***
Лес притих. В этой пугающей тишине были слышны далекая поступь многих коней, звон копий, кольчуг и мечей, бормотание людей. Я взобралась в седло, одновременно прислушиваясь к происходящему сквозь собственное сердцебиение, эхом отдававшееся в моих ушах. Смех, приказы, плеск воды, когда они переходили ручей. Кто-то ругнулся. И тут я увидела его… Всего лишь на миг Джейме Ланнистер промелькнул мимо деревьев. Лунный свет посеребрил золото его волос и брони. Рыцарь-герой, говорила про него Санса, грезившая балладами. Похож на короля, кивал Джон. Короля, убившего своего короля… Моего безумного деда, если подумать… Я вцепилась в луку седла. Боги, прошу не дайте Ланнистеру добраться до Робба! За Джейме тянулись остальные — колонна рыцарей, вольные всадники, наемники — часть ланнистерской конницы. Робб тоже командует конницей и именно их противостояние решит эту битву… Завыл рог Мейдж Мормонт, означая, что последний вражеский всадник попал в ловушку. Раздался вой Серого Ветра. Луна зарычала, роя землю лапами от нетерпения. Лучники Робба, спрятавшиеся на ветвях, дали залп. Вскоре до нас донесся его голос: — За Винтерфелл! Мы стояли на краю долины и деревья скрывали большую часть происходящего. Оставалось лишь положиться на слух, вглядываться было тщетно. Я глянула на леди Кейтилин, закрывшую глаза. Она не произнесла ни слова, но мне захотелось последовать её примеру. Буду слушать, а когда открою глаза, то все уже закончится. Надеюсь, увижу перед собой Робба, а не Джейме Ланнистера… Треск ломающихся копий… Крики «За Ланнистеров!», «За Винтерфелл!», «За Талли!»… Сталь скрежетала о сталь, свистели стрелы, ржали кони… Раздвались стоны раненых, просящих пощады. Сквозь весь этот шум послышался громкий голос Робба: — Ко мне! Все ко мне! Раздался крик лютоволка, лязгнули зубы, слились в один крики ужаса человека и коня. Луна тихо зарычала. Я сжала поводья, сглотнув. Звуки начали стихать. Открыв глаза, я увидела, что на востоке уже забрезжил кровавый рассвет. Завыл Серый Ветер, эхом отозвалась Луна. Не знаю как, но я поняла, что вой был победным. Север победил. Мы выиграли эту битву…***
Раздался гул копыт и из леса вырвалось войско в цветах Старков. Видимо, конь Робба, на котором он спускался в долину, пал, потому что кузен вернулся на пегом мерине. Волчья голова, изображенная на его щите была изрублена, в древесине виднелись глубокие борозды, но сам Робб вроде бы был невредим. Хотя… — У тебя кровь. — Леди Кейтилин указала на руку сына. Кольчужная перчатка и рукав были потемневшими от крови. — Ты ранен? — Я подъехала поближе. — Робб, что случилось? — Нет, — он сомкнул и разомкнул пальцы, качнув головой. — Это, кажется, кровь Торрхена… или… Не знаю. За ним следовала грязная, помятая, но довольная толпа. Впереди Теон и лорд Амбер вели обмякшего Джейме Ланнистера. Значит, получилось… Отлично, теперь у нас есть важный пленник. Теон бросил Ланнистера перед нашими с леди Старк лошадьми; Рейна отступила, заартачившись, но я сдержала её крепкой рукой. — Цареубийца. — констатировал очевидное Халлис. Какое же правдивое, хоть и омерзительное прозвище… Стоя на коленях, Ланнистер поднял голову, тряхнув спутанной золотой шевелюрой: — Леди Старк. Леди Анаис. — На секунду я встретилась с взглядом изумрудных глаз. Он резко усмехнулся как делал всегда — и в Винтерфелле, и при дворе. — Мне следовало бы отдать вам свой меч, но я, увы, потерял его. Я не слышала, что ответила леди Старк, думая совершенно о другом. Этот человек ранил моего дядю, убил моего деда. Джейме Ланнистер сотворил много зла, и мне следовало бы ненавидеть его. Однако, глядя на него такого — в грязи, в ссадинах и порезах, со спутанными волосами — я не могла не чувствовать ничего, кроме жалости. Жалость и только… — Боюсь я утратил и их. — ответил пленник на слова леди Кейтилин. Заря уже золотила его волосы, кровь бежала по лицу из глубокого пореза над глазом. Кому-то удалось задеть его, но был ли этот кто-то жив и сейчас? Сколько мы воинов потеряли в этой битве? — Жаль. — Прохладным голосом заявила леди Старк. — Убей его, Робб! — воскликнул Грейджой, подначивая моего кузена. — Снеси ему голову! — Глупец, — прошептала я. Убей его и на себе это ощутят кузины с дядей. — От живого нам будет больше пользы. Взгляд Робба говорил, что он намерен поступить по-своему. Он стащил окровавленную перчатку. — Мой лорд-отец не любил убивать пленников после боя. — Мудрый человек. — заметил Джейме, кивнув. Я приподняла бровь. Несмотря на свое достойное поведение, он, надеюсь, осознает, что Ланнистерам придется ой как непросто с мальчишкой-королём на троне? Особенно, с таким мальчишкой как Джоффри? — Уведите его и закуйте в кандалы. — услышала я собственный голос, прежде чем смогла остановиться. Немного помолчав, добавила: — И займитесь его порезами. — Выполняйте приказ моей сестры, — махнул рукой Робб. — Мы можем закончить все сейчас! — Воскликнул Ланнистер, когда его подняли на ноги. — Я за Ланнистеров, а ты за Старков. Мечами, копьями, зубами или когтями. Выбирай. Уголок моего рта дёрнулся вверх от этого заявления бездумной храбрости. Хотелось бы мне посмотреть, как твои когти, лев в цепях, одолеют когти Серого Ветра, но нет… — Если мы так поступим, Цареубийца, то ты победишь. — В голосе Робба слышалась сталь. — Мы не поступим по-твоему. Джейме увели, ворчание Амбера сопровождало его, а я повернулась к Роббу. Все радовались победе, и лишь он сам выглядел удрученно. — Сегодня я отправил две тысячи людей на смерть, — тихо пробормотал он так, чтобы слышала лишь я. — Война ведь еще не окончена. — Мне самой не по себе, но нас ведь учили, что на войне без жертв никак. Единственное что мы можем — это сократить их количество. — Положила руку на его плечо, сжав. — Соберись, Робб. Ты нужен своим людям. — Я знаю. — Робб сжал мою руку своей. — Проследи, чтобы пленника хорошо охраняли. Лорд Карстарк захочет его смерти. Твой совет с заложником… пригодился. — Будет исполнено, — улыбнулась я, заставив кузена усмехнуться. Он-то знал, что для меня навсегда останется тем самым Роббом, а не важным лордом Винтерфелла. Я спешилась и, позвав Луну, пошла вслед за Ланнистером. Не было надобности спрашивать, почему лорду Карстарку нужна смерть брата королевы. Его сыновей из охраны Робба я не увидела, а в битве это значило лишь одно… Пусть смилуются Боги над ними…***
По дороге я вспоминала день, когда король приехал на Север и изменил все. Если бы не это, дядя бы не стал изменником Короны, а Бран… Бран бы не стал калекой таинственным образом, когда все отправились на охоту. Но все ли тогда ушли? Ланнистера приковывали к столбу, когда я их нагнала. Порез на лице ему еще не обработали — лекарь только собирался стереть кровь и нанести мазь. Я остановила его движением руки. — Дайте мне. — Забрав миску с водой, тряпку и мазь у лекаря, я повернулась к стражникам. — Оставьте нас на несколько минут. — Но, миледи… — Попытался запротестовать один из них. — У нас приказ не оставлять его без охраны. — Со мной Луна, — холодно ответила, кивком головы указав на лютоволчицу, чья серебристая шерсть отдавала розовым оттенком в лучах морозного солнца. — Если прикованный пленник и попытается что-то сделать, то станет ужином для неё быстрее, чем его руки достигнут моей шеи. Думаю, все это понимают? Я обвела взглядом всех присутствующих, остановив его на сире Джейме. Он усмехнулся, отведя взгляд. — Слушаюсь, миледи, — согласно кивнул стражник и отошел вместе со своим товарищем; лекарь потрусил за ними, спрятав руки в широких рукавах своих одежд. Я опустилась прямо рядом с Ланнистером на колени, не заботясь о чистоте платья, и окунула тряпку в воду. Коснулась его лица, стирая кровь сильными движениями. — Вы как всегда чудесно выглядите, леди Анаис, — пробормотал сир Джейме, прикрыв один глаз, чтобы в него не затекла вода. — Походная жизнь вам к лицу. Уже явно не та юная девочка, что сопровождала меня в Винтерфелле. — Ваша семья заставила меня повзрослеть раньше времени, — тихо ответила, выжимая тряпку. Вода в миске окрасилась в розовый. — Ненавидите меня за это? — На меня уставились изумрудные глаза, когда я коснулась рукавом платья его лица, вытирая капли холодной воды. К моему удивлению, он дрогнул на мгновение, но я не могла сказать было ли это от моего прикосновения или взгляда глаз Таргариенов впервые за долгое время с убийства короля. Одними губами сир Джейме прошептал: — Какой странный цвет глаз для северянки… — С каким родилась, — буркнула я, опуская руку и отводя взгляд. Луне явно манеры Ланнистера не пришлись по нраву. Раздался утробный рык, прекратившийся стоило мне поднять руку. — Я не ненавижу вас, сир. Но многие здесь захотят видеть вашу голову на пике. — Пусть. — Брат королевы не отводил от меня взгляда, когда я начала мазать его порез месивом с резким, травяным запахом. Усмехнулась. — Вы не боитесь смерти? — Тьма поглотит всех нас рано или поздно. Не понимаю зачем рыдать из-за неизбежного, — ответил он с легкими нотками беззаботности в голосе. Я окунула пальцы в воду, чтобы смыть с них мазь. Останусь здесь ещё ненадолго… Роббу я всё равно пока не нужна, особенно, когда его мать рядом. А мне не хочется быть подле неё… — Мой…брат, Бран… — Когда-нибудь я избавлюсь от паузы перед словом «брат». — Как он упал? — Я его столкнул, — раздался тихий ответ. — Он сунул свой нос куда не положено. Сжала руки. Так спокойно сказано… Так легко… — Ясно. Благодарю за правду, сир Джейме. — Теперь вы пойдете докладывать своему брату, и мою голову все-таки отправят на пику с позволения мальчишки, — протянул Ланнистер, так, будто в точности знал, что я намерена сделать. — Нет, ведь ваша казнь не вернет Брану ноги. — Я пожала плечами, спрятав руки под плащом. — Моей семье сейчас не до этого. Тем более, я считаю, что после этой войны многое изменится. Сейчас необходимо к этому подготовиться, а не устраивать казни, которые не уберут чувство потери и горечи. Ланнистер поднял брови, впервые сбросив с себя маску безразличия, под которым таилось искреннее удивление. И в этот раз я не отвела взгляд, чувствуя как правда успокаивает чувство неизвестности, которое присутствовало с момента падения Брана. А тайн у меня и так было достаточно. Что значила ещё одна? — Вам надо выспаться, леди Анаис, — мягко произнес Джейме Ланнистер, кивая, казалось, собственным мыслям. — Эта война будет очень долгой. Благодарю, что так великодушно обработали мою царапину. Я встала на ноги и отряхнула платье, чувствуя странное желание улыбнуться. Луна подбежала ближе, подталкивая меня мордой к выходу, когда я подняла миску с розовой от крови водой, мазь и тряпку. Иду, иду я… Повернувшись к пленнику спиной, я, неожиданно для себя самой, произнесла: — Постарайтесь сделать так, чтобы я не ошиблась, попросив брата сохранить вам жизнь. Не дожидаясь ответа, широким шагом вернулась к стражникам, протягивая им свою ношу. — Поставь пятерых надежных людей, чтобы охранять пленника. Как бы не хотелось, ни волоска не должно упасть с его головы. А я попытаюсь окончательно смыть запах мази со своих пальцев, что так и оставался там, напоминая о первой битве Севера и разговоре со скованным братом Серсеи Ланнистер…