Стань моей Вселенною

«Итак, я уже почти неделю живу в канализации. Звучит даже здорово, похоже на постапокалиптический сюжет. Но здесь не так уж плохо, как я ожидала. Местные ребята (их можно так называть?) дружелюбные и отзывчивые, всей семьёй занимаются боевыми искусствами. Иногда учат меня приёмам, оружие пока не дают. В школу меня тоже пока что не устроили, но я занимаюсь сама. Мне ещё много чего нужно выучить, чтобы поступить в хороший университет. У меня есть несколько на примете в Австралии, но если родители решат остаться, я подобрала парочку и здесь, хотя, конечно, это сильно дороже. Очень хочу погулять на поверхности, но меня всё ещё не выпускают. Мне притащили кучу одежды, которую я не выбирала, потому что кто-то снова пропал на улице и из-за этого меня не выпускают. Как же бесит». Кейт закончила запись и с тяжелым вздохом захлопнула тетрадь, положив на неё голову. Девушка никогда не считала свою жизнь чем-то невероятным. Она просто делала то, к чему её приучили: ходить в школу, учить уроки, мыть посуду и убираться в комнате, а также прочие вещи, понятные любому подростку в любом уголке мира. За многие годы она ни разу не задавала по этому поводу никаких вопросов: всё идёт своим чередом, происходит так, как должно быть. Как у всех. Именно поэтому, практически всю последнюю неделю время шло непозволительно медленно. Что изменилось? Начать можно с того, что полностью перевернулась её картина мира. Достаточно абстрактное определение, но иначе и не скажешь. Изменилось всё. За целую неделю Кейт ни разу не выходила на поверхность. Нельзя. Опасно. Нужно переждать. Люди бесследно пропадают, а тебе хочется погулять, когда ты такая значимая мишень? Ну, можешь надеть пакет на голову и завязать на шее, эффект будет соответствующий. С другой стороны, если бы они хотели убить её, или ещё чего похуже, разве они не сделали бы это влёгкую? События разворачивались подозрительно, и это настораживало больше всего. В общем, всё что оставалось — сидеть внизу и не высовываться. И не то чтобы ей не было чем заняться. На носу поступление в университет, а это значит, что заниматься нужно куда больше, чем в любой год до этого. Что Кейт, в общем-то, и делала. Учебный год был в самом разгаре. Кстати об этом. Эйприл вихрем носилась по помещению, пытаясь найти вторую серьгу и одновременно с этим диктуя мужу список каких-то важных вещей и бумажек, которые сегодня нужно было не забыть. Кейси, всё ещё полусонный, кивал головой, хотя вряд ли осознавал хоть слово из сказанного. Эйприл вынырнула из-за угла с туфлей в одной руке и расчёской в другой, её взгляд задержался на дочери. — Кейт, будь на связи. Я надеюсь, твое присутствие не понадобится, но в крайнем случае кто-нибудь тебя приведёт, — девушка, стоящая у лестницы, закатила глаза. — Почему я сразу не могу пойти с вами? Мне всё равно придется выходить наверх через пару дней, если я собираюсь вернуться на учёбу. Эйприл на секунду замерла и в её глазах мелькнуло что-то похожее на вину. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Кейси очень вовремя сунул ей под нос какую-то бумажку. — Это нужно? — Да, конечно, — Эйприл переключилась, и момент был упущен. Кейт вздохнула. Хоть она и понимала, что родители выкладываются по полной, пытаясь наладить их общую жизнь в новой/старой стране, но чувство, что о её желаниях и потребностях забывают, не покидало. Пока они беседовали, черепахи уже были на своей утренней тренировке. Кейт искренне восхищалась их дисциплине и способности ежедневно выдерживать такие большие нагрузки. Чаще всего ей удавалось посмотреть на них в действии, от чего она была в полном восторге и даже запоминала какие-то техники и упражнения. Как говорили сами мутанты, их её присутствие нисколько не напрягает, а даже наоборот, мотивирует. Это считалось успехом для обоих сторон. Девушке казалось, что это всё не просто так, и в голове Сплинтера зреет какой-то план, но пока не могла его раскусить. — Будь умницей, Кейт! Мы постараемся вернуться пораньше! — послышался голос Кейси со стороны выхода, вернув девушку из мыслей в реальность. Она дернулась и обернулась на звук, увидев, как мать посылает ей воздушный поцелуй и вместе с отцом скрывается в тоннеле канализации. Один раз за прошедшую неделю Кейт удалось незаметно проследить за тем, какой путь они выбирали, но после второго поворота она не рискнула идти дальше. Боялась заблудиться и случайно поставить всех на уши. Проблем и без этого было достаточно. Она прошла в зону кухни, намереваясь сделать себе кофе и приступить к ежедневному рисованию в бодрости. Стоило ей щелкнуть кнопку чайника, как из-за двери послышались приближающиеся голоса. Девушка поняла, что тренировка окончена, и сейчас сюда завалятся четыре черепахи, вечно устраивающие в холле шумную свистопляску, словно не пахали до этого несколько часов. По прошествии минуты голоса продолжали что-то щебетать, но никто не появлялся. Тогда её это насторожило. Кейт прислушалась и поняла, что звук исходит не из тренировочного зала. Её пальцы задрожали, а кровь словно перестала поступать в верхнюю часть тела. В области затылка предупредительно закололо. Она начала судорожно оглядываться, пытаясь понять, не чудится ли ей и есть ли эти голоса на самом деле. Чайник начал шуметь громче, и тут произошло что-то ну совсем странное. Нагревающийся металл начал подпрыгивать на месте и переливаться разными цветами. Девушка во все глаза уставилась на сие явление, после чего завороженно, забыв обо всяком страхе, медленно пошла к нему. Как под гипнозом она смотрела на играющие блики, так сильно манящие её. Мысли приостановили свою работу. Глядя на действия Кейт со стороны, могло бы показаться, что девчонка явно приняла что-то нехорошее, поскольку в следующий момент она обхватила горячий чайник ладонями с двух сторон так, словно это был резиновый мячик — никаких болевых импульсов, только пристальное внимание на объект. Крышка каким-то образом самостоятельно отворилась, показывая взору еще больше цветных огоньков. И они шептали…шептали…перебивали друг друга. Завороженная девушка слушала их лепет, и её мозг наконец-то выделил одно повторяющееся между огоньками слово. — «Клинок. Клинок…клинок?» — Кейт? Что ты делаешь? — раздался голос со стороны и заставил девушку выйти из транса. Она подняла голову на звук и тут же волна жуткой боли окатила её — руки всё ещё держали чайник с кипятком. Она закричала и резко разведя кисти бросила железную утварь на пол. Обожженные ладони болезненно пульсировали и сразу же приобрели красный цвет, в некоторых местах отсоединяя кожу. Черепахи в шокированном состоянии рванули к гостье на помощь. Всё было как в тумане — девушка смотрела на свои руки, пока вокруг неё носился зелёный ураган, совершая какие-то действия. Ей было тяжело собрать происходящее в одну картину, кусочки мозаики не стыковались между собой. Вот она уже сидит на диване, на её коленях тазик с ледяной водой, в который опустились кисти её рук, а рядом находятся пять обеспокоенных пар глаз и глупо пялясь ждут её реакции. А она так же глупо смотрит на свои ладони и не узнаёт их, словно эта часть тела ей не принадлежит. Холод притуплял боль и чувствительность в целом, и ей казалось, что этот ужас она видит со стороны. Кейт медленно оторвала взгляд от своих рук и пробежалась глазами по всем присутствующим, перед тем как начать говорить. — Клинок. Они хотят какой-то клинок. Черепахи переглянулись, будучи неуверенными, какой уточняющий вопрос задавать. Сплинтер, держащий в лапах полотенце и ёмкость с чем-то вязким, протиснулся к девушке. — Это тебе сказала вода? — мутант аккуратно вытащил ладони подростка из воды и промокнул их полотенцем, стараясь просушить их, причинив как можно меньше дискомфорта. Воздух заставил её снова почувствовать боль, Кейт поморщила нос и кивнула. Ещё немного и от этой ситуации её стошнит. — Ты знаешь о каком клинке речь? — спросил Лео, когда Сплинтер мазал ей на руки зелёную жижу, пахнущую какими-то диковинными травами и грязью. Кейт почувствовала холодок, прокатившийся по пальцам, и отрицательно замотала головой. Наступило молчание, и на этот раз она прервала его сама. — Я словно забыла, где я нахожусь. Они звали меня и светились. Я не осознавала и не контролировала свои действия, как будто мной кто-то управлял, — Донателло уже присел рядом и помогал Сплинтеру бинтовать девушке руки. Если бы она сейчас была способна выразить какие-то эмоции, она бы непременно удивилась ювелирной точности действий черепахи. С такими-то огромными руками. — Тебе повезло, что чайник не успел вскипеть до конца и не был совсем раскалённым, — тихо, с оттенком родительского беспокойства пробормотал Донни, закрепляя бинт. — отдирали бы от него твои ладони без кожи. Было бы очень больно. Можешь двигать руками? Кейт аккуратно пошевелила пальцами и даже смогла их согнуть, но как только предприняла попытку сжать ладони в кулак, боль резко пронеслась от рук по всему телу, будто она поскребла ногтями по меловой доске. Перед глазами сразу же потемнело и посыпались звезды. Нет, её точно сегодня вырвет. — Да уж, с рисованием придется повременить, — сказал Рафаэль и поднял с пола брошенный чайник, чтобы его осмотреть. Тут девушку охватил ужас и окончательно вывел из состояния заторможенности. Рисование. Как же она теперь будет практиковаться? Кейт прикрыла глаза и обреченно откинулась на спинку дивана. Сплинтер медленно встал и выпрямился, отходя на шаг назад. — Я поставлю твоих родителей в известность. — Нет! — крикнула девушка, выпрямляясь рывком и чуть не опрокинув ёмкость с жидкостью. — Кхм…я имею в виду, не стоит их беспокоить. Я уже в полном порядке и они никак не смогут исправить ситуацию, так что давайте просто подождём их возвращения. Я не хочу их торопить. Сплинтер задумался на несколько секунд и кивнул. — Поухаживайте за ней. Мазь точно поможет, но всё же лучше обеспечить комфортные условия. Сплинтер развернулся и с тем же хмурым лицом сел в кресло неподалёку, оставив Кейт наедине с черепахами. И тут началось самое интересное. Каждый прикладывал усилия, пытаясь сделать всё возможное, чтобы девушке стало как можно комфортнее в новых обстоятельствах. Рафаэль сварил для неё кофе, который она не закончила делать, Майки принёс её альбомы и краски, пытаясь рисовать самостоятельно по её указаниям, чем очень повеселил гостью, Лео принёс больше мягких подушек и обустроил чуть ли не дворец с холодным тазиком вместо оазиса — Чтобы удобно было, — пояснил он, заметив её вопросительный взгляд. — Обопрись спиной, облокотись, ноги положи. В общем, пользуйся. Донателло присел рядом на корточки, снова взял её ладони в свои, внимательно их оглядывая, и начал выливать на девушку поток информации. — Ожоговые травмы обычно классифицируются по степеням. У тебя, судя по всему, вторая, да и мазь Сплинтера творит чудеса. Она содержит экстракт алоэ и ещё около сорока компонентов, о природе которых он не рассказывает. Говорит, что древняя мудрость не терпит современных извращений. Но это ладно. Я думаю, в худшем случае тебе понадобится месяц на восстановление. Знаешь, есть исследования, что на скорость регенерации значительно влияет психологическое состояние пациента… — Донни, — мягко перебил брата Лео, — может, не сейчас? — А, да, конечно, — спохватился тот, — прости. В общем, в порядке будешь. Сплинтер всё это время делал ненавязчивые замечания действиям черепах, и убедившись, что они не делают ничего глупого и дурного, расслабился и задремал. Кейт даже стало немного неловко от такого количества внимания, но в целом её это не особо заботило. А вот что действительно начало волновать девушку, так это то, что нужно было как можно скорее раздобыть информацию об этом клинке. Она знала, что мутанты тоже думают про него, но не хотят сейчас упоминать об этом. Может это вообще полный бред и ей всё причудилось. Но глубоко в душе она понимала, что это не так. И единственное место, где она могла получить ответы на свои вопросы — снаружи. Черепахи понемногу угомонились и стали заниматься своими делами, лишь изредка поглядывая на девушку и беспокоясь о её самочувствии. Ей пришлось потратить достаточно много времени на то, чтобы убедить их не сидеть над ней, как пингвины над яйцом. В итоге она попросила просто принести ей учебник и карандаш и стала делать вид, что углубляется в учёбу, как она поступала каждый раз, чтобы избавиться от назойливого внимания. И это, на удивление, сработало и сейчас. Но стоит ли говорить, что мысли её были далеко не об учёбе? — «Так, ладно. Нужно осмотреться и понять, кто из местных обитателей может мне помочь выйти наружу и вернуться обратно без происшествий», — скромно подумала она, точно испугавшись, что её мысли прочитают. Она начала тщательно осматриваться в поисках необходимого ей объекта. Сперва взгляд упал на Сплинтера, мирно сидящего с откуда-то взявшимся свежим выпуском новостей в лапах. Впрочем, она уже ни капли не удивлялась его незаметности. Его грудь медленно вздымалась и опускалась, пока глаза плавно пересекали страницу из стороны в сторону. Он выглядел так загадочно, что узнать, какие тараканы носятся в его голове, было невозможно. «Он даже во сне медитирует, не иначе. Возможно, он даже сейчас спит. Нет, здесь помощи точно не стоит искать, нарвусь на лекцию, а потом и от матери получу тумаков. К тому же, мне нужен кто-нибудь посильнее, чтобы помогать в делах хватательных, учитывая новые обстоятельства». Она снова покрутила перед глазами свои теперь бесполезные руки и от обиды поджала губы. Вторым на глаза попался Леонардо. Она сразу же представила, как он смотрит на неё своим фирменным взглядом. Словно она уже сделала что-то не так, хотя фактически даже рта открыть не успела.  «Ну вот еще, любимый сынок и самый ответственный умничка в компании. Нет, точно не оно. То же самое, что и Сплинтер, только тут будет три лекции. Сначала две от него, а потом ещё одна от Сплинтера, поскольку он будет в курсе ситуации непременно, а потом те же самые тумаки от матери. Дальше». Донателло сидел чуть поодаль ото всех и с обречённым видом в наушниках что-то кому-то объяснял. И, судя по всему, успеха в этом начинании не имел. Его свободная рука хаотично жестикулировала в воздухе, выражая за него все эмоции и неприличные грубости, высказать которые он не мог. «Он вообще не выглядит смелым. Я бы даже могла подумать, что он на панике может в обморок упасть. Стоит ли с ним куда-то выходить? Но он, по крайней мере, самый умный здесь. Так ведь? Даже не знаю. Оставлю этот вариант на всякий случай». Девушка на секунду опустила глаза в свой учебник и едва шевеля забинтованными пальцами оставила пару заметок на полях, чтобы создавать видимость учёбы и со стороны не выглядеть слишком подозрительно. Рафаэль сидел практически напротив. «Этот, кстати, очень даже ничего. Думаю, он сможет мне помочь, но к нему по-любому придётся искать подход, он не такой уж и простой. Если он и правда больше всех дружит с папой, то я не ошибаюсь». Через ещё одну секунду размышлений Кейт обвинила сама себя в полном кретинизме, так как в голову ей пришел вариант, который должен был возникнуть самым первым, но не возник. Микеланджело коротал время наиболее бестолковым способом: сосредоточенно пытался научить свою морозильную кошку петь рождественские песни. Кейт ухмыльнулась и вернулась к своему учебнику, стараясь всем своим видом не показывать, что за план зреет в её голове. «Ну надо же, какая я бестолочь! Майки — то, что нужно! Не поверю, что он сможет мне отказать. А если и откажет, уговорить его будет не сложно. Мы же друзья, правда?» Остаток дня тянулся очень долго. Кейт уже нетерпелось выйти на улицу, на этот раз она была уверена, что у неё получится. Вскоре обратно вернулись и родители. — Ну что, Кейтлин, танцуй! С завтрашнего дня тебя ждут в новой школе! — с порога заявила Эйприл, радостно размахивая каким-то блокнотом. Кейт грустно усмехнулась. — Нет, с завтрашнего дня не ждут, — девушка подняла обе руки вверх и улыбка с лица матери резко пропала. — О господи, что случилось?! Кейт сделала глубокий вдох и начала говорить. Про то, как кипятила чайник. Про странное чувство, что вода зовёт её. Как потеряла контроль над телом, как схватила горячий чайник и не чувствовала боли, пока не очнулась, и как вода говорила с ней о клинке. С каждым её словом лица родителей становились всё более бледными. — И вот, — закончила Кейт, поднимая на них глаза. — Теперь я в состоянии овоща и со школой придется повременить. Снова. Эйприл бережно взяла забинтованные ладони Кейт в свои руки, словно те были сделаны из тончайшего стекла. Кейси подошел сзади и положил руки на плечи жене, одновременно всматриваясь в лицо дочери. Его челюсть была напряжена, но голос звучал удивительно спокойно, когда он спросил: — Никаких других слов? Кейт нахмурилась, пытаясь вспомнить. Головная боль пульсировала в висках, но она заставила себя сосредоточиться. — Я не уверена. Но запомнила я только это. — Тебе нужно отдохнуть, — мягко сказал Кейси, помогая жене подняться. — Я позвоню в школу, объясню ситуацию и попрошу выслать тебе задания. Эйприл кивнула, подтверждая его слова и, не спрашивая разрешения, аккуратно присела на край дивана, взяв дочь за руку чуть выше бинтов. Она гладила большим пальцем её запястье и тихонько напевала какую-то песенку. Девушка прикрыла глаза и впервые за весь день почувствовала себя в абсолютной безопасности.

***

Остаток вечера тянулся долго. Эйприл ухаживала за дочерью, поправляла подушки, приносила чай с ромашкой. Черепахи, получив строгий наказ не беспокоить юную гостью, сначала крутились возле доски улик, обсуждая что-то, затем стали заниматься своими делами. Когда после общего ужина все расходились по своим комнатам, Кейт вспомнила о своём плане. Она совсем не была уверена в том, что именно хочет найти наверху, но предчувствие было слишком сильным, чтобы просто так его проигнорировать. Она подождала пару часов, изо всех сил стараясь не уснуть, выскользнула из комнаты, и убедившись, что никого снаружи нет, по стенке прошмыгнула в комнату черепахи в оранжевом. Тот уже видел десятый сон. — Майки, — зашипела Кейт, тряся черепаху за плечо. — Майки, просыпайся! Микеланджело что-то пробулькал во сне и перевернулся на другой бок, натянув одеяло на голову. Кейт закатила глаза и дёрнула его за край. — Эй, а ну вставай, дело есть! — Она похлопала его по щекам, на что мутант только поморщился. Тогда девушка взяла край подушки, на которой он лежал, и выдернула из-под его головы. Сонные глаза Микеланджело распахнулись и он уставился на неё с неподдельным изумлением. — Кейт? Ты чего? — Пойдём прогуляемся. Это важно. Майки замер, и в его глазах, впервые за всё время, что она здесь находится, мелькнула тревога. — Кейт, это плохая идея. Сплинтер убьёт меня. Лео и Донни убьют меня. Твои родители убьют меня. Даже Раф убьёт меня, а он обычно за приключения. — Никто никого не убьёт, — заверила Кейт, хотя сама не была до конца уверена. — Мы просто выйдем ненадолго. Я хочу подышать свежим воздухом, мне нехорошо. — Она умоляющим взглядом уставилась на него. Майки колебался. Он перевёл взгляд на её забинтованные руки, затем на её лицо. Она сразу поняла, каким будет его следующий вопрос. — Ты же будешь меня сопровождать! Ты сильный, ты ловкий, знаешь город. И поможешь мне с препятствиями. Пожалуйста, Майки. Ты же мой друг. — Она смотрела на него щенячьими глазами, и Майки чувствовал, как его воля тает на глазах. Слово «друг» купило его полностью и мгновенно. — Они убьют меня, — повторил он обречённо, но уже поднимаясь. — Если что, то я был против. Меня нагло загипнотизировали и украли. — Конечно-конечно, — закивала Кейт, сияя. — Ты жертва обстоятельств. Они бесшумно выскользнули в коридор. Майки накинул бандану, прихватил свои нунчаки и повёл её к выходу. Кейт старалась ступать как можно тише, но сердце колотилось так громко, что, казалось, его стук может растрясти землю похлеще, чем поезда метро. Они нырнули в тоннель. Леонардо не мог уснуть. Он уже час лежал на своём месте, уставившись в потолок и прокручивая в голове события дня. В голову пришло решение проведать Кейт, которая ушла спать раньше всех. Мутант не собирался тревожить её своими расспросами, но что-то зудящее под панцирем не давало ему покоя. Нужно было проверить, убедиться, что она спит, что ей не больно, что повязки не сползли.  Лео бесшумно поднялся и скользнул в коридор, и уже через минуту стоял у входа в импровизированную комнату. Он замешкался на входе, но всё-таки осторожно выглянул из проёма. Лео нахмурился, прислушиваясь. Тишина. Он прошёл вглубь комнаты только для того, чтобы увидеть, что кровать пуста. — Вот чёрт, — выдохнул он одними губами. Он начал нервничать, но решил немного подождать, на случай если вдруг она отошла на минутку и сейчас вернётся. Ему даже в голову не могло прийти, что девчонка, сопровождаемая его младшим братом, уже одной ногой находится на поверхности. Но минутка сменялась другой, и стало очевидно, что что-то не так. Лео вышел из комнаты и спустился в холл, где стал прислушиваться. Его взгляд очерчивал предметы, в надежде найти живой объект. Интуиция дёрнула мутанта повернуться в сторону выхода. Он долго всматривался в чёрную глубину тоннеля, перед тем как заметить свежие мокрые следы кроссовок на бордюре справа. Лео сжал кулаки и выругался сквозь зубы. Его первым порывом было поднять тревогу и устроить масштабные поиски. Но что-то его остановило. Нет, нельзя никого пугать раньше времени. Он найдёт их сам. Он всегда всё решал сам.

***

Кейт и Майки шли по крыше поедая чуррос и гогоча со всякой ерунды. Девушка не могла понять: то ли воздух в Нью-Йорке был особенно приятным, что кружилась голова, то ли это на ней так сказывалось ощущение внезапно нахлынувшей свободы. Майки оказался чудесным экскурсоводом, знал каждый уголок этого города и показывал девушке все свои любимые места. Там, где нужно было лезть или держаться руками, он сажал её на спину или легко поднимал, чтобы она не причиняла своим ранам большего вреда. Да ещё и чуррос! Сладкое тесто с сахарной пудрой таяло во рту, и это было самое лучшее, что она испытывала за последние дни.  — Ну вот, а потом Раф такой говорит: «а жареных гвоздей не хочешь?» —Микеланджело активно жестикулировал и кривлялся, пародируя брата. Девушка заливисто засмеялась, чуть не подавившись едой. — У вас, наверное, столько историй за годы жизни вместе, — голос девушки заметно погрустнел, что не скрылось от внимательной черепахи. В его глазах мелькнуло понимание. — круто иметь близких родственников. — Ну, считай что мы теперь и твои братья! Но вообще не всё так классно, как тебе кажется. Если бы ты не появилась здесь, я бы уже снова уехал по своим делам. Мы теперь не очень-то хорошо общаемся, — Кейт заметно удивилась такому ответу. — По вам так не скажешь. Я думаю, что вы общаетесь как самые настоящие любящие братья. Немного по-особенному, — она немного замешкалась, — по крайней мере, я такое видела у других семей. — Я просто хотел бы, чтобы всем было весело и приятно быть рядом друг с другом. Иногда это работает, иногда нет. Но когда в город вернулась ваша семья, знаешь... — он задумался, подбирая слова, — как будто в старой игрушке заменили батарейку. Новый интерес, всё такое. Да ещё и бонус в виде тебя! — Вот как, значит я бонус? — Девушка сделала вид, что глубоко оскорбилась этой фразой, но на самом деле диалог её веселил. — Я не в плохом смысле! Самый лучший бонус, который можно было придумать! — Кейт слегка улыбнулась и почувствовала, как к щекам приливает тепло. Она даже немного жалела, что решила нагло воспользоваться добротой Микеланджело. Ему теперь за это прилетит, если кто-нибудь заметит. — Спасибо, Майки, — тихо сказала она. — Ты правда классный. — Да что там. Эй, давай кто быстрее съест! — он достал две последние палочки лакомства из конверта и протянул одну из них девушке. Кейт с улыбкой приняла его предложение. — Давай на счёт три. Раз… два… — Вы что, совсем идиоты? — громом послышался голос сзади. Он рявкнул так, что единственная кучка голубей, отдыхающая на проводах, в ужасе рванула прочь сбивая друг друга. Майки и Кейт замерли. Лео стоял на парапете той же крыши, возвышаясь над ними и уперев руки в бока. Его катаны были при нём, и весь его вид источал такую ярость, что даже воздух вокруг, казалось, начал плавиться. Такого Кейт никогда не видела даже на лице своей матери. По её коже пробежал холодок. С товарищем по несчастью они практически одновременно вскочили на ноги.  — Ты не понимаешь, что это опасно? Тебе не говорили? Нас просили приглядеть за девчонкой, а не шататься с ней по потенциально угрожающим ей местам! — Лео, мы просто... — начал Майки, но брат его перебил. — Нет, не просто! Ты хоть соображаешь, что могло случиться? А если бы за вами вели слежку? А если бы она пострадала? — Лео указал рукой в сторону Кейт, из-за чего она инстинктивно скукожилась и сделала пару шагов назад, отодвигаясь от них к другому краю крыши. — Эй, полегче! — Майки тоже повысил голос, в котором зазвенела обида. — Я следил за обстановкой, я выбирал безопасные маршруты, я... — Ты — безответственный болван! — А тебе не помешало бы лишиться немного ответственности! — рявкнул Майки. Его голос окреп и приобрёл жёсткость, которой раньше не было слышно. — Мы бы доели чуррос и спокойно вернулись обратно, но нет! Моему братцу все развлечения поперёк горла! Кейт, которая отодвигалась от них всё дальше и дальше, наблюдая за перепалкой, почувствовала, как внутри неё начинает бурлить раздражение. Она переводила взгляд с одного брата на другого, и её глаза начинали закатываться сами собой. Она уже сто раз пожалела, что решилась покинуть канализацию. Но тут её взгляд упал вниз. Совершенно случайно скользнул по краю крыши, по стене здания напротив, по тёмному переулку, освещённому одним-единственным тусклым фонарём…и замер. Внизу, прямо под ними, происходило что-то странное. Кейт прищурилась, пытаясь разглядеть детали. Три силуэта. Двое стояли на коленях — даже отсюда, с высоты многоэтажного дома было видно, как поникли их головы, как дрожат плечи. Третий возвышался над ними, и в его фигуре было что-то до боли знакомое. — Я трус? — Леонардо приблизился к Микеланджело почти вплотную и перевёл разговор в режим громкого шепота. — Ещё какой! Жить жизнь боишься! — в том же тоне ответил Майки. Кейт присела и всем телом прилепилась к парапету, словно гравитация усилилась в разы. Девушка как можно незаметнее пыталась разглядеть происходящее внизу. В её голове почему-то промелькнуло слово «клинок». Было невозможно определить, услышала ли она его от людей снизу, либо разум вздумал пошутить над ней, но сердце сразу же забилось быстрее. — ...потому что ты никогда никого не слушаешь! И не думаешь ни о ком и ни о чём, кроме себя и своих шуток! — голос Лео ворвался в её сознание, вырывая из концентрации. — А ты, конечно, знаешь о чём я думаю! Взгляните на него, великий Вольф Мессинг! — Да заткнитесь вы! — прошипела Кейт, не оборачиваясь, но они даже не обратили на неё внимания. Она оградила ладонями свой взор и теперь видела нужные объекты лучше. Седой мужчина ходил из стороны в сторону и выглядел не то чтобы угрожающе, но судя по всему имел авторитет. В одном из редких моментов, когда свет упал прямо ему на лицо, Кейт узнала его. Она не могла не узнать. Эти черты ещё тогда плотно врезались в её разум. — О боже... — прошептала Кейт, и её пальцы задрожали. Кейт зажмурилась на секунду, собираясь с мыслями, а потом резко обернулась. — Эй! — крикнула она, но черепахи даже не повернули голов. Они стояли друг напротив друга, раздувая ноздри, и воздух между ними, казалось, вот-вот воспламенится. Майки сжал кулаки, Лео стоял с каменным лицом, и оба были настолько поглощены своим спором, что весь остальной мир для них перестал существовать. — Вы что, оглохли? — Кейт подскочила к ним и замахала руками прямо перед их лицами. — … то есть ты правда думаешь, что можешь всё контролировать такими способами? — продолжал Майки, игнорируя Кейт. — Майки, хоть раз в жизни подумай о последствиях, и пойми, что сейчас ты подставляешь не только сам себя! — Да твою же мать! — Кейт в отчаянии топнула ногой. Она снова подбежала к краю перевела взгляд вниз. Старик что-то говорил — она видела, как шевелятся его губы и слышала его тихий голос, отражающийся от стен. Один из трясущихся перед ним людей что-то быстро объяснял, так отчаянно, словно от этого зависела его жизнь. Возможно, так оно и было. Кейт напрягла слух, пытаясь уловить хоть слово. Но ветер дул в сторону, забирая обрывки фраз в своём направлении, а голоса черепах мешали ей услышать что-либо. Девушка приставила запястья к вискам. Внизу старик, кажется, заканчивал свой разговор. Он наклонился к одному из мужчин, что-то прошептал ему прямо в ухо. Тогда, взвесив все за и против, она быстро вскочила на ноги, отошла к краю крыши и с разбега влетела плечом в Микеланджело, толкнув его на брата. Романтичной дорамы из этого не вышло, и вместо классической немой сцены Лео подхватил влетевшую в него черепаху на полпути к земле, и вместе они разъярённо уставились на Кейт. — Да чтоб вас! — выдохнула Кейт, глядя на них с не меньшей яростью, тяжело дыша и показывая пальцем вниз, на переулок. — Смотрите туда! Быстро! И в этот момент снизу опять донёсся голос старика. Теперь, когда черепахи наконец замолчали, Кейт снова подползла к краю и выглянула за него. Братья переглянулись, без слов спрашивая друг друга, стоит ли им повторить за ней, но в итоге всё равно последовали примеру. Все трое лежали рядом друг с другом затаив дыхание. Лео пригляделся и неожиданно пискнул. — Антикварная лавка. Это она. В следующую секунду произошло что-то уму непостижимое. Старик достал какой-то предмет из кармана. Это сильно напугало людей на коленях, и они вжались друг в друга, словно пытаясь найти спасение. И тут до вершины здания донеслась одна единственная реплика: — Придурки. Я давал вам не один шанс найти этот клинок, но теперь вы доказали свою бесполезность, — после этих слов одна из теней разрыдалась. Старик кинул в них предмет, который держал в своей руке, и люди, сидевшие перед ним, в одно мгновение превратились в лужу и растеклись по асфальту, переливаясь цветными огоньками. Кейт не сдержалась и громко ахнула. Тогда мужчина внизу замер и поднял голову вверх, но Лео вовремя оттащил двоих нарушителей своего покоя от края. Они таращились друг на друга настолько шокированно, что были не в силах что-либо сказать. Никто из них не был уверен в том, чему именно только что был свидетелем. И тут Кейт отчаянно захныкала. — Надо было не орать друг на друга как два петуха, а послушать, что я вам говорю! Вы хоть понимаете, что сейчас произошло? Мы упустили шанс узнать что-то действительно важное, потому что вы не могли заткнуться на пять минут! — девушка выдала фразу шёпотом, поскольку боялась быть обнаруженной, но тон, с которым она пропускала слова через зубы, говорил сам за себя. — Вообще, мы узнали кое-что важное. Он только что превратил людей в воду, — чуть ли не по слогам проговорил Лео. От своих же слов его слегка передёрнуло. — Нам нужно вернуться домой и добавить этот факт на доску расследований. На самом деле я просто хочу поскорее сделать отсюда ноги, но эта причина звучит лучше, — Майки пытался разрядить обстановку, но получилось весьма сомнительно. Кейт внезапно приложила ладони ко рту. — Не говорите родителям о том, что я была здесь с вами! Пожалуйста! — она просила это у двоих братьев, но смотрела только на Леонардо, поскольку знала, что весельчак и так не станет раскрывать её тайну, а вот со вторым вопрос другой. Леонардо нахмурился и уже открыл рот, чтобы что-то возразить. Девушка изначально ожидала, что так просто уговорить его не получится. Она решила, что в этой ситуации имеет смысл унижаться по полной, поэтому резко упала на одно колено, склонила голову и сложила над ней ладони. — Очень прошу! Я знаю, что поступила плохо, признала ошибку и больше так не буду! Она зажмурилась и готовилась к худшему исходу, но услышала в ответ только одно сухое слово. — Встань, — она моргнула, словно ожидала другой реакции, но послушно выполнила указание и посмотрела на черепаху в синем. Он смотрел на неё недовольно, но снисходительно. — Я ничего им не скажу. Но это только на этот раз. У Кейт отлегло от сердца, но не успела она расслабиться, как её резко подхватили на руки. Она пискнула от неожиданности. Лео прижал её к груди, но даже не собирался смотреть на неё. Его взгляд был устремлён в направлении, с которого они пришли. — Так будет быстрее. У тебя травмированы руки. Кейт и без объяснения поняла, к чему это. Они возвращались обратно по крышам, так же, как и шли сюда. Лео двигался плавнее, чем Микеланджело, поэтому даже на прыжках она не чувствовала особой тряски. Девушка потихоньку начала проваливаться в сон, в последней своей мысли отмечая, насколько ей удобно находиться в руках мутанта. После этого мир вокруг неё расплылся.