Мы же на ты?

Прошло пару дней, минувшие события уже не так остро отзывались в памяти, а жизнь в университете шла своим чередом: бумажная волокита, работа до вечера и бессонные ночи, которые уходили на подготовку лекций и проверку домашних работ студентов. Долгожданный выходной после первой рабочей недели. Яркие лучи солнца пробиваются в окно сквозь белый густой туман, и сотни тысяч пылинок кружатся в нежном, золотом сиянии. Легкая прохлада в комнате заставляла накрыться одеялом с головой. Проснувшись, Арсений первым делом взглянул на часы и обнаружил, что проспал больше семнадцати часов. Он протёр глаза, взял телефон и, прежде чем заняться утренней рутиной, зашёл в группу преподавателей вуза, в которой они почему-то вместо планов на неделю обсуждали, кто мог повесить на туалете табличку «не курить траву». Арсений ухмыльнулся. Не желая вступать в бесполезный спор, он направился в ванную комнату, попутно думая о том, что приготовить на завтрак. Подставив руку под струю тёплой воды и простояв так пару минут, он наконец взял в руки щётку. Каждое утро в квартире мужчины начиналось одинаково: крепкий кофе, насыщенный завтрак и Алиса, по команде включающая плейлист дня. По улицам желтым от листьев опавших Иду в пустоту, в мир любви не познавших. Зайдя на кухню, Арсений услышал первыми именно эти строчки и почему-то они заставили его задуматься. Он ведь и правда о любви знал не много. Точнее, ничего. Попов рос в полной семье, но строгость отца и равнодушность матери сделали его достигатором, ограждающим себя от каких-либо чувств. Если родителям никогда до него не было дела, с чего он взял, что сейчас его кто-то сможет полюбить? Чтобы вновь не чувствовать себя отвергнутым, он закрылся от всех и с головой ушёл в работу. Рядом были близкие друзья, и, в целом, этого было достаточно. Отгоняя неприятные мысли, мужчина сел в любимое мягкое кресло, наслаждаясь натуральным французским кофе. Этот день он посвятит себе. Ясная погода за окном манила на улицу. Поддавшись соблазну прогуляться пешком впервые за пару недель, Арсений собрался, надел чёрные, подчёркивающие фигуру джинсы, футболку, и недавно подаренные Димой яркие кеды. Справившись со шнурками, завязать которые чаще всего было адской пыткой, Попов взял ключ, вышел из квартиры и одним аккуратным движением запер дверь. Улица встретила его привычным городским шумом, лёгким ветерком, ещё не пожелетевшей на деревьях шелестящей листвой и восхитительным запахом, исходящим от кондитерской неподалёку. Несмотря на недавний завтрак и желание поддерживать спортивную форму, через пару минут мужчина уже стоял около двери невысокого эстетичного здания. Открывая дверь и осторожно перешагивая ступеньку, он зашел внутрь. В нос ударил аромат свежей выпечки. Маленькая неоновая подсветка на стене отлично вписывается в минималистичный интерьер, пару столиков, стоящие неподалёку, заняты несколькими людьми, а стеклянный прилавок с различными сладостями выглядит очень манящим. Взгляд мужчина падает на аппетитные пончики, круассаны и… — Оксана? — тихо, неуверенно произнёс Арсений, будучи не совсем уверенным в том, что перед ним стоит та, о ком он подумал. Девушка с каштановымм волосами до плеч обслуживала последнего покупателя, и, отдав сдачу, немного приподняла голову, натыкаясь на взгляд ярких голубых глаз. — Арсений? Ты как тут? — она выходит из-за кассы и немного приобнимает мужчину, заоостряя внимание на ярких черно-красных кедах. — Классные! — с улыбкой прокомментировала подруга. — Правда? Спасибо. — смущенно пробормотал Арсений. Почти все, с кем он знаком, начиная от близких друзей и заканчивая студентами в университете, обращают внимание на его стиль и каждый раз одаривают приятными комплиментами. Он сам, честно говоря, не видел в нем чего-то особенного. Но раз нравится — значит что-то есть. — Как твои дела вообще? Давно тут работаешь? — прервав поток собственных мыслей, спросил мужчина. — Недавно устроилась. Пару недель назад. Перешла на четвертый курс и теперь вообще ничего не понимаю и не успеваю. — Арсений опомнился. Неужели в последний раз они говорили несколько месяцев назад? Оксана — тот тип друзей, с которыми ты можешь днями, неделями, да что там. годами не поддерживать связь, а они все равно всегда тебе рады и готовы помочь. — А сам как? Что нового? — осторожно спросила девушка, заметив, как мужчина задумался. — Первая неделя тяжело далась, но дальше должно быть лучше. Нового, в принципе, ничего. — Арсений вздохнул, продолжив говорить. — Был в Москве летом, но делать там особо нечего, поэтому решил, что будет лучше отдохнуть дома. — Оксана посмотрела на него диким взглядом в силу того, что у самой давно не получается выбраться в столицу, а ему, видите ли, делать нечего было. — Арс, ну ты даёшь! — усмехнулась она, поправляя прядь волос, вылезшую из-под белого ободка. — Я все лето мечтала. Но ничего, ещё успею выбраться. — Арсений заметил, что её взгляд стал каким-то грустным. Он понимал причину, но как будто она была не только в этом. — Всё хорошо? Какая-то ты зашуганая. — В целом, Оксана всегда была буйной, но чаще всего её глаза были наполнены восторгом, а не как сейчас — грустью. — Ну. Не совсем. — осторожно начала девушка, снова покосившись на яркие кеды Арсения, которые почему-то не отпускали её взгляд и потому казалось, что она просто смотрит в пол. — Завтра приезжает мама. — улыбка исчезла с её лица. Жизнерадостность, с которой она встретила его две минуты назад, тоже куда-то пропала. Арсений сам знает это чувство. — А я не говорила ей, что работаю. Не хочу, чтобы она знала. Сам знаешь, какие у нас с ней отношения. — растерянно проговорила она. А Арсений знал. Правда знал. — Нужно будет во второй половине дня уйти, встретить её. А я не могу. — Безысходность на лице Оксаны его тронула. Он понимал, как она переживает перед встречей и ему не хотелось, чтобы подруга чувствовала себя плохо. — Может я могу заменить? У меня пары только до двенадцати. — Не то что бы Арсению хотелось провести пол дня, стоя на ногах, но желание помочь близкой подруге пересиливало. — Что? Правда? Прям серьёзно?! — её карие глаза в свете солнца вновь засияли янтарный блеском. Она расплылась в улыбке и, встав на носочки, обхватила плечи мужчины в знак благодарности. — С меня билет в театр! — пообещала девушка, немного успокоившись и обращая внимание на нового посетителя, вздрогнувшего от внезапного расската грома. — Не обязательно, но ладно, буду рад. — Не скрывая довольства ситуацией проговорил Арсений. — Тогда как завтра? Ключи оставишь? Или прийду сменю тебя? — засыпал вопросами мужчина. — Буду ждать тебя около часа. Придёшь, дам форму, уйду и оставлю ключи. — Арсений обратил внимание на её фартук. Интересно, как бы он смотрелся на нём. Вот завтра и узнает. — Хорошо. Договорились. — подытожил мужчина, вспоминая, зачем вообще пришёл. — Теперь, солнышко, дашь мне пожалуйста вон те две булочки с маком? — попросил, улыбнувшись, Арсений. Оксана обслужила его, и он, доставая одну, аккуратно протянул её девушке, заставляя её засмущаться. Она поблагодарила его и Арсений, чуть не споткнувшись на ступеньке перед дверью и услышав смешок сзади, наконец вышел. Интересно получилось: заходил за булочкой, вышел с дополнительной работой. — Пронеслось в его голове. Солнце сменилось тучами. Капли мелкого, внезапного дождя ударяются о распареный асфальт. Где-то вдали ярко сверкнула молния, а за ней послышался гром. Ветер неосторожно срывал листья с деревьев, заставляя их какое-то время кружиться в воздухе, а потом бросаться под ноги случайным прохожим, смешиваясь с грязью и прилипая к подошве. В целом, Питер редко радовал хорошей погодой, и потому даже короткое солнечное утро может было считать счастьем. По крайней мере, так думал Арсений. Ему казалось, что сейчас он находится там, где нужно и поэтому спокойно принимал переменчивое настроение города. *** Дождь хлестал всю ночь. Из-за затянутого тучами неба рассвет наступил около семи часов, в момент, когда Арсений коснулся рукой будильника на телефоне, машильно его отключив. Он окрыл глаза и сонно осмотрелся вокруг. На столе стояла кружка с недопитым кофе и нетронутая булочка рядом. Странно — подумал мужчина. Видимо он ещё не вошёл в рабочий ритм и первая учебная неделя уж слишком его утомила. Приведя себя в порядок и быстро съев наскоро пожаренный омлет с недоеденой со вчера булочкой, Арсений натянул выглаженную белую рубашку, обтягивающие брюки и пиджак, который, по словам студентов, был ему очень к лицу. День в университете пролетел быстро. На первых двух парах он рассказывал о литературных направлениях и объяснял первокурсникам чем романтизм отличается от сентиментализма, а на второй, быстро проанализировав произведение В.И. Лукина «Мот, любовью исправленный» с третьим курсом и написав проверочную, отпустил их домой. Арсений, взглянув на часы, увидел, что уже почти пол первого, быстро собрал вещи и сел в машину. Он вновь подошёл к зданию, открыл дверь и услышал привычный звук колокольчиков, который отозвался в ушах Арсения приятным перезвоном. Оксана встретила его яркой улыбкой и уже без формы. — Привет, я ждала тебя, — приобнимая, она дала ему в руку ключи, между делом показывая, где лежит форма и как правильно её надеть. — Надеюсь, все пройдёт хорошо. Я зайду вечером. — девушка надела лёгкую джинсовку и направилась к выходу. — Кстати, — она обернулась и на пару секунд застыла, — Здесь сегодня будет мой помощник. Он занимается выпечкой и порой помогает мне с бумажками. Кстати, он только что вышел покурить. Я его предупреждала, думаю, вы поладите. — закончив, она пожелала другу удачи и вышла. В обеденное время клиентов было немного, поэтому Арсений сел за стеклянным прилавком, который закрывал его почти полностью. Кстати, фартук ему идёт. И он очень даже уверен: увидела бы его какая-то из студенток, она бы точно представила что-то неприличное. Мужчина встал, чтобы взять со стола ручку, но его взгляд привлек лежащий на столе небольшой золотой бейдж, на котором чёрными буквами была выведена надпись «Антон Шастун». Как только он сел обратно, в паре метров послышался уже ставший таким знакомым за два дня звон колокольчиков. — Привет, — резко встав, громко поздоровался Арсений. Парень вздрогнул. Испуганный взгляд голубых глаз натыкается на безмятежный голубой океан перед собой. — Так это ты, значит, Шастун?