Луны лучи и сердец биение / Moonbeams and Heartbeats

__________ «Близнецы Уизли Рекордс» открывают новую студию звукозаписи. Владельцы студии, Фред и Джордж Уизли, побеседовали с нашим корреспондентом во время эксклюзивной экскурсии по новой студии, которая находится в уединенном месте в центре города, и рассказали, что это будет пространство, где молодые музыканты смогут экспериментировать со своим звучанием. Перейдите на страницу 16 и узнайте, почему они хотят сохранить в тайне точное место расположения студии, а также узнайте больше о знаменитых артистах, которые будут записываться там. «Музыкальный Экспресс», март 2022 г.

1

День в «Бобах и Луны лучах» был тихим. Тихим насколько, что Полумна отправила Ханну наслаждаться прекрасной погодой, сказав, что справится сама, пока Колин не придет на свою вечернюю смену. В кофейне находилось всего несколько посетителей, и только один ожидал, пока она приготовит его заказ. Что, впрочем, было не удивительно для солнечного майского дня, который большинство людей предпочитало провести на улице, наслаждаясь первым теплом. Полумна спокойно делала латте, не ожидая, что что-нибудь нарушит её мирный полдень, и была совершенно застигнута врасплох, когда чашку резко выхватили из ее рук. Она не успела даже пискнуть, как сильные руки повернули её, схватили и закружили в воздухе. – Луни! Знакомое прозвище и родной голос лучшего друга запустили волнительные мурашки по её телу, и она наконец испустила взвизг, который не мог найти выхода на протяжении последних нескольких секунд. – О, ты дома! – воскликнула она, обхватывая руками шею Тео. Потом зажмурилась, вспомнив, что они стоят за прилавком её кофейни, и она вообще-то говоря готовила заказ, и теперь ей придется начинать всё сначала. Она бросила извиняющийся взгляд на миссис Фигг и принялась заново готовить порцию эспрессо. Бросив взгляд на парня, небрежно прислонившегося к стойке, улучив момент пока она доставала миндальное молоко, ей пришлось признать, что время, проведенное вдали, пошло Тео на пользу. – Неужели даже не нашел время побриться, прежде чем прийти увидеть меня? – поддразнила она. Раньше он всегда очень тщательно следил за своей внешностью, хотя Луна и знала, что это больше было связано со строгим влиянием бабушки, чем с предпочтениями самого Тео. С нахальной улыбкой он поскрёб щетину рукой и спросил, строя невинный вид: – О, тебе не нравится? Кое-кто из зрителей фестиваля говорил, что так я выгляжу суровым и опасным. Полумна фыркнула, прекрасно зная насколько неопасным был её лучший друг. Помня о множестве пауков, которых он просил убрать из его комнаты, о том, как мило он общался с большинством животных, которые попадались ему на пути, о его огромном сердце, которое, как она знала, у него было... – Ладно, ладно, – продолжал Тео, усмехаясь. – Я прямо с самолета. Всё, что у меня было, это две мои ручные клади, – он указал на свою верную старую сумку, лежавшую поверх чехла для гитары, – так что мне даже не пришлось останавливаться на выдаче багажа. Я был слишком взволнован, что снова оказался дома и смогу наконец увидеть тебя. – Я никогда не пойму, как ты можешь уезжать на три месяца, а то и больше, и при этом пользоваться только этой своей крошечной старой сумкой, – ответила Полумна, борясь с улыбкой от привычно охватившего её тепла, которое она чувствовала всякий раз, когда Тео давал понять, как много она значит для него и как сильно он по ней скучал. Если и существуют такие вещи, как платонические родственные души, то Тео определенно был её родственной душой. И как же ей посчастливилось, что она выросла вместе с ним, и что он до сих пор есть в её жизни. Она передала ирисовый латте своей постоянной клиентке, пробормотала «спасибо», когда миссис Фигг положила несколько монет в банку для чаевых, и снова вернулась взглядом к Тео. Он чуть покраснел, но ответил с ухмылкой: – Ты же знаешь, я всегда нахожу способ постирать свои вещи, если вдруг останусь без трусов. Луна закатила глаза, пропуская двусмысленную интонацию в его голосе. – Боже, Тео, тебя не было дома и пяти минут, а ты уже говоришь о своих трусах. Как когда мы были детьми, и ты скидывал штаны, чтобы показать мне свои новые плавки Супермена. Они оба разразились заливистым смехом. – О, как я скучал по тебе, Лун. Пожалуйста, скажи, что подвал никому не сдан прямо сейчас? Я спал всего около четырех часов за последние полутора суток, и, как ты заметила, мне не помешает свежая одежда. И, пожалуй, душ, если уж быть до конца честным. Скрип стула раздался как раз в тот момент, когда Полумна поднялась на ноги и поцеловала Тео в щеку. И если бы она не стояла так близко к нему, то, может быть, и не заметила бы, как напряглось словно натянутая тетива его тело, и не услышала бы его тоненький писк. Даже не глядя, она догадалась, кто только что движением обозначил своё присутствие в их кофейне. От неожиданности, что Тео вернулся домой, она совсем позабыла, что после ухода миссис Фигг у них ещё остались посетители. – О, Гарри, – убедилась она в своей догадке, когда обернулась, – кажется, ты ещё не имел удовольствия познакомиться с моим бизнес партнёром, Тео. Гарри протянул руку через прилавок в сторону парня. – Приятно познакомиться! У вас с Полумной замечательное место. Я рад, что Джордж порекомендовал его, когда я начал работу над своим новым альбомом. Луна смотрела на Тео, пока они знакомились, поэтому у неё была отличная возможность наблюдать его реакцию. Ей пришлось сдержать смешок, глядя, как беспомощно открывался и закрывался его рот, словно у рыбы, когда он пожимал руку человеку, который был его кумиром почти столько же, сколько Луна его знала. Словно оцепенев, Тео повернулся к ней, пробормотал, что ему нужно домой, привести себя в порядок, и быстро прошел через дверь подсобки, чтобы, вероятно, использовать задний переулок для побега. Сдерживая ухмылку, Луна проследила, как Тео пытается непринуждённо вернуться и забрать свои вещи, его щеки пылали красным. – Ключ там, где мы всегда его держим! – крикнула она радостно ему в догонку, когда он скрылся за дверью во второй раз. Повернувшись к человеку, который за короткое время успел стать её хорошим другом, она наконец позволила себе улыбнуться. – Не обращай внимания. Это был долгий день, судя по его словам. Я уверена, что в следующий раз он окажется более общительным. Улыбка Гарри словно светилась, и было что-то такое в его глазах, что привлекло внимание Полумны, когда он коротко посмотрел на неё, и снова перевел взгляд на дверь. – В таком случае, я с нетерпением буду ждать следующего раза.

_______

– Гарри чёртов Поттер? В нашей кофейне? Луна! Гарри. Чёртов. Поттер. Как он там оказался?! – Это очень непримечательная история, на самом деле, – ответила Полумна, подобрав под себя ноги и поудобнее устроившись на диване. – Я открыла кофейню одним днём, как обычно, и Джордж Уизли пришел выпить чашечку кофе. Затем он опять появился на следующий день, и так каждый день в течение недели. В какой-то момент я поинтересовалась этой закономерностью, и он объяснил, что «Близнецы Уизли Рекордс» открыли студию в заброшенном складе неподалёку. – Почему я нигде не видел никакой вывески? – перебил он, взяв одну из коробок с едой на вынос. Они оба сидели в гостиной Луны, ели тайскую еду, которую Тео взял предварительно, незадолго до того, как та вернулась после закрытия кофейни. Луна пожала плечами, возясь в своем контейнере. – Они хотят держать всё в секрете, чтобы музыкантам не досаждали фанаты и СМИ, и чтобы у них действительно было укромное место для творчества. Джордж даже уточнил, смогу ли я держать всё в тайне, кто бы ни зашёл в кафе, на что я объяснила ему свои убеждения по поводу сплетен и разглашения чужих дел. Остановив руку на пол пути ко рту, Тео недовольно буркнул: – Это все равно не объясняет, как ты подружилась с Гарри чёртовым Поттером! – Ну, знаешь, «Близнецы Уизли Рекордз» – студия звукозаписи, услугами которой пользуется один Гарри чёртов Поттер, как ты его называешь, – фыркнула она, тыкнув в его сторону вилкой с лапшой. – Учитывая твою одержимость им, я ожидала, что ты в курсе, что, будучи крайне талантливым исполнителем, он подписал контракт с «БУР» и ну, знаешь, записывается у них. – Конечно, я знаю, с кем у Гарри контракт, – закатил Тео глаза. – А я было подумала, что мозгошмыги, привлеченные твоей грязной одеждой, пока тебя не было, немного разъели твой мозг. Она увидела, как Тео снова закатил глаза, но усмехнулся, когда она упомянула существ, которых они вместе придумали в детстве. Это началось как детская игра, но потом переросло в своеобразный секретный язык, который они использовали до сих пор. Не дожидаясь какого-либо его ответа, она продолжила объяснять: – Он стал заходить вскоре после того, как Джордж стал часто бывать у нас, и я стала спрашивать его о его песнях и о том, как прошел его день. Постепенно эти разговоры переросли в более глубокие беседы, и завязалась дружба. – И ты не могла хотябы упомянуть об этом, когда мы разговаривали по телефону? Она лишь продолжила неспеша пережевывать кусочек еды, пристально глядя на своего лучшего друга и соседа по дому. На это не потребовалось много времени, и он понял. Луна отлично справлялась с задачей не распространять информацию, особенно когда знала, что люди, о которых шла речь, берегут свою частную жизнь. Поэтому обычно, чтобы обсуждать что-либо, она дожидалась, чтобы собеседник увидел это своими глазами. – Всё равно было бы неплохо предупредить заранее. Я выглядел как бомж, – пробормотал Тео сдаваясь. – А я думала, люди сказали тебе, что в таком образе ты более суровый. – О, люди, которые были на музыкальном фестивале, длящемся неделю, и выглядели, будто всё это время находились под кайфом. К тому же, они явно просто хотели залезть ко мне в штаны, так что я не уверен, в какой степени я доверяю их мнению. – Если по тому, как Гарри тщетно пытался отвести от тебя глаза, пока ты совершал свой изящный побег, можно о чем-либо судить, то он явно высоко оценил твою суровость, – повела она бровью для пущей убедительности. И не сдержала хихиканье, когда глаза Тео практически выкатились из орбит, Полумна склонила голову к плечу и продолжила: – Я думаю, ты скоро сам убедишься в этом, поскольку он, вероятно, появится завтра во время твоей утренней смены. – Уже завтра?! Боже, женщина! Ты никогда не устанешь мучить меня. – Что ж. Я действительно никогда не устану тебя мучить, и я устала работать без выходных и заслужила отдых, так что всё снова сходится, правда? Со стоном он откинул голову на спинку дивана, и её хихиканье превратилось в настоящий смех. Она понимала, что он просто нервничает из-за того, что оказался так близко к своему кумиру, но, хотелось верить, ему не понадобится много времени, чтобы понять, что Гарри – обычный человек, такой же, как Тео, Полумна и все остальные, кто заходит в их кафе. Она всё же смилостивилась над ним, и указала на его чехол для гитары, который он всё-таки забыл наверху, рассеянно, каким он иногда бывал. – А теперь давай. Покажи мне новые стикеры, которые ты получил во время гастролей по половине Европы и Индии. И разговор быстро перетёк в сторону всего, что произошло, пока Тео не было дома. Луна слушала, как он рассказывал ей об удивительных выступлениях, в которых он участвовал, о людях, которых он встретил, и, конечно, обо всех артистах, за которыми он наблюдал, когда сам не был на сцене. Это было чудесно – слушать о его приключениях. Как это часто бывало, Луна была захвачена его вдохновенным голосом. Тео был прекрасным рассказчиком, а его энергетика – заразительной. Именно эти черты делали его таким замечательным исполнителем и музыкантом, по крайней мере, в её глазах. Конечно, наряду с его любовью и талантом к музыке. Он начал учиться играть на гитаре ещё в начальной школе, и довольно скоро стал писать свои собственные песни. На протяжении практически всех лет их дружбы Тео хотел делиться своей музыкой с людьми. Слушать о том, как его мечта начинает сбываться, особенно после того, как он так долго помогал ей открыть её собственную мечту, делало её счастливой. Так было каждый раз, когда он возвращался домой после очередного фестивального тура. И каждый раз Луна не могла не надеяться втайне, что радость и энергия от исполнения его мечты помогли Тео исцелиться. Исцелить боль от потери родителей, от того, что он рос под строгим и суровым надзором своей бабушки, от воспитания, которому она его подвергла; а также от сердечных страданий, через которые он уже прошел в своей жизни. Луна была рядом в каждый из этих моментов, и иногда она всё ещё видела неуверенность в его взгляде, то «я недостаточно хорош», возвращающееся со времён, когда он был на самом дне. Хотя этих моментов постепенно становилось всё меньше, они всё ещё были. Но если повезет, может быть, однажды ей вообще не придется их видеть. А пока она просто слушала рассказы своего лучшего друга о том, как он прекрасно провел время, путешествуя по миру и следуя за своей мечтой.