Сквозь миры.

Ева стояла рядом с Камилем Эстифанией и смотрела на совет. Сейчас она думала исключительно о том, что среди них есть весьма симпатичные мужчины, гораздо моложе ее, так называемого, жениха и ее интересовало, почему именно Камиля кристалл предназначал ей в мужья. - О чем ты думаешь, Ева? – спросил один из Дани. - Слабо в голове порыться? - Ева, если ты поговоришь с нами спокойно, то все уладится гораздо быстрее. Не трать попусту свое и наше время. - Ладно. Я думаю о том, что среди вас есть и моложе и симпатичней, так почему кристалл показывал его, – она кивнула на Камиля Эстифанию. - Покажи нам, что ты видела в кристалле. Ева послала им видение. Послышался шепот. Потом наступила мертвая тишина, которую прервал один из Дани. - Ева, поднимись, пожалуйста, к кристаллу с несколькими членами совета и приложи к нему руку. Мы хотим увидеть, что он покажет тебе. Ева кивнула. Ева аккуратно приложила свою руку к кристаллу. Он засветился, и Дани увидели Еву рядом с Джейком. Вот они спорят, вот они целуются. Джейк обернулся куда-то и улыбнулся. Появилась мисс Банни, ведущая за руку девочку лет трех. Девочка вырвалась у старушки, побежала к Еве и обняла ее за ноги. Платье Евы натянулось и стало видно, что она беременна. Ева вздохнула с облегчением, значит ей действительно вернут дар. Она успокоилась. Члены совета переглядывались между собой. - Ева, убери руку с кристалла, – попросил один из них. Ева убрала, Дани положил на кристалл свою руку и произнес: - Ева Блейк. Кристалл засветился и все увидели, как Ева идет по какому-то дому, поправляя прекрасный розовый пеньюар. Она заходит в спальню, там ее ждет Камиль Эстифания. Дани убрал руку. - Вот видишь… Ева была в замешательстве. - Приложи-ка еще раз руку, – сказала она Дани. Он подчинился, и кристалл продолжил показ. Вдруг Ева крикнула кристаллу: - Правду давай! Только то, что будет, а не то, что каждый хочет видеть! Кристалл немного изменил цвет, и все увидели Еву и Джейка. Они гуляли по парку, Ева толкала перед собой коляску, а у Джейка на плечах сидела маленькая девочка. Ева наклонилась к кристаллу. - И впредь ты будешь показывать только правду! Я не хочу никакого вранья! Дани переглянулись между собой. Они вернулись в зал, где все остальные дожидались их. - Кристалл врал, – проговорил один из Дани. – Она не предназначена ни для одного из нас. Но она, скорее всего, бессмертна. Ева, ты знаешь день своей смерти? - Нет. Вы все увидели. Что теперь? - Мы все обсудим. Не торопи нас. Ты можешь идти домой. Водитель отвезет тебя. - Стоп! А мой дар?! - А разве Камиль не вернул его тебе? Я не чувствую на тебе никакого заклятья. - Нет, не вернул. Ева попробовала телепортироваться, не вышло. - Камиль, – обратилась она к Дани. – Мой дар! Ты обещал! - Я не могу исполнить обещание. На тебе нет моего заклятья. Я не знаю что произошло, но я не могу вернуть его тебе. - Просто скажи, что возвращаешь его! - Властью, данной мне отцом-прародителем высшей расы, я возвращаю тебе дар телепортации, отменяя вечность и необратимость заклинания! Ева попробовала еще раз. Ничего. Она как стояла перед Дани, так и осталась стоять. Дани зашептались. - Ева, на тебе нет заклятья, – наконец произнес один из них. – Никто его не чувствует. Это что-то другое. Что-то в тебе самой. Мы не можем помочь тебе. Ева пришла в бешенство от такого заявления. Не зря она чувствовала подвох во всем этом. Она пыталась контролировать себя. - Я могу подняться к кристаллу еще раз? – спросила она неестественно звонким голосом. Дани пошептали и разрешили. Ева стояла на верхнем этаже башни перед кристаллом, читая заклинание объединения. Другого она не знала и решила воспользоваться тем, что ей было знакомо, а не изобретать велосипед, тем более что времени у нее не было. Волосы ее развевались, хотя ветра не было, тело было напряжено как перед броском. Перед ее глазами медленно проплывали параллельные миры. Они сменяли друг друга как в калейдоскопе. Ева перелистывала их, отыскивая нужные ей миры. Найдя нужное, она собрала всю свою силу, и медленно сводя ладони начала сближать миры. По залу прошла дрожь, и вокруг Евы поднялся ветер чудовищной силы, он образовал вокруг нее огромную воронку. Миры не спешили поддаваться ее силе. В верхний зал башни вбежал Избранный и, не удержавшись на ногах, оказался подхвачен вихрем. - А-а-а! – закричал он. – Помогите! Зал стал наполняться другими магами. Они стояли вдоль стен и читали заклинания, пытаясь остановить Еву, к ним присоединились и Дани, которые смогли поместиться в комнату. Остальные стояли за дверью. У некоторых в руках светились жезлы власти, а у кого-то прихваченные с собой огромные книги заклинаний. Ева медленно пододвигала миры все ближе друг к другу. Они уже сдвинулись на пару сантиметров. Но сил Евы не хватило, она потеряла сознание. - Ева, Ева. Она открыла глаза. Над ней склонилась Шелти. - Где я? – прошептала Ева и невольно улыбнулась, почему-то вспомнив свою первую встречу с Гарри. - Ты дома. Дани Камиль привез тебя. Тебе стало плохо у него в гостях. Я и не знала, что ты общаешься с НИМИ. И я видела живого Дани! Ты же знаешь, что мало кто их видел. Ева… это он…отец? - О, Боже! Что только не придет тебе в голову! Нет! Принеси мне лучше воды. Шелти пошла на кухню, а Ева села на кровати и задумалась. Почему не получилось? Причин могла быть тысяча! Заклинание, ее сила, а точнее нехватка силы, и еще целая куча. Интересно, как на это отреагируют Дани. Если они не прикончили ее там и не упрятали в тюрьму, значит, у них есть какой-то другой план. Она не знала, каких усилий Камилю Эстифании стоило уговорить Дани отпустить ее домой под его личную ответственность и контроль. Он сам не понимал, почему ему вдруг стало важно, чтобы с Евой ничего не случилось, желание защитить ее было таким сильным, что испугало его самого. Вернулась Шелти. - Ева держи. Она протянула стакан воды. - Спасибо! Ты настоящий друг. - Может, съешь что-нибудь? - Давай. Только я на кухню пойду. - Хорошо. Поешь и спать. - Я не хочу. Может, пройдемся чуть-чуть по парку. - Уже полночь почти. Они поели и погуляли в парке. - Шелти, останься у меня. Мне страшно одной, – попросила Ева. Шелти осталась с радостью, ей самой было страшно оставлять подругу одну. Все Дани, Пророки и полсотни Избранных толпились в зале заседаний. Многие пытались свести синяки, полученные во время местного «урагана», но синяки не хотели исчезать. - Надо что-то с ней делать, – произнес невысокий Дани с длинными серебристыми волосами. Все Дани хмыкнули чуть ли не в один голос. - А что?! Это потому что я один пытался! – возмутился говоривший ранее. – Надо просто это сделать общим заклинанием. Камиль Эстифания подошел к говорившему поближе. - Дорогой, Мэтью, о чем ты говоришь! Она даже не почувствовала твоего заклинания. Да и заклинания, творимые в зале кристалла, на нее не подействовали. Она потеряла сознание от нехватки собственных сил, – и он обратился к остальным. – Кто-нибудь чувствует, что мы вместе можем хотя бы противостоять ей, я не говорю уж уничтожить ее. Многие Дани только покачали головами. - Надо разойтись, все спокойно осмыслить и завтра собраться. Уважаемые Пророки, Избранные, вы все обязаны завтра присутствовать. Все стали расходиться по домам. Джейк старался, очень старался не поддаваться своему горю и так же четко, как всегда, выполнять свои обязанности. Но сам понимал, что у него не очень-то получается. Но все в стае молчали и пока никто не предъявлял никаких претензий. И никто не заговаривал больше с ним о Еве, после того как Гарри попытался узнать куда она опять подевалась, а Джейк перекинулся и чуть не разорвал его. Благо у Гарри отменная реакция. После этого случая Джейк понимал, что его положение пошатнулось, и старался сделать все возможное, чтобы исправить ситуацию. И еще его изматывали полубессонные ночи. Устроившись на полу перед камином он засыпал, но вздрагивал от каждого шороха и частенько вскакивал и бежал в спальню, проверить не Ева ли это, хотя точно знал, что нет. Джейк проснулся довольно поздно. Проведя почти всю ночь без сна, он неожиданно уснул под утро крепким сном, благо сегодня ему не нужно было на смену. Выйдя в кухню, приготовил себе большую чашку кофе и выглянул в окно. Яркое солнце светило над огромными соснами, но уже не было такой удушающей жары. Лето закончилось. Джейк отвлекся от созерцания природы и поморщился. - Тьфу, что за гадость! Как Ева может такое есть? А я-то хорош, все подряд в рот сую, как будто беременный я, а не Ева, - пробормотал он, выплевывая изо рта вчерашний недоеденный стейк, густо намазанный малиновым джемом. Усмехнувшись своим мыслям, Джейк прополоскал рот и допил кофе. - Черт побери, никогда не думал, что я буду так себя чувствовать. Ева, я чувствую тебя, хоть ты и неизвестно где. Джейк, сделав несколько звонков, вышел из дома, добежал до леса и медленно побрел по покрытой сырым мхом земле. "Плевать на выборы и так все ясно. Чарли Вейс - вечный шериф нашего городка. Если я проголосую последним, то ничего ни с кем не случится". Он все углублялся и углублялся в лес. Ему хотелось побыть одному. Здесь в тиши леса, под кронами вековых деревьев, на него нисходило умиротворение и ощущение что он ближе к Еве. Ему казалось, что она слышит его слова, которые он тихо шептал в звенящей тишине леса. Джейк отошел немного от тропы и улегся на землю. Сегодня времени было мало, и он не хотел забираться в самую чащу, боясь, что там он потеряет счет времени и опоздает к концу голосования. Неожиданно на тропе он ощутил чье-то присутствие. Джейк замер. - Мэтт, как ты думаешь, все оборотни сегодня в мэрии? Никто не встретится? - донесся до Джейка голос. - Думаю, почти все. Патруль сегодня минимальный - выборы, да и в районе уже давно спокойно. Все немного расслабились, ситуация нам на руку. Сейчас мы осмотрим эту бухту, а вечером там соберутся все: и ребята Джо подойдут и Эванс со своими парнями. Как же все отлично совпало с выборами. Мимо прошли две пары грязных сапог, следом за которыми, прихрамывая и опираясь на трость, размашистым шагом прошествовали светлые ботинки. Джейк осторожно снял джинсы. В кармане что-то зашуршало. Джейк напрягся, боясь, что его услышат, потом усмехнулся про себя. Человеческому уху недоступно то, что слышит он. "Евины конфетки" - вспомнил Джейк - "черт! ". Джинсы, наколдованные Евой еще в ее мире, так и не исчезли, и он сегодня рискнул их одеть первый раз за все время. Он повесил их на сук и перекинулся. Джейк крался следом, стараясь разузнать подробности предстоящей чьей-то вылазки. -Давай, Томас, спускайся вниз и подай мне руку. Моя нога, будь проклят шериф Кентукки, не выдержит такой дороги по скалам. Выглядывая из-за кустов, Джейк внимательно наблюдал, как спускаются двое людей. Один из которых был в сером деловом костюме, с тростью, в светло-коричневых ботинках, а другой в коричневой куртке, синих джинсах, заправленных в измазанные грязью сапоги. -Томас, взгляни, на эти скалы. Думаю, здесь будет идеальное место для встречи. Бухта закрыта со всех сторон и с моря вряд ли кто-то рискнет подойти из-за скал. Вот, что... Ты займешься этим. Я все решил! И не смотри на меня так! - вскричал обладатель ботинок. - Нет, нет. Не волнуйся, я все устрою. Мэтт, ты можешь на меня рассчитывать, - пролепетал хозяин сапог. - Все будет готово в срок. Джейк выглянул из куста и пожалел, что рядом с ним нет Евы. Уж она-то смогла бы проследить за "ботинками", пока он приглядывает за приготовлением "сапог" к встрече. Он узнал этого Мэтта. Уже ни один год его безуспешно разыскивала полиция шести штатов. И то, что он решил собрать в этой бухте, в их землях, свою шайку и объединить ее с другими... Это был верх наглости. Он дождался, когда Мэтт, с помощью Томаса, взберется обратно на крутой скалистый берег, проводил его до шоссе, проследил, как Мэтт садится в машину и отъезжает. Затем, он бросился к своему дому, проверить, не появилась ли Ева. Евы не было. Джейк вздохнул, вспомнив о джинсах, оставленных в лесу, и поспешил за ними, вернулся, перекинулся обратно человеком у самой двери и вошел в дом. «Ева!» - писал Джейк на клочке бумаги, - «Я на работе, не волнуйся если задержусь. Люблю тебя». Писать записки для него уже стало привычкой. Джейк оставил записку на кухонном столе, и тут его внезапно посетила мысль: "Хорошо бы пометить всех, кто будет на этом сборище. М-м-м." Джейк мог бы их всех узнать по запаху, но, к сожалению, это не могло являться доказательством в суде. И схватить их там всех не представлялось возможным. Труднодоступное место и что им предъявить для того чтобы сопроводить в участок? И тут Джейк ухмыльнулся внезапному озарению и оскалил зубы в предвкушении результата. Он достал из кармана горсть тех конфет, что неудачно попробовал у Евы и, ухмыляясь, ссыпал их в пакетик. ...Огромный рыже-коричневый волк крался среди кустов, прислушиваясь и принюхиваясь. В зубах он держал свернутый пакетик с конфетами. Подойдя к самой бухте, он лег в кустах и замер, наблюдая за суетой Томаса. "Что шашлычки затеяли? И ведь не подкопаешься ни к чему! Собрались друзья, сидят, выпивают, закусывают. А что место такое уединенное и труднодоступное это их дело, не хотят чтобы им мешали. Даже оштрафовать не за что. Здесь можно разводить костры". Дождавшись, когда Томас все подготовит, выставит на грубо сколоченный стол провизию и выпивку и приляжет на песочке отдохнуть, Джейк обернулся человеком. Осторожно, стараясь не разбудить задремавшего Томаса, он подошел к столу, быстро открыл бутылку с виски, отхлебнул большой глоток, освобождая место для конфет, и высыпал их в бутылку. "Остается надеяться, что конфеты в моем мире работают. Ева что-то говорила о том, что магические предметы работают и здесь и там. И конечно, что конфеты совместимы с алкоголем и что они растворятся до того как бутылка опустеет. Слишком много "что" - раздумывал Джейк. Усмехнувшись про себя, Джейк вернулся в укрытие и, обернувшись волком, приготовился ждать. «Боже, я уже начинаю совершать такие же выходки, как Ева. Это точно в ее духе!» - думал Джейк. Дождавшись, когда прибывшие примутся за еду, обсуждая при этом свои делишки, Джейк ухмыльнулся, заметив, как бутылка потихоньку пустеет... и он увидел, как лицо одного из сидевших у костра, постепенно покрывается синими сердечками. «Отлично, завтра мы без труда узнаем тех, кто был на этом сборище...» Джейк выполз из куста и побежал к дому, до окончания голосования оставалось чуть больше часа, он должен был успеть, чтобы окончательно не подорвать свою репутацию. Он быстро принял душ, переоделся и помчался в город. На пороге участка стояли отец и Гарри. - Джейкоб! - начал отец. - Потом! - Джейк отпихнул его в сторону и прошел в участок. Быстро черкнув в бюллетене и бросив его в урну, он вернулся на крыльцо, где так и стояли Гарри и его отец. - Быстро соберите совет стаи и офицеров, которые не заняты охраной участка. Бегом! - рявкнул Джейк. Буквально через двадцать минут все собрались в зале полицейского участка. Джейк быстро рассказал что и как. -Хм... Джейк, это конечно оригинальная мысль, но, все же... Как мы вернем им обратно их вид?- спросил Гарри, набирая номер Чарли, который по закону должен был весь сегодняшний день провести дома. Все в городе были уверенны, что он опять победит на выборах и портить отношения с лучшим другом Гарри не собирался. Офицеры между тем странно переглядывались и косились в сторону членов совета, которые совершенно нормально восприняли речь вожака о каких-то конфетах меняющих внешность и с удивлением слушали, как Гарри обсуждает все это на полном серьезе с Вейсом. - Ну... Может быть, у них, со временем, само пройдет или Ева что подскажет, -ухмыльнулся Джейк. Теперь он уже не был уверен, что поступил правильно, поддавшись мальчишескому порыву, но изменить уже ничего не мог. - И где же твоя Ева?! - рявкнул Джейкоб старший. И только рука Гарри, стоявшего рядом, удержала Джейка от идиотского поступка. Он был готов накинуться на отца с кулаками. Этой же ночью почти все участники собрания на берегу были доставлены в больницу, а некоторые в психушку. Среди них не было только Мэтта и еще нескольких человек. Все знали, что Мэтт не пьет спиртного. Но без своей команды он мало что мог, да и напарники скоро сдадут его и всех остальных, кто не попал в руки врачей и полиции. В этом никто не сомневался. - Вот так, Ева, где-то и эти конфетки пригодились, и ты должна вернуться и привести всю эту шайку в божеский вид, - пробормотал Джейк, глядя на огонь в камине. Ему было жарко, но он сидел близко к огню, как они много раз сидели с Евой зимними вечерами. Ева любила когда ей жарко, поэтому она всегда ночами жалась к нему, иногда шепча " какое счастье, что ты такой горячий, Джейк". Джейк растянулся на шкуре и прикрыл глаза. Сейчас он уже жалел, что отмочил такое с конфетами, но все члены совета стаи… Джейк почувствовал себя маленьким избалованным мальчиком, которому все потакают. Он не ожидал такой реакции от членов совета. Дейк вспомнил как сидел Крошка Ру, опустив голову, пытаясь удержаться от смеха, как с суровым видом, поджав губы, долго молчал Толстый Мо, а потом рассмеялся так, что поразил всех окружающих. - Я должен сначала отсмеяться, потом говорить, – задыхаясь от смеха, стирая тыльной стороной ладони слезы и сверкая все еще белыми зубами на старческом лице, проговорил он. Тут не выдержал и Крошка Ру! Его ржание было слышно за версту. Тогда Джейк вздохнул с облегчением, а теперь его начала злить ситуация. Он – вожак и должен принимать адекватные решения, а не устраивать балаган. А совет на то и существует, чтобы указывать ему на ошибки. Джейк вскочил и прошелся по комнате, затем снова улегся на шкуре и решительно закрыл глаза. Ева улыбалась ему своей озорной улыбкой. - Ева, приснись мне, - прошептал он и погрузился в тревожный сон.