Руки Мастеров

Рука Арте не дрогнула и не прервала мазка, даже когда Лео окликнул её во второй раз. Мастер смотрел с лестницы, как ученица работает над портретом, целиком и полностью поглощенная движением кисти, прерываясь лишь на то, чтобы обмокнуть кончик в пигмент на палитре. Арте изменилась, причем изменилась не только с профессиональной точки зрения. Со времени возвращения из Венеции, девушка повзрослела, стала более сосредоточенной и сдержанной. Ее руки привыкли к трудной работе, стали ловкими и быстрыми, но при этом движения их остались мягкими и изящными, и Лео ловил себя на том, что с удовольствием наблюдает за тем как пальцы Арте скользят, обрисовывая мельчайшие детали украшений и кружева, завитки волос и складки платья. Если кто-то из богатых клиентов устраивал открытую картинную выставку, среди десятков полотен Лео мгновенно выделял работу ученицы – по особой тонкости черт, мягкости сложенных рук и тому, как деликатно обозначены скрытые под одеждой изгибы тела. Кроме того, Лео заметил, что ему приходится делать гораздо меньше замечаний ученице, ограниваясь короткими указаниями на недочеты. Порой они понимали друг друга вовсе без слов, Лео достаточно было ткнуть пальцем на ошибку, и Арте тут же спешила её исправить. Как ни странно, в мастерской при этом не стало тише – Арте не утратила своей жизнерадостной говорливости, порой могла что-то бормотать и даже напевать себе под нос, пока натирала и размешивала пигменты, готовила доски и работала над своими заказами. И Лео с не меньшим удивлением констатировал, что этот шум ему уже нисколько не досаждает. Наоборот, под негромкое мурлыканье было удобно сосредоточиться на собственной работе, словно оно создавало неуловимую гармонию с шорохом его руки по доске и поскрипыванию грифеля в пальцах. Кстати о заказах – после возвращения они сыпались на Арте один за другим. Всем дамам мало-мальски преуспевающих семейств захотелось иметь портрет руки художницы, что работала в Венеции по приглашению знатного дома Фалье. Вдобавок Вероника не уставала расхваливать Арте перед посетителями своего салона. Все это шло на пользу мастерской – хоть Лео и раньше не жаловался на отсутствие работы, теперь ему приходилось брать заказы вперед, клиенты готовы были ждать своей очереди, вместо того чтобы обратиться в другие мастерские. И все же, как бы хорошо дела ни шли сейчас, Лео не мог не думать о том, как долго это продлится. Вне всяких сомнений, Арте преуспела куда больше и быстрее, чем другие подмастерья, включая тех, что пошли в обучение раньше её. В ее сметливом уме, учтивых манерах и умелых руках крылся большой потенциал! Потенциал, которому однажды могло стать тесно в стенах маленькой мастерской. Лео замер, поймав себя на том что уже несколько минут крутит в руках яблоко, которое собирался с остальным обедом оставить для Арте на потом, чтобы не отвлекать ее от работы. Возможно, другим мастерам показалось бы странным, что он берет на себя часть обязанностей ученицы, но Лео давно привык не обращать внимание на чужое мнение по поводу того, как вести дела в своей мастерской. В конце концов, положение Арте всегда было несколько из ряда вон выходящим. И Лео был готов признать, что сейчас она уже переросла статус подмастерья. Осталось понять, куда она двинется дальше… Глава гильдии мастер Арольдо зашел к нему несколько дней назад и предложил помочь Арте перейти в другую мастерскую, побольше, где она сможет набраться нового опыта и заполучить больше клиентов. Лео согласился с этим, если Арте сама объявит о своем желании так поступить. Он уважал волю ученицы и всегда предоставлял ей самой принимать решения. Даже если они могли противоречить интересам его мастерской. Его интересам. Поездка Арте в Венецию заставила Лео осознать, что он действительно привязался к своей ученице, вероятно, привязался больше, чем к кому-либо за всю свою жизнь. Пока её не было, Лео обнаружил, что отвык от тишины, не нарушаемой её суетой. Он то и дело натыкался взглядом на опустевшее рабочее место, на наброски на стенах, сделанные ее рукой, а пару раз даже начинал готовить еду, машинально взяв продукты на лишнюю порцию. Вдобавок его внезапно начали донимать расспросами об Арте, причем не только постоянные клиенты, вроде Вероники или старика Убертино, но и едва знакомые люди. Словом, все это чертовски раздражало! И беспощадно подтверждало очевидное – если Арте решит уйти, покинет мастерскую навсегда, Лео будет сложно вновь жить как прежде. Но как бы там ни было, Арте имела право идти к своей мечте. Она заслуживала этого больше чем кто-либо! И кто он такой, чтобы ставить свои эгоистичные стремления у нее на пути?.. Лео запустил пальцы в волосы, словно надеясь вытряхнуть непрошеные мысли, и направился к столу – пора было подбить бухгалтерию мастерской за минувший месяц. Но пока перо в руке привычно скользило по строчкам с цифрами, мысли мужчины с докучливым постоянством возвращались к тонким девичьим рукам, порхающим над мольбертом. Арте трудилась весь день почти без перерыва, и когда после заката Лео поднялся к домику на крыше, чтобы отдать простыни, понадобившиеся ей для работы, его вдруг окатило холодом, когда ученица не открыла на стук. И хотя умом Лео понимал, что Арте не могла просто взять и исчезнуть, он испытал огромное облегчение, обнаружив, что девушка просто-напросто от усталости уснула прямо на полу, даже не погасив свечу. С ней так бывало частенько, особенно в начале обучения – не умея рассчитать силы, Арте ухитрялась засыпать прямо на ходу. Лео без лишних сантиментов расталкивал ее, либо – если дело происходило в мастерской – оставлял, как есть, разве что накрыв одеялом. Но в этот раз, при взгляде на хрупкую, лежащую в неудобной позе фигурку, на растрепанную золотистую макушку и беспомощно раскинутые по полу руки, Лео почему-то не смог просто развернуться и уйти. Осторожно подхватив Арте за плечи, а вторую руку поддев под коленями, мужчина поднял девушку, не в силах не думать об исходящем от нее сонном тепле и о том, что она даже тоньше и легче, чем кажется с виду. Надо бы проследить, чтобы ученица больше не пропускала обеды за работой… Лео уже хотел опустить Арте на кровать, когда та завозилась у него на руках. - Мастер… - пробормотала девушка во сне, а потом её руки вдруг взметнулись, обвив его шею. Мужчина замер, ошеломленный тем, так доверчиво Арте прильнула к нему, ощущением её пальцев, щекотно зарывшихся в волосы на затылке, и тем, как от всего этого у него резко перехватило дыхание. Он не мог сказать, как долго так простоял, прежде чем наклонился и уложил девушку на кровать – ладони Арте, расцепив объятие, скользнули по его плечам и груди. И Лео против воли подумал, что лучше бы вовсе ее не трогал, лучше бы оставил спать на полу! Потому что теперь ему самому будет не так-то просто заснуть, в тщетных попытках забыть ощущение этих хрупких рук, обдавших его жаром даже сквозь грубую ткань рубахи. Возможно, Арте действительно стоило перейти в другую мастерскую – сейчас, пока он еще был в состоянии ее отпустить… Спустя несколько недель, когда поступил заказ от кардинала Сильвио на портрет знатной гостьи из Испании, Лео был искренне рад за ученицу, ведь это мог быть тот самый шанс для Арте получить могущественного покровителя. Она уже была отличным художником – не хватало лишь этого последнего шага для всеобщего признания!.. После которого она сможет стать самостоятельной и решить, уйти или остаться. После которого он не будет обязан относиться к ней как наставник. И, быть может, тогда…