Nel sonno

— Ты где пропадала? — Разговаривала с родителями Стаса, — ухватившись за бокал, Соня перелила его содержимое в другой, отставив пустой в сторону. Вдохнув побольше воздуха, она собиралась выпить всё одним залпом, что меня крайне не устроило и я поспешила её остановить, на что девушка выставила руку вперёд, останавливая мой порыв, — Не надо. Наблюдая, как её бокал стремительно пустеет я отвела взгляд в сторону, выискивая в толпе Стаса. Наверняка он сейчас с родителями и будет настоящее шоу, если те узнают, что их будущая невестка, находящаяся в положении, прикладывается к алкоголю. От одного только вида их хватит сердечный приступ, а сама Смирнова огребёт по самое не хочу. — Я бы не советовала тебе напиваться в слюни, учитывая, что они следят за тобой, — придвинувшись влево, чтобы прикрыть её собой, я укоризненно глянула на пустой бокал в её руке, — Нравится что-то с пузырьками? Перейди на лимонад. — Думаешь, я просто так нервничаю? — обречённо выдохнув, Соня поставила бокал на стол с закусками, — Думаешь, я просто так волнуюсь? Знаешь, почему они взяли меня с собой? Он всё продумал. Стас весь вечер ошивается рядом со мной и всё потому, что ему нужно сделать предложение руки и сердца. — С чего такие выводы? — Я видела кольцо у него в кармане пиджака. Не думаю, что, если бы оно было не мне, он бы стал ошиваться рядом со мной. — Лучше дождись конца мероприятия, — краем глаза заметив того странного незнакомца, я немного придвинулась в сторону, вставая ровно позади полной дамы в синем платье, — Я хочу отсюда смыться. И желательно поскорее. — Нам нужно дождаться конца, чтобы … — Дамы и господа. Слова Сони перебил грубоватый мужской голос, исходящий из динамиков, расставленных по всему периметру. На сцену вышел высокий довольно импозантный мужчина не больше 35 лет, в красивом чёрном костюме с бабочкой. Встав ровно посередине, он оглядел толпу, обращаясь ко всем в зале. — Сегодня наш организатор — Андрей Орлов — владелец этого роскошного отеля, предоставленного нам на сегодняшний вечер. Давайте поблагодарим его за радушие и одно из самых больших пожертвований, которое отправиться в наш фонд. «Это полнейший пиздец в чистейшем виде. Я отказала и проигнорировала владельца этого дорогущего места» На моём лице был весь спектр эмоций. Я буквально выпала из реальности, придумывая всевозможные пути отступления. Было понятно, что у этого Андрея, извините, конечно, денег жопой жуй, да ещё не подавись . Не удивлюсь что у него есть дорогущие тачки, которые не влезают на парковку этого места, а по вечерам его ванны наполнены золотом и кровью девственниц, что не пришлись ему по вкусу. Чувствую себя в дерьмовом сериале для подростков или дораме, где главная героиня отвергла богача, который сразу же обратил на замухрышку внимание и решил охомутать и поймать в свои сети. Не хочу быть дурочкой и уж тем более мне не нужен такой человек, как он. У меня есть свой, что работает до посинения и потери сознания, чтобы потом проводить время со мной и, если я допущу хоть одну мысль о этом Андрее, я буду считать себя предательницей. — Катя. Этот вечер превращается в не пойми, что и я хочу домой, поэтому сейчас лучшее решение — вызвать такси и уехать отсюда как можно дальше. — Морозова! Громкий крик Сони раздался около моего уха, от чего я чуть не подпрыгнула на месте. — Ты чего орёшь? — Ты опять ушла в себя, — недовольно ворча, она полезла в свой телефон, через несколько секунд разворачивая экран ко мне, — Ты в курсе, что у тебя выключен телефон и Дима тебя ищет? Он уже раз 10 тебе звонил. — Да ладно, — выхватив мобильный у него из рук, я стала вчитываться в переписку, открытую в Telegam. Дима: Почему у Кати выключен мобильный? Соня: А где привет? Дима: Привет, что с телефоном Кати? Я звонил ей раз 10, но она ни разу мне не перезвонила. Соня: Вот сразу бы начал с привет и я бы ответила. Соня: Она со мной. Мы на благотворительном вечере. Она глушит уже шестой бокал шампанского. Пока что в своём уме и ни с кем не дерётся. Дима: Какой вечер? Она не говорила. Соня: Я попросила её прийти. Я здесь с парнем и его родителями. Не скажу, что здесь весело, но Катя втянулась. Ты бы видел её внешний вид! Отвал башки. Следом последовало несколько фотографий, сделанных втихаря от меня. На них я сидела на аукционе, а после стою недалеко от мраморной колонны, попивая шампанское из бокала. Затем был кружочек, снятый Соней, когда я шла к ней, чтобы поговорить, так как стало невообразимо скучно. Здесь я иду от бедра, прям модель моделью в шикарном платье, с причёской и мейком, готовая разбивать сердца. Ещё бы улыбку на лице, вместо недовольного выражения и было бы прекрасно. Соня: Чего молчишь? Дар речи потерял? Дима: Придумываю более правильное описание. Но не думаю, что смогу. Дима: Просто передай, чтобы включила мобильный и перезвонила. Дима: Пусть больше не пьёт и едет домой на такси. А то я знаю, что ей взбредёт в голову и она пойдёт пешком. Дима: И лучше иди с ней, ладно? Шестой бокал не шутки, а зная Катю, она выпьет ещё столько же. Соня: Она не маленькая, чтобы так переживать. Но я учту и передам ей. Но не думай, что она послушается. Соня: Иногда, когда она выпьет и ко всему прочему ей хреново на душе, она становится невыносимой. Больше сообщений не было и меня это даже радовало. Видимо мой телефон отключился и поэтому Дима не смог дозвониться, а Никита который мог его предупредить даже не знал о моём походе, потому что я ему не сказала. Я отдала телефон Соне, которая с любопытством поглядывала на меня. Видимо она ожидала от меня ответных действий или чего-то безбашенного, учитывая, что я действительно хмелела и теперь весь мир казался мне весёлым пятном, от которого хотелось поскорее сбежать. Эдакая меланхолия в моём исполнении, только в более терпимом варианте и менее опасная для моего состояния и здоровья, чем бывает у некоторых людей. — Дима просил не пить, — наблюдая, как моя рука потянулась за следующим бокалом, Соня нахмурилась, — Ты видимо перешла в стадию «мне похуй». — Он не здесь, и я могу делать что хочу в пределах разумного. Если я хочу выпить, значит я выпью. — Даже не поспоришь с тобой, — усмехнувшись, девушка закинула в рот одну виноградинку, — Предлагаю сбежать, пока Стас ничего не понял. — А как же твой боевой настрой на предложение? — Если хочет, сделает дома. Да и шумиха ни к чему, — отмахнувшись, она ухватилась за мою руку, ухмыляясь с явным намереньем улизнуть, — Сейчас на улице довольно неплохо, пошли. — Даже не поспоришь с тобой. Передразнив ту, я допила содержимое последнего бокала, пробираясь сквозь присутствующих. Обходя группы людей, мы придвигались ближе к выходу, каждый раз оборачиваясь и высматривая Стаса с родителями, чтобы те нас не заметили. Уже около дверей, когда нам оставалось несколько метров, я в последний раз оглянулась назад, вдалеке заметив Андрея, что глядел прямо на меня. Он, как и тогда прожигал меня взглядом наблюдая, как мы с Соней покидаем благотворительный вечер. Улыбнувшись, он кивнул мне напоследок, после чего продолжил диалог с двумя девушками, что появилась словно по щелчку пальцев. На улице было свежо и приятно. Подувший ветерок принёс с собой запах свежесваренного кофе, чьих-то женских духов и запах роз, гонимый из цветочного магазинчика через дорогу. Вдыхая поглубже редкий аромат в городе, я последовала следом за Смирновой, что направилась в сторону пешеходного перехода, намереваясь оказаться на другой стороне. Там, куда лежал её путь находилась набережная и видимо туда и лежал путь этой бестии. Словно бы на поводке, я молча следовала за ней по пятам и вот мы уже на другой стороне, в воздухе запах реки и стало заметнее прохладней. Как не странно сегодня здесь мало людей и по большей части я слышу лишь биение своего сердца и звук машин, проносящихся по дороге слева от меня. На часах перевалило за половину одиннадцатого, а мы: беременная и почти что пьянущая вдрызг бредём по набережной, разглядывая пейзаж вокруг себя. Повсюду куча огней и фонарей, перекликающихся между собой. Спокойная водяная гладь еле колышется, отражая в своём зеркале дома и огни города. — Может перезвонишь ему? — Сейчас уже слишком поздно. Он наверняка спит. Я не хочу ему звонить, потому что знаю, что он пренебрегает своим сном и, если услышит мой голос, он ещё долго не будет ложиться. — Как-то слишком обречённо, не думаешь? Медленно вышагивая по бордюру на каблуках (не знаю, как я до этого додумалась), я крепко вцепилась в плечо Сони, видимо решив, что встать туда на высоченных туфлях — лучшая идея в моей жизни. Если бы не опора под моей рукой, я бы давным-давно грохнулась, расшибла бы себе коленки и испортила платье, которое пришлось мне по душе. — Почему? — А вдруг он сидит и ждёт твоего звонка? Что так, что эдак — всё одно. — Если он не пишет тебе, значит всё в порядке. Завтра я сама ему позвоню, после того как протрезвею. Пройдя несколько минут молча, Соня неожиданно повернула свою голову в мою сторону серьёзно произнеся: — Как ты поняла, что ты любишь его? — Кого? — Не тупи, Морозова. Мой мозг совершенно потерял нить разговора, когда мы прервали диалог. Он будто бы отключился и больше не отвечал на команды центра, предпочитая отсиживаться в тишине, где его никто не трогает. Будучи в отеле, я почти не чувствовала себя пьяной, лишь только небольшую вялость в ногах и желание улыбаться без причины. Но на улице меня конкретно так накрыло и теперь всё вокруг играло совершенно другими красками, словно я попала в Диснейленд и мой взгляд бегает везде, но только не по скамейкам, где люди предпочитают мирно отдохнуть. Только спустя минуту раздумий, когда Соня отчаялась услышать от меня ответ на интересуемый её вопрос, мои губы словно бы расклеились и послышался мой слегка хрипловатый голос. — В начале я воспринимала его как друга. Небольшие встречи, подколы и простое общение, не больше. Потом в один момент стало что-то не так и вот я уже не смотрю на него, как на друга и чувства совершенно другие. Это как будто прийти на аттракцион детства — ты всё знаешь наизусть и тебе уже не интересно, но тебя вдруг накрывает необычайное ощущение теплоты, и ты смотришь на него по-новому, будто видишь впервые. — Странное сравнение, — хмыкнув себе под нос, Соня спустила меня с бордюра на землю, чтобы я не расшибла себе лоб. — Во мне почти что бутылка шампанского, может больше, меня развезло в пух и прах, а мой мозг отказывается работать. Это сравнение самый ахуенный вариант из всех. — Надо сказать Диме, что, когда ты пьяная — говоришь, не думая и в подарок куча мата, — рассмеявшись, мы подошли к периллам отделяющих нас от воды. — Он будет не в восторге уже от того, что я пьяная, в этом платье, где видно почти всё, да ещё посреди города в 11 ночи, — задумавшись, я добавила, — Разбор полётов мне обеспечен. — Он не похож на человека, который будет так недоволен. Не думаю, что он будет злым. — Я и не говорю об этом, — повернувшись спиной к реке, я расставила руки позади спины, облокачиваясь на перилла, — Иногда он лапочка, а иногда дьявол. Вглядываясь почти в беззвёздное небо с почти полной луной, мне вдруг захотелось оказаться в зимнем поле на границе с хвойным лесом. Вокруг блестящие сугробы с только что выпавшем снегом, ветер медленно качает макушки деревьев. Вокруг не души, кроме меня и огромного ночного неба, где раскидана куча звёзд, будто бы кто-то сдул мельчайшие песчинки и они россыпью легли на тёмный холст, создавая далёкие вселенные, скопления звёзд и млечный путь, раскинувшийся посреди неба. Не знаю, почему я вечно вспоминаю о зиме и именно хвойном лесе, где повсюду белое покрывало. Я люблю природу, но ещё больше меня привлекает тихий, на вид мрачный заснеженный лес, где ты дышишь морозным воздухом и блуждаешь по тропинкам, оставленным животными. Это высшая степень умиротворения и спокойствия в моей жизни. В детстве я мечтала купить в таком месте красивый и эстетичный дом из такой же тёмной древесины, как и ели. Два этажа, окна от потолка до пола, небольшая терраса, а вокруг куча снега и ни души. Только я, лес и природа. И если раньше я мечтала об одиночестве в таком месте, то теперь хочу, чтобы его вместе со мной разделил Дима. Мы бы вместе проводили время, гуляли бы по лесу, вместе ездили в магазин и грелись у камина поздними вечерами. Ну не сказка, а? — Давай вернёмся к отелю, и я посажу тебя на такси? — Пошли, иначе сейчас отключусь. Чувствуя, что мой сознание медленно покидает моё тело, я ухватилась за руку Сони, медленно бредя вдоль набережной в сторону, откуда мы пришли. В этот раз мы добрались куда быстрее того времени, что мы затратили на путь. Нам даже не пришлось ждать такси, так как несколько машин уже стояло у входа, ожидая тех, кто ещё находились внутри. Не долго мешкаясь, я попрощалась с Соней, пожелала ей удачи и села в машину. Сказав водителю свой адрес, я наконец достала мобильный. Оказывается, тот вырубился из-за нехватки заряда и теперь совершенно не работал. Со всеми сборами я совсем позабыла его зарядить и теперь расплачивалась за свою невнимательность. Я надеюсь, Смирнова сообщит Диме о том, что я отправилась домой, а завтра я уже лично наберу его номер и объясню всё в мельчайших подробностях. На приятное утро я уже не надеюсь, учитывая то, сколько я выпила, но на простой звонок я буду способна.

* * *

Утро меня встретило головной болью и паршивым самочувствием. После моего приезда я сбросила с себя всё: платье, туфли и украшение полетели в шкаф, а я, смыв макияж и приняв душ завалилась спать, послав всё к чертям. Меня вырубило настолько же быстро, насколько тикают часы каждую секунду. И теперь, когда я проспала неизвестно сколько времени в моей голове, звучали колокола, а от боли хотелось расшибить голову. Уже давно меня не накрывало настолько сильно и правило «не пить» было весь привлекательным. Перевернувшись на другой бок, спиной к окну накрыла голову подушкой, чтобы не слышать неприятные звуки с кухни. Там работала плита, слышался звон тарелок и приглушённый голос мужчины, напевающий что-то на английском. Меня это добивало сильнее, чем похмелье. Я хочу спать, а то, что на кухне начинает действовать на нервы, из-за чего я подумываю вылезти из-под мягкого одеяла и прибить того, кто там шарахается. «Стоп. Никиты же нет». Вдруг до меня дошло, что в идеале в моей квартире кроме меня больше никого быть не должно. Мысль о грабителях пролетает, так как я закрывала дверь на ключ, а даже если и так, то они бы не стали шуметь и вынесли всё по-тихому пока я сплю, предпочтя меня не трогать. Если это не они, а это точно, то …. В коридоре послышались шаги, и я постаралась не шевелиться, делая вид что продолжаю спать и видеть сновидения. Шаги стали громче и вот уже кто-то стоит у меня в комнате, внимательно смотря на меня. Взгляд был точно осязаемым и пробирающим до самых костей, от чего мне хотелось съёжиться, но я старалась не подавать виду. — Можешь не притворяться, я знаю, что ты не спишь. «Твою мать», — знакомый голос послышался прямо около меня. Дима закончил с работой и судя по его голосу, он явно чему-то не рад. Видимо, моя карма меня настигла приём слишком быстро и внезапно.