ним, не назовётся "мелочью". —Прошу, успокойся, — Звонков тяжело вздохнул. Между ними простояла минутная тишина, — Ты хочешь стать счастливым? — Неожиданно, Андрей нарушил её. Лёва не знал, как ответить на этот вопрос. Он немного потоптался на месте, — Есть закурить? — Через секунду Бортник понял, что у галлюцинации он только что попросил сигарету. От этой мысли на лице расползалась улыбка. — Есть, — Андрей протянул пачку сигарет и зажигалку. Он ждал, пока Лёва сосредоточится. Челюсть приятно свело от первой затяжки за эту неделю, — Счастливым мне Андрей, уже не стать, — Выпуская дым, прошептал Егор, — По его тону было ясно, что он более менее успокоился. — Ты верь главное, да соблазну не поддавайся, — Как-то быстро отчеканил Андрей, оглядываясь по сторонам. — Какому нахер соблазну? Что вы всё загадками какими-то разговариваете? Я вам что, Иван дурак что ли? — Ты мне ответь, жить нормально хочешь? — Игнорируя выплеск Лёвы, серьёзно поинтересовался Андрей. — Допустим, — Сухо ответил Бортник. — Тогда идём за мной, — Звонок решительно махнул рукой. Было видно, что он так и ждал этого момента. — А вдруг ты убьёшь меня? Как ты вообще ходишь и разговариваешь? Ты ведь погиб, — И всё же, Лёву распирало любопытство. Куда же ведёт его галлюцинация? — Вот дурак, совсем свихнулся. Усмехнулся Звонков, держа в руках ключи от машины. — Объяснил бы хоть толком, что происходит... — Спасаем мы тебя, вот что, — Вкрадчиво, ответил он. Лёва тяжело вздохнул, — В дурку? — Не весёлая улыбка не сползала с лица. — Хахах, не-е-ет. Это среди тебя дурдом, — С чем-чем, но Лёва с этим полностью был согласен. — Это я заметил. Окурок отлетел на землю. — А ещё есть? — Сигареты курились вроде как настоящие, но Бортник уже не обращал на это внимание. — Конечно, я ведь знал, к кому иду, — Андрей ещё раз протянул сигарету Лёве, поджигая её чёрной зажигалкой. — Спасибо, — Выпуская дым, поблагодарил он. Андрей улыбнулся, — Глинтвейн понравился? — Весьма неожиданный вопрос от беловолосой галлюцинации. — Да... — Егор поднял взгляд на Звонка, — А где кстати, я был? — Запинаясь, аккуратно поинтересовался Лёва. — Сейчас узнаешь, — Всё также улыбаясь, говорил Андрей, продолжая идти куда-то в тёмный переулок. — В смысле? — Опять почувствовалось напряжение, такое же, как и с Максом. — "Ещё не хватало, чтобы я и тебя ножом ебнул....." — Подумал Лёва. — Мы поедем туда, — Андрей подошёл к своей машине, которая стояла у какого-то заброшенного магазина в безлюдном переулке. — Почему там до сих пор морозы? — В голове потихоньку восполнялась полная картина его "сна". — Это совершенно другое место, Ухмыльнулся Андрей, наконец открывая дверь Лёве, — Прошу. Бортник с небольшим остережением сел в машину. Внутри неё было тепло. Звонков тоже уселся на переднее сидение. Запах приятного одеколона вдарил в нос. — Если хочешь, поспи, тебе не помешает, — Андрей внимательно вгляделся в синяки под глазами Лёвы. — Спасибо, наспался, — Фыркнул тот в ответ, закидывая ногу на ногу. — Всё равно ведь уснёшь, — Беловолосый завёл машину, — Готов? — Готов, — Уверенно сказал Бортник, тушив сигарету об стекло машины. — Что ж, Поехали..... — Машина тронулась с места.