Луны лучи и сердец биение / Moonbeams and Heartbeats

__________ Инсайдерские секреты: Достиг ли Гарри Поттер своего пика? Суперзвезда собирается на пенсию? Ходят слухи, что знаменитый певец страдает от переутомления. После четырех альбомов за два года, выход его нового альбома откладывался уже несколько раз. Его поклонникам больше недостаточно новых синглов! Они умоляют выпустить полноценный альбом. Анонимный внутренний источник сообщает, что «это будет самая сырая музыкальная пластинка Гарри». Перейдите на страницу 12, чтобы узнать больше от лицензированного профессионального психолога, который заявил, что у него есть «понимание того, через что Гарри, возможно, проходит», в связи со стрессом от длительных гастролей в условиях его нынешней славы и давления, связанного с личной жизнью. Журнал «Hello!», май 2022 года

3

То, что Тео вернулся домой, было настоящим благословением. Не только потому что Луна скучала по своему лучшему другу, но и потому что дом без него был ужасно пуст – даже когда она иногда сдавала подвал в аренду, это было совсем не то. Неважно, что они жили в разных частях дома, каждый в своём собственном пространстве – в конце концов, они всё равно обычно собирались вместе, чтобы приятно провести время в компании друг друга. Тео рассказывал ей о своей поездке, пока она готовила им ужин, или они сидели на диване, пробуя новые вкусы травяного чая, пока Полумна сетовала на свои похождения на свиданиях, пока его не было. Не то чтобы ей было много о чем рассказать, но всегда было приятно обсуждать такие вещи с человеком, который знал её как никто другой. Ещё одним несомненным плюсом было то, что у неё наконец-то снова появился надежный бариста. Честно говоря, если бы кто-нибудь сказал ей перед открытием кофейни, что найти толкового бариста будет одной из самых сложных задач, она бы не поверила. Ведь всё, чего она хотела – это чтобы кто-то был дружелюбным, владел приемлемыми социальными навыками и при этом следил за гигиеной тела. К счастью, на данный момент у них было два временных сотрудника, и хотя она вполне доверяла Колину и Ханне, они сами ещё не до конца доверяли себе и часто отвлекали её от её работы. В результате она никогда не могла полностью сосредоточиться на документах. Все было иначе, когда Тео работал за прилавком. Она как и всегда держала дверь в кабинет приоткрытой, но его присутствие, его мелодичный голос, когда он разговаривал с клиентами, его смех время от времени, его поддразнивания, даже точные «стук» и «вжик», когда он готовил заказы – было почти медитацией. В этом был какой-то ритм, который всегда давал Луне ощущение уюта – именно то чувство, которое она всегда хотела создать, когда мечтала открыть эту кофейню. В такой спокойной атмосфере ей было легко погрузиться в свои бумаги и цифры, и за несколько коротких дней она привела все дела в порядок. Порядок и своевременность, как раз то, что ей нравилось. Она отложила ручку и потянулась. Потом, обнаружив, что её чашка кофе пуста, вздохнула и встала из-за стола. Бросив быстрый взгляд на часы, она решила, что ещё достаточно рано, чтобы позволить себе ещё одну чашку, прежде чем переходить на чай или даже горячий шоколад. Поэтому она поспешила к кофеварке – сейчас не было сил использовать эспрессо-машину и создавать что-то причудливое – и, с радостью обнаружив свежий кофейник, наполнила свою чашку. Сделав первый глоток, Луна наконец огляделась. В кафе было довольно пусто, что было обычным делом для середины дня в среду. Витрина была так же пуста, так что после кофе она отправилась на кухню, чтобы приготовить ещё несколько угощений на случай, если кому-то из покупателей захочется что-нибудь перекусить до обеда. Когда её мысленный чек-лист был выполнен, она заинтересовалась, где же Тео, и отошла к концу прилавка, откуда можно было заглянуть за угол, в более уединенную часть кафе. И точно, Тео нашелся там за уборкой нескольких столов. Но это не единственное, что она обнаружила – оказалось, Гарри тоже был там! Она поняла, что действительно слышала, как он не так давно заходил и что-то заказывал, но в тот момент она была занята расчетом нескольких заказов, вызывающих головную боль. А ещё какая-то часть её души хотела дать другу шанс самому сделать первый шаг. До сих пор, когда приходил Гарри, Полумна в основном брала инициативу, давая Тео возможность сбежать или, по крайней мере, почти не разговаривать с ним. Ей всегда приходилось заполнять возникающую неловкую тишину. И, может быть, часть её понимала, что ей следует дать Тео возможность быть самим собой, без Полумны в качестве буфера между ними. Но то, как тихо было в кафе... Она была уверена, что не слышала, чтобы Гарри заговорил, ни разу, с тех пор, как пришёл. Она была уверена, что он ушел и взял кофе с собой. Что не было чем-то необычным. Но когда он оставался здесь и у них было время, Полумна, или даже Колин, после того как немного утих его ажиотаж от встречи со звездой, часто болтали с ним. Очевидно, что у Тео было все время мира, но он предпочел не общаться с ним. О, этот глупый, упрямый... мой бедный, застенчивый дорогой друг. Ей хотелось одновременно ударить его по голове и обнять. Вот он, его кумир, сидит прямо перед ним, а он не сказал ни слова. Более того, она видела, как Гарри внимательно следил за каждым его движением и, если она не ошибалась, похоже, пытался найти способ начать разговор, его рот то открывался, то закрывался, как будто он примерял, что сказать, но слова застревали у него внутри. Но, конечно же, Тео был слишком занят, делая вид, что не замечает его, слишком занят, игнорируя тот факт, что Гарри Поттер был прямо здесь... что он совершенно не замечал всех очевидных сигналов, которые подавал парень. Только она подумала о том, чтобы вмешаться, Гарри наконец заговорил: – Так это был твой кейс для гитары, который я видел на днях? Тео, казалось, был так потрясен тем, что с ним заговорили, что чуть не споткнулся о стул, который он сейчас ставил на место. Когда он поднял голову и посмотрел через плечо на Гарри, Полумна смогла рассмотреть его лицо. Он был похож на оленя, попавшего в свет фар. – О, эм, я... да... эм. Мой, то есть... да, мой. Луна на секунду закрыла глаза, стараясь не расстроиться из-за того, что ее лучший друг превратился в лепетателя. Как он, обычно такой общительный и обаятельный, умеющий залезть в чужие штаны (иногда буквально), мог быть таким, когда речь шла о Гарри Поттере? – Так ты ещё и музыкант? Да, хотела закричать Полумна. Да, черт возьми, он музыкант, и при том чертовски хороший! – Я, эм... то есть, нет, ну, вроде как... то есть... В этот момент дверь магазина открылась, и взгляд Тео метнулся в сторону входа. Она поняла, что в этот момент он заметил её, его глаза стали немного шире, возможно, из-за того, что его поймали. Или, может быть, из-за её неодобрительного взгляда, она не могла точно сказать. – Извини, – пробормотал он в ту сторону, где сидел Гарри, а затем поспешил вернуться за прилавок, чтобы обслужить нового клиента. Когда он проходил мимо неё, Полумна не смогла удержаться от шепота: – Серьезно?! На что он ответил: – Молчи... Все это было довольно забавно, до тех пор, пока, обернувшись, она не увидела разочарованное выражение лица Гарри. Она вздохнула, вернулась к кофеварке и приготовила простое, но не менее вкусное творение с несколькими ароматизированными сиропами и их классической заваркой, после чего вышла из-за стойки и направилась к столику Гарри. Когда она подошла к нему, оказалось, что он как раз собирает свои бумаги. Тексты, как могла определить Полумна с первого взгляда. Она часто видела нечто подобное и знала, как Гарри любит оставаться в её кофейне, чтобы немного поработать. – Привет, Гарри. Её друг поднял голову и поймал её взгляд, на его лице сразу же появилась улыбка. – Луна, привет. Я не знал, что ты здесь. – Да, только в кабинете. Занималась настоящей работой. – Ты имеешь в виду... по сравнению с менее настоящей работой по приготовлению булочек и вкусного кофе? – Владеть и управлять кофейней – это мечта, – объяснила она, устраиваясь в кресле напротив – Суровая реальность заключается в том, что кроме всех этих вещей здесь есть ещё много-много бумажной работы. Гарри усмехнулся. Они погрузились в непринуждённую беседу, и он, казалось, совсем забыл о том, что собирался уходить, когда она только пришла. Через несколько минут Луна заметила, что Тео больше не занят у кассы, и вернула разговор к музыке, намеренно чуть повысив голос: – Так как продвигается работа над твоей новой песней? – О, знаешь... Я нахожусь в той фазе, когда всё подвергаю сомнению. Текст пока не ложится на душу. – О, да, я понимаю. Я наблюдала, как Тео временами испытывает те же трудности, я бы сказала, этот момент обычно наступает примерно на второй четверти новой песни. В передней раздался странный звон, видимо, Тео услышал её достаточно хорошо и, похоже, уронил что-то в процессе. Ну, по крайней мере, вроде бы ничего не сломалось. – Вот как? – сказал Гарри, его глаза бегали по её плечу в направлении прилавка и обратно к ней. – Так он правда музыкант? – Да. Помнишь день, когда вы с ним познакомились? Он тогда только вернулся домой с фестиваля в Индии. Глаза Гарри стали больше. – Правда? А я мог где-нибудь слышать его? – Может быть? То есть, он пока ещё не подписал контракт ни с одним лейблом, но одна из местных радиостанций иногда ставит его песни. – А какой у него псевдоним? Я поищу его. Прежде чем она успела ответить, раздался ещё один громкий звук, и внезапно голос Тео позвал её: – Луна! Эй, не могла бы ты подойти сюда на секунду?! Думаю, мне нужна твоя помощь! Прекрасно понимая, что её лучший друг блефует, ей потребовалось всё её самообладание, чтобы не закатить глаза, пока она вставала, чтобы «пойти помочь». Но не без того, чтобы прежде очень мило улыбнуться Гарри и ответить на его вопрос: – О, он использует свое настоящее имя, Тео Нотт. Тебе обязательно нужно его найти, я думаю, тебе понравится его стиль. – Луна! Сейчас! Подмигнув Гарри, она оставила его и отошла ко входу. Тео там уже не было, поэтому Полумна направилась на кухню, зная, где она найдет своего лучшего друга. Конечно, он был там, выплёскивая свои эмоции на лежащее перед ним ни в чем не повинное тесто. – Ты звал меня, – сострила Луна, слегка позабавленная его реакцией. Её улыбка пропала, когда Тео поднял голову, выглядя действительно обеспокоенным. – Что, черт возьми, это было? – Что, черт возьми, было что? – Это! Говорить обо мне с Гарри чёртовым Поттером? Говорить ему, что я музыкант? Что насчёт убеждения не болтать о чужих секретах? – Какой же это секрет, если ты регулярно выступаешь здесь? – спросила она, завязывая фартук и помогая приготовить немного угощений для вечерней смены. – И, кстати, ты музыкант, болван. И притом чертовски выдающийся. Как часто я должна тебе об этом говорить? – Луна, мы говорим о Гарри Поттере! – Еще раз так произнесёшь его имя, и, возможно, он тоже придет сюда. – Это не смешно. Он знаменит, возможно, даже самый известный британский певец нашего поколения. – О, я уверена, что знаю одного или двух певцов, у которых есть своё мнение на этот счёт. – Луна! Не могла бы ты отнестись к этому серьезно?! Остановив свою работу, чтобы посмотреть на лучшего друга, Луна заговорила серьезным голосом, отбросив всякую игривость. – Я отношусь к этому серьезно. Тео, ты должен перестать видеть в нём только знаменитость. Гарри уже давно ходит в нашу кофейню. Он не только постоянный посетитель, он стал другом. Я понимаю, что вы ещё не достигли этой стадии, но всё же было бы неплохо, если бы ты хотя бы попытался быть с ним немного дружелюбнее. Ему нравится приходить сюда и потому, что мы относимся к нему как к любому нормальному человеку, а не как к какому-то богоподобному идолу. Из-за этого он приходит снова. – Ну, это замечательно и всё такое, но дело не только в том, насколько он знаменит. Мы говорим о человеке, которым я восхищаюсь с тех пор, как впервые услышал его музыку. Прости меня, если мне не так просто притвориться, что он обычный парень. – Не мог бы ты попробовать? Он дал тебе лучшую возможность, а ты сбежал. – Но о чем я вообще могу с ним говорить? – О музыке?! – воскликнула она немного громче, чем собиралась. Понизив голос, она продолжила: – Говори, что хочешь, но знамениты вы или нет, вы оба разделяете общую любовь к музыке, к песням, к тому, чтобы говорить о своих чувствах с помощью песен. Вы всегда можете поговорить об этом. – Ты же видела, как у меня заплетается язык, когда я его вижу! Я едва могу вымолвить хоть слово. – Все, о чем я прошу, это попробовать. Потренируйся. Поработай над этим. Теодор Нотт, он не первая знаменитость, которую ты встретил! Ты общался с сотнями во время своих туров и фестивалей. Ты играл на разогреве у нескольких из них. – Да... но никто из них не был... Тео не нужно было заканчивать фразу, его убитый голос всё сказал за него, и он просто продолжил формировать тесто маленькими змейками для их булочек с корицей. И Луна могла его понять, правда могла. Она была рядом с ним всю его жизнь, на всех этапах. И ни один из них не был более впечатляющим, чем его обожание и восхищение Гарри Поттером. Она не была уверена, что этот этап он когда-нибудь преодолеет. Этот человек так долго был его кумиром, что в какой-то мере она могла понять, почему Тео не хотел разговаривать с ним, как со случайным человеком. Более того, Луна подозревала, что то, что начиналось как безобидная подростковая влюбленность, с годами переросло в нечто более глубокое. Прошло уже некоторое время с тех пор, как они в последний раз говорили на эту тему, и Полумна полагала, что Тео больше не думает о нём иначе как о музыканте. Но возможно, эта новая ситуация, когда он стал их посетителем, вернула его прежние переживания на поверхность. Как бы там ни было, но, глядя на своего лучшего друга, она поняла, что, возможно, была слишком сурова с ним. Дело было не только в том, что Тео не прилагал никаких усилий. Дело было гораздо серьёзнее, и ей хотелось стукнуть себя по лбу, что она не поняла этого раньше. Коснувшись его руки, она мягко вернула его к себе. – Да, не был, – подтвердила она, теперь уже спокойнее. – Но, пожалуйста, поверь мне, он славный парень. И я думаю, он действительно хочет узнать тебя получше. – Но почему? – Я не знаю... но как насчёт того, чтобы спросить его об этом в следующий раз, когда у тебя появится возможность? – добавила она, подмигнув. Прежде чем он успел ответить, они услышали звон колокольчика над дверью, и, сжав его руку напоследок и улыбнувшись, Луна пошла к стойке, оставив Тео наедине с его мыслями и медитативным процессом приготовления вечерних угощений.