Эхо потерянной мелодии

Я исследовала пальцами обшарпанную парту, пока классный руководитель читал лекцию о том, как лучше подготовиться к экзаменам. Это длилось уже, наверное, двадцать минут, и от его монотонной, замедляющей время речи хотелось спать. Умирая от скуки и духоты, я потянулась за скетчбуком, но вот-вот взяв в руки карандаш, подумала, что его речь подошла к концу. Только он совсем не собирался заканчивать и просто перешел к новой теме. Напутственные слова будущим абитуриентам. – Конечно, мы еще увидимся с вами на экзаменах и выпускном, но я хотел бы вам... Я поморщилась. Он никогда не любил меня, а я не любила его. И с этим местом меня ничего и никогда не связывало. Когда он все же закончил, я, часто поглядывая на часы, стала торопливо спускаться по лестнице к раздевалке, чтобы забрать свою ветровку. Несмотря на то, что сегодня был последний учебный день, запрет на прогулки никуда не испарился. Но разве родители смогут что-то сказать мне, если ничего не узнают? Я быстро вышла из шумного здания и направилась в сторону остановки. Она уже ждала меня там. Сидела, едва склонившись над сумкой, и читала. Одна рука последовательно теребила страницу книги, а другая подпирала подбородок. Локоны распущенных волос падали на глаза, и она то и дело убирала их за ухо, одновременно поправляя очки. С умилением я смотрела на нее. На остановку подъехал автобус. Она оторвала взгляд от книги и, потянувшись, заметила меня. На лице расцвела улыбка. Она резко встала и подбежала ко мне. Обняла. Я обняла ее ответ. – Почему ты не подошла ко мне? – Не хотела отвлекать, да и наблюдать за тобой – одно удовольствие. Через пару минут приехал наш троллейбус. А меньше чем через час она уже лежала на моих коленях, а я медленно водила рукой по ее слегка растрепанным волосам. Рядом на скамейке стояли две жестяные банки из-под энергетика. Мы сидели на нашем любимом месте в центральном парке города. Солнце предательски пекло в голову. Внезапно она приподнялась и, потянувшись к уже пустой банке энергетика, стала отдирать от нее открывалку. Я невольно засмеялась. – Нет, ну а что? – Да ничего. Послышался вздох и едва различимый шорох ее отдаления. С улыбкой я наблюдала за ее плавными движениями. Она сняла очки и легла обратно ко мне на колени. – Возможно, сейчас я прозвучу очень странно, но у меня есть к тебе один вопрос. – Ммм...? – Мы уже столько времени вместе, а ты так и не рассказала мне, почему тебе не нравится твое имя. – А, – я усмехнулась. – Да ты и не спрашивала. Дело в том, что «Мария» ассоциируется у меня с чем-то религиозным и божественным. Моих родителей нельзя назвать сильно набожными или истинными верующими, но в детстве мне вдалбливали мысль о том, что это имя было дано мне в надежде на сохранение моей душевной чистоты. Ожидали, что у них вырастет ангелок, но не заметили, как сами же взрастили дьявола. – В тебе нет совершенно ничего дьявольского. – Не для них. Она улыбнулась и послышался щелчок. Вовремя.