чужие и свои

Джонатан проснулся с первыми лучами солнца. Вчерашний день был лучшим в его жизни. Наконец, он проучил малыша Джейса, избавился от тупой собаки, и... нашел друга. Клэри была его первым другом. Он не хотел возвращаться в Идрис. Отец обязательно сурово накажет его, когда они вернутся домой. Джонатан видел в глазах отца то, что ненавидел больше всего - полное разочарование в нем, и даже ненависть. Неужели, он одним своим действием перечеркнул все свои лучшие результаты, и проиграл Джейсу в битве за любовь Валентина? Только из-за того, что убил бесполезную собаку, которую сам отец терпеть не мог. Да он должен был быть благодарен ему за это. Как же сильно он не хотел возвращаться домой. Он хотел снова увидеть Клэри, сходить с ней в парк развлечений, поплавать в озере. А не проводить свое время в Идрисе с ноющим братцем и новыми шрамами на спине от отцовского кнута, и вообще... Что-то Джонатану подсказывало, что одним кнутом он не отделается. Он серьезно разочаровал и разозлил Валентина. Что же... Ещё вчерашним вечером в его голове созрел план как сделать так, чтобы не вернутс6я в Идрис. Сначала он думал, чтобы убежать, но зная отца, Джонатан не сомневался в том, что тот его быстро найдет и это только усложнит его ситуацию. Валентин всегда его находил. Джонатан не знал, как он это делал. Может быть, это был какой-то вид магии, которой владел его отец. Потом он вспомнил, что они прибыли сюда на машине, а значит и уехать смогут только на ней. Поэтому Джонатан решил, что сделает все возможное, чтобы автомобиль не поехал. Они не смогут уехать на сломанной машине, а портал отец не рискнёт открывать. Отцу понадобиться несколько дней, чтобы починить машину, за это время его злость поутихнет, а Джонатан постарается сделать все возможное, чтобы задобрить его, и тогда наказания никакого не будет вовсе. И он сможет погулять с Клэри! Это было удивительно для него - такое сильное желание поиграть с этой рыжеволосой девочкой, потому что он вообще не любил играть с детьми. Они были такими скучными для него. Больше всего ему нравилась компания взрослых. Он любил, когда отец брал его с собой в дом Блэквелла, где встречались члены Круга, и они рассказывали интересные истории, что происходило в Аликанте, и в сумеречном мире, говорили о политике, о загадочной стране фей, о нашествий демонов. Ему нравилось, когда отец брал его с собой на охоту. Он гордился этим, что именно его он брал с собой, а не малыша Джейса, который всегда обижался и долго дулся на отца и Джонатана. Валентин говорил, что малыш Джейс ещё не вырос, что его время ещё не пришло. Джонатану это так льстило, ведь они были практически одного возраста, и Джонатан уже убил грязного оборотня и парочку мерзких демонов, и отец им гордился. Джонатан сделает все возможное, чтобы вернуть отцовскую гордость. В доме было тихо, и в этой тишине, пол скрипел под его шагами слишком громко. Он замер, когда дошел до спальни Валентина. Дверь была приоткрыта, и он мог видеть как рука отца обнимает Джейса, и тот, наревевшись вчера из-за трупа псины, умиротворённо спал, уткнувшись в грудь Валентина. Они крепко спали, и все же, Джонатан закрывает дверь, чтобы не разбудить их скрипучим полом и открывающей входной дверью. На улице было прохладно, птицы громко щебетали на высоких деревьях. Почти как в Идрисе. Джонатану всегда казалось, что в Идрисе, особенно в долине, где они жили, воздух всегда свежее, а вот пение птиц едва ли было слышно. Защитные скрывающие чары сбивали с пути даже пернатых. Кроме Мунина и Хугина. На мгновение Джонатан задумался, как они там в Идрисе, совершенно одни. Конечно, они не пропадут. Они были самостоятельными птицами, и могли выжить в любых условиях. Он привык к воронам, которые были с ним с самого рождения, и только из-за них он бы хотел вернуться домой, чтобы погладить их по черным перьям, научить новым хитростям. Иногда к его окну прилетала сова, со странными глазами. Вороны не любили ее. Отец тоже. Но никогда не прогонял ее, лишь неодобрительно смотрел. А вот самого Джонатана тянула к ней, он бы хотел, чтобы необычная сова прилетела к нему чаще. Автомобиль был припаркован в конце двора. Он остановился напротив него, не зная с чего начать. Он не разбирался в примитивной технике, и даже подумать не мог, что Валентин, который также был далек от обыденных вещей, умеет водить автомобиль. Не долго думая, Джонатан решает проколоть колеса, и чтобы наверняка ремонт затянулся надолго, перерезать провода. Он возился в капоте, когда позади себя услышал покашливание. От неожиданности даже вздрогнул. И медленно обернулся, заметив Джейса. — Ты что делаешь? - спрашивает малыш. Джонатан был уверен, что после вчерашнего, приемный любимчик Валентина долго не захочет с ним общаться и будет избегать его из-за страха и обиды. Но нет. Малыш Джейс стоит перед ним, насупившись, без страха в глазах. — Выспался? — поинтересовался Джонатан, закрывая капот. — Я первый задал вопрос! — сердито произнес Джейс. — Ничего. Я видел, как кто-то ходил по двору, решил проверить, и вот, что обнаружил. Кто-то проколол колеса. — Может быть это был ты! — Зачем мне это? —А зачем ты убил мою собаку и сделал все те ужасные вещи? Бруно был моим другом. Он был хорошей собакой. Что с тобой вообще такое?! — Давай, заплачь. Ведь это все, что ты можешь. Хныкать и жаловаться моему папочке. — Он и мой тоже. И ты его очень расстроил вчера. Похоже, что тебя это не сильно заботит. — А ты не думал, что причина его расстройства это ты? Какой из тебя сумеречный охотник, когда ты ревешь по любым пустякам. Сколько он тратит на тебя времени и сил, и все в пустую! — Мой Бруно - это не пустяк! — воскликнул Джейс, внезапно замахнувшись длинной палкой. Джонатан успел отпрыгнуть, врезавшись спиной в машину. Палка попала по ногам. — С каким пор ты стал таким смелым?" усмехнулся Джонатан. — Мой отец будет очень недоволен, если я получу какую-либо травму. Он отправит тебя в приют, где тебе самое место! Джейс нахмурился, и с яростным криком взмахнул палкой ещё раз. На этот раз, Джонатан успел поймать палку, несмотря на острую боль в ладони, он крепче ее сжал, и резко дёрнул на себя. Палка выскользнула из рук Джейса, и Джонатан выбросил ее в сторону. В два шага он преодолел между младшим братом расстояние, и схватил того за тонкую ручонку. — Посмотри на себя. В тебе нет ничего от Валентина. Я - его отражение. А вот ты.... Не родной ему. Джейс учащенно задышал, пытаясь вырвать руку из крепкой хватки Джонатана. — Я похож на мать. Он сам так сказал. Несмотря на все старания скрыть обиду и страх, его голос как всегда предательски выдал его своим дрожащим и писклявым звучанием. Это не укрылось от ушей Джонатана, и на бледном, словно призрачном лице, появилась зловещая улыбка. Все чаще Джейс испытывал дикий страх перед старшим братом. Тот всегда был странным мальчиком. Слишком тихим, его было сложно в чем-либо заинтересовать. Но с возрастом, прибавилась непредсказуемость и невероятная жестокость. Однажды он столкнул Джейса с крыши. В сугроб. Потому что думал, что это смешно. И Джонатану было смешно. Джейс думал, что переломал себе все кости. Брат даже не соизволил помочь ему встать и добраться до дома. Такие "шутливые" выходки он устраивал не только для Джейса, но и для отца. А потом обвинял Джейса в том, что он был причиной всех наказаний, которым Валентин подвергал Джонатана. Хотя, не Джейс заставлял его сыпать измельчённое стекло в стакан отца, или как бы случайно уронить деревянную дверцу чердака на руку Валентина. Джонатана клялся, что не удержал. Джейс же видел эту мерзкую самодовольную ухмылку на лице брата. Он наслаждался, упивался их болью. — Ты похож на папу, но в кого ты такой чудовищный в душе?" Джонатан засмеялся. — В папу. Ты его плохо знаешь. Он постоянно тебе лжет. Он говорит, что он твой отец. Это не так. — Я тебе не верю! — Это правда. Твои настоящие родители мертвы. Он говорил, что они погибли на охоте, и что они были его хорошими друзьями, именно поэтому он забрал тебя. Но на самом деле, я думаю, что он лжет. Я думаю, это он убил их. — Если они были его друзьями, зачем ему убивать их? Ты говоришь глупости.Конечно, ведь ты ничего не понимаешь в дружбе! Джонатан покачал головой. — Мой дорогой папа, бросил своего парабатая корчиться в агонии из-за ликатропии. Ты не знал? — Он говорил, что связь парабатай - это огромная слабость, — тихо проговорил Джейс. — Больше ничего не знаю. — В том то и дело. Ты ничего не знаешь о прошлом Валентина. Ты не знаешь, что он за человек. Он скрывает себя от тебя, чтобы не испугать. — Я не стал бы бояться отца. — Ты боишься меня. Он такой же как я. Я такой же как он. — Нет. Это одна из твоих очередных глупостей. Хочешь испортить мои отношения с отцом, потому что завидуешь, тому, что он любит меня больше. У тебя ничего не получится. — Он оттолкнул Джонатана, вырвал свою руку из его хватки, и пошагал прочь. Джейс был ещё слишком юн. Его оружием были муляжи. Он ещё не убил ни одного демона. Он видел их только на страницах книг. Если бы только он знал, что все это время жил с демоном, и повернуться спиной к нему, было огромной ошибкой. Джейс ахнул, когда Джонатан сбил его с ног, и навалился сверху. Несмотря на небольшую разницу в возрасте, старший брат был выше его, и обладал невероятной силой, хотя и был худощавым. Джонатан принялся колотить по спине, дергать за волосы, схватив их, он со всей силы ударил Джейса головой об землю. Слезы навернулись на глаза от боли, и от шока он не мог даже закричать. Джонатан не останавливался. Вскочив на ноги, он принялся пинать его. Джейс пытался подняться, и тут Джонатану всем свои весом запрыгнул ему на спину. Что-то щёлкнуло в спине, невероятная боль пронзила тело, и Джейс закричал. Джонатан слез с него, схватил за плечи, ударив по щеке. — Не реви, слабак! Дерись! — Ты... Мне больно! Отпусти! — Дерись со мной. Докажи, что ты — заслуживаешь быть сыном моего отца! — Оставь меня в покое, псих! — Джейс попытался оттолкнуть Джонатана. И снова получил удар по лицу. Он поднял взгляд на того, кто должен быть ему защитой, а не насильником. Он посмотрел в черные глаза Джонатана, и больше они не напоминали ему отцовские глаза. В глазах Джонатана плясала насмешка, наслаждение и желание. Желание пустить ему кровь. Отправить следом за Бруно. В этих глазах была смерть. Не обращая внимание на боль во всем теле, и особенно в спине, Джейс ударил брата в живот. Ответный удар отвлёк Джонатана. Почти удивил, и именно этим он и воспользовался. Второй удар пришел в кадык. Джонатан согнулся, зашипев от боли, и Джейс накинулся на него. Они упали на землю, колотя друг друга кулаками. Джонатан не собирался останавливаться, и если отец не услышит их возню на заднем дворе и не вмешается, то их драка закончится чей-то смертью. Помощь пришла от куда ее не ждали. Они оба замёрзли от неожиданности, когда над ними раздался громкий девичий крик, и маленькие ручонки пытались оттащить их друг от друга. — Джей-Джей! У тебя кровь! Джонатан! Отпусти его! — Клэри? — Джонатан удивлённо уставился на ее бледное личико, усеянное веснушками, огромные зелёные глаза потрясено смотрели на них. — Как ты тут оказалась? — Мы живём рядом. Я услышала непонятные шорохи и крики и решила посмотреть. И увидела тебя, — ответила Клэри дрожащим голос. — У тебя кровь, Джонатан. И у него тоже. Что случилось? Джейс оттолкнул Джонатана от себя, и с трудом поднялся на ноги. — Не дружи с ним. Он убил мою собаку, и хотел убить меня, своего брата! — Да замолчи ты уже. Исчезни! Беги к папочке, пожалуйся ему! Пусть он поцелует тебя в каждую царапину! — Не выдержал Джонатан, яростно закричав. Он не позволит ему уничтожить его дружбу с Клэри. Клэри вздрогнула, отшатнувшись от них. Увидев в глазах девочки страх, что-то внутри него рухнуло. — Клэри, извини. Не бойся, я никого не убивал. Он врёт. Он мой брат и мы вечно ссоримся. Ничего страшного. — Он поднял руки в капитуляции, и искренне улыбнулся ей. — Хочешь пойти в дом, я угощу тебя пирожными. Клэри замешкалась. — Не думаю. Люк и мама будут ругаться. Я должна... — Кларисса, что ты там делаешь? Ты же знаешь правила. — Ее прервал мужской голос. Джонатан обернулся, встретившись с голубыми глазами мужчины за забором. Люк нахмурился заметив двоих детей в разорванной одежде, которые были все в крови и синяках. И между ними, Клэри. Ох, Ангел, девочка вся в свою мать. Люк едва сдержал улыбку. — Что с вами приключилось, мальчики? Вам нужна помощь? — Да, усыновите его! — возмущённо произнес Джейс, вытирая рукавом кровь из носа. — Вы все в крови, — заметил Люк. — Нужно срочно обработать раны. В доме есть взрослые? — Отец, - ответил Джейс. — Хорошо. Идите в дом, обработайте раны, и... Зачем же так друга друга бить? Вы же братья! — Вы правы, сэр. Увлеклись. Не поделили кое-что, — ответил Джонатан. — Да уж. Ладно. Клэри, пойдем. Ты как оказалась вообще на соседском участке? — Перелезла через забор, — пожала плечами девочка. — Мама ещё не вернулась? — Нет. — Можно я побуду здесь? Джонатан пригласил меня на чай с пирожными. Люк задумчиво оглядел мальчиков, дом, и подумал о человеке в доме, которого они называют отцом. Эта призрачная фигура, которую мальчики называют отцом, не внушала ему доверия. Он чувствовал опасность. — Нет, Клэри. У Джонатана много дел. Ему нужно обработать свои раны. Но, если ты хочешь, вы можете потом прийти к нам поиграть. У нас на участке есть детская площадка. — Придёшь? — спросила Клэри, повернувшись к Джонатану. — Хмм, не знаю. Возможно. — Хорошо. Ты тоже приходи, — позвала она Джейса. Добродушное настроение Джонатана резко сменилось яростью, которую он пытался скрыть, но только не от Джейса и... Люка, который все это время наблюдал за ним. — Джейс? Джонатан? Куда вы пропали? Мы скоро выезжаем. Джонатан обернулся на голос. Отец сначала оглядел машину, заметив проколатые колеса, и уставился на Джонатана, будто уже знал, кто это сделал. В отличие от Люка, его не подвергло в шок его дети, которые были все в крови. Джонатан видел, как раздражение и разочарование исказили его черты, когда он обратил внимание на рыжеволосую девочку за спиной сына, которая с нескрываемым любопытством разглядывала мужчину. Им нельзя было заводить друзей. Нельзя было говорить о себе. Люди Конклава были повсюду. А они скрывались. Но, Джонатан нарушил это важное правило. Но... Это ведь просто маленькая девочка. — Отец, это Клэри. Я познакомился с ней на озере. Она... — Он не знал как сказать Валентину, что она из примитивной семьи, которая не имеет никакого отношения к Сумеречному миру, так, чтобы не вызвать вопросов у Клэри и ее отца. — С ней можно дружить. — Мы уезжаем, — отчеканил Валентин. — Попрощайся со своей подругой, и быстро в дом. Оба. — Валентин. Джонатан удивлённо посмотрел на Люка, который позвал его отца по имени. Джонатан не говорил, как зовут его отца. Ни слова об этом. Откуда он знает? Неприятный холодок пробежал по его спине. Люк смотрел на отца так, будто был знаком с ним. И это было неприятное знакомство. Что если, Джонатан ошибся? И своим непослушанием навлек на свою собственную семью неприятности? — Люциан, — ответил Валентин. — Какая... приятная встреча. Я надеялся, что ты мертв. — Я думал, что ты мертв, — холодно сказал Люциан.