Вербена

Император болен. Едва ли какой-нибудь телесной лихорадкой. В общем-то любой лекарь разведёт руками и скажет, что Белос совершенно точно здоров. Уиллоу чувствует тянущийся за ним повсюду ужас. Крепкий и чёрный, как разбухшая от воды земля. Император чего-то боится. И едва скрывает это за серой наледью своих глаз, которые, кажется, раньше светились ярче. Это вообще-то не должно касаться Уиллоу Парк. Она ведь обычный садовник. Но что, если этот непрерывный страх заразен? Всё чаще она ловит себя на том, что старается держаться от Белоса подальше. И не потому, что в последнее время он стал раздражительным пуще прежнего и вспыльчивым. Причина кроется — и Уиллоу это прекрасно осознаёт — в том, как воздух становится неуловимо гнилостным. И ядовитым. Она напряжённым взглядом сверлит высокую белую тень, продолжая держать пальцы на посеревших листьях гелиотропа. Уиллоу уверена, что утром с растением было всё в порядке. Она выпрямилась, ощутив внутри решительность выяснить в чём дело. И начала с обхода сада, более детального чем обычного. Она нахмурилась, найдя схожие симптомы ещё на нескольких цветах. Замерла у куста рододендронов, что за считанные секунды растерял весь цвет. Усыпавшие гравий под ногами лепестки приобрели нехороший, жёлтый тон. Воровато оглянувшись, Уиллоу выпрямила ладонь. Она коснулась куста и прикрыла глаза. Ничего не происходило достаточно долго. И в голову закралась вполне разумная мысль, что всё это проказы какого-то неизвестного Уиллоу паразита. А потом перед сомкнутыми веками заплясали буро-серые тени. Ломано двигаясь, они соединялись в несуразное и уродливое нечто. В нос ударил железисто-серный запах. Чёрная магия. То, о чём не рассказывали учителя, но дотошно любопытная Уиллоу никогда не чуралась самых необжитых углов библиотеки. Она резко отшатнулась и растерянно уставилась на облетевший куст. Растения чувствительны к тому, что их окружает. Будь то просто грязный воздух или вибрации магии. Они вбирают и отдают. Это заложено в их природе. А это означало, что... — Кажется, это выглядит не очень... Важная мысль замолчала, словно кто-то опустил на неё сачок. Уиллоу обернулась на смутно знакомый голос, и озадаченно наклонила голову. Она понятия не имела, кто перед ней. Светловолосый юноша с очень своеобразной мимикой. Уиллоу подумала, что уж точно запомнила его, хотя бы из-за полоски шрама, сбегающей вниз по щеке. — Не очень правильно, — продолжил он, чуть дёрнув плечом. — А ты наблюдателен, — промолвила Уиллоу, кисло улыбнувшись. Затем начертила в воздухе круг. — Устранить первопричину не получится так просто, но избавить от последствий ещё можно. Она тут же стушевалась, сама не осознав, зачем проговорила всё это вслух. Незнакомец сделал шаг ближе с лёгким волнением наблюдая, как магия пронизывает куст от корней и неудержимо течёт выше, распускаясь розовыми бутонами. Уиллоу улыбнулась. — Не напомнишь как тебя зовут? Юноша как-то странно замер, будто она спросила нечто очень личное. — Эм... — она взмахнула рукой. — Это ничего, можешь не гово... — Хантер, — выпалил он и почему-то насупился. Он вообще весь какой-то.. Растерянный и подозрительный одновременно. Уиллоу хмыкнула. Интересное сочетание. Она сбросила перчатки и не церемонясь, взяла его за руку, крепко пожимая пальцы. — Рада встрече! — она назвала своё имя, замечая как в его глазах промелькнула нить узнавания. Отпустив его ладонь, Уиллоу подумала, что это первое знакомство за всё время её работы здешним садовником. Она никуда не вписывалась. Кто-то делал вид, что и вовсе её не замечает, другие брезгливо морщили носы. Она бы и забыла, как звучит собственный голос, если бы не имела привычку говорить с каждым растением, что рождалось под её пальцами. Более того, Уиллоу была твёрдо убеждена, что они её слышат и всё понимают. — А что за первопричина? — неожиданно спросил новый знакомый, бросая на неё мимолётный взгляд. Уиллоу призадумалась, прикидывая насколько сильно она может доверять этому выходцу из дворцового ковена. Хантер не походил на праздного дурака и прожигателя жизни. И в нём почти не чувствовалось привычное для таких как он — высокомерие. "Ты знаешь его три минуты от силы", — поспешил напомнить внутренний голос. — Я подозреваю, что это чёрная магия, — в подробности Парк решила всё-таки не вдаваться. Незачем зря рисковать. Хантер кивнул с застывшим на лице недосягаемым выражением. Уиллоу ожидала совсем другой реакции. — Ты не выглядишь удивлённым, — протянула она и шмыгнула за ним следом, когда он двинулся в сторону дворца. — Ты что-то знаешь, да? Под подошвами сапог размашисто всхлипнула каменная насыпь, когда Хантер резко обернулся. Его взгляд опалил её раздражением. — Знаю, — ёмко подтвердил он и вскинул подбородок с некоторой долей надменного снисхождения. — Это не первый случай. Он замолк и уже было развернулся, как на Уиллоу напала неожиданная смелость. Она ухватила его за предплечье, удерживая. — Расскажи мне, — попросила она почему-то заговорив тише. Хантер нахмурился. Его губы дрогнули, а потом резко сложились в тщедушную ухмылку. — И с чего это я должен тебе что-то рассказывать? От него так и тянуло недоверием. Почти обидно. Ведь Уиллоу, кажется, нашла того, кому не всё равно. Того, кто способен замечать дурные странности, происходящие вокруг. Она отступила, разжав пальцы. И решила рискнуть. — Потому что у меня есть предположение, в ком кроется первопричина, — усмешка Хантера погасла. Но сомнение из его взгляда никуда не делось. Не дожидаясь встречного вопроса, Уиллоу продолжила, переходя на гулкий шёпот: — Император Белос. Подкралась тишина. На слабом ветру продолжали исходить на трепет кроны деревьев. Позади расчирикались птицы. Хантер даже не пошевелился, всё продолжая смотреть на неё. Он выглядел... Изумлённо. Что ж, это Уиллоу могла понять. А ещё сердито. Настолько, что даже сделал шаг ближе и схватил её за плечо. — Что ты такое несёшь! — к счастью, он не стал возмущаться в полный голос. Уиллоу предположила с долей надежды: возможно, он даже не собирается сдавать её под стражу за клевету. — Я знаю как это звучит, но послушай! Мои цветы были в полном порядке, ровно до того момента, как император побывал здесь. Уиллоу говорила ровным и спокойным тоном. Может, это и заставило Хантера отступить. — Это не смешно, — заметил он. — Я не вру, — надавила Уиллоу, упрямо качнув головой. — Приходи сюда завтра в полдень, если тебе нужны доказательства. Хантер не стал заморачиваться с такими вещами, как ответ и прощание — ну ещё бы! Глядя ему вслед Уиллоу крикнула: — Эй, Хантер! Он чуть замедлил шаг, и едва заметно повернул голову в её сторону. — Я правда рада нашему знакомству! Она слышала, как он фыркнул и пнул гальку, словно досадуя. Уиллоу, впрочем, не поняла на что именно. Она просто проявила дружелюбие.