Давай поженимся

«Давай поженимся». Сона ехала по ночному Сеулу, сверкающему вывесками и огнями реклам, и не видела вокруг ничего. Она не понимала, что чувствовала в данный момент, ощущая в себе какой-то вакуум. Всё внутри замерло, даже дыхание стало каким-то поверхностным, из-за чего время от времени ей приходилось делать судорожные глубокие вдохи. Почему он так сказал? Может догадался? Да нет. Даже если так, то это не может быть причиной. Тогда что? На шутку не похоже. И его объяснения были вполне логичными. Сона не помнила, когда поняла, что её чувства к Пак Чимину перешли границу менеджер-айдол. Просто стала радостно спешить на работу предвкушая встречу, искать глазами в зале, робеть от любого прикосновения, мечтать… Когда она стала замечать эту милую улыбку на пухлых губах? Сона не понимала, как Чимин умудряется быть таким невинным и соблазнительным одновременно. Как скромно опускал глаза, при этом улыбкой обещая все блага мира. Девушка помнила, как он отрабатывал эту улыбку на всех, кто попадался на пути. Попробовал применить свои чары и к ней, за что получил весомый подзатыльник: - Ай, за что? - притворно потирал место удара. - Нуна такая жестокая, - и эти его глаза-улыбки, похожие на полумесяцы. - А чтоб неповадно было. - Ну, - обиженно тянул парень, - так не честно. Только на тебя это не действует. Грозно взглянула из-под насупленных бровей. Действует, ещё как действует. Главное, чтобы он этого не понял. - Нуна, а у тебя есть парень? - Есть, конечно, - сказала и тут же хлопнула себя по губам: какой парень, ведь она с группой с раннего утра до поздней ночи, а иногда и сутками. Да и какой парень сможет принять, что его девушка работает практически няней с семью красавчиками. Сона тогда так на себя рассердилась. Это так непрофессионально - влюбиться в своего подопечного! Она пыталась выжать из себя это чувство и при первой же возможности переспала с менеджером из другой группы. Это было на какой-то премии в Тайланде. Всё завертелось так быстро, что она сама не поняла, как её первая ночь было отдано практически незнакомому человеку. Роман разворачивался на глазах у всех бантан, но никакого осуждения она не получила. Лишь мягкий и слишком интеллигентный Сокджин, страшно смущаясь, тихо спросил: - Вы ведь предохраняетесь? - Конечно! - излишне резко бросила девушка, просто сгорев от стыда. Вернувшись в Сеул, Сона сбегала раза два на свидание и на этом всё закончилось. Не то, не так, не с тем. Она с какой-то затаённой надеждой посмотрела тогда на Чимина, а он вдруг полез с откровениями о какой-то девице, с которой переспал. Рассказано это было «под большим секретом» и, как оказалось, произошло практически в то же время, что и её первый любовный опыт. Было очень больно. Но урок она усвоила и больше не допускала никаких надежд по отношению к парню. Мечтать мечтала, а надежды задвинула куда подальше. Зато у них была дружба, хоть и говорят, что это невозможно. Они созванивались далеко не только по работе, потом стали зависать у неё дома, а когда парни съехали из общежития - у него. Не было тем, которые они бы не обсуждали, иногда доказывая и споря о чём-то буквально с пеной у рта. Чимин знал о ней всё, иногда казалось, что даже больше, чем она сама. Он мог только увидев, определите её настроение. Да что говорить, он даже мог определить её критические дни. Если первый год Сона заботилась о новичке, то постепенно эту обязанность взял на себя он. Это странно звучит, но рядом с ним она чувствовала себя девушкой, как ни с кем другим. Но, понимая, насколько несбыточными были бы любые надежды на отношения с Чимином, она продолжала кого-то искать. И каждый раз убеждалась, что заменить, вытеснить её любовь не получается. Узнав о переводе в другую группу, Сона даже почувствовала облегчение. Они с Чимином будут редко видеться и возможно постепенно она сможет наконец его разлюбить. Прощальная встреча, прощальный ужин. Для неё это будет финальная точка. И дальше - с чистого листа. Почему Чимин решил её поцеловать, что им руководило? Наверное, это просто действие алкоголя. Ну тогда и её действия тоже можно списать на «была пьяна ничего не помню». Да и один раз... Всего один раз почувствовать, каково это - быть с ним. Она просто отдалась на волю чувствам. Его первый поцелуй был таким трепетным, и одновременно чувственным. Его руки чуть подрагивали от возбуждения. Он так старался себя сдерживать. Сона не могла не ответить. У неё просто не было шансов. Она нырнула, просто рухнула в пучину страсти, так долго сдерживаемую в себе. Отклик от Чимина был настолько ярким, что она на несколько минут потеряла связь со временем и пространством. Пришла в себя уже лёжа под ним, в его спальне. Чимин вдруг стал таким чутким, нежным, его действия медленными, затягивающими. То, что он делал с ней просто не передать словами. Он будто знал её тело всю жизнь, он знал все её чувствительные точки, знал где и как поцеловать, поласкать, дотронуться. Такого наслаждения и единства Сона не испытывала никогда. Это действительно было незабываемо. Она только и могла, что подчиняться его рукам и стонать. Она получила столько ласки, взорвавшись и рассыпавшись на миллионы мелких частиц в конце. Сона была счастлива, даже осознавая, что это конец, что повторений не будет. Она только пыталась собрать себя, чтобы поставить завершающую точку, призвав весь свой запас юмора и сарказма. А потом были его слова… настолько странные, непонятные, как будто она попала в другую реальность, где они были парой, испытывали взаимные друг к другу чувства, где предложение о браке было естественным продолжением их истории. И где она, счастливая, обняла бы его за шею и вместе с поцелуем ответила бы «да». А потом Чимин надел бы ей кольцо и поцеловал её пальцы. И смотрел бы с обожанием. Если бы... В их реальности всё совсем не так. Хотя рациональное зерно в его предложении всё же присутствует. Вот именно, что рациональное. А может не мучиться и не копаться во всём этом? Они действительно отлично знают и понимают друг друга. Им на самом деле хорошо вместе. Ну и что, что любит только она? Возможно. со временем, через сколько-то лет, привязанность в нём перерастёт в нечто большее. А пока ей и этого будет достаточно. Как поступить? Да о чём она вообще думает! Всё может быть гораздо проще. На фоне эйфории Чимин потерял на время свой контроль. Сейчас успокоится, придёт в себя и поймет какую глупость сморозил. Надо просто подождать. Чимин с трудом выдерживает два дня и набирает заветный номер - Привет. Как дела? - он старается не выдать себя. - Увидимся сегодня? - Да, конечно. Заходи после тренировки. Её голос звучит спокойно, как и всегда, как будто ничего не было. Может ей действительно всё равно? Что гадать? Доработать и... он узнает... что ждёт его в ближайшем будущем. Будет ли рядом с ним девушка, о которой он мечтал эти грёбаные восемь лет. Что она решила? Что скажет? В любом случае сейчас, узнав вкус её губ, нежность тела, получив от неё столько эмоций и познав рядом с ней наслаждение, он не сможет её отпустить. Он придумает десять тысяч причин, но уговорить её быть рядом с ним! С такими мыслями Чимин возвращается к тренировке и не замечает с каким интересом поглядывают на него мемберы. У Пак Соны нет личного кабинета. И, как и обычно, она засиделась допоздна, тогда как остальные работники уже давно разошлись по домам. Это последняя неделя работы с BTS, и необходимо подготовить и сдать документацию, и девушка старается не отвлекаться от компьютера. Получается не очень-то. Особенно после звонка Чимина. Мысли мельтешат вместе с пальцами, набивающими текст. Что он скажет? Действительно это шутка? А что, если нет? Чимин залетает в своей обычной манере и, подвинув стул от соседнего стола, усаживается на него, расставив ноги и опершись локтями на бёдрах. Смотрит чуть снизу, чуть задирая брови и широко распахнув глаза. - Привет. Она не зря была рядом с бананами эти годы. Чему-чему, а умению держать себя в руках обучилась на «отлично». И сейчас никто со стороны не понял бы, что творится у неё внутри. Девушка, не отрываясь от работы, бросает в ответ небрежное «привет», и заставляет себя не смотреть, как Чимин неловко потирает нос и начинает притопывать ногой от нетерпения. Она выдерживает какое-то время, и откидывается на спинку стула. А Чимин сразу же кидается в атаку: - Как дела? Подумала над моим предложением? - и подпирает голову ладонями. Сона складывает руки на груди, то ли защищаясь, то ли удерживая грудную клетку, из которой пытается выпрыгнуть сердце, и делает паузу, в которой Чимин чуть не теряет своё. - У меня есть условие. Выдохнув, парень отзеркаливает её позу, откидываясь на спинку стула и добавив уложенную на колено ногу: - Какое? - Если кому-то будет некомфортно, неважно по какой причине, мы разведёмся. - Конечно. Как скажешь, - Чимин вскакивает. Он готов согласиться с любыми условиями и сейчас хочет прыгать и кричать, как мальчишка, а ещё лучше схватить Сону в охапку и кружить её долго-долго. Но он только подбирается за спинку её кресла и, приобняв, шепчет на ушко: - Поедем ко мне? Отметим? - заглядывает ей через плечо и, нахально заигрывая, играет бровями. Она чувствует, что краснеет, но пытается держаться и выговаривает: - О чём ты? Я порядочная девушка. Так что до свадьбы даже не надейся! Чимин разочарованно вздыхает, ну в общем-то он особо ни на что и не надеялся, а потому парень резко выпрямляется и достаёт телефон из кармана спортивных штанов: - Надо сказать родителям. Ты ведь не против? - и не дожидаясь одобрения, набирает нужный номер. - Мама, привет! - Привет мой мальчик, - госпожу Пак прекрасно слышно и без громкой связи. - Мама, мы с Соной решили пожениться. - Что? Я не ослышалась? Отец, иди сюда. Они женятся. – и обрадованный голос господина Пак: - Ну наконец-то! Эту фразу будут произносить не однажды, но, к сожалению, жених и невеста ещё долго не будут её слышать.