Сияй или сойди с ума

Больше пятнадцати адептов клана Вэнь в солнечных одеждах прошли через главные ворота. А после них, плавно покачивая бедрами, появилась очаровательная женщина в ярком, откровенном платье. Её кокетливый взгляд заигрывал со всеми молодыми юношами, а маленькая родинка над красными губами делала женщину ещё более соблазнительной. За красивой внешностью скрывается её истинная бессердечная натура: лживость, злопамятность и стервозность — это Ван Линцзяо, которой Вэй Усянь в Цишане отвесил такую пощёчину, что из её рта брызнула кровь. В целом Ван Линцзяо выглядела слишком жеманной, поскольку обвешалась всеми этими побрякушками с ног до головы. — Давайте войдём внутрь, присядем и обсудим всё, не торопясь — это длинный разговор, — произнесла Ван Линцзяо, улыбнувшись своей высокомерной улыбкой. «Рабыня, без приглашения на визит, пришла на порог моего дома, да ещё нагло и уверенно предлагает присесть и всё обсудить», — выражение лица мадам Юй стало более суровым, покрутив несколько раз кольцо Цзыдянь на правой руке. Ван Линцзяо пользовалась покровительством Вэнь Чао и являлась его любимой фавориткой, поэтому её нельзя было игнорировать. — Что ж, проходи, — ответила Юй Цзыюань с холодной усмешкой, исполненной ехидства. Фаворитка Вэнь Чао кокетливо улыбнулась и всё-таки прошла внутрь. Однако усаживаться женщина не торопилась, вместо этого она прогулялась по дворцу Пристани Лотоса. — Здесь очень уютное место, однако просторный дворец немного староват, — произнесла Ван Линцзяо, словно хозяйка дома — Неужели вы ничего не смыслите в украшении комнат и умелой расстановке мебели? Где бы она ни была, везде находила, к чему прицепиться, на что указать, словно — это её собственный дворец. Скоро над головой мадам Юй нависли мрачные грозовые тучи, Вэй Усянь и Цзян Чэн стали опасаться, что в какой-нибудь момент может начаться настоящая война. Завершив прогулку и раздачу критики, Ван Линцзяо, наконец, устроилась в главном зале. Без предписанного церемониями приглашения она самостоятельно заняла самое почётное место особняка. Вскоре она заметила, что никто ей не прислуживает. — Почему мне никто не принёс чаю? — заносчиво она стукнула рукой по столу. Ван Линцзяо не могла скрыть своё истинное происхождение: манеры её моментально выдавали отсутствие знания этикета и должного воспитания, что представляло собой довольно жалкое подобие госпожи, поэтому никто на неё совершенно не обращал внимания. Юй Цзыюань заняла место гостя, широкие полы её платья и длинные ниспадающие рукава сделали её осанку ещё более царственной, что издалека было видно, что она — происходила из знатной семьи. На губах прислужниц Инь и Цзинь, стоящих позади своей госпожи, заиграли насмешливые улыбки. — Если хочешь чаю, так нальёшь сама — ответила прислужница Инь Чжу. — У слуг Ордена Юньмэн Цзян есть более важные дела, — добавила Цзинь Чжу, — А чтобы принести чай и налить воды, не требуется помощь других людей. — Ваши слуги слишком дерзкие, как они смеют открывать здесь свой рот? — презрительно заговорила Ван Линцзяо, — Юй Цзыюань, в Ордене Цишань Вэнь за подобное поведение их ударили бы палками. Вэй Усянь и Цзян Чэн оба подумали: «Да ты ведь и сама обыкновенная прислуга». — Цзинь Чжу и Инь Чжу — далеко не обычная прислуга, они подчиняются только моим приказаниям, — ответила гордо Юй Цзыюань, не шелохнувшись с места, — никто здесь не может наказывать моих служанок. — Служанки должны вести себя так, как подобает слугам! — добавила Ван Линцзяо, — В этот раз я от имени Ордена Цишань Вэнь пришла наказать одного человека в назидание остальным адептам Ордена Юньмэн Цзян. — Этот мерзавец на горе Муси вёл себя дерзко и непочтительно, когда господин Вэнь Чао сражался с Большой Черепахой. Он рассердил господина Вэнь Чао своим восстанием, что тот лишился своего меча! — возмущённо воскликнула она, указывая пальцем на Вэй Усяня, — Хвала небесам, господин Вэнь Чао благополучно победил этого морского монстра, несмотря на великую свою потерю. Слушая, как она несёт бред, искажая истину до неузнаваемости, Цзян Чэн рассмеялся от негодования. Вэй Усянь же вспомнил, что сегодня утром Цзян Фэнмянь покинул Пристань Лотоса, и подумал: «Они намеренно выбрали это время для визита!» — Вэй Ин, насколько я помню, слуга Ордена Юньмэн Цзян. В настоящее время глава отсутствует и, надеюсь, вы примете правильное решение, — сидя на месте, которое обычно занимал Цзян Фэнмянь, она засмеялась, прикрыв рот ладошкой, — В любом случае сокрытие мерзавца Орденом Юньмэн Цзян заставит нас подозревать, что некоторые слухи правдивы. — Какие ещё слухи?! — задала вопрос Юй Цзыюань с лицом чернее тучи. — Конечно, о давних любовных похождениях главы Ордена Юньмэн Цзян, — ехидно проворковала фаворитка Вэнь Чао Вэй Усянь больше не мог терпеть, как эта стервозная женщина оскорбляет господина Цзян Фэнмяня. Охваченный пламенем ярости, он гневно выкрикнул: «Ах, ты…» Но закончить фразу Вэй Усянь не успел, как обожгло острой болью, а колени невольно подкосились. Госпожа Ордена Юньмэн Цзян внезапно нанесла ему удар плетью. — Матушка! — Цзян Чэн растерянно проговорил, не веря своим глазам. — Цзян Чэн, пойди прочь, а иначе тоже окажешься на коленях! — раздался её резкий голос. — Цзян Чэн, не вмешивайся! — Вэй Усянь насилу поднялся, упираясь дрожащими руками в пол. Разгневанная Юй Цзыюань снова занесла Цзыдянь и ударила со столь невероятной силой, что Вэй Усянь снова упал на пол. — Я говорила тебе, чтобы ты не создавал проблем, рано или поздно ты навлечёшь на Орден Юньмэн Цзян большую беду, — она прошипела сквозь зубы, как королевская кобра. Вэй Усянь успел лишь оттолкнуть Цзян Чэна и, сжав челюсть, принял удар без единого стона, неподвижно. Мадам Юй никогда не упускала возможности его побранить, но всё же никогда не показывала своей истинной жестокости. В этот момент на долю Вэй Усяня выпало несколько десятков сильнейших ударов, один за другим, от которых спина начала гореть огнём, а всё тело онемело от боли. Вытерпеть было невозможно, но ему приходилось терпеть. Если сегодня её наказание не удовлетворит Ван Линцзяо и всех людей Ордена Цишань Вэнь, мучениям Ордена Юньмэн Цзян конца и края не будет! Ван Линцзяо наблюдала за избиением, довольно долго ухмыляясь. Наконец, когда она закончила, Цзыдянь мгновенно вернулась к ней на руку. Вэй Усянь, продержавшись ещё немного, всё-таки с тяжёлым грохотом свалился на пол, не в силах подняться на ноги. — И это всё? — спросила она удивлённо, подняв свои брови — Чего ты еще ожидаешь? — Юй Цзыюань буркнула, — Ты хоть представляешь, какая сила содержится в одном ударе Цзыдянь? Теперь он не встанет на ноги и через несколько месяцев, с него хватит! — Но ведь когда-нибудь он встанет на ноги! — ответила вкрадчиво фаворитка Вэнь Чао, — Я хочу, чтобы его казнили. — Чего ты добиваешься?! — Цзян Чэн гневно прокричал в ответ. Ван Линцзяо сердито надула свои губки. Совершенно очевидно, что эта женщина, пользуясь авторитетом и поддержкой Вэнь Чао, мстила Вэй Усяню за пощёчину в пещере на горе Муси. — Казнить? — повторила женщина, бросив на Вэй Усяня суровый взгляд. Юй Цзыюань поднялась и начала медленно ходить вокруг него, словно обдумывая эту идею. Вэй Усянь от боли не мог даже поднять голову, а Цзян Чэн оттолкнули к Инь Чжу и Цзинь Чжу. — Матушка, пожалуйста, не надо! — он бросился к нему, закрывая своим телом. Вэй Усянь лежал лицом в пол, не в силах перевернуться. — Хорошенько подумайте о последствиях, Орден Цишань Вэнь твёрдо намерен разобраться в этом происшествии. Казнь маленького мерзавца послужит платой за мирное существование с вами: в противном же случае, господин Вэнь Чао спросит с вас более высокую цену! — напутствовала Ван Линцзяо напоследок. В глазах Юй Цзыюань сверкнул ледяной взгляд, от которого кровь застыла в жилах. Тоном, не предвещающим ничего хорошего, она приказала: «Инь Чжу, Цзинь Чжу, заприте двери. Нам не нужно, чтобы кто-то увидел кровь». Стоило ей отдать приказ, верные прислужницы Инь и Цзинь беспрекословно повиновались, после чего девушки плотно закрыли двери главного зала. Когда Вэй Усянь услышал стук закрывающихся дверей и увидел, как исчезает солнечный свет на полу, его сердце охватил страх. — Пощадите Вэй Усяня! — жалобно воскликнул Цзян Чэн, что ринулся к матери. Вэй Усянь, справившись со своим страхом, со злобой сказал: «Ну и чёрт с ней!.. Если такова цена за спокойствие Ордена… Пусть будет моя жизнь!» — Я ни секунды не сомневалась, что вы — самый преданный из вассалов Ордена Цишань Вэнь. Очевидно, в дальнейшем мы с вами сможем договориться о надзирательном пункте! — восхищённо воскликнула Ван Линцзяо, хлопая в свои ладоши, — Прекрасно, вы хотите заставить своих служанок лично его держать! — Прошу, пожалуйста! Я умоляю вас… — Цзян Чэн сорвался на крик, — Не убивайте моего друга! Мадам Юй Цзыюань как раз выдернула из рук Цзян Чэна своё платье и обернулась к ней, приподняв бровь: «О надзирательном пункте?» — Надзирательный пункт — это второе требование, за которым я прибыла в Юньмэн. Орден Цишань Вэнь издал указ о надзирательных пунктах, которые должны быть основаны в каждом городе, — Ван Линцзяо расплылась в улыбке, — С этого момента дворец Пристань Лотоса станет надзирательным пунктом Ордена Цишань Вэнь. Не удивительно, что она обошла весь дворец вдоль и поперёк, словно собственные покои, — оказывается, Ван Линцзяо и в самом деле уже предполагала владения Ордена Юньмэн Цзян своей собственностью. Глаза Цзян Чэна покраснели от злости, он выкрикнул: «Какой ещё надзирательный пункт?! Это наш дом!» — Вам следует просветить вашего сына. Тысячи лет заклинатели признают клан Вэнь своим лидером, — произнесла Ван Линцзяо, нахмурив своё прекрасное личико, — разве разрешено вам вступать в спор с посланником клана Вэнь? Мгновения спустя мадам Юй высоко замахнулась и отвесила ей оглушительную, звонкую пощёчину. Через мгновение казалось, что всё вокруг содрогнулось. Ван Линцзяо, сделав несколько кругов вокруг своей оси, свалилась на пол: из её носа хлестала кровь, а глаза сделались больше, и под ними залегли тени. Несколько людей из клана Вэнь в Главном Зале встревоженно вскочили на ноги и обнажили свои мечи, но хватило одного лишь взмаха руки Юй Цзыюань, чтобы Цзыдянь ослепительной вспышкой описала круг и повалила всех на пол. Она с достоинством прошла к Ван Линцзяо, взглянула на неё сверху вниз, затем склонилась, притянув стерву за волосы, отвесила ей еще одну пощечину. — Да кто ты такая, раз позволяешь себе подобное?! — гневно она воскликнула. Увидев совсем близко лицо Юй Цзыюань, искажённое гневом, Ван Линцзяо, схватившись за распухшую левую щёку, истошно завопила на весь зал. Дав ей ещё одну пощёчину, она прервала её мерзкий визг, — Прежде чем бить собаку, смотри, кто её хозяин! Вломилась в мой дом и на моих глазах собралась наказывать моих людей? После она пренебрежительно отбросила голову Ван Линцзяо в сторону, достала платок, чтобы вытереть свои замаранные руки. Фаворитка Вэнь Чао своими руками закрыла распухшее лицо и сквозь слёзы завопила: «Как ты посмела напасть на меня, Орден Цишань Вэнь вам никогда не простит!» На другой половине главного зала Цзян Чэн помогал Вэй Усяню приподняться с пола, они оба застыли на месте, не смея даже дышать. Цзинь Чжу, сжимая в руках острый меч, приблизилась к Ван Линцзяо, она ещё громче закричала: «Кто-нибудь на помощь, спасите меня!» Мадам Юй бросила платок на землю, отшвырнула её прочь и гневно выругалась: «Закрой свой рот и молчи, жалкая рабыня». Выражение лица женщины стало ещё более холодным, она придавила ногой запястье Ван Линцзяо и вытащила свой меч. Внезапно лезвие меча, уже готовое опуститься, с громким звоном отлетает в сторону. Вэй Усянь и Цзян Чэн резко повернули головы назад и увидели, как парадные двери, сломаны крепким и высоким мужчиной, разлетались вдребезги. С ног до головы одетый в чёрное, с мрачной тенью на лице — это известный телохранитель Вэнь Чжулю. Лишившись своего меча, Юй Цзыюань выставила вперед Цзыдянь. Она стояла неподвижно, сжимая изящными, словно выточенными из нефрита, руками кнут Цзыдянь, искрящую вокруг красоту и опасность. Вэнь Чжулю холодно произнес: «Пурпурная Паучиха!» — Вэнь Чжулю, скорее спасай меня! — закричала Ван Линцзяо, заливаясь слезами, левая рука была прижата к мраморному полу ногой Юй Цзыюань. — Сжигающий Ядра, разве твоё настоящее фамилия не Чжао Чжулю. Неужели этот фамильный знак псов из клана Вэнь настолько драгоценен: — Мадам Юй насмешливо фыркнула, — Предаете свои кланы, забываете кровных предков, смешно! — Каждый сам выбирает, кому служить, — ответил равнодушно Вэнь Чжулю. — Убей эту тварь, что стоишь и беседуешь о какой-то ерунде! Пурпурная Паучиха ещё сильнее надавила ногой на её запястье, что Ван Линцзяо громко запищала: Молодой господин Вэнь приказал тебе защищать меня, вот как ты выполняешь его приказы?! У Вэнь Чжулю лицо помрачнело. Сначала он недолюбливал характер Вэнь Чао, когда его приставили защищать наследника Ордена Цишань Вэнь по приказу Вэнь Жоханя. Вот только оказалось, что и это не худший вариант — ведь сейчас ему приходилось быть телохранителем Ван Линцзяо. Однако он не мог ослушаться приказа Вэнь Чао, в противном случае он давно бы её раздавил, как мелкое насекомое. — Прошу меня извинить! — произнёс Вэнь Чжулю. — Перестань строить из себя спасителя, — резко ответила она, плеть Цзыдянь взвилась в воздух. Вэнь Чжулю правой рукой ухватил конец плети, словно сорвал цветок. Если Цзыдянь принимала форму плети, по ней струились потоки духовной силы, мощь которых было сложно переоценить. Они могли быть и смертельно опасными, и совершенно безобидными, полностью подчиняясь воле своей хозяйки. Мадам Юй Цзыюань была решительно настроена на убийство всей этой стаи псов, поэтому духовные потоки нанесли самый смертельный удар, на который только были способны. И всё же противник, глазом не моргнув, он схватил этот кнут голыми руками. Когда плеть оказалась в руке Вэнь Чжулю, Юй Цзыюань мгновение застыла. Ван Линцзяо, воспользовавшись её замешательством, откатилась в сторону, и вынула из-за пазухи сигнальный фейерверк и резко его встряхнула. Из сигнальной ракеты вырвалась огненная вспышка, которая с резким оглушительным звуком проломила деревянные крыши дворца Пристани Лотоса и взорвалась в небе. Вэй Усянь, превозмогая боль, оттолкнул Цзян Чэна с криком: «Не давай ей посылать сигналы!» Цзян Чэн отпустил Вэй Усяня и накинулся на Ван Линцзяо, однако, к несчастью, Вэнь Чжулю близко подошёл к Пурпурной Паучихе, собираясь нанести ей решающий удар. — Матушка…— поспешно крикнул он, выпустив из рук Ван Линцзяо, бросился на помощь. Однако мужчина, не глядя отбросил молодого господина Цзян Чэна. Из его рта выплеснулась алая кровь, когда удар Вэнь Чжулю угодил прямо в плечо молодого господина. При виде раненного сына Мадам Юй в гневе оскалилась, Цзыдянь сверкнула ярко-фиолетовым сиянием, ярко обжигая глаза. Тем временем Ван Линцзяо израсходовала все сигнальные огни, и теперь серо-голубое вечернее небо озарилась сверкающими вспышками фейерверка. Внезапным взрывом света Вэнь Чжулю отбросило в противоположный конец зала. Инь Чжу и Цзинь Чжу отцепили с пояса по длинному кнуту, которые затрещали и засверкали от вспышек молний, вступив в бой с Сжигающим Ядра. Две служанки Юй Цзыюань с детства находились при ней, понимая её с полуслова, от их одновременной атаки нельзя было просто отвернуться. Она, воспользовалась этим шансом, схватила двумя руками Цзян Чэна и Вэй Усяня и молнией вылетела из Главного Зала. На тренировочном поле уже собралось немало адептов, которым госпожа отдала приказ: «К оружию, немедленно!» Схватив свою двойную ношу за шиворот, она двинулась к причалу Пристани Лотоса, где всегда можно было найти несколько маленьких лодочек, привязанных к берегу. Юй Цзыюань бросила их в одну из лодок, сама прыгнула следом и схватила Цзян Чэна за руку, духовной силой помогая тому восстановить дыхание. — Матушка, что нам теперь делать? — спросил Цзян Чэн и отхаркнул сгусток крови, скорее всего, рана была не слишком серьезной. — Что значит — что нам теперь делать? Ты разве не видишь, что они всё приготовили заранее, — сердито ответила она, — Скоро сюда прибудет целая свора собак из клана Вэнь. Уходите! Юй Цзыюань сняла своё кольцо Цзыдянь и надела на палец правой руки Цзян Чэна. Мать обняла его с такой силой, словно не хотела никогда расставаться с сыном. Она вгляделась в его красивое лицо и вдруг обняла Цзян Чэна, оставив на волосах сына несколько поцелуев. Ещё ни разу так не обнимала Цзян Чэна, ни разу так не целовала. Прижатый к её груди, он широко распахнул свои глаза, обескураженный и растерянный. — Матушка, зачем вы отдали мне Цзыдянь… — он просто непонимающе уставился на мать, — Вы не отправитесь с нами?! — Раз я отдала его тебе, значит, теперь он твой, — ответила Юй Цзыюань своему сыну, — Цзыдянь уже признал тебя своим хозяином! — Матушка, не оставляй меня! Она отпустила его и отпихнула к Вэй Усяню. Сама же запрыгнула на причал, оставив лодку покачиваться на волнах. Цзян Чэн, наконец, понял, что в Пристани Лотоса остались Инь Чжу и Цзинь Чжу, все остальные адепты, а также оружие и артефакты, драгоценное наследие Ордена Юньмэн Цзяна. Юй Цзыюань, будучи хозяйкой Ордена Юньмэн Цзяна, с одной стороны, не могла сама покинуть поле предстоящей битвы, но в то же время беспокоилась за сына. Поэтому приняла эгоистичное решение — отослать его прочь, как можно дальше от опасности. Понимая, что как только они расстанутся, то могут больше не увидеться вновь, Цзян Чэн пришёл в смятение. Он поднялся, чтобы покинуть лодку вслед за матерью, но Цзыдянь внезапно пришла в движение и скрутила обоих юношей, привязав их к лодке и не давая возможности пошевелиться. — Вэй Ин, послушай меня внимательно… — она развернулась и грозно приказала, ткнув пальцем в парня, — Защищай Цзян Чэна, даже ценой своей жизни, ты меня понял? — Мадам Юй… — начал говорить Вэй Усянь. Но она гневно его прервала: «Ты слышал меня или нет?» Вэй Усянь, не в силах выбраться из пут кнута, смог лишь кивнуть своей головой. — Отец ещё не вернулся, — вскричал Цзян Чэн, — Что бы ни случилось, мы должны быть вместе, разве нет?! — Не вернулся, и чёрт с ним. Неужели без него я ничего не стою?! — громко выругалась Юй Цзыюань. Единственным движением меча она разрубила морской канат, привязывающий лодку к пирсу. Сильное течение и попутный ветер сделали своё дело — лодку сразу же отнесло на несколько метров от берега. Покружившись на месте, лодка быстро развернулась, стремительно поплыл на середину реки. Цзян Чэн звал её снова и снова, но силуэт госпожи и дворца Пристани Лотоса, удаляясь, становилась всё меньше и меньше. Когда лодка отплыла достаточно далеко, Юй Цзыюань крепко схватила свой острый меч, взметнув подолом платья, направилась обратно к главным воротам Пристани Лотоса. Как бы юноши ни орали, выбраться из крепкого захвата Цзыдяня было невозможно, плеть прямо врезалась в кожу. Каждая мышца Вэй Усяня изнывала от боли, оставшиеся от ударов плетью, он понимал, что понапрасну тратит свои силы. Однако Цзян Чэн, как свирепый волк, издавал рычание, пытаясь освободиться от оков. — Успокойся, силы Юй Цзыюань и Вэнь Чжулю равны, — Вэй Усянь проговорил, превозмогая свою боль, — Я думаю, что она способна его победить. — Как я могу успокоиться?! Даже если убить одного Вэнь Чжулю, — Цзян Чэн обрушился на него с гневом, — Эта тварь Ван Линцзяо уже отправила сигнал этим псам из клана Вэнь. Скоро они пошлют армию на захват Пристани Лотоса?! Вэй Усянь и сам понимал, что успокоиться не получится, но кто-то из них должен был оставаться в трезвом уме. Он хотел возразить, но не успел, взгляд юноши внезапно засиял. Цзян Фэнмянь также увидел их, его лицо сделалось слегка удивленным. Один из адептов немного подправил руль, чтобы корабль подплыл вплотную к лодке. Он, не зная, что произошло, с интересом спросил: «Что с вами случилось?» Глава Ордена Юньмэн Цзян стоял на носу парусного судна, кроме него по палубе ходили ещё двадцать адептов. Они держали курс на Пристань Лотоса, одежды Цзян Фэнмяня развевались от порывистого ветра. — Отец, скорее развяжи нас…— он закричал, что голос охрип. — Ведь это плеть твоей матери. Цзыдянь не признает меня хозяином, боюсь, у меня не получится, — говоря, он коснулся рукой, вдруг плеть мягко сжалась и в одно мгновение обернулась кольцом на его пальце. Цзян Фэнмянь так и застыл на месте. Цзыдянь, будучи сильнейшим духовным оружием Юй Цзыюань, в первую очередь подчинялась её приказу. Конечно, плеть могла признавать несколько хозяев, но лишь в порядке очереди. Она неоспоримо являлась первой хозяйкой Цзыдянь, и поскольку она приказала плети сковать Цзян Чэна и не отпускать вплоть до безопасного места. Неизвестно, в какой момент Цзыдянь признала его своим вторым хозяином. Цзян Чэн и Вэй Усянь, наконец, освободившись, отпрянули друг от друга. — Как вы двое оказались в лодке, связанные Цзыдянем? — спросил юношей Цзян Фэнмянь. Словно за спасительную соломинку, Цзян Чэн ухватился за его рукав. — Сегодня люди клана Вэнь напали на нас. Сжигающий Ядра атаковал матушку! Я боюсь, она в опасности, они послали сигнал, очень скоро сюда прибудет целая армия врагов. Отец, мы должны вернуться ей на помощь! Скорее, плывем! — быстро заговорил Цзян Чэн. — Сжигающий Ядра? — переспросил Цзян Фэнмянь. Услышав печальные новости, все адепты парусного корабля изменились в лице. Неожиданно сверкнула пурпурная вспышка, и обоих юношей снова привязало друг к другу. Они остались сидеть на дне лодки в прежней позе. — Я возвращаюсь. А вы двое уплывайте, не возвращайтесь в Пристань Лотоса. Как сойдете на берег, придумайте способ, как добраться до Мэйшань к сестре и бабушке, — приказал глава Ордена Юньмэн Цзян. — Дядя, выпустите нас! — воскликнул Вэй Усянь. — Я отправлюсь за своей женой — ответил Цзян Фэнмянь. — Но ведь мы можем отправиться все вместе, разве нет?! — Цзян Чэн не унимался. — Хорошо, позаботьтесь друг о друге...— сказал Цзян Фэнмянь, мягко погладив двоих по голове. Вскоре глава Ордена Юньмэн Цзян вернулся на парусный корабль. Два судна разошлись, уплывая всё дальше и дальше. Маленькая лодка направилась вниз по течению. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Цзыдянь их отпустила. Превратившись в драгоценное кольцо, оно оказалось на пальце Цзян Чэна. Не имея вёсел, юноши вынуждены были грести руками против течения. Юй Цзыюань заявила, что после избиения Цзыдянем он не сможет встать на ноги, но Вэй Усянь уже стал замечать, что никаких затруднений при движении не испытывает, осталась лишь жгучая, жалящая боль в тех местах, куда пришлись удары плети. Прилагая все усилия, словно от этого зависела их жизнь, они продолжали грести руками. Через два часа им, наконец, удалось добраться обратно до Пристани Лотоса.