Всего лишь чьи-то тени

Длинные пальцы изящной женской руки перебирали маленькие перламутровые бусинки, нанизывая их на тоненькие трубочки и дополняя тем самым искусственные цветы. Каждое соцветие представляло собой красивые белоснежные лилии, на которые словно опрокинули баночку чернил: черные пятна покрывали сердцевину каждого цветка и каплями темных брызг оставляли следы даже на кончиках лепестков. — Надеюсь, госпожа, вам нравится мой скромный подарок? Я только закончила его, — бархатный голос красивой женщины с темными волосами звучал приятно, лаская слух. — Не правда ли выглядит чудесно? — Красота губительна, — прошептала ее собеседница, нервно покусывая губы и не сводя напряженного взгляда с нежных соцветий. Она знала. Знала, что не стоит доверять залитой светом оранжерее. Знала, что не стоит обманываться внешностью и мнимой доброжелательностью брюнетки. Знала, что в жестах темноволосой особы кроется насмешка. И знала даже то, почему женщина выбрала место среди живых цветов, чтобы, сидя за столиком для чаепитий, мастерить бутоны замаранных грязью фальшивок. Так иронично… И болезненно. — Зачем вы меня пригласили? — тряхнув головой, наиграла вежливость гостья. — Просто так, неужели для всего должна быть причина? — чужие губы растянулись в ласковой улыбке. Сплошная фальшь. Но порой достаточно бросить лишь одну наживку, и отчаявшийся зверь пойдет на любой риск, чтобы ее заполучить. Дама в белом грустно усмехнулась, покачав головой. — Вы жестоки, но, должно быть, в вашем мире по-другому и не выжить? Брюнетка замерла, сверля холодным взглядом свои творения, которые сама же аккуратно укладывала в плотную ткань, чтобы завершить букет. Сделав глубокий вдох, особа вернула на лицо доброжелательность и отодвинула связку искусственных цветов к другому краю стола. — Прежде чем говорить что-то о моей жестокости, вам стоит взглянуть на себя, — от чужой улыбки теперь бросало в дрожь, но собеседница лишь потупила взгляд, смотря на фальшивые бутоны. — Вы могли довольствоваться малым. Заниматься чем-то подобным. Найти какое-то хобби, сотворять такие маленькие произведения искусства. Без использования сил. Но что вы выбрали в итоге? Потерявшая свои первоначальные возможности, вы вместо того, чтобы обратиться к собственной «семье», так легко ухватились за руку помощи первой встречной. И даже зная, что пытаются разыграть на этой сцене мои маленькие подопечные, вы не отказались от моего предложения. Накалившаяся атмосфера так же быстро схлынула, как и появилась, а на лицо брюнетки вернулось привычное спокойствие. — Простая глупая гордость. Интересно, какие последствия вас будут ожидать из-за этого? Девушка в белом грустно улыбнулась, и ее рука потянулась к связке, вытянув из нее зеленый стебелек. Пальцы скользнули по нему и коснулись лепестков. Преподнеся бутон к лицу, светловолосая особа сделала глубокий вдох, и ее смешок, последовавший за этим, отразил еще большую тоску и даже сожаление. — Если бы было возможно обманываться меньшим, то и я бы, должно быть, просто мастерила такие цветы. Но знаете, что, госпожа? — улыбка на губах гостьи стала виноватой. — У них нет аромата. Брюнетка приподняла брови, но, хмыкнув про себя, лишь опустилась на резной стул, поправив лежавшую на плече толстую косу. — Обман остается обманом, а я желаю большего. Я, как вы видите, немного жадная, — коротко посмеялась блондинка. — Что ж, я могу понять, — чуть склонила голову ее собеседница, наконец расслабившись. Постукивая пальцами по поверхности стола, женщина, спустя пару минут раздумий, вновь подняла глаза на собеседницу. — Могу лишь пожелать вам удачи в достижении своей цели. Но до того времени, вы… — Я буду поддерживать ваших подопечных, — согласно кивнула посетительница. — Но можно узнать у вас, зачем вы затеяли свою собственную игру? Брюнетка неожиданно рассмеялась. — Разве мне нужна причина? Я лишь коротаю время, — качнула головой хозяйка оранжереи. — Я думала, у такой, как вы, должно быть более достойное основание, чтобы встряхнуть эту вселенную, — неловко улыбнулась блондинка. — В конце концов, вы же их Богиня. Брюнетка перевела на собеседницу задумчивый взгляд, а затем прикрыла глаза на несколько секунд. — Я не та богиня, которую они знают. Вернее будет сказать, что я только лишь одна из Ее Теней и чужая пешка, — усмехнулась женщина. — Не все так просто. — Если и вы «всего лишь чья-то Тень», то трудно догадаться, кто стоит за этой партией. И также сложно представить, кем могут оказаться другие фигуры на этой игральной доске, где даже целые миры могут оказаться не более, чем одной-единственной клеткой. — Даже мне это неведомо. Но, надеюсь, они не станут для меня преградой, — любезно улыбнулась темноволосая особа. — Потому что я либо уничтожу их… либо заставлю действовать по моим правилам. После этих слов, в оранжерее повисла продолжительная тишина, которая длилась до тех пор, пока брюнетка не взмахнула рукой. — На этом, думаю, можно закончить нашу встречу. Девушка в белом задумчиво глянула на собеседницу и неспешно кивнула. Взяв в руки лишь один бутон, она поджала губы, а затем, попрощавшись, испарилась белым туманом. Хмыкнув про себя, женщина, оставшаяся в одиночестве, коротко крутанула в воздухе рукой, и тьма накрыла спрятанный сад. Когда темнота рассеялась, в оранжерее никого не осталось, а живые цветы погибли. Лишь букет без одного бутона остался на столе, все такой же частично замаранный чернилами…