chiama a tarda notte.

— Уходи, прошу тебя, уходи, — Саша закрывает глаза и видит кричащую на неё девушку. Это повторяется не одну неделю. Трусова спать спокойно не может. Никакие таблетки уже не помогают уснуть. Она сходит с ума. А всё из-за одной девушки, которая давно поселилась в её сердце. Но Александра потеряла её. Потерять любимого человека легче лёгкого, не правда ли? А вот вернуть его, когда понимаешь, что жизнь уже не та без этой чудной частички тебя, очень сложно. Саша сидит на трибунах в «Хрустальном», наблюдая за выходящими на лёд фигуристками. Она безумно скучает по этой абьюзивно-дружелюбной атмосфере. Тут даже Медведева, что говорила после олимпиады восемнадцатого года: — Я не вернусь к Этери. Женя плавно скользит к Загитовой, что-то тихо говорит. Алина закидывает голову назад, громко смеётся. Тренеры не обращают внимания на громких «старичков», они заняты прокатами своих чемпионов. Аделя падает с акселя. Соня спотыкается на дорожке. Аня только выбегает на лёд. Её распущенные волосы торчат со всех сторон. По пути на лёд она собирает их в пучок. Как только её коньки касаются льда, на лице Саши появляется улыбка. Трусова, как никто другой, хочет видеть Щербакову на льду. Многие списали её после операции. Но Саша знает, кто такая Аня. Это самый настоящий боец. Она будет до последней секунды биться за своё. Аня не будет кричать или агрессировать, как Александра, она скажет лишь спокойным тоном, от которого появятся мурашки даже у самых крепких орешков. Аня — это авторитет для Саши. Это нежность на льду и в постели. Анна Щербакова — любовь. Только так она характеризуется в голове у Саши. Но не вся любовь в мире вечная. Их — точно нет. Саша до сих пор корит себя за тот поцелуй с Марком. Ревность к Семененко дала о себе знать, и на одном из шоу Трусова целует Кондратюка. А дальше всё как в сопливом романе. Фанаты ликуют, просят больше Трусотюков. Марк на одном из интервью признаётся, что влюблён в Трусову. Выхода нет, да и олимпиада давит на больные места. Саша уходит молча к Марку. Жалеет ли она? Каждый божий день. Сейчас, сидя на трибунах, она смотрит на своих подруг и… любовь. Самую первую любовь. На телефон приходит сообщение. Женька: Через 10 минут закончим. Моя бывшая раздевалка теперь Щербаковой. Трусова улыбается, направляя свои очи на подругу. Женька опирается на бортик, тыкая большими пальцами по экрану. Сердце Трусовой издаёт громкий удар. Она смотрит на Аню. Громкий визг, и Саша уже на ногах. Щербакова лежит на льду, двумя руками обхватывает свою левую коленку. Тренеры выбегают на лёд и берут её под руки, уносят с катка. Саша закрывает глаза, считает до десяти. Руки трясутся, на глазах появляются мелкие капли. Сообщение, приходящее на телефон, будто отвлекает Трусову от панической атаки. Женька: Можешь идти. Но Саша не идёт, она бежит. Дверь в раздевалку Щербаковой как будто выбивают. На пороге стоит та, от которой у Ани мурашки по коже. Та, что снится ей каждую ночь. Анна закрывает глаза, делает глубокий вдох и говорит на выдохе: — Это простое видение, её тут нет. Мне снова кажется. Саша тихо закрывает дверь. Проходит к фигуристке, наклоняется к её ногам. Освобождая их от коньков. Аня смотрит слишком внимательно, каждую секунду моргает. — Тебя тут нет? — тихо спрашивает Щербакова, её глаза закрываются. Она так сильно сжимает их, боится открыть и не увидеть тут девушку. Трусова молча откидывает коньки. Её рука касается щеки кареглазой. — Открой глаза, — просит Саша, нежно гладя бархатную кожу Анны. — Когда я открою, тебя уже не будет тут. — Нет, — уверенно говорит Трусова. — Я буду тут, рядом с тобой. — Уходи. — Я однажды уже ушла. — Зачем вернулась? — Я скучаю. Аня издаёт смешок. По щекам текут слёзы. Пальцы рыжеволосой намокают. Боль в сердце разрывает Сашу. Она отчаянно притягивает к себе фигуристку. Аня вдыхает запах тех самых цитрусов и её накрывает. Она не плачет, она рыдает. Её ногти цепляются за плечи Трусовой. Саша не чувствует боль. Только не физическую. Аня дрожит в её руках, шепчет на ухо так по-родному: — Мы всё потеряли. Саша молчит. Её разрывает на несколько частей и каждая у разного человека. Карие глаза смотрят прямо в душу. Так умеет только она. Её Аня. — Уходи, прошу тебя, уходи, — говорит Аня. И всё по-новому.