Маттье

- Латиса тоже безопасники допрашивали, когда он малость оклемался, - рассказывал Ходрас, ведя Маттье куда-то по коридорам, - велели поместить его отдельно подальше от остальных пациентов и приставили охрану. Но быстро отстали. Теперь к нему пускают. Хорошо бы сейчас у него Саваса не было, а то он собирается тебя убить. - Кто? - имя было незнакомым. - Гвардии штабс-капитан Михаил Савас. Он, понимаешь ли, давно на Латиса глаз положил, но что-то у них не срасталось. Савас, кажется, опасался, что культурный и образованный бета, который умеет отличать дактиль от птеродактиля, не удостоит вниманием грубого рубаку, и поэтому стеснялся действовать с обычным кавалерийским напором. А Латис не воспринимал всерьёз его деликатных намёков, потому что не верил, что невзрачный очкарик может привлечь бравого гвардейца. Когда Латис попал в лазарет, Савас все свободное от службы время нарезал круги вокруг и пытался контрабандой передать Латису всевозможную запрещёнку. А теперь, когда к нему пускают, торчит здесь, пока не выгонят, а потом пытается залезть через окно. На третий этаж. Я бы такого нахала гнал в три шеи, но Латису, кажется, нравится, и, вроде бы, дело у них пошло на лад. Ну и, разумеется, Савас жаждет твоей крови. Маттье пожал плечами. За своего бету альфа может всех порвать и будет в своём праве. - Я его, конечно, предупредил, что не допущу никакого кровопролития и мордобоя в лазарете, - продолжил Ходрас, - Но лучше бы его сейчас здесь не было. Подожди минуту, сейчас посмотрю. Ходрас оставил Маттье в коридоре, а сам зашёл внутрь. Маттье услышал недовольную реплику доктора "Опять Вы здесь", а потом невнятный бубнеж за закрытой дверью, прерывающийся чьим-то рычанием и отдельными возгласами "Ты же обещал...", "Да я его...", "Выгоню и велю больше не пускать...", "Ну пожалуйста..." Затем голоса затихли, выглянул Ходрас и поманил Маттье внутрь. За дверью оказалась небольшая палата на четыре койки, занята была только одна. На ней сидел подпоручик Латис без привычных очков и в халате. Возле кровати стоял коренастый усатый гвардеец, встретивший Маттье бешеным взглядом - очевидно, штабс-капитан Савас. Между кроватью и дверью занял позицию Ходрас, готовый всеми силами защищать порядок и покой во вверенном ему лазарете. Маттье встретил взгляд гвардейца и опустил глаза, признавая свою вину. Савас фыркнул и, кажется, решил отложить нападение. Маттье перевёл взгляд на Латиса, отметил бледность, худобу и руку на перевязи и опять виновато потупился. - Добрый день, Маттье, - улыбнулся Латис, - Спасибо, что пришёл. - Здравствуйте, господин подпоручик, - смущенно пробормотал Маттье, - Я виноват... - Подожди, выслушай меня, пожалуйста. Я хотел сказать, что понимаю, что ты нечаянно, и не держу на тебя зла. Не надо себя казнить, в итоге ничего непоправимого ведь не произошло. - Спасибо, господин подпоручик. И простите, пожалуйста. Вы ведь мне жизнь спасли, а я... - Всё как-то случайно получилось. Но у меня к тебе есть просьба. - Да, конечно, всё, что скажете. - Понимаешь, я бы не хотел, чтобы ты считал себя как-то особенно мне обязанным. Но, все-таки, было бы обидно угодить в лазарет совсем зазря. Поэтому обещай мне, пожалуйста, что не будешь пытаться ещё раз совершать самоубийство или как-то специально портить себе жизнь. Нечестно было бы обязывать тебя на всю жизнь, давай на год? Год ты не пытаешься себе навредить, потом свободен от обещания. Обещаешь? - Да, господин подпоручик. - Ну вот и договорились. Маттье осторожно пожал узкую кисть здоровой руки Латиса. Савас обеспокоенно нахмурился и придвинулся чуть ближе, но был остановлен строгим взглядом доктора. - Может быть, я ещё что-нибудь могу для Вас сделать, господин подпоручик? - Спасибо, мне больше ничего не нужно. - Если вдруг что-нибудь, я всегда... - Спасибо, буду иметь в виду, - Латис остановил недовольно засопевшего Саваса коротким взглядом. - Ну всё, договорились? - вмешался доктор, - Пойдём тогда. Штабс-капитан, у Вас ещё 15 минут, потом процедуры, обед, тихий час, так что просьба посторонним очистить помещение. И вон ту коробку, которую вы безуспешно пытаетесь прикрыть, забирайте вместе с содержимым. Вы что, с ума сошли, торт приволочь? Я Вам сколько раз говорил, чего можно, чего нельзя. - Ну совсем маленький тортик, почти незаметный. - Не больше чем на полпуда, ага. Нам тут только расстройств пищеварения не хватало. - Обижаете, доктор, тортик хороший, свежий. Это же специальный праздничный торт в честь помолвки. Юлий наконец-то согласился выйти за меня замуж! - Савас улыбался радостно во все 32 зуба, Латис смущенно, доктор не смягчился. - Мои поздравления, рад за Вас, сочувствую подпоручику. Вот завтра я его выпишу и ешьте торты хоть до посинения, хотя не советую злоупотреблять. А сюда можно в крайнем случае шоколадку. Маленькую. - Шоколадку я тоже принёс. - Я, так и быть, сделаю вид, что она маленькая. Шоколадку можете оставить, розы тоже (расскажете потом, где Вы их достали в это время года), а это кремовое безобразие забирайте. - Куда ж я на службу с тортом? - Разберётесь как-нибудь. Съедите его вместе с прочими господами гвардейцами в честь Вашей помолвки. - В честь помолвки мы выпьем, - Савас покосился на Латиса, - по чуть-чуть, - Латис и Ходрас недоверчиво хмыкнули, - А сладкое у нас никто не любит, так что не в коня корм. Иоргос вот разве что, но он у нас уже не служит. - Я в курсе, - задумчиво ответил Ходрас, - Буду иметь в виду. А торт всё-таки забирайте, что Вы с ним будете делать - не моя проблема. - Вредный Вы, господин доктор. Мне кажется, Вы завидуете моему счастью. - А ещё я мстительный и не гнушаюсь использовать служебное положение в личных целях. Допрыгаетесь, пропишу подпоручику полгода полового покоя. - Может быть, Вы его себе возьмёте? - Подпоручика? - Торт! - Мне-то зачем? Я тоже сладкого не ем почти. - Подарите кому-нибудь. - Если я решу подарить кому-нибудь торт, - напыжился Ходрас, - Я его сам выберу и куплю. На Вашем наверняка написано что-нибудь вроде "Дорогому Юлиусу с вечной любовью", и кому такое дарить? - Господин Ходрас, - вмешался Латис, - Оставьте торт, пожалуйста. Я его сам есть не буду, полюбуюсь немного и отдам медбратьям, можно? - А он точно свежий? У меня персонал не выйдет из строя с поносом? Ладно, Латис, я доверяю Вашему благоразумию. Прощайтесь тут быстренько, а завтра можете встречать Вашего жениха на выписке, господин штабс-капитан. Надеюсь, Вы будете не с похмелья. Ещё раз поздравляю. Пойдём, Маттье. Ходрас вышел и зашагал по коридору, возмущённо бормоча "Завидую я ему, тоже мне... Конечно, завидую. У него и имя нормальное, и бету своего замуж уговорил. Почему-то таким болванам всегда везёт...". Маттье шагал за доктором и думал о своём. Выходило, что теперь надо выполнять обещание, данное Латису, и как-то налаживать жизнь. - Господин доктор, - позвал Маттье, - А что ещё у Вас ко мне за два дела? - Какие два дела? - удивился Ходрас. - Ну, Вы сказали, у Вас ко мне два дела, даже три. Одно - господин Латис. А ещё два? - А, ну да. Ещё меня беспокоило твоё здоровье, но сейчас ты уже, вроде бы, более-менее в порядке. А главное, с тобой хотел поговорить Иоргос. - Кто? - Маттье знал только одного Иоргоса, - Подпоручик Иоргос? Денщик генерала? Ну, в смысле, офицер по особым поручениям. - Он теперь, во-первых, капитан, повысили недавно за очередные заслуги, а во-вторых, генеральный инспектор западных провинций по правам бет. - А зачем я ему понадобился? - Работу хочет предложить. - Какую? - Сам расскажет, я точно не знаю, не хочу перевирать. Вот только Иоргос сейчас в отъезде, обещал вернуться через неделю где-то. Куда бы тебя пока что девать? - Не надо меня никуда девать, перекантуюсь где-нибудь. - И где тебя потом искать? Оставайся лучше пока что при лазарете. - Зачем? - удивился Маттье, - Я ж здоров. - Не бывает здоровых людей, бывают недообследованные, - наставительно сказал Ходрас, - Поживешь несколько дней, никому не помешаешь. - Не, - заупрямился Маттье, - Я не болен и, к тому же, не в армии, чего зря буду казенную койку занимать и паёк получать. - Свободных коек сейчас хватает, а от нескольких тарелок каши лазарет не обеднеет, - отмахнулся Ходрас, - Но если ты такой принципиальный, пристроим тебя на время к санитарам или в хозяйственную часть. Там лишних рук не бывает, отработаешь койку и еду. - Спасибо, - поблагодарил Маттье, - Господин доктор, а Вы мне дадите ещё тех капель, на случай если опять не засну? - Не дам, - твердо сказал Ходрас, - Понимаешь, это очень сильное средство, но опасное. Если его постоянно принимать, постепенно привыкаешь, требуется доза все больше, а действует все слабее. Потом, если не остановишься, не сможешь без этих капель жить, а потом сойдёшь с ума. Так что можно применять только в крайнем случае, и желательно как можно быстрее прекращать. Может быть, теперь ты заснешь без всяких снотворных. Но если будут проблемы, скажи, я тебе дам специальный успокоительный травяной настой. У него менее сильное действие, но тоже помогает.