На окраинах мироздания

      Она стояла на балконе после прошедшего в школе ангелов и демонов бала. Вики Уокер. Девушка, которая выбрала путь ангела. Я взглянул на её длинные пепельные волосы, оголённую спину и переливающееся серебряными блёстками платье.       Она была красива. Невероятно красива. И я не мог оторвать взгляд от её спины. Не мог.       — Вики, — окликнул я её.       Она обернулась. Её лицо было задумчивым, а глаза — необычайно грустными. Как же она прекрасна, даже когда на её лице не сияет улыбка.       — Ты чего тут? — спросил я.       — Я думала... — произнесла она, и её голос дрогнул.       Она промолчала. Не хотела разговаривать со мной, и это было понятно. Это были последствия выбора. Её выбора. Она стала ангелом — отныне моим врагом.       Но в то же время она была и моей. Я хотел увидеть её улыбку, но не мог.       А она не могла смотреть на меня. Мы оба молчали. Молчали, как по команде. И я молчал. Мне было страшно. Страшно смотреть ей в глаза. Я боялся, что увижу там только пустоту, но наверняка увидел бы там лишь грусть. Грусть, от которой мне хотелось кричать. Я не сказал ей ни слова. Ни единого. Смотрел на неё, не отрывая взгляда. Смотрел, как она смотрела на ночное небо, ожидая первую упавшую звезду.       Для чего? Загадать желание? Попросить, чтобы этот дурацкий запрет на отношения сняли? Забыть обо мне? Вновь вернутся на землю?       Но звезда не падала. А Вики всё так же молчала.       — Холодно. Нам нужно возвращаться, — сказал я, не в силах смотреть на её белое оперение.       — Люцифер, я…я не могу.       Она не хотела уходить. Я не мог её заставить, но и сам не хотел. Мне было её жаль. Не знаю, что со мной стало. Это было похоже на сумасшествие. На безумие. Злость и жалость смешались воедино, и я больше не знал, где одно, а где другое. Но я не мог оставить её. Я был обречён на это.       — Ты сам подтолкнул меня сделать этот выбор, — сказала она, и я почувствовал, как всё моё тело напряглось. — И я сделала свой выбор в тот же день.       Она развернулась и пошла к двери, по пути смахивая слёзы, но не оборачиваясь. Я остановил её, нежно хватая хрупкое запястье и развернул Уокер к себе.       Она была права. Я заставил её сделать этот выбор, сам сказал, что она была создана для того, чтобы стать ангелом, но кто бы мог подумать, что она действительно пойдёт по этому пути?       Словно в ответ на мои мысли, она подняла голову и посмотрела мне в глаза. В них было столько боли, будто она сама себя предала.       — Я не смогла стать демоном. Ты знаешь это, — тихо проговорила она.       — Ты и не хотела, — констатировал я, стараясь говорить как можно мягче. Вики отвела глаза, пытаясь понять, что я хочу услышать.       — Прости.       — Я потерял тебя сегодня на рассвете. Позволь попрощаться с тобой сейчас, среди ночной тишины.       Я коснулся пальцами её подбородка и прильнул к сладким ангельским губам. Она ответила с отчаянным всхлипом неверия, прекрасно зная, что после этого поцелуя я потеряю её навсегда.       Я отстранился и посмотрел в её глаза, в которых был океан любви и нежности, и… не смог остановиться. Её пальцы впились в мои волосы, а в глазах заплясали огоньки безумия. Я целовал её, как будто это был последний поцелуй в моей жизни. Я чувствовал, как она дрожала в моих объятиях, как её губы пылали от страсти, и готов был умереть за неё. Как же я любил её! Я никогда не думал, что можно так любить. Но мы не могли быть вместе. Теперь она была ангелом, а я оставался сыном Сатаны. И это было нашим проклятием.       — Мне пора идти. Она поцеловала меня ещё раз и исчезла. Я стоял и смотрел, как таял её силуэт, пока не понял, что она ушла. Я почувствовал себя потерянным и одиноким. Но я знал, что никогда не смогу забыть её.       Я подошёл к бортику парапета и ударил по перилам сжатыми кулаками. Я сжал челюсть от злости и ярости, а после посмотрел в ночное небо.       И это произошло. Та звезда, которую не дождалась Вики, всё же упала.       Я смотрел на сияющий блеск и не мог прекратить шептать одно и то же желание. То самое, которое разъедало меня изнутри. То самое, которое постоянно сжимало моё сердце болью и яростью.       Я каждый раз загадывал её не потерять.