Boxers

      — Вина?       От внезапного вопроса Юнхо вздрагивает и хлопает глазами, пытаясь понять, о чем его спросили. Когда же он видит, как Сон встряхивает бутылкой, то кивает и со смешанными эмоциями наблюдает, как изящные пальцы прокручивают ножку бокала, наливая в него багряную жидкость. Юнхо не стал говорить, что не любит пить – от алкоголя он чувствует себя странно. Однако сейчас неловкость достигла той стадии, что он готов опрокинуть бутылку из горла, лишь бы сердце перестало так предательски стучать о ребра.       Они целовались.       Это было странно, потому что обычно Чон не настолько поспешен. Но Минги словно выключил ту часть мозга, в которой находился здравый смысл, и Юнхо до сих пор чувствует лёгкое жжение на губах от желания поцеловать его снова. Но эйфория момента прошла и сейчас, доехав до дома Минги и сидя на его кухне, Юно чувствует себя неловко.       Галантно протянув ему наполненный фужер Минги, как настоящий джентльмен, сделал вид, что не заметил, как Чон одним глотком осушил половину. Сам он неспешно потягивает напиток, явно наслаждаясь компанией и любуясь своим смущенным спутником. Юно очень стыдно за то, что он так быстро пьёт и уже чувствует, как пьянеет, но остановиться он не в силах, и, пока Минги болтает по стенкам остатки вина, парень уже допивает третий бокал.       — Твой тренер… – он неожиданно переводит разговор с последнего просмотренного фильма. – Он сильно злился на тебя?       Юнхо как-то моментально сникает и с деланной беспечностью жмёт плечами.       — Бывало и хуже.       — Я знаю, что он очень жёсткий, даже, не побоюсь этого слова, жестокий.       — Нет, он не такой! – с неожиданным жаром бросается на защиту Чонхо парень, да так, что едва не падает с высокого стула. Минги, стоявший всё время поодаль, чтобы лишний раз не нервировать его, подходит ближе. Он надеется, что если встанет рядом, то Чон больше не станет так резво вскакивать со своего места. И это срабатывает – Юнхо остаётся сидеть, облокотившись о барную стойку.       — На самом деле он не настолько суровый, каким хочет казаться, просто… У него много проблем, шкаф со скелетами трещит по швам. Ну и плюс он просто такой человек – малоэмоциональный. Но он очень хороший тренер и друг!       Сон покручивает ножку в руке, зная, как этот жест притягивает взгляды. И действительно – подняв голову он замечает, как поспешно Юнхо отводит глаза. Парень слегка ухмыляется – о том, как его руки воздействуют на других людей, на женщин и некоторых мужчин, Минги осведомлен лет с тринадцати. С того момента, как стал получать недвусмысленные предложения и даже просто идти по улице в своем гетто стало страшновато. Собственно, примерно тогда же он случайно попал в какой-то подвал, гордо именуемый боксерским клубом. Сейчас же он вовсе не против, что Чон смотрит на его руки, на его лицо и тело. Как минимум потому, что сам он мысленно уже несколько раз раздел его и отымел во всех доступных позах.       — Думаю, тебе лучше знать, чем всем людям, болтающим про него невесть что.       — Да, мне лучше знать, – Юнхо предпочитает не уточнять, что же говорят о его тренере. Меньше знаешь – крепче спишь.       — А что ты? – Юнхо понимает, что глупо пытаться узнать человека, с которым уже успел поцеловаться, и с которым собрался спать. Ну или не собрался – он уже не уверен.       — Что я? – левая бровь выгибается и Чон тяжело сглатывает – зачем он только начал? Но раз сказал «а», то говори уже и «б».       — Про тебя тоже ходят разные слухи. Прикажешь всем им верить?       — О-о-о… – бархатистый смех заставляет сердце трепетать и собственное дыхание предательски замирает. Сон отставляет бокал и поворачивается, лукаво щуря глаза.       — Давай я сам тебе расскажу, что правда, а что нет, – он делает едва заметный шаг в его сторону. – То, что я ужасный, невыносимый человек, без стыда и совести, это, – он задумчиво хмурится. – Определенно правда. То, что я убил в клубе парня, ударив его по голове – вранье, он не умер, а получил сотрясение.       Юнхо очень хочется спросить подробности этой истории. Раз это частично правда, то хотелось бы знать, какого чёрта Минги вообще рискнул карьерой и нарушил этику бойца – вне ринга никаких драк. Но он не может и слова молвить, будучи завороженным этими плавными движениями, тихим, низким голосом и хитро блестящими глазами.       — Если тебе интересно, правда ли, что я сижу на чем-то, и поэтому держу звание чемпиона три сезона, то нет, это не так.       Он близко, слишком близко. Бёдра касаются коленей Юнхо и тот невольно слегка разводит их в стороны, не желая останавливать Минги. Потому что ему кажется, что как только тот перестанет идти, то перестанет и говорить.       — Но думаю больше всего тебя интересует, стал ли я импотентом из-за всей этой фармы, так вот, – он хватается руками за его ноги, дергает на себя, и вжимается в пах стояком. Юнхо как-то испуганно вскидывает глаза и сталкивается с горячим желанием, тем, которое невозможно контролировать. Он сглатывает вязкую слюну, пытаясь справиться с внезапной сухостью в горле. А Сон наклоняется к нему и с дьявольской улыбкой продолжает: — Я могу многим тебя удивить…       Вместо ответа Юнхо выбирает единственный правильный, как ему кажется, вариант – он опускает ладони на шею парня и притягивает его к себе. Поцелуй уже не такой неуверенный, как в первый раз, нет, Юно настойчиво и требовательно впивается в его губы, чувствует, как пальцы с силой сжимают его бедра и застигнутый врасплох Сон приоткрывает рот, позволяя углубить. Но его растерянность внезапным напором Юнхо длится лишь пару секунд, и вот он уже перехватывает инициативу, запуская руку в темные волосы и слегка склоняя голову для удобства. Он несколько раз прикусывает его губы, сначала случайно, а услышав тихий стон – абсолютно точно специально.       На самом деле Юнхо обожает контроль. Он любит, когда его слушаются, командовать и управлять людьми – это его призвание. Но сейчас, когда Минги тянет за руку со стула он подчиняется и покорно идёт следом. Ну как идёт… Кажется, Сон прижал его к каждой стене в этом доме и Юнхо подумал уже, что они просто не доберутся до кровати. А секс на полу очень переоценён, особенно когда все мышцы уже болят. Но тем не менее спустя вечность Минги оттолкнул его от себя и Юно с громким вздохом повалился на спину.       — Мог бы и предупредить, – недовольно бормочет парень, наблюдая, как Минги тянется и включает лампу, стоящую на тумбочке. Легкий свет озаряет его лицо, и Юно тут же забывает свое недовольство, обезоруженный самодовольной улыбкой.       — А ты что, мне не доверяешь? – шепчет Сон, и крадется по кровати к нему, как хищная кошка.       Минги нависает сверху, вжимает в постель, протискивая ногу между бедер и упираясь коленом в кровать. Он улыбается, невесомо касаясь пальцами щеки Юнхо, и тот едва не скулит от этого. Насколько же плохо у него с самоконтролем, что парень всего лишь легко касается его губ своими, а он судорожно сминает его футболку в руках? Самое ужасное, что Минги всё прекрасно понимает и только пуще распаляется. Нет, определенно, сегодня Юно проиграет ему дважды.       — Ты такой красивый, просто невозможно, – шепчет Минги, и парень закусывает губу, чтобы не закричать. Ему кажется, что он задыхается, что воздух в комнате закончился и сейчас он потеряет сознание. Только ладони Минги, ползущие вверх по коже под толстовкой не позволяют окончательно отключиться.       Момент, когда он стягивает с Минги футболку не отложился в памяти, но вот под руками теплая бронзовая кожа. Он впервые видит парня таким. Нет, на ринге оба были по пояс голыми, но в тусклом свете спальни Минги всё выглядит иначе. Плавные линии, сильные мышцы и нежная кожа, усыпанная мурашками. Юнхо не может удержаться и тянется, проводя пальцами по животу. Сорванный вздох подсказывает, что он всё делает правильно. Он ведёт вверх, по рёбрам к груди, слегка царапая ногтями, и хватается за плечи. Тут уже Минги не выдерживает и сгребает парня в охапку. Поцелуи ощущаются везде – на носу, щеках, челюсти, шее, ключицах, везде, куда получается дотянуться. Ну и, конечно, на губах. Они горят от тягучих поцелуев и скорее всего припухли от натиска Минги, но ему нравится это ощущение. Нравятся мягкие и нежные поцелуи, сменяющиеся легкими укусами. В отличие от Юнхо, памятующего о разбитой губе Минги, тот не переживает об этом – посасывает и прикусывает его губы, пробует на вкус и щурится от удовольствия.       Минги хотел бы целовать его без остановки, пока они оба не начнут задыхаться. Губы Юно такие податливые, а сам он с такой готовностью отвечает на поцелуи, сжимая руки на его спине. Но кровь стучит в голове, подстегивая продолжать, и нехотя, парень прерывается и поднимается вверх. Он стягивает с Чона толстовку, оценивающе осматривая его тело, и Юно дрожит под голодным взглядом. Он знает, что Минги сейчас тоже видит его по-новому и позволяет рассмотреть себя, свою кожу, что кажется очень бледной, на фоне загорелого Минги. Свои грудь и руки, по которым Сон скользит вверх. Свою шею, на которой останавливается потемневший взгляд. Юно не может считать, что кроется в нём, но тот не держит интригу:       — Я говорил, что ты красивый? Забудь. Вот сейчас я хочу сказать, что ты красивый.       Ответить Юнхо снова не успевает – голову нагло оттягивают вверх. Горячие поцелуи покрывают шею, отзываясь ноющим чувством в паху – Чон обожает такие поцелуи. Сначала лёгкие и дразнящие, переходящие в глубокие и болезненные, заканчивающиеся укусами нежной кожи. Он слышит собственное сорванное дыхание и лишь крепче прижимает Минги к себе. А тот и рад стараться – продолжает, плавно оглаживая руками талию и спускаясь ниже, под резинку спортивных брюк.       Юнхо выгибается в его руках, когда тот с силой сжимает задницу. Жалобный скулёж, который срывается с губ совсем не хочется признавать своим, но Минги восторженно вскидывает брови при этом звуке. Его улыбка сводит с ума, и Чон запоздало думает, что попал в руки сатаны. Но если эти руки делают так хорошо, то разве это плохо?       Стягивая с него брюки, Минги не перестает целовать его тело. Грудь, живот, бёдра, он оставляет свои отметины везде, не задумываясь о том, насколько это уместно. Ему хочется пометить Юнхо, чтобы он видел эти пятна и вспоминал, как ему было хорошо. А какие-то пересуды, да это так, мелочи. Да и вообще, может, это такие синяки после боя! Да, на внутренней стороне бёдер, и что? Так получилось.       — Тебе говорили, что у тебя очень красивые и длинные ноги? – Минги подхватывает правую за щиколотку, утыкаясь губами в выступающую косточку. То, как краснеют щеки Юно после каждой его фразы уже едва ли не традиция.       — Говорили, – с трудом выдыхает Чон. На самом деле нет, но не хочется, чтобы Минги думал, что может смутить его комплиментами.       — Они не врали, – он спокойно реагирует на явную ложь, и опускает его ногу. Руки скользят вверх по бёдрам с ощутимым нажимом. Чон закусывает губу, откидывая голову назад и шумно выдыхает. Под уверенными движениями этих пальцев он плавится от удовольствия. Но когда Минги хватается за резинку белья, то Юно находит в себе силы оттолкнуть его руки и пару мгновений любуется изумлением в прищуренных глазах.       — Может быть, ты снимешь свои штаны?       — Зачем? Я и так справлюсь, – он удивленно выгибает брови, и вновь тянется к своей цели, но получает звонкий шлепок по рукам.       — Может, я хочу укусить тебя за задницу.       — Что?       — То, – грубо обрывает его Юнхо и, приподнявшись, расстегивает джинсы растерявшегося парня. Он бубнит себе под нос, стягивая их с его бёдер:       — Я может только на эту задницу и смотрел весь вечер, ты не лишишь меня удовольствия потрогать её!       С тихим смешком Сон накрывает его руки своими и помогает стянуть штаны. Он спихивает их с кровати, не отрывая взгляда от Юнхо. Гипнотизируя и завораживая, не позволяет разорвать зрительный контакт, и, когда рука опускается на член Юно, тот вздрагивает от неожиданности. Минги же понимает этот жест по-своему и с нажимом проводит сильнее. Шумный вздох и рваный выдох, томный взгляд из-под ресниц, пальцы, сжимающиеся в кулаки, дабы скрыть дрожь. Всё это только для него.       Юнхо хочется выть от него такого. Ему мало, слишком мало. Минги гладит через ставшую влажной ткань, неторопливо, будто бы издеваясь. Неужели он не замечает, как парень под ним сходит с ума? Как горит его кожа и громко стучит сердце? Как предательские всхлипы вырываются из груди? Как он тянется к нему всем телом? Юнхо хочется большего. Хочется всего его.       — Минги…       Голос проседает, и он жмурится, закусывая губу. Как бы хотелось, чтобы Сон мог понять без лишних слов. Но тот или не может, или не хочет. Поэтому, тяжело сглотнув, Юнхо вновь начинает:       — Минги, пожалуйста…       — Ты куда-то спешишь? – он вновь выгибает бровь, заставляя Чона поперхнуться воздухом. Отвратительно, почему подобная мелочь оказывает на него так много влияния?       — Да, чтоб тебя, – шипит Юно, пытаясь скрыть за раздражением то, что сейчас он готов буквально умолять оттрахать себя. – У меня никого не было полгода!       — Боже, – почему-то ему слышится искреннее переживание. – Так бы сразу и сказал. Зачем я вообще стараюсь, если ты уже готов…       Он тянет вниз трусы и удовлетворенно урчит. Одно дело трогать через одежду, и совсем другое видеть вот так. Удержаться не получается, и когда Минги тянется через Юнхо к стоящей на тумбочке смазке, то пару раз проводит ладонью по его члену. Хриплые выдохи жгут плечо, и парень касается его губ, слишком быстро, чтобы Юно успел отреагировать.       — Какие-то предпочтения? – деловитым тоном спрашивает Минги.       — Бо-оже… – тяжко вздыхает Юнхо. Он уже понял, что Минги почувствовал его нетерпение и возбуждение, поэтому сейчас издевается и тянет время. Быстрым движением высвободив ногу из мешающегося одеяла, Юно с силой толкает Сона в грудь. Тот, с неожиданным вскриком, падает на спину, лишь чудом не свалившись с кровати. Он смеётся, когда понимает, что происходит.       — Есть ли у меня предпочтения? – голос растекается медом, окутывая Сона и заставляя теперь уже его трепетать. Он смотрит снизу на Юнхо. Полностью обезоружен. – Я буду сверху.       Устроившись верхом, Чон нагло трётся голой задницей о стоящий член. Упираясь руками в грудь Минги, он не позволяет тому приподняться, вынуждая только смотреть и наслаждаться видом. Губы сами собой растягиваются в победоносной улыбке – теперь он тут всем управляет. Откинув упавшую на лицо чёлку, парень наклоняется и затыкает Минги рот, чтобы он не болтал. А тот, кажется, и не собирался – руки по-хозяйски шарят по его телу, слегка цапая спину, и оглаживают бёдра. Приятно, что он даже не сопротивляется, покорно подчиняясь воле Юно.       Но как бы ни хотелось, долго отыгрываться Юнхо не способен. Он отстраняется от Минги, чмокнув ещё несколько раз губы, и властно протягивает руку. На ладонь опускается тюбик лубриканта, но пальцы всё ещё держатся за него.       — Тебе помочь?       — Уж как-нибудь справлюсь, – спешит заверить его Юнхо. Он выдавливает на пальцы липкий гель и растирает его. – Но ты можешь смотреть.       В подтверждение сказанного, парень приподнимается над его бёдрами и заводит руку за спину. Он закусывает губу и прикрывает глаза. Ощущения не самые приятные – за последние пару месяцев тренировок ему даже просто передёрнуть было некогда. Поэтому сейчас Юнхо мягко касается входа и осторожно вводит фалангу пальца, нетерпеливо проталкивая глубже. Судорожный выдох срывается с губ, и он вздрагивает, упираясь левой рукой о грудь Минги. К счастью, на бёдра ложатся уверенные ладони, несильно сжимая, и Юнхо слабо улыбается – даже с закрытыми глазами он ощущает восхищенный взгляд снизу.       — Нравится? – шепчет он, проталкивая второй палец внутрь. Сформулировать что-то сложнее не получается. Он плавно покачивается, морща лоб и насаживаясь на два пальца. От мысли, что на него такого смотрит Минги окончательно сносит крышу и он со стоном выгибается. Ладони судорожно сжимают бёдра.       — Очень, – сдавленный голос красноречивее слов.       Не привыкший долго ждать без дела Минги ведёт по талии и опускает руки вниз, на ягодицы. Юнхо чувствует его движения и понимает, что тот делает. Останавливать его нет никакого желания, и он позволяет присоединиться. Чужая рука слегка сдвигает собственную и влажные пальцы проникают внутрь. Парень со стоном замирает, роняя голову вниз и дрожащей рукой давит на грудь Минги. Он знал, что тот собирается сделать, но не думал, что он войдёт сразу двумя. Нет, это не больно, но слишком хорошо. Тело мелко подрагивает, и парень шумно сглатывает. Рука сама собой тянется к требующему внимания члену, но и тут Минги его тоже опережает. Поглаживая большим пальцем головку, он не позволяет в полной мере получить желаемую стимуляцию, и Юно жалобно скулит.       — Минги, прошу тебя…       — Юю, убери руки. Обе.       От неожиданного прозвища Юнхо вздрагивает и открывает глаза. Рука послушно выскальзывает, полностью уступая место Минги. Его пальцы… Умелые и длинные, они проникают полностью, и Чон протяжно стонет. Он мечтал об этих руках и не остался разочарован. Размеренными движениями Сон растягивает его, надавливая на стеночки и заставляя Юно задыхаться. Он дразняще касается его простаты, не давая толком прочувствовать что-либо, только легкие намёки на удовольствие. При желании, он бы мог заставить Юнхо умолять, но сейчас самому хочется только быстрее войти в его податливое тело.       Очередная жалобная просьба – и Минги вытаскивает пальцы, напоследок ущипнув за задницу. Юнхо слабо дёргается и мычит от легкой боли, перетекающей в удовольствие. Скорее всего назавтра останется синяк, но это будет одним из тех, о появлении которых он жалеть не станет. Парень не смотрит назад, а только чувствует, как Минги приспускает белье и направляет себя внутрь него. Он сжимает талию Юнхо, придерживая его, но тот и не думает отстраняться. Наоборот. С громким стоном Юнхо опускается полностью на его член и впивается ногтями в кожу на груди Минги. Нет, он, конечно, знал, что размер там что надо, но не думал, что это ощущается так. Чон замирает на месте, пытаясь привыкнуть к этому давящему чувству и параллельно наслаждается нежными прикосновениями Минги к своей талии, груди, животу. Тот не торопит, заботливо ждёт, помогая расслабиться.       — Я могу?… – вопросительно произносит Сон спустя время. В ответ Юно только качает головой. Ну уж нет – он сам.       Плавно качнув бёдрами, он приподнимается и опускается. Что ж… Возможно он переоценил себя, потому что с первым же толчком протяжный стон вырывается наружу. Юно думает, что кончит за секунду, но этого не происходит. Вместо этого с каждым размеренным движением он чувствует нарастающую дрожь и с наслаждением прислушивается к шумным выдохам снизу. Взгляд, что метался по стене перед ним, опускается вниз, встречаясь с чужим, горящим и страстным.       — Чёрт, – Минги с трудом сглатывает и жмурится. Пересохшее горло сдавливает, и он цедит через силу: — Я думал ты соврал, что у тебя никого не было.       От его завуалированного комментария Юно смущается сильнее, чем если бы Минги сказал прямым текстом. Он совсем не подумал, что если он ощущает Сона так, то тот чувствует примерно то же самое. В подтверждение этого следом звучит низкий стон.       Движения учащаются и ягодицы Юно звонко шлёпают о бёдра Минги. Он отталкивается от груди парня и прогибается слегка назад, меняя угол проникновения и упираясь руками о его ноги. Собственные уже не слушаются – и без того усталые мышцы всё чаще подводят и контролировать глубину не получается. Раз за разом, когда Минги оказывается слишком глубоко, парень вскрикивает. Глаза слезятся от переизбытка эмоций и на выдохе Чон из последних сил скулит:       — Минги… Я сейчас упаду…       Кажется, что тот только этого и ждал. Минги моментально обхватывает его талию и валит в сторону, подминая под себя. Пальцы нежно отводят со лба взмокшую прядку, и парень цепляет его губы, утягивая в долгий поцелуй.       — Ты. Был. Хорош, – каждое слово сопровождается касанием к губам. – Но теперь я сам.       Минги отводит его правую ногу в сторону, подмечая для себя, как напряжены мышцы. Он мельком думает, что потом следует сделать ему массаж. Но мысли отступают, когда Юнхо скользит пальчиками по его животу и заискивающе улыбается уголком рта. Долго уговаривать не нужно – Минги тут же подхватывает его под бёдра и тянет на себя.       Темп, который он задаёт такой частый, что Юнхо едва не задыхается. Он давится стонами и мечется в руках Минги, позволяя с силой сжимать своё тело, чувствуя болезненное удовольствие. Чон уже не разбирает, кто громче – он или Минги. По ощущениям вроде бы он, но низкий голос сопровождает его стоны, мурашками расползаясь по коже. Тело горит, особо пылая в местах укусов и засосов, щипков и шлепков. Казалось, Минги не церемонится с ним и слишком груб, но Юно доверяет ему и почему-то кажется, что если бы он попросил прекратить – тот сразу же остановился.       — М-м… – он закусывает губу, заглушая очередной, слишком громкий стон и тут же получает легкий шлепок по ягодице. От резкого удара тело сжимается и чувствуется, что он близок. Он опускает руку на член и Минги кладет свою сверху. Отрывистые, быстрые движения в такт с его толчками. Юно жмурится и выгибается, цепляясь свободной рукой за шею Минги.       — Ну же, давай, я же вижу… – задыхаясь произносит Сон.       — А ты?       — Жду только тебя, моя принцесса, – с ухмылкой шепчет Минги, кусая кожу на предплечье, что оказалось в опасной близости к нему. В иной ситуации Юнхо бы закатил глаза – прозвище, которое он придумал для Сона обернулось против него. Но сейчас, фраза, сказанная с придыханием, сносит голову, и он с хрипом откидывает голову назад. Оргазм накрывает волнами и перед глазами расплывается темнота, пронзаемая вспышками в такт биения сердца.       Минги не обманул его. Это Юнхо чувствует по разливающемуся внутри теплу, отличному от того, что было раньше. Он слегка морщится – где взять сил на нормальный поход в душ? Но ругаться на Сона сил уж точно нет. Зрение плавно фокусируется на лице напротив. Минги тяжело дышит, и опускается на его грудь. Юнхо тут же запускает пальцы в шелковистые волосы, позволяя обнимать себя поперек живота и получая взамен ленивые поцелуи в районе груди.       Они лежат в тишине, погруженный каждый в свои мысли и одновременно не думающие ни о чём. Юно гоняет в голове мысли о том, какие у Сона мягкие волосы и что ему стоит купить такой же шампунь, параллельно думая о том, что с ним сделает Чонхо, если он завтра не придёт в назначенное время. Минги же интересна родинка на спине, которую он нащупал пальцем и вместе с этим любопытно, что ему ждать от Юнхо. Собственно, поэтому он первый нарушает паузу.       — О чём ты думаешь?       Ответ раздается не сразу и Минги уже собирается повторить вопрос, думая, что Юнхо его не услышал. Но тот задумчиво произносит:       — О том, каким шампунем ты моешь голову.       — Что? – брови собираются на переносице и он поворачивает голову, упираясь подбородком в грудь Юнхо. Тот опускает взгляд вниз и слегка жмёт плечами.       — Ну ещё думаю о том, какую бы причину придумать, чтобы не приходить завтра в зал, и чтобы после этого Чонхо не прилетел ко мне домой.       — Почему ты не хочешь идти?       Минги надеется, что напряжения в голосе не слышно, равно как и того, что он затаил дыхание, ожидая ответа. В глубине души он надеялся, что Юнхо скажет то, чего он хочет, после чего он поцелует его в живот и утащит в душ, не реагируя на сопротивления. Но точно так же он подозревал, что причина, возможно, в другом. Потому что он знает, как сильно проигрыши влияют на таких людей, как Юнхо. Ведь после таких ударов продолжать не хочется и всё становится серым и бессмысленным.       — Потому что… – Юно запинается и делает паузу, словно подбирая слова. – Потому что я хочу остаться у тебя, если ты не против.       К счастью, облегченный выдох со всхлипом остаётся незамеченным Чоном. Минги жмурится от счастья и поворачивает голову. Поцелуй в живот, подъем с кровати, стаскивание с неё за руку недовольного Юнхо. В точности, как это представлялось у него в голове.       — Ну что ты делаешь, – ноет Юно, пытаясь высвободить запястье и вновь занять горизонтальное положение. Его уже даже не смущает стекающая на внутреннюю сторону бёдер сперма.       — Веду тебя в душ, – спокойно отвечает Сон и дёргает его к себе, в объятия. Когда его ладонь опускается на поясницу, желание Чона сопротивляться куда-то испаряется. Но ворчать о том, что можно было бы и обойтись он не перестаёт до момента, пока Минги не затыкает его рот поцелуем.       — Надеюсь, ты не жалеешь, – произносит Минги, наконец-то оторвавшись от его губ. Он старательно скрывает волнение, но оно всё равно просачивается в голос.       — Ну, скажем так, – Юно нравится, что тот взволнованно ждёт ответа почти так же, как прижиматься к его груди. – Иногда стоит проиграть, чтобы потом оказаться в выигрыше…       K неудовольствию Чона, ироничную концовку договорить не позволяет очередной поцелуй Минги, несколько смазанный из-за того, что одновременно он шагает в сторону ванной, утягивая Юно за собой. Но он знает, что возможность подколоть его ещё представится. Как минимум «принцессой» он планирует назвать его ещё не раз.