Nel sonno

— Хей, ну скажи, зачем я вам там? Я уже битый час пытаюсь это узнать, но ты молчишь! — Катя, я же сказал, — закатив глаза, Никита на мгновенье отошёл в сторону, доставая из шкафа свой ноутбук и вкладывая тот в чемодан, — Тебе нужно проветриться. Ты вечно сидишь дома без настроения и это не учитывая учёбу и твою подругу, которая, по правде говоря, всегда меня напрягала. — И поэтому ты решил потащить меня с собой на съёмки во дворец Аль-Касими предупредив за несколько часов до вылета? — оперевшись плечом о дверной косяк в его комнате, я обвела взглядом содержимое его чемодана. Признаться честно, я немного опешила, узнав о том, что через 8 часов я должна вместе с Никитой и командой Димы вылететь в Объединённые Арабские Эмираты. Явившись ко мне в квартиру, брат поставил меня перед фактом: билеты куплены, всё с универом обговорено и все согласны. Кроме меня конечно…. Мне понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя и столько же времени, чтобы обматерить братца самыми нецензурными выражениями, учитывая, что у меня были планы касаемо учёбы и моих долгов, образовавшихся из нескольких обстоятельств. Никиту, конечно, это никак не задело и тот лишь пожал плечами, предлагая помочь собрать вещи. Я была возмущена, и он об этом знал. По крайней мере, когда я смирилась с поездкой, я была недовольна тем, что Никита не предупредил меня заранее, хотя бы за день или два. Какими бы благими не казались намеренья моего брата, я не понимала, каким именно образом должна провести своё время за границей, пока он вместе с Димой будут снимать материал для ролика. За последние два часа я успела покопаться в интернете, почитав несколько статей об этом дворце. Он ни коем образом не относился к моей работе, а значит, я там попросту бесполезна. Разве только буду нагнетать обстановку, учитывая, что за последнее время я ни разу не поговорила с Димой, который похоже не хочет меня видеть. Хотя видимо, моего присутствия он не против, раз я еду вместе с ним и остальными. — Сама ты во дворец не захочешь идти, поэтому можешь остаться в номере, — склонившись над своими вещами, Никита, не глядя приподнял руку вверх, показывая мне указательный палец, — Это, во-первых. Во-вторых, — так же не глядя, теперь он показывал два пальца, — Ты отдохнёшь и наконец забудешь о ненужных переживаниях. — Хочешь, чтобы я отдохнула? Оплати мне личного психолога. — Ты могла бы поговорить со мной, — повернувшись ко мне лицом, он как-то горько улыбнулся, — Но ты предпочитаешь молчать и скрывать от меня свои проблемы с Димой. Выйдя из комнаты, Никита скрылся в ванной, куда я за братом бы точно не пошла. — Никит, ты не так понял, — встав напротив двери, я попыталась смягчить голос, — Я не скрываю, просто не говорю ту или иную часть. Ответом мне послужила звенящая тишина и шум включённого душа из-за закрытой двери. *** Спустя час после нашего разговора мы с Никитой вызвали такси, по очереди вынося свой багаж на улицу. После сказанных им слов, брат вёл себя так, словно ничего не случилось, продолжая шутить и утверждать, что я прекрасно проведу время. Мне не хотелось лишний раз возвращаться к той теме, которая довольно сильно его расстроила, поэтому я лишь слабо улыбалась, иногда поддакивая или кивая. Не хочу его обидеть ещё сильнее. В аэропорту мы встретились с остальными членами команды Димы, приехавших на несколько минут раньше нас. Многих из них я не знала лично, а основными действующими персонажами для меня стали Дима, Никита и их друг Арут — тот, благодаря кому они наконец смогли получить разрешение на ночь во дворце. Все были довольно приветливы и их совсем не напрягало моё присутствие среди них, не считая конечно Масленникова — стоило ему посмотреть в мою сторону, как его брови нахмурились, взгляд потускнел, а улыбка пропала с лица. Что я, собственно, ожидала от него? Наш кораблик из оригами давно потонул в океане недосказанности и, по его мнению, ошибки из-за поцелуя. Теперь я для него та недосягаемая часть, которая не подвластна даже ему, от чего становиться только паршивее. Я была и до сих пор не против разговора на эту тему, но видимо Дима решил сам выстроить стену, считая, что именно я инициатор её толщины. — Ты ведь учёл, что я не сильна в английском? — пройдя регистрацию, мы всей группой сидели в зале ожидания, — Дежурные фразы я, конечно, знаю, но на что-то большее не гожусь. — Кажется когда-то я тебе говорил, что английский рано или поздно пригодиться в жизни, — многозначительно заулыбавшись, Никита подпёр голову рукой, сидя на стуле рядом со мной, — Но ты мне сказала: «Никита, я его не понимаю! К тому же он мне не нужен, поэтому нет смысла тратить своё время». Улыбка мигом сползла с моего лица. Он в открытую измывался надо мной, да ещё парадировал таким писклявым голосом, словно это звучало как оскорбление в мой адрес. — Издеваешься теперь, да? — приблизившись, я ухмыльнулась, — Радуешься своей победе. — Ты же знаешь. — Если бы мы были дома и не было всех их, — обведя пальцем зал ожидая, я указала на братца, — Я бы уже давно кинула в эту моську что-нибудь потяжелее. — Надеюсь любя? — С огромной любовью, дорогой. *** Полёт для меня прошёл крайне удачно — я наконец смогла выспаться и отдохнуть, пусть даже за такой промежуток времени. Стоило мне оказаться в салоне самолёта и дождаться, когда Никита уберёт вещи и сядет на своё место — я кладу голову на его плечо, вырубаясь сразу же. Конечно же он не подушка и спать на нём не так удобно, как например на кровати, но видимо моей голове совершенно всё равно. Мне совсем не снилось никаких снов, я почти не слышала звуков и не чувствовала копошений брата. Я в какой-то степени дремала и это пошло на пользу моему организму — в тишине и спокойствии мне стало куда лучше. На этом моменте можно было бы развернуться, сказать, что теперь я в порядке и поскорее вернуться домой к своим делам и насущным проблемам. Но я не в мультике и самолёт развернуть мне не по силам, а прыгать — самоубийство. Остаётся лишь смиренно ожидать прибытия самолёта в пункт назначения — эмират Рас Эль Хайм, а после без происшествий добраться до отеля. Последнее нам удаётся с сильно натяжкой, ведь мы как не кстати попали в час пик. После приземления самолёта на взлётную площадку, мы дружно взяли свои вещи и не толпясь вышли наружу, заходя в главное здание аэропорта. Пройдя досмотр, прочую волокиту которую взяли на себя Дима и Никита, вся наша компашка покрепче перехватила свои вещи, направляясь к главному выходу. Там на солнцепёке, в сильную жару стояло множество машин с характерными опознавательными знаками, а рядом облокотившись об авто стояли водители — все как под копирку в солнцезащитных очках всех цветов. Приветливо улыбаясь, они пытались зазывать только что прибывших на ломаном английском с примесью своего родного языка. Не один из них почему-то не казался порядочным человеком, а их притворные улыбки выглядели крайне странно. Но выхода у нас не было, поэтому парни выбрали более-менее приветливого таксиста и сказав адрес отеля, скинули свои вещи в багажник. Заранее отправив тех, кто не влез к нам в машину с другим водителем я, Никита, Дима и Арту заняли места в такси, выезжая из аэропорта. — Кать, я кажется придумал, куда ты можешь сходить, — устроившись на заднем сидении между Димой и Арутом, Никита поддался вперёд, — Тут есть неплохой рынок с разными вещицами. — Когда ты только успел? — повернув к нему голову, я боковым зрением глянула на Диму. Он до сих пор не проронил ни слова в мой адрес, сидя всё так же угрюмо, — Он далеко от отеля? — Как не местный говорю тебе — нет, не далеко. Дальше разговор не задался, поэтому я попросту глазела на местную архитектуру, в которой главными цветами являлись бежевый и белый. Разглядывая прорастающие из песка дома местного колорита, я подметила, что большинство из них не выше двух этажей и обязательно на территории дома установлены флаги. Так же каждый из этих домов обнесён высоким забором и почти везде по два или три дерева и в большинстве случаев это далеко не пальма. У этих деревьев иная задача — украшать разделительную полосу дороги, произрастая на зелёном газоне. Под конец поездки всё сливалось воедино. Огромное количество белого цвета контрастировало с песочным оттенком и у меня уже в глазах двоилось от увиденного. Я не привыкла видеть столько светлых тонов и с непривычки начинала путаться во всём этом, чувствуя себя неуютно. Но видимо я была единственная, которую не особо впечатлило местное убранство — брату это явно зашло и пришлось по вкусу, судя по его горящим глазам и распросам на английском, который я не понимала. «Похоже переводчик мне пригодится», — постукивая пальцем по экрану телефона, я всматривалась в довольно высокое для этих мест здание, отведённое под отель. Выполненное из материала похожего на белый бетон с отливом желтоватого оттенка, он возвышался над всеми остальными зданиями. Остановшись напротив главного входа, водитель что-то протараторил на своём языке, после чего вышел из машины, открывая багажник. В этот момент подъехало второе такси, ехавшая позади нас. Всё так же говоря на родном языке, арабы достали наши вещи, изредка перекидываясь несколькими фразами между собой. Когда багаж был в наших руках, а водители уехали с оплатой, мы вошли в отель. По своей сути он не был каким-то вычурным или блёклым. Он был изящен: повсюду чудесные вазы белого оттенка с цветами и зелёными растениями, уходящими вверх; по всей мебели и ресепшену лежит ровный жёлтый свет, исходящий от ламп, установленных рядом с колоннами; повсюду подушки, диваны и всё выглядит так минималистично и прекрасно, что кажется, будто переборщить попросту нельзя. Пока я была занята разглядыванием местного убранства, Дима бронировал для всех нас комнаты. Я совсем не заметила, как на протяжении минуты Дима терроризировал меня своим взглядом, словно обдумывая мысль. Рядом с ним стоял Никита, о чём-то переговариваясь с девушкой, регистрирующей нашу бронь, изредка поглядывая на Масленникова. В тот момент мне было не особо то и важно, смотрят на меня или нет, ведь мой взгляд приковал интерьер отеля. — Кать, — подойдя совсем бесшумно, Никита приобнял меня за плечи, — Твоя комната между моей и Диминой, — протянув мне ключ, он улыбнулся, — Главное не перепутай комнаты. — Ты сейчас серьёзно? — возмутившись, я хотела ударить братца, но вовремя вспомнила, что здесь куча народу помимо нашей группы. — Я только предупредил. Комната оказалась довольно просторной и уютной. Закрыв за собой дверь, я стала внимательно разглядывать интерьер: большая двуспальная кровать с белым постельным бельём (кто бы сомневался), позади неё конструкция из тёмного дерева перетекающая в замысловатую перегородку, разделяющую кровать от остальной комнаты; большой телевизор висящий напротив, под ним небольшой полукруглый столик тёмного оттенка с встроенным мини баром, пара кресел, тахта синего оттенка и выход на небольшой балкон со стеклянными дверьми. В остальном везде жёлтые стены и белое освещение. Обстановка довольно неплохая и даже приятная, учитывая, как после перелёта болит спина и ноги. Оставляя свои вещи у кровати, я ложусь на неё как мешок с картошкой, совсем забывая о приличиях. Я слишком устала от поездки, чтобы думать о том, что я не у себя дома и том, что можно, а что нельзя. Перекатившись на спину, я сложила руки на животе, вглядываясь в светлый потолок. В голову стали приходить различные мысли, о которых в начале я даже не думала. Главная из них — мои отношения с Димой. Я до сих пор не могу понять, почему же он так себя ведёт и о чём вообще думает, учитывая странные взгляды в мой адрес. Всё поменялось слишком быстро, и я совсем не поспеваю за развитием событий. *** — Боже, я же сказала, что приеду через несколько дней. Бредя по коридору между номерами, я в очередной раз отправляла голосовую Соне. На следующий день после моего приезда сюда, девушка стала закидывать меня сообщениями и спамом, в сердцах, не понимая почему меня нет ни дома, ни в университете. У неё была куча вопросов, на которые у меня не было ответов и что более странное — она просила поговорить с ней, как это было раньше, до сложившейся ситуации. — Сонь, я обязательно поговорю с тобой, как только вернусь, — отправив голосовое, я тут же получила ответ. — Я надеюсь, что ты сдержишь своё слово, — послышалось из динамиков телефона на несколько секунд, — Мне многое нужно сказать. — Да никто и не сомневался, что тебе нужно что-то сказать. Буркнув себе под нос, я почти подошла к своей двери, как из соседнего номера вышел Дима. Держа у уха свой мобильный, он с серьёзным лицом рассказывал своему собеседнику какую-то информацию, попутно пытаясь закрыть свою дверь. Понимая, что у него всё валится из рук и ему придётся отложить телефон, Масленников начинал злиться не на шутку. Решив, что от меня не убудет и к моей карме это зачтётся, я подошла ближе. Не ожидая, что тот будет рад меня увидеть, я аккуратно выхватила электронный ключ из его руки. Опешив от моего появления, Дима уставился на мою фигуру, пропуская мимо ушей женский голос из трубки телефона. — Обычно за такое говорят спасибо, — улыбнувшись, я вернула ключ в его руку, пока тот не сводил с меня своих светлых глаз. Вернувшись к себе, я не стала особо зацикливаться на этой ситуации, предпочитая находится в спокойном состоянии. Взглянув на часы, чьи стрелки показывали три часа дня, я схватила свой телефон, проверяя пришедшее сообщение от Никиты. На экране высветилась надпись: «Сегодня мы едем на объект. Ты полностью свободна». Ответив что-то по типу «Ладно, удачи», я убрала мобильный в свою сумку, склоняясь над чемоданом. Из интернета я узнала, что здесь не принято носить открытую одежду и всем, даже приезжим нужно закрывать плечи, грудь и колени. Учитывая, что в моём распоряжении почти всё — джинсы и футболки, я не стала особо заморачиваться с выбором. Мой взгляд пал на светло-серые джинсы с завышенной талией и белую футболку с рукавами до локтя. «Ну хоть солнечный удар не получу», — положив вещи на кровать и достав следом платок (спасибо гугл), я мигом переоделась в другую одежду, вставая перед небольшим зеркалом у входа. Рассматривая своё отражение, мне вдруг показалось, что распущенные волосы в жару — ад на земле, поэтому заплела их на голове так, будто это некая корона, опоясывающая мою голову. Захватив сумку, деньги, ключ и платок, я выскочила из комнаты именно в тот момент, когда ребята собирались во дворец. Столкнувшись с братом, я приветливо улыбнулась, видя позади него Диму. Тот стоял в метре от моего брата, глядя в экран телефона. — Всё-таки не усидела на месте. — Конечно, — кивнув головой, я стала идти рядом с Никитой, — Ты же сам посоветовал сходить на рынок. Правда я иду не туда, а в торговый центр. Это почти тоже самое только под крышей. — Главное не соблазни какого-нибудь араба, — усмехнувшись, он вышел на улицу, где их ждала машина. — Ты слишком плохого мнения обо мне, — рассмеявшись, я остановилась около обочины, — Максимум разведу на деньги. Не обратив внимание на мои высказывания, Никита предложил подвезти меня до торгового центра, дабы я не плутала по незнакомому городу. Понимая, что брат прав и я смело могу потеряться, я не стала перечить, усаживаясь рядом с ним на задние сидение. Уточнив адрес магазина и отеля, а также на всякий записав в заметки, чтобы потом вызвать такси обратно, я со спокойной душой поехала на встречу с шопингом. Уже находясь в здании торгового центра мне пришлось накинуть на голову платок. Кондиционер здесь безбожно остужал воздух и если бы я осталась так, то могла бы заболеть, испортив себе мини каникулы. Рассматривая цветастые лавки и товары, педантично расставленные и разложенные по своим местам, я остановилась напротив небольшого магазина с одеждой европейского стиля. Его название было на английском языке и это вселяло надежду в то, что я смогу объясниться с продавцами внутри. Надежда умирает последней… Гуляя между вешалками с одеждой, я нырнула в отдел с платьями, что яркими цветами пестрили на манекенах. Оглядывая каждое и мысленно примеряя его на себя, я заприметила вдали длинное платье глубокого желтовато-зелёного оттенка. Оно было с длинным рукавом, юбкой из клиньев, уходящей в пол и с овальным вырезом. С виду простое, ничем не привлекательное платье смогло зацепить мой взгляд цветом и золотой вышивкой на рукавах. Я определённо точно должна была его купить, пока моё намеренье не улетучилось. Примерив его и взглянув на себя в зеркале, я только сильнее убедилось в том, что оно определённо точно мне нравится. Расплатившись за него, я перекочевала в магазин обуви, подбирая к платью туфли. Меня охватило странное желание купить что-то такое, что никогда не присутствовало в моём гардеробе, но при этом не безумно такое хотелось несколько лет назад. На мои глаза попались бежевые босоножки на высоком каблуке с пряжкой на ремешке. Они выглядели внушительно благодаря каблуку в 15 сантиметров и что-то мне подсказывало, что это самая радикальная покупка в моей жизни. Но я не жалела о том, что купила платье. Не жалела, что купила босоножки и даже не жалела, что купила шляпу (просто захотела). Я была довольна своими покупками и мне от чего-то хотелось, чтобы Никита и Дима увидели меня такой: красивой и собранной. Поэтому перед тем, как ехать обратно в отель, я закрылась в туалете, переодеваясь в купленные вещи. Положив свои старые в пакеты от покупок, я с довольной душой вышла на парковку, где заприметила такси. Будучи в отеле, я всё время оглядывалась по сторонам, ища взглядом друзей и знакомых. К сожалею, а может, к счастью, я никого не смогла найти ни в только что пришедших, ни в тех, кто выходил на улицу. Поднимаясь на свой этаж, я уловила звук уведомления на телефоне находясь ровно посередине пути до номера. Достав мобильный, я пробежалась взглядом по сообщению Сони, решив ответить сразу голосовым сообщением. — Соня, я не могу 24/7 писать тебе о том, что я делаю, — не особо глядя вперёд, я продолжала набрасывать свои недовольства, — Я понимаю, что тебе нужно кому-то высказаться, но я не тот человек, который хочет это слушать. Мы договорились, что я поговорю с тобой, как только приеду поэтому хватит мне спамить телефон и упрашивать поговорить. Высказав всё в сообщении, я остановилась, дабы отправить его в чат. Убрав мобильный обратно в сумку, я наконец подняла голову, встретившись взглядом с двумя парами глаз: Никиты и Димы. Оба ошарашенно оглядывали меня с ног до головы и что-то мне подсказывало, что они слышали все мои слова в адрес подруги, про которую я не очень хочу говорить. — Мы с тобой не виделись несколько часов. Почему мне кажется, что ты другой человек? — Ты похоже слишком плохо меня знаешь, Никит, — подойдя к двери, я открыла электронный замок. — Ты реально развела араба на деньги? — обводя рукой мой силуэт, брат недоумённо уставился на моё лицо, — Если да, то скажи как. Я тоже хочу. — Никого я не разводила. — Тогда откуда? — Сама купила, — усмехнувшись, я посмотрела на Диму. Всё это время он стоял рядом с Никитой, разглядывая меня с ног до головы, но при этом, не говоря ни слова. — Я даже боюсь представить, как ты ходишь на этих ходулях, — вглядываясь в обувь на моих ногах, Никита словно сбитый с толку двинулся в свой номер, что-то бурча себе под нос и качая головой. Проводив брата взглядом, я потянулась к ручке двери, как вдруг ощутила спиной чьё-то присутствие. Чувствуя мурашки, пробежавшие по всему телу, я поняла, что Дима подошёл намного ближе обычного и стоит ко мне почти впритык. Слегка наклонившись ко мне, он придвинулся к моей шее шепнув на ухо: — Ты сегодня прекрасно выглядишь.