За пределами чудесной шкатулки

      Я плохо помнил, что случилось, единственное, что я чувствовал — пульсацию в груди и свист ветра, трепыхавшего мне перья. Картинка перед глазами смазалась, я лишь видел, как ярко-фиолетовое пламя словно зашивает раскол в небесах, рассеивает излишки магии, уничтожает того монстра, что сейчас бился в агонии. Я моргнул. Мир перевернулся с ног на голову, я резко замедлился и оказался у самого подножия развороченной Эйфелевой башни. Золотой свет нервировал, но я уже совсем ничего не мог сделать, у меня едва ли хватало сил просто обдумывать случившееся.       — Мы… победили? — прошептал я, поворачивая голову.       Плохо вижу столпившихся вокруг людей, но их энергетика была знакома. Почему-то мне никто не спешил отвечать, все как-то излишне суетились. Или мне только кажется?       Я вздохнул и привстал, хватаясь за голову. Силы, стремительно покинувшие меня, так же стремительно возвращались обратно, хоть и в меньшей степени. Я почувствовал тёплый свет солнца, взглянув на небо я тут же потерялся, ведь оно было просто незабываемым. Огромная воронка из облаков, а по краям вихрями закрученная магия розового цвета, постепенно пропадающая и плавно переходящая в ярко-голубой. Красиво.       Постепенно, звуки начали возвращаться. Я нашёл в себе силы встать и даже взлететь, хоть и не высоко, но всё же. Я на секунду потерял всякую возможность дышать. Я просто остолбенел с дурацкой улыбкой на лице, постепенно пропадающей. Вероятно, весь мой мир в тот момент снова рухнул.       — Кили…ан? — неразборчиво пробормотал я, наконец понимая, почему все так суетились.       Парень лежал без сознания, весь бледный и измождённый. Из носа аккуратной струйкой капала кровь, пачкающая кусок вырванной откуда-то белой плитки, где мы и находились. Нет. Он же просто устал? Это ведь так, потому что он потратил много сил? Он просто потерял сознание, да?       Рядом с парнем сидел Мастер Фу, старательно манипулируя Ци. Я в точности не знаю, что он делал, но понял — не поможет. Это знание пришло просто как данность, нечто само собой разумеющееся.       — Килиан! — наконец отмер я, подлетая к парню.       Меня затрясло, когда я, прикоснувшись к его руке, не ощутил пульса. Кожа была ледяной, грудь не вздымалась… Я подлетел к лицу и попытался почувствовать дыхание. Меня словно облили ледяной водой. Он едва дышал, так слабо, что я чуть было не ошибся. Он был жив, но на грани.       — Помогите ему! — закричал я, оборачиваясь на застывших вокруг людей, — Какого чёрта вы сидите!       — Фаттум… Город почти уничтожен, больниц нет, даже спасательных вертолётов… — всхлипнула Маринетт, отбрасывая потухший телефон в сторону.       — Я делаю всё, что в моих силах, но… Это не физическая проблема, — мрачно сообщил Фу, — Так произошло из-за слишком большого количества прошедшей через его тело магии. Так как ты квами, тебе не грозит опасность, но вот неподготовленному человеку… Мгмх…       Я неверяще уставился на старика, продолжившего какие-то манипуляции с энергией.       — Ха… Ха-ха-ха-ха! Вы серьёзно? — я забился в истерике, — Вы серьёзно?! Он всех вас спас, а вы не можете ему даже помочь?! Как же так… Он же… Нет, он же не может вот так…       Килиан слабел с каждым мгновением. Уже не было смысла что-то говорить, но… Почему? Всё вот так вот и… Закончится? Парень, выбравший сражаться на благо целого мира умрёт… Вот таким образом? Просто потому, что он перестарался? Просто из-за того, что всех спас?       Меня затрясло. Я вновь бросился к Килиану, пытаясь его растормошить.       — Вставай! Вставай! Прошу тебя, встань! — кричал я, — Только не так, прошу, только не так!       — Фаттум…       — Отвалите! Все вы! — взревел я, — Вы просто не достойны такого, как Килиан! Какие из вас герои, если вы не можете спасти хотя бы одного человека! Килиан, Килиан, прошу тебя, очни-и-и-ись!       Я не знал, что квами могут плакать. Но в тот момент я по-настоящему рыдал.       — Какой смысл… Зачем я делал это всё, если не могу его спасти-и-и-и… Зачем мне магия… Почему я могу спасти всех, но не его?       Я на мгновение замолчал. Меня била крупная дрожь, перья растопырились, я сидел на груди Килиана и всё думал. Вспоминал. Глаза на секунду дрогнули. Я поднял голову к небу с чуть более серьёзным взглядом. Килиан не может умереть. У него впереди ещё целая жизнь. Он всего-то ребёнок. Герой. Он… Не должен умирать.       Я подлетел чуть выше, в мельчайших подробностях вспоминая то, что когда-то видел.       Достаточно лишь искреннего желания, и магия внемлет тебе.       Я помню слова, однажды сказанные Лузиджем. На самом деле теперь все, что он говорил стало вдруг таким понятным.       Магия ведь вездесуща. По сути, это то, из чего состоит целый мир, просто она проявляется везде по-разному. И жизнь тоже можно назвать магией. Если вклыдывать правильное значение в это слово. Не думаю, что у неё есть сознание, но магия определённо справедлива. И там, где чего-то недостает нужно что-то добавить.       — Я отрекаюсь от магии! — воскликнул я.       Время словно остановилось. Я видел перекошенные от страха и удивления лица людей и квами вокруг, но рассматривать их не хотелось. Я смотрел лишь на бездыханного Килиана и чувствовал, как внутри меня, в самой яркой частице магии, горит пламенное желание.       — Пожалуйста, пусть он выживет, — прошептал я, закрывая глаза и в то же мгновение рассыпаясь на сотни тысяч осколков.       

***

      Квами ворона растворился во вспышке света. Те, кто находился рядом, были вынуждены закрыть глаза, настолько этот момент был ярким. Крошечный силуэт Фаттума сжался в искру фиолетового пламени и пропал в сверкающем драгоценном камне, в тот же момент загоревшегося точно таким же оттенком.       — Фаттум? — прохрипела Тикки, непонимающе уставившись на Плагга.       — Ой, нет! — воскликнул Нууру, выглядывающий из-за спины очнувшегося Габриэля Агреста.       Позвать на помощь у квами получилось, и быстро, но вот такого развития событий Нууру точно не ожидал, поэтому крайне растерянно заозирался по сторонам.       — Что происходит? — воскликнула Маринетт, наблюдающая за тем, как фиолетовые искорки осторожно оседают на Килиана, словно впитываясь в него же.       — Как же это… Это «та самая клятва», — сообщил Мастер Фу.       — Что значит, «та самая»?       — Когда квами растворяется в…       Килиан резко открыл глаза и, выгнувшись дугой, тут же подскочил, начав кашлять.       — Осторожно, осторожно, не делай резких движений… — Мастер Фу вовремя подоспел, подавая плошку с каким-то отваром зеленоватого цвета едва разлепившему глаза парню.       — Что проис… кха… дит? Где монстр? — просипел Килиан, кое-как выпивая предложенное.       — Монстра нет, вы…       — Победили? Вау, мы правда смогли! — предсмертного состояния как не бывало, Килиан встрепенулся, широко заулыбавшись, — Эй, Фаттум, ты слышал? У нас полу… чилось. А где Фаттум?       Пропажа квами, что всегда был рядом, несколько напрягла Килиана. Он непонимающе осмотрел лица всех, но наткнулся лишь на мрачные или потупленные взгляды.       — Где Фаттум? Это вы с ним что-то сделали? — с напором сказал Килиан, хмурясь сильнее.       — Нет… Килиан, Фаттум, он…       — Что? Что с ним, что вы там бормочи… Ай! — Килиан дёрнулся, тут же прикасаясь к словно раскалившейся серьге и поспешно снимая её.       Ничего не понимающий парень покрутил камень чудес, но до него так и не доходило. Или он просто не мог даже вообразить, что могло произойти нечто плохое? Но всё ведь в порядке, всё было под контролем! И Килиан помнил каждое мгновение, пока они с Фаттумом сражались, он помнил мельчайшие подробности и каждое своё движение, то, как в ярком лезвии косы отражались их горящие глаза. Так что могло пойти не так?       — Фаттум отрёкся от магии, отдавая свою жизнь взамен твоей, — констатировал факт Габриэль Агрест, — Этот процесс назывался как «правило, что нельзя приводить в исполнение». Ведь, когда это происходит…       — Квами умирает.       Это прозвучало так чётко и громко, что, казалось, была поставлена жирная точка. Глаза Килиана остекленели, парень только и мог, что бесконечно прожигать взглядом украшение, медленно начавшее покрываться едва заметным налётом. Глядя на камень, теперь повторяющий цвет глаз Фаттума, Килиан даже не понял, в какой момент по его щекам начали катиться слёзы.       — Я… нет, но… Но зачем? — все вопрошал он, не понимая, что и думать.       И ответ был прекрасно известен Килиану с самого начала. Фаттум, впрочем, всегда был готов пойти на этот шаг. Глоток воздуха дался тяжело из-за вставшего в горле отвратительного кома. В груди что-то защемило, Килиан ясно осознал, когда в последний раз ощущал нечто подобное. Ровно в тот день, когда узнал о смерти отца и матери. То же самое мерзкое чувство появилось и сейчас, когда парень смотрел на украшение в руках, постепенно исчезающее. На его глазах, прямо в этот самый момент, его друг, тот, кто помогал ему бессчётное количество раз, умирал.       — Но… Он же этого не заслуживает, — парень попытался утереть глаза, но ничего не вышло, — Так почему он…! Я просто… Я не знаю, мне… Что мне делать?       Килиан посмотрел на Маринетт и Адриана, затем, на их квами. Казалось, они испытывали вину за происходящее.       — Талисманы… Ведь если объединить ваши талисманы, то можно исполнить любое желание! — воскликнул Килиан.       — Магия желания не может затронуть первозданную магию. А первозданная магия хранится в теле каждого квами, — осадил Килиана Фу.       Парень хотел бы что-то сказать. Накричать. Возможно, даже попытаться полезть в драку. Ему хотелось хоть что-то сделать. Но… Килиан упал на колени, обмякнув. Он уставился в дрожащую ладонь, где сверкал камень чудесного талисмана. В отражении магии, покоящейся внутри, что-то промелькнуло. Неясный образ, едва различимый, недоступный никому, кроме исключения. И таким исключением стал Килиан.       Неожиданно для всех, парень резко выпрямился и, поднеся камень ко рту, втянув побольше воздуха в грудь, он закричал.       — Фаттум! Фаттум! Фаттум, пожалуйста, вернись!       Громкое эхо отталкивалось от стен кратера, взлетая высоко ввысь.       

***

      Странное что-то. Никак не могу понять, где я… Одновременно с этим, место казалось знакомым, вот поэтому я и решил, что это всё странно. Я не совсем понимал, чего ожидать от смерти, но я всё-таки в большей степени думал, что вернусь за грань, откуда и вылез…       Я обернулся. Посреди абсолютно чёрного пространства находился… Сад камней? Вон, даже крошечный водопад есть, бамбуковые ростки, песочек аккуратно уложен. Ничего не понимающий я полетел ближе. И только тогда я сообразил, что вместо тела у меня ничего нет, буквально ничего! Я был каким-то бесформенным, но в то же время ощущения двоились, я словно чувствовал себя в двух местах одновременно.       Я сконцентрировался. Воспоминания метались туда-сюда, вдруг сад камней превращался в комнату с деревянными скамейками, большую и просторную, где в центре стоял… Такой же бесформенный кусочек. Я чувствовал отклик его магии на свою. Или же… Он и был таким же, как моя магия.       Я решился и подлетел ближе. Не чувствую, что это что-то враждебное, скорее… Очень знакомое.       Как только я подлетел к огоньку, образ сменился. Другая комната, с низкими столиками и целой кучей чернильниц с какими-то очень большими кисточками. Как-то невзначай бросив взгляд на исписанный пергамент, я понял, что язык понимаю прекрасно. Здесь тоже был фиолетовый огонёк, точно такой же, как и в месте до. Он стоял рядом с большой деревянной дощечкой.       Образы замелькали, один сменялся другим, но вот кое-что было одинаково везде. Каждый раз огонёк стоял или в центре большой комнаты, или около своеобразной доски, это было неизменно. И магия этих шариков была такой же, как у меня, но подойти к ним не представлялось возможным — они были отгорожены барьером, подойдя к которому, тут же пропадали. Картинки, пейзажи, локации, комнаты… Всё в один момент закрутилось так быстро, что я даже не успел осознать, как огни слились воедино и… Просто стали мной? Напротив меня появилось тело квами, глаза которого были закрыты. Он просто плавал в этой темноте, совсем никак и ни на что не реагируя. Я заметил, как кончики перьев начали светиться и медленно распадаться. И это казалось мне… Страшным. Фактически, я видел собственную смерть.       Я вновь оглянулся. Позади меня появился ещё один образ. Присмотревшись, я заметил, что вокруг откуда-то взялись другие, их было сотни, может, тысячи. Какие-то терялись в толпе, другие были чуть более чёткими, но я всё же никак не мог различить их черты лица. Только два силуэта были подсвечены сильнее, их я видел в мельчайших подробностях. Квами, постепенно исчезающий. И старик, в длинной оранжевой робе.       Старец открыл глаза. Они были яркого, такого насыщенного фиолетового цвета. Квами позади шевельнулся, словно реагируя. Старец улыбнулся, будто как-то понимающе, а, затем немного отошёл в сторону. И я понял, к чему он ведёт. Он как бы приглашал меня присоединиться. Словно… встать рядом с ним.       Я вновь осмотрелся. В голове всплывали бесчисленные и мимолётные видения, я видел множество разных рук перед глазами, я чувствовал сотни запахов и видел самые противоположные цвета, что только могли существовать. Многочисленные огоньки постепенно начинали приобретать ясное и понятное, одно целое. Мою жизнь. Разную, но всегда посвящённую кому-то, а не себе. Но мне это будто и не было нужно. Тысячи воплощений из разных времен, совсем разных эпох, объединялись в двух вещах.       Я посмотрел на старика. В начале. Затем, я перевёл взгляд на квами. И в конце. Вот две неизменные, которые чёткой нитью пронзали все эти воплощения.       Старец-монах вновь приглашающе улыбнулся.       — Фаттум! — раздался крик откуда-то сверху, сотрясший это место.       Я вскинул голову и тут же снова её опустил. Если подойду к старику — это будет конец. И я знал, что могу выбрать это. Взгляд старика словно меня же и испытывал, но одновременно я понимал, что это я сам на себя смотрю. Все ли ошибки я исправил? Достоин ли я такого конца? Жить в теле квами до скончания веков — это то, чего я хотел?       — Фаттум! Фаттум, пожалуйста… вернись!       Я вздрогнул. Отрицательно помотав головой, я резко обернулся и со всей силы влетел в тело бездыханного квами. Прошло всего лишь мгновение, меня словно резко ударило током.       Я увидел заплаканные карие глаза.       — Фаттум! — Килиан воскликнул так громко, что я на мгновение оглох.       Он подтянул меня к себе и сильно прижал.       — Полегче… раздавишь, — прохрипел я, всё-таки принимая своеобразные объятия, — Что, испугался?       — Ага… — всхлипнул парень.       — Но как это возможно? — произнёс непонятно откуда взявшийся Сю Хань, — Ты должен был…       — Нет, всё логично, — вмешался Фу, — Фаттум отдал свою жизнь за спасение Килиана, но на тот момент парень не был мёртвым. Так что Фаттум и не погиб, магия уравновесила это и компенсировала…       Су Хан подошел чуть ближе и тут же… упал передо мной на колени.       — Приветствую Первого Мастера! — воскликнул он.       Пожалуй, это было достаточно странно, но… В руках Су Хан сжимал книгу чудес и листок выцветшей бумаги.       — Что это? — спросил Килиан, когда немного отошёл от первичного шока.       — Бумага, заверенная Мастером, автором этой книги. Я всё досконально проверил, это то самое пророчество! И сегодняшний день в деталях описан! А ниже, вот… Печать.       Су Хан развернул листок и продемонстрировал. И правда, даже картинки были. Я посмотрел на странную печать в виде ворона. Так и манила прикоснуться…       Впрочем, именно это я и сделал.       

***

      Дождь в этот день был нескончаем. Стена из первородной стихии не позволяла видеть дальше собственного носа. По пустынным горам идти было крайне тяжело, но у меня получалось. Всё-таки даже возраст не был помехой для человека истинно духовного.       Прозрение пришло неожиданно, ровно в тот момент, как разлом грани закрылся, а злой дух… Нет, я не в праве его так называть. Квами ушёл вместе с ним. Каким же я был слепцом. И глупцом. Ошибочная трактовка видения в прошлом стала огромным снежным комом в настоящем. Что же будет в будущем?       Я знал и ожидал дня, когда силы покинут меня окончательно. Ворота храма распахнулись, пустынные залы и веранды напомнили, что в этот период послушники и мои ученики отправились к горному озеру. В храме не было никого, кто мог задокументировать мои слова.       В тот день всё шло не так, я излишне торопился.       — Мастер, вы уверены? — хлопал глазами Флафф, — Ваш дар предвиденья вместе с кроличьими норами…       — Всё в порядке, у меня хватит на это сил. Я должен записать истину, должен успеть, иначе пророчество не сбудется…       Последние остатки магии я потратил на то, чтобы влить их в строки, спрятанные в священной книге. Я уже давно закончил её, давно собрал сведения обо всех квами, вот только…       Я посмотрел на собственные руки. Я допустил ошибку. Я самолично разрушил баланс, отклонив чашу весов. Если видение верно истолковано, уничтожение многочисленных светлых квами окончательно разрушит грани.       Теория, которую я давно записал, звучала предельно просто. Между всеми квами делится первородная магия. Каждый квами несёт в себе искру света, каждый квами отвечает за поддержание баланса.       Только на тот момент я не думал, что тёмные духи — тоже квами. Я ошибочно полагал, что это лишь маскировка, я действительно был слеп. Квами несут в себе первозданную магию, но что, если не будет сосуда для магии тени? Что, если баланс грани никто не сможет поддержать, а светлой магии из-за большого количества светлых квами, соответственно, станет больше…       Всё рухнет. И когда множество светлых квами погибнут, баланс, держащийся на честном слове, рухнет вслед, первозданная безудержная магия сотрёт границы мироздания.       — Но, Мастер, в таком случае… Вы будете готовы сами взять ответственность? — серьезно спросил Флафф.       — Разумеется. Я сам и своими же руками всё исправлю, правда… Перерождение это тонкая вещь. Не думаю, что всё получится так уж сразу, но… Я верю, что баланс будет поддержан. Благодарю за помощь, Флафф. Никому не рассказывай о том, что сегодня случилось.       В тот день я умер телом, но вот душа осталась цела. И пусть воспоминания мои бесконечно стирались, энергия целого мира никогда не выбросит ничего лишнего. Особенно когда ты всем сердцем желаешь помочь.       На моей душе тонкими нитями моей же магии выгравировалось одно-единственное слово, в которое я вкладывал истину, тот, кто сможет судить.       Фаттум.       

***

      На секунду повисла неловкая тишина.       — Кхем-кхем… — произнёс я, подлетая, — Вы двое… Уволены со своих должностей. Пока что я вас понижу… Но это только пока.       Я сложил лапки, указав на монахов.       — Что? — в один голос воскликнули Фу и Ли.       — Я всё сказал.       — Но, позвольте…       — Нет. Я подумаю, какое наказание вам придумать, но не сейчас, — я осмотрелся.       Мда. Город в разрухе, магия квами пока что нестабильна… Всё придётся делать самому. Ну, или почти самому.       — Что же. Тикки, Плагг.       Кажется, они и так всё поняли. Мы втроём взлетели вверх, к небу. Тикки и Плагг вытянули лапы, готовясь использовать магию одновременно. Два луча — светло-розовый, почти белый, и чёрный с зелёными молниями переплелись, прорезая облака.       Я вздохнул. Прикрыв глаза я воззвал к магии. Появилось чёткое желание использовать ее. И тогда к двум лучам прибавился третий — насыщенно фиолетового цвета.       Талисманы чудес зажглись, я ощутил, как мир словно вздохнул с облегчением, насыщаясь так необходимой ему магией. Грань закрылась окончательно, равновесие пришло в норму. Кажется, теперь точно всё.       

***

      — Я не говорил, что увольняю их.       — Я запомнил так.       — Я так не говорил.       — Ты говорил.       — Нет.       — Ага, говорил. Там же не только я был. А после ты игнорировал их полгода.       — Ну, надо же мне было показать, насколько я обижен… Но я сказал «отстраняю», а не «увольняю», — я указал на неверное слово в тексте.       Килиан закатил глаза и всё-таки исправил.       — Как думаешь, им понравится? — спросил он.       — Неплохая история. Кое-где ты приукрашивал, а в некоторых местах что-то забывал, но, в целом…       — Эй, ты всё время сидел рядом и сам всё одобрял! — возмутился парень.       Я улыбнулся, посмотрев на него. Всё такой же.       — Но это было приятно вспомнить… — протянул я, глядя на корешок книги, которую мы только что закончили.       Килиан пролистал все страницы, половина из них пустовала, но книга теней за один день не пишется.       — Согласен. Столько лет прошло, а вспоминаю так, словно это было вчера… — Килиан мечтательно откинулся в кресле.       Целых двенадцать лет прошло. Долго, но время, порой, летит совсем незаметно. Килиан и отучился уже, на переводчика, и работа у него есть, и даже собственная семья, пусть пока только из двух человек.       — Нужно будет потом дать им прочитать, — я кивнул в сторону металлической тёмно-серой шкатулки.       На некоторых её створках сияла роспись, но большинство пустовало. Пока что их только трое, но я рад даже этому. Как-никак, они были забавные. Паук, летучая мышь и волк. Интересные ребята, считающие меня своим безоговорочным лидером. Ну, от поста Мастера Ордена чудес я отказался давно, а вот Мастером Тёмных троп стал Килиан. И, да, это он придумал настолько пафосное название и титул, но уже приелось, так что ничего не поделаешь.       — Только через пару месяцев выйдет, — пожал плечами парень, — Ты же помнишь, что у нас поездка?       — Да-да… Только ты так и не сказал, куда именно.       — Катманду, — улыбнулся Килиан, — Знаешь, в окрестной деревеньке недавно было целое наводнение саранчи…       Я на секунду застыл, а, потом, хмыкнул.       — Что же, неплохо.       Килиан кивнул, пряча книгу в рюкзак. Парень встал из-за стола, на мгновение задержав взгляд на росписи позади. То самое здание, которое Килиан однажды показывал мне чтобы подружиться, теперь преобразилось. Не было ни разрухи, ничего. Находящееся в достаточно укромном месте, оно теперь выступило в качестве базы для нас с Килианом и других тёмных квами. О нём не знали даже Леди Баг и Кот Нуар, знал лишь Лука, который помогал сюда перетаскивать вещи, да Марк, который случайно обнаружил квами паука… Но это было давно, долгая история.       Роспись стены была закончена Килианом на следующий же день после спасения мира. Благо хоть, в тот момент никто кроме находящихся рядом личности героев и злодеев не раскрыл. В центре стены, где Килиан оставлял место для воображаемого героя теперь находился Аксель Найт в видоизменённом, улучшенном костюме, а вот герои по краям остались. Разве что Бражника Килиан исправил, сделав менее зловещим. Всё-таки его можно считать чуть ли не большим героем, ведь именно талисман мотылька всё это время брал на себя тонну магии и имитировал тёмных квами. Но, конечно, после исцеления Эмили Габриэль сам отдал и талисман павлина, и мотылька.       Килиан снова чему-то улыбнулся, подхватывая рюкзак.       — Погнали? — спросил он.       — Давай уже, герой.       — Фаттум, скройся в тени! — воскликнул Килиан.       Я никогда больше не пытался разъединить наши сознания, в том не было нужды. Килиан и я — партнёры, нам нечего друг от друга скрывать.       Тёмное парижское небо прорезал яркий фиолетовый луч, в мгновение ока пропавший, оставив за собой лишь свежий остаточный след. И каждый житель Парижа, глядя на то, как под облаками и между крышами домов мелькает быстрый силуэт, успокаивался, понимая, что их улицы находились под надёжной защитой.       Аксель Найт на секунду застыл в воздухе, рассматривая сверкающий город, который он так стремился спасти. Но теперь у Килиана и Фаттума появилась новая миссия — воплотить и приютить обездоленных тёмных квами, на протяжении веков находящихся за пределами чудесной шкатулки.