Всего лишь чьи-то тени

Кэссэгата

В путь мы отправились незадолго до рассвета, когда темнота медленно начала отступать, а черные силуэты в ночной мгле становились все более различимыми и отчетливыми. Хотя и без того присутствовало четкое знание того, что стены одного из домов Великой Нэмэзис — покровительницы всех благословленных ночью — остались позади. Но вернуться назад пока можно было все еще за какой-то жалкий отрезок времени, тогда как до столицы предстояло добираться еще несколько дней, если не недель, пешком или на лошадях. Будь мы все обычными жителями континента, конечно же. За те короткие мгновения, когда не просто небо начнет менять свет, но и само солнце постепенно начнет подниматься из-за горизонта, вся группа старших последователей сможет запросто преодолеет большую часть дороги. Если не всю. А пока приходилось терпеть, чуть морщиться и зябко кутаться в меховую накидку, подвязывать капюшон получше и мысленно отправлять ночные холода прибрежных территорий далеко к праотцам. Еще и поспевать за остальными было сложно! Все — выше меня на одну-две головы, заметнее, у каждого опыт путешествий и перемещений до столицы выработался за десятки походов. Некоторые из них даже посещали острова! А я только недавно попала в первую категорию Управляющих Скверной. Гиссэны нашего приюта всегда славились высокой квалификацией, а конкретно первая категория — это вообще мечта! Выше нее бывают разве что настоятели приютов и храмов имени нашей великой Богини и некоторые наставники. Даже придворные маги части королевств не могут сравниться по силам с выходцами из дома Богини Нэмэзис! — Ну, что, тенька, не устала еще? — раздался голос одного из спутников, и парень перекинул руку мне через плечо, наклонившись вперед и ухмыльнувшись. Капюшон и предрассветная темнота скрыли лицо, будто они могли полностью заставить исчезнуть саму данную личность… Зябкий холод пробрался от кончиков пальцев выше, подступил к горлу и заставил нервно сглотнуть… Ненавижу прикосновения… Они ведь еще и болью отдаются по всей спине… И ведь это еще и его прикосновения… Я резко скинула ладонь старшего из адептов Теней и ускорилась на пару шагов, нервно шнуруя подвязки теплой накидки получше. По телу прошлась дрожь и к горлу подступил ком. Терпеть не могу чужие касания. Это самое отвратительное, что может быть в мире… Богиня, как же хочется добраться до купален и обдать себя горячей водой, чтобы смыть с себя всю грязь. Как хорошо, что под накидкой не видно, как затряслись пальцы от сдерживаемых эмоций. — Тенька, первый день в нашей компании, а уже ведешь себя, как с ра-а-авными, ну разве можно так с более опытными по всем параметрам спутниками? — протянул Льиц, а я почувствовала все нарастающее раздражение. — А ведь ты же, по сути, у нас Тенька-невидимка, такая же мелкая и плевать все на тебя хотели. — Да что ты прицепился? — придав голосу максимальное безразличие, на которое сейчас была способна, рявкнула я. — Мы все тут Тени, и все — равны. А ты лезешь… Даже сейчас… Последние слова я пробормотала тише. Надо держать себя в руках. Надо контролировать эмоции. И попытаться отвлечься. Я покосилась на фигуру, что шла вдалеке, чуть опережая небольшой клин из пяти человек: с группой все же отправили нескольких наставников. Неужели дело настолько серьезное? Это, признаться, должно волновать куда больше двух недоучек из старшей группы. Подумаешь, природа этих идиотов наделила с рождения мощным даром… Так нет, даже в приюте таким все на блюдечке подается, а чего нет, но хочется — они могут просто взять силой. Тошнит от подобного. Очередной вздох, отсчитала до десяти, прикрыла глаза и чуть расслабилась. Когда же вновь посмотрела в небо, то выдохнула уже более успокоено — до заветных минут всего ничего, максимум — полчаса, минимум — дождаться одного только сигнала старшего из надзирателей. А пока — нужно лишь игнорировать остальных, не обращать внимания на двух суетящихся в своей тараканьей возне парней. Нет смысла становиться объектом для насмешек сейчас. Просто не стоит прислушиваться к их фразам, Кэссэгата. Игнорировать, игнорировать… Впиваться под плащом-накидкой своими же пальцами в собственную руку до боли, стискивать зубы. Как же раздражают! Наставники вечно говорят мне контролировать свой гнев… Ну уж извините, что я такая агрессивная! Между прочим, сами знают, что все Тени такие! Радуйтесь хотя бы, что ни разу не разнесла приют на кирпичики! Хотя вряд ли смогла бы — остановили бы раньше, но я даже не пыталась. Может, зря? — Именно это и бесит, когда ты задираешь свой нос и делаешь в обычное время вид, что нас нет, — чуть рыча, произнес Льиц, в этот раз распустив свои руки хлеще дозволенного, сначала поймав меня за запястье, развернул, скользнул рукой под накидку и притянул меня к себе за талию. Чувство тревоги и ужаса нахлынуло волной, заставив забыть, как дышать. Меня затрясло от отвращения. Ненавижу. Ненавижу. Просто ненавижу! Резко оттолкнув одного из старших последователей Нэмэзис, я невольно перестала себя контролировать. Уже в следующее мгновение я даже не смогла даже удержать человеческую форму, буквально рассыпавшись в прах, перетекший в плотный черный дым и устремившийся вперед. В мгновение нагнав в такой текучей облачной форме наставников, я с трудом собралась вновь в свой привычный облик. Кровь в висках пульсировала адской болью, а сознанию и телу вовсе показалось, словно я проделываю это впервые и для них это огромное потрясение. Я ведь даже не успела насладиться этим неповторимым чувством перемещения — даже не хотелось, а глаза так и слезились… О Богиня… Как же тяжко… Мне осталась только лишь назойливая боль в голове. Да и холод теперь пробрался и внутрь… Говорят же, что самое главное в любой ситуации — контроль над ситуацией и нельзя взрываться никогда ни в одном из смыслов. А я… не могу из-за того, как безумно мерзко стало на душе сейчас. Ненавижу... — Кэссэгата, — ледяной двоящийся голос позвал меня по имени, и я напряглась, поднимая взгляд на отделившегося от остальных наставника. — Прошу прощения, — тихо извинилась я, невольно присмирев. — Тратить силы на перемещение раньше времени расточительно, — неожиданно спокойно пояснил воспитатель. — Используй силы лишь по назначению. Что мне не нравилось в наставниках, так это то, что по искаженному голосу нельзя понять, кому он принадлежит. Также невозможно и увидеть лицо наставника — под капюшоном скрывалась беспроглядная тьма, появившаяся, конечно же, далеко не из-за влияния ночи, и которая останется даже в тот момент, когда солнце поднимется высоко над горизонтом. Чертовы меры предосторожности! Старшие служители-наставники никогда не рискуют, покидая храмы и приюты Нэмэзис в парах или компаниях, скрывая свои настоящие личности, чтобы было меньше попыток от их подопечных травмировать своих кураторов. Распространенное, знаете ли, явление в общественных храмах и приютах Теней. Скрыть лица было хорошим решением — когда не понимаешь, кто перед тобой, подставляться, чтобы рискнуть и убрать наставника, который тебе не по душе, не хочется, особенно зная, что под капюшоном может оказаться другой настоятель одного из домов. А получать наказания, которые буквально могут свести с ума, никто не желает. По крайней мере, когда ты уже видел последствия таких опрометчивых поступков на чужом примере. …И все-таки самое обидное было в том, что пока ты не достигнешь двадцатой весны, ты не имеешь возможности и права самому прятать себя подобным с наставниками образом! Да нам в принципе скрываться во тьме от других запрещено. Пока мы молоды, мы — лицо дома Великой Нэмэзис. И только потом мы можем официально стать ее Тенью. Мне до этого осталось подождать где-то три-четыре сезона растаявших снегов. А вот этим двум низшим тварям, Льицу и Тэуцану, Свет их побери, нужно лишь пару недель до этого. Чтоб их имена стерла Пустота… — Юная Тень, ты меня слышала? Как же раздражают эти безэмоциональные голоса… Вздохнув и подавив остатки так и неродившихся всхлипов, я кивнула. Тяжело сдерживать эмоции… Некто из воспитателей еще какое-то время пробыл подле меня, повернув голову в мою сторону и, кажется, сверля взглядом, но вскоре вернулся в строй. Я же чуть убавила шаг, немного увеличив дистанцию между собой и взрослыми Тенями. Но решила держаться подальше от остальных воспитанников. Не хотелось рядом с ними вообще находиться. Ничего, осталось добраться до столицы, а там уже и угнетать присутствие остальных не будет… Как только главная фигура в клине наставников вскинула руку, заставив остановиться всю процессию, показалось, словно все вокруг замерло. Я в том числе, хотя глубоко внутри встрепенулось предвкушающее чувство, вытесняющие тяжесть в груди. Наконец-то, хоть что-то хорошее! Еще одно короткое движение женской кисти, и пятеро человек взорвались темным дымом, рванувшим в сторону от поднимающегося белоснежного диска солнца. Пять первых потоков истинной черноты, что не замечали ничего на своем пути, устремились в сторону от каменистых утесов у моря. Темнота ночи начала отступать, выставляя очертания предметов, что теперь откидывали тени… Тени… Еще несколько черных ручьев скрылись вслед за старшей пятеркой. Одна, две, еще четверо… Хмыкнув, я наконец расслабилась и пустила смешок. В этот раз я смогла позволить себе насладиться мгновением, прикрыв глаза. Еще недавние проблемы становятся менее значимы, когда ты перестаешь быть «человеком». Вновь тело потеряло привычную устойчивую форму, обратилось облаком тьмы, мельчайших частиц. Восприятие изменилось, одновременно, словно окончательно исчезнув и вместе с тем в противовес заострившись до предела. Описать, что чувствуешь, становясь черной тенью, неспособным остановиться дымом, невозможно, но это, должно быть, похоже на ощущение полета, кажется, словно ты понимаешь его, воспринимаешь каждой клеточкой распавшегося в пепел существа. И даже сознание не такое, как и обычно… Нет сил на злость, ставшую частью меня, нет сил на ложь, есть лишь сладкое умиротворение. И маневрирование между деревьями. Я обогнала двух других последователей Нэмэзис, поднялась над толстым корнем дерева и даже не обратила почти никакого внимания на тихий взрыв справа — еще двое гиссэнов во время перемещения столкнулись, и их отбросило в сторону, вновь собирая в нормальные облики. Еще раз поменяла траекторию, теперь уже пролетев над верхушками деревьев. В следующее мгновение я устремилась к солнцу так, словно мотылек, решивший спалить крылья. Крыльев нет, ничего нет — один только дым. И я замерла, любуясь светом, как не смогла бы, будучи человеком — да я бы тогда просто глаза сожгла! А так — глаз нет, лишь очертания ауры, лишь только ощущения… Где-то там подо мной проносились деревья, поля, речушки… Скалистые камни, горы… Вот, я резко рухнула вниз, а затем от подножья вновь направилась вверх, почти касаясь отвесного склона. На какие-то секунды устремилась и вовсе к небу, прежде чем уронить себя вниз, в тень и спасительную черноту. Еще немного, и хребет остается позади, а я все спешу вперед, все еще не хочу собираться в облик человека, несмотря на с каждой секундой растущее ощущение тяжести. Ориентируясь на оставшийся след темной энергии наставников, я в какой-то момент нагнала клин из пяти дымчатых Теней. Кто-то из них начинает замедляться и сворачивать в сторону: видимо, часть группы уже обратилась в людей и надо за ними возвращаться, чтобы потом привести к остальным. Постепенно и остальные последовали чужому примеру. Лишь только один поток тьмы все также спешил вперед, пока солнце полностью не оторвалось от линии горизонта. А мне становилось все тяжелее поспевать за ним. И боль, словно я начала сгорать, не давала покоя. Я сделала последний рывок, постаравшись не отставать. Вдали уже показались крыши домов, и я испытала облегчение, ведь когда приятное чувство полета постепенно переросло в едва терпимое давление, стало гораздо сложнее. Дым-наставник снизился, не обращая внимания на шарахающиеся в сторону и прячущиеся точки-фигурки, которые порой просто сносило порывами ветра, как и их вещи. Теперь пришлось маневрировать не между стволами деревьями, а среди домов, переулков каменных строений и перекладин. Последние невыносимые мгновения, и воспитатель обретает вполне человеческие черты, медленно опускаясь к площади. Сплетается сначала в силуэт, что движется вперед, а после и вовсе в женщину, которая спокойно продолжила идти вперед, даже не сбившись с шага. В отличии от меня! Я заскользила прямо по мощеной плиткой поверхности, и, возвращая прежний облик, пару раз кувыркнулась, едва не запутавшись в собственной накидке, и все равно в итоге осталась лежать навзничь на земле и смотреть в небо. Пара секунд рассматривания розоватых облаков, попытка привести дыхание в порядок, и я оказалась не в силах сдержать по-детски искренний смех. Обожаю перемещаться таким образом! Самое лучшее, что может быть! Так у меня еще и получилось добраться с первого раза прямиком до центрального города! Нет слов! Потряхивая рукой с чуть покрасневшей кожей, я все-таки поднялась на ноги, поправляя накидку и, все еще не в силах избавиться от улыбки, обернулась на наставницу. Вот только улыбка сменилась кислым выражением лица, и я даже поморщилась, когда на площадь ворвалась еще одна Тень. Снизилась, сразу перевоплотившись и начав кувыркаться, сгруппировалась уже в образе молодого парня, который, прежде чем остановиться, уперевшись коленом и ладонями в землю, и вовсе успел накинуть на голову капюшон. Показушник! Я фыркнула, молча направившись к воспитательнице и игнорируя Тэуцана. Слава Нэмэзис, что хотя бы Льица пока не видно! Оказавшись возле старшей Тени, я расслабилась и вновь хмыкнула. Что ж, в любом случае собой и своим результатом моя персона довольна. — Итак, судя по всему, в этот раз хоть кому-то удалось поспеть за мной и оказаться здесь. Браво. Что ж, добро пожаловать в столицу. Но… То, что вы прибыли раньше остальных означает только то, что вы просто приступите к своей работе раньше опаздавших. Некоторое время мы подождем тех, кто немного отстал, а потом направимся сразу в королевский дворец. Я пожала плечами, но улыбка стала чуть более хищной. Что ж, не терпится наконец зарекомендовать себя перед королевством, как представительницу многообещающих гиссэнов…