Драконья сага. Забытый Путь

Мрамор

Мрамор в очередной раз выслушивал ругань Ланнера насчёт неосторожности. Уже в который раз драконёнок возвращался домой с ушибами и царапинами! В один день он обошёлся лёгким переломом, когда тот разозлил лесных обитателей. — Сколько раз тебе повторять, несносный драконёнок?! — рычал жёлтый дракон, покрываясь до рогов дымом из ноздрей, — Ты ещё слишком мал, чтобы лазить по горам или охотиться на крупную дичь вроде оленей! Мрамор что-то неразборчиво пробурчал, уткнувшись в свой хвост с черным шипом на конце, которого не было ни у Ланнера, ни у Беркута. — Ланнер, не надо кричать на него… Он ещё драконёнок же! Да и сегодня 4 года ему исполнилось! — вмешался в «разговор» Беркут, закрывая своим крылом четырёхлетку. Беркут всегда приходил и заступался, когда Ланнер кричал на Мрамора. Малыш старался слушаться жёлтого небесного, чтобы избежать его ругани, однако удавалось ему это не так хорошо, как хотелось бы строгому воспитателю. Иногда Мрамору хотелось просто заткнуть его пасть, из которой выходили все острые фразы. Они как иголки будто впивались под чешую Мрамора, что становилось даже очень неприятно и больно на душе… Как бы хорошо бы было, если бы Ланнер был добрее! — В наказание за непослушание ты меняешь подстилки этот и следующие месяцы! — фыркнул Ланнер, пустив последний клубок серого дыма из ноздрей, — Беркут, идём на охоту, наши припасы вот-вот закончатся. А что касается тебя, Мелкий, то ты должен сидеть в пещере! И не думай даже… Беркут толкнул жёлтого приятеля в плечо, заставив того замолчать, и повёл к выходу из пещеры. Когда оба силуэта воспитателей скрылись в коридоре, Мрамор уныло поплёлся менять мох в подстилках. Свежий мох рос в углу, его оставалось лишь очистить, сложить и подправить для удобства. А ведь ещё убирать старый мох… Но это та-а-а-ак скучно и долго! Такое ощущение, что каждая минута растянулась до часа… Может, пока Ланнера и Беркута нету… Выглянуть из пещеры? Ну хотя бы на секунду? –"Мрамор, ну же, держи себя в лапах! Ты же не хочешь, чтобы на тебя наорали снова? " — говорил внутренний голос дракончика, так и не закончившего прибирать первую подстилку, которая принадлежала Ланнеру. — «Давай просто уберёмся! Ну куда тебя постоянно тянет то?» Мрамор знал, что если он поскорее закончит убирать подстилки из мха, то сможет спокойно заняться чем-нибудь ещё, но вот проблема… Чем ещё можно заняться одному, в пещере, где даже на метр нельзя отойти от выхода, да и гулять по лесу можно только под присмотром Беркута или Ланнера? Мрамор немного посидел, печально посмотрел на выход из пещеры где светило солнце и заливало коридор дневным светом, да и решил, что лучше закончить с подстилками поскорее.

***

Прохладный лесной воздух ударил в нос, когда Мрамор тихо выбрался из скрытой густой растительностью пещеры в небольшой горе, по форме напоминавшей драконий силуэт. Солнечный свет по привычному освещал тёплую чешую песчано-небесного драконёнка, заставляя ту блестеть. В голове малого гибрида родился прекрасный план мести Ланнеру за его ругань: собрать вонючих грибочков и подложить под подстилку жёлтому, не гениально ли? — Да, определённо да! Пусть этот зануда почувствует мою обиду! — со злобной ухмылкой проговорил оранжевый драконёнок, изображая в своей голове, как Ланнер, весь измазаный в тёмной пыли от грибов, начинает свою вредную речёвку о том, что «Три луны! Хуже воришки! И зачем ты только это и делаешь?!» Он уже представлял, как из ноздрей жёлтого так и клубится тёмный дым, который охватил рога и уши. Беркут в уголке сидит и тихо смеётся над его другом, а сам малыш с довольной гримасой лежит на своей подстилке и смотрит на всю эту картину. Разбежавшись и спрыгнув с обрыва, Мрамор раскинул крылья и усердно замахал ими. Поднявшись в воздух, он осмотрелся, нет ли здесь посторонних. Убедившись, что здесь одни горы, да леса, драконёнок полетел на север, где росли кучками сосны, да пушистые ёлки. Запах хвои был знакомым и даже приятным Мрамору. Он помнил тот день, когда в первый раз увидел эти интеречные грибы, которые «взрываются» и оставляют серенький дымок. В тот день он без спроса «родителей» убежал в лес и там нашёл те самые грибочки: круглые, грушевидные, мелкие или средних размеров. Ножка гриба как будто слилась воедино со шляпкой! На верхушке грибочков были маленькие бугорки с чёрными точками. Драконёнок очень любил наступать на грибы, особенно на красные с белыми пятнами, ведь Беркут говорил, что они ядовитые, их есть нельзя! Вот и наступил на этих «неизвестных обитателей». Его лапу сразу же охватил забавный дымок, как у Ланнера из ноздрей, когда тот злился. Мрамор попытался вспомнить, где же в последний раз он видел их. Вспомнил! Они обычно находились на западе от озера, которое он в детстве называл «Круглое», что, кажется, полностью описывает его форму. Мрамор направился в сторону вышеописанного места, оставив всё, кроме идеи о некой мести, шутке. Вскоре драконёнок приблизился к Озеру и пролетел над ним западнее. Место для посадки почти в то же время было выбрано и юный гибрид уже спускался к поверхности земли. Как только лапы коснулись влажной травы, Мрамор осмотрел местность в поисках необходимых ему грибов, а потом, с хитрой улыбкой, помчался к ним с некой плетёной из растительности корзинкой в лапах. После получаса сбора, Песчано-небесный решил, что пора возвращаться и осуществлять свой «зловещий» план. Он осторожно завернул набранные «подарочки» для воспитателя в большом листе рядом прорастающего Лопуха и взмыл в воздух. Мрамор летел обратно в сторону так называемого дома, однако ему пришлось приземлиться поодаль от входа в пещеру, так как он слышал больше 2 голосов. Помимо Беркута и Ланнера был слышен голос взрослой Драконихи, а так же редкие вздохи ещё кого-то. Притаившись за высоким кустом, дракончик думал остаться незамеченным и услышать больше, однако с такого большого расстояния были слышны лишь обрывки речи. —… Вернуться… Ошибка… Пурпу… — говорила та дракониха, однако в ответ ей явно был слышен отказ со стороны Ланнера. —…Не в коем… Должны… — дополнял речь видимо уже Беркут. Из-за растительности не было видно никого, и любопытство гибрида подвело, убедив выглянуть и посмотреть. Всё что успел увидеть Мрамор — его воспитатели, стоящие напротив взрослой драконихи с некой короной на голове, рядом с которой стояли 2 других вооружённых дракона. Кто те 3 небесных гостя? Собираются ли они навредить? О чём идёт речь? Почему они около входа? Мозг драконёнка за секунду рождал кучу вопросов, ответов на которые не следовало. Через миг после увиденного, гибрид пожалел, что высунулся: один из вооружённых небесных драконов заметил любопытного ребёнка и, посчитав того за шпиона, направился в его сторону дабы поймать. Когтистые лапы схватили дракончика и потащили в сторону остальных взрослых. —О-отпусти! Ты. Ты как вообще смеешь трогать меня! — вырыввдись недовольства одно за другим из пасти Мрамора, пока небесный молча тащил того. Ланнер и Беркут уже заметили попавшегося воспитанника и с слегка опечаленным взглядом продолжили диалог. — Но. Королева Рубин, мы не можем вернуться. Нас буквально считают предателями! — продолжал Беркут, которого теперь было отлично слышно. Единственный плюс. — Не будут вас обвинять, если всё и всем объяснить, — «Королева Рубин» произнесла, теряя терпение, а потом продолжила, уже глядя в глаза пойманного «шпиона» —Меня больше волнует, кто этот драконёнок. Небесный дракон отпустил Мрамора и тот шлёпнулся на траву. Выхода не было, на него были направлены орудия неких стражников той самой «Королевы». Когда воспитанник посмотрел в глаза Ланнера, то так и прочитал в них «Как ты мог попасться, безмозглый дракон?», а Беркут будто бы говрил «Мы обречены». — Отвечай на вопрос! — дракончика тыкнули копьём в плечо, а тот в свою очередь зашипел. Малыш не понимал, что ему делать. Столько свирепых глаз взрослых драконов смотрят на него, словно именно за ним пришли эти красные и оранжевые драконы в серебряных и золотых украшениях. — Я… — промямлил Мрамор, сжимая грибы у себя в лапке — Я… — Ты? — кивнула алая небесная, с любопытством смотря на оранжевого драконёнка с белой полоской от носа до хвоста с маленьким жалом. — Ну говори! Беркут вышел вперёд, раскинув свои огромные алые крылья, заслоняя драконёнка. Ланнер презрительно посмотрел на него и тоже вышел вперёд. —Это не ваше дело. — холодно ответил жёлтый дракон. Эта алая дракониха в золоте начала свой дипломатический диалог с воспитателями, но разобрать его было трудно. Вопросы так и мучали гибрида, что в висках застучала кровь. «Кто они? Они пришли за мной? Зачем? А может заберут и убьют?! Надо уходить отсюда! Ланнер и Беркут им точно не нужны! Только я! Я!» —думал драконёнок и решил потихому улететь и куда-нибудь спрятаться. Он помчался под лапами у стражи и побежал к уступу скалы. В тот момент когда гибрид уже готов был сделать прыжок вниз, кто-то схватил его сильной лапой за хвост и резко повернул к морде. —Куда… — прошипела оранжевая дракониха в серебряных латах. У неё не было одного глаза, а на морде было много страшных шрамов. «Наверное получила в драке и выжила. Бедная! Но всё же опасная» — думал Мрамор, глядя на неё своими тёмно-коричневыми глазами —Куда… — повторила дракониха — Мы ещё не закончили! — она подняла драконёнка ещё выше и Мрамор уже совсем растерялся. Что делать?! Хвост с шипом на конце болел от сильного захвата Небесной воительницы. " Так… Что там говорил Беркут, когда тебя хватают за хвост?» — начал мыслить четырёхлетка. Вспомнив уроки воспитателя о самообороне, он резко начал брыкаться и хлопать крыльями, как бешеная змея, что дракониха-страж не знала что делать. Гибрид зацепился маленькими, но цепкими лапками за руку оранжевой стражницы и сильно укусил её. — ААА! — взревела стражница больше от испуга, чем от боли, бросая дракончика на твёрдую землю. Мрамор неудачно приземлился на бок, шипя от ужасно сильной боли и прижимая грибы к груди так, что некоторые уже лопались. Следовало бы оставить их уже давно… Все окружили его и начали глазеть на него с каким-то странным и непонятным интересом, но Мрамор знал, что это не приведёт к добру. «Как же… Как же хочется просто взять и уйти… Перестать чувствовать эту боль по всему телу… Почему он? Почему его так хотели поймать?» В ушах слышался болезненный звон, в когтях — непривычно и раздражающее чувство, а сверху к холодной и сырой земле прижимала когтистая крепкая лапа, не позволяя поднять голову и оставляя на чешуе раны. Мрамор прижал грибы ближе к груди, сжал челюсти. «Пусть хоть что-то мне поможет! Я не могу терпеть эту боль! Мне страшно! Да если эти грибы взорвутся, заволокут всё туманом, я смогу сбежать! Пожалуйста!..» Громкий и неожиданный хлопок испугал даже ту жуткую стражницу, что прижимала драконёнка к земле. Были слышны удивительные возгласы стражи, королевы и даже Ланнера, за которыми последовал кашель. Размахивая крыльями в попытках разогнать туман спор грибов, что было безуспешно, от гибрида отошли. Оранжевый дракончик смог выбраться из этой тучи, появившейся непонятным ни для кого образом. Его это не волновало. Сейчас его целью было сбежать и остаться в живых, а то, что происходило вокруг он разберёт позже, уже в безопасном месте. — КУДА ТЫ ДЕЛСЯ, КОЗЯВКА?! — прошипел кто-то из облака спор явно со злобой. В этом хриплом голосе он узнал ту оранжевую странницу, которая схватила его за хвост. Её изуродованная морда так и стояла в глазах: её яростный глаз с узким зрачком так и смотрел в душу, острые зубы блестели, а шрамы показывали, что она побывала в опасных битвах ни один раз. Когда Мрамор укусил её, она пронзительно вскрикнула, что даже ему стало неприятно от поступка. Кусать дракона да так чтобы ему было больно… Об этом четырёхлетка даже думать не хотел… «Как там Ланнер и Беркут? Справятся? " — думал о единственных близких драконах, которые вырастили в своей пещерке и не дали ему умереть… Даже Ланнер, как известный для него зануда и ворчун стал совсем другим… Он всё это делал ради Мрамора. Чтобы эти ужасные драконы не забрали малыша с собой. А Беркут был всегда добрым и даже подшучивал над приятелем, чтобы развеселить гибрида. Беркут и Ланнер пытались защитить его… На глазах малыша навернулись крупные слёзы, как алмазы. Они падали вниз, где были одни сосны, да ёлки. Впервые он так горько заплакал, жалея воспитателей. Он плакал… Плакал очень горько, всхлипывая и с печальным видом смотрел вперёд. Мрамор слышал возгласы драконов позади, но летел. Он хотел жить, ему необходимо было выжить и улететь далеко-далеко… Мрамор летел невзирая на боль в хвосте, крыльях и спине. Летел над озером, над речушками, между деревьев. Летел на юг долгое время. Внизу виднелись верхушки хвойных деревьев и горы, которые провожали его. Солнце уже уходило в закат, а на душе так и было грустно. Слёзы так и лились и малыш не мог остановить их. Это был как бесконечный поток ключа, бьющего из скалы. Слёзы были солёными, а к горлу подступил горький ком, от которого так хотелось избавиться. Мрамор летел, размахивая своими маленькими крылышками, вытянув шею вперёд. Он закрыл глаза и попытался забыть произошедшее. «Мрамор, возьми себя в лапы!"–говорил строгий голос Ланнера –"Будешь ныть — ничего тебе не поможет!» –Да! Главное ведь выжить, не так ли? — сказал Мрамор и эхо повторило его слова. Он быстро вытер слёзы и нахмурился. «Правильно!»–похвалил Беркут и драконёнок словно ощутил его тёплое алое крыло, обнимающее дракончика. Мрамор решил сделать привал и найти что-нибудь поесть, да и ночлег не помешал бы. Он приземлился на какой-то полянке и начал осматриваться. Мрамор заметил крупного зайца, притаившись он сделал резкий прыжок, прокалывая насквозь дичь своим шипом на хвосте. Ужин подан! Взяв мёртвую зверюшку, он слегка дунул на неё огнём, тем самым делая чёрную корочку. Как только еда была готова, Мрамор принялся лакомиться зайцем, от которого очень вкусно пахло. На вкус была была горькой — такую Мрамор очень любил и специально поджигал птиц, зайцев, белок до черноты. Ланнера это не нравилось и всегда говорил — " Ты портишь пищу! Это не еда!» Съев зайца, Мрамор услышал хлопанье крыльев. «Летят! Надо срочно что-то делать! Надо спрятаться!» — подумал дракончик и побежал прямо в широкую щель в скале, которая была рядом. Прыгнув туда он лёг на холодный пол и сжался. Хлопанье крыльев приблизилось и вот он мог уже увидеть ту самую уродец со шрамами. Страшные царапины были по всему телу и наводили ужас на дракончика, который лежал в щели. Тут подлетел ещё дракон: крупный и ярко-красный, с золотыми шипами от головы до хвоста, рога длинные и закручены вовнутрь. — Ну что? — спросил красный с каким-то странным тоном, да и взгляд у него странный… — Не нашла беглеца? — Как видишь - нет — огрызнулась оранжевая, помахав крыльями — зачем задавать такие глупые вопросы? — Да нет, ничего… — пробубнил он — какие планы на завтрашний вечер? — А что? — она повернулась к нему и посмотрела точно таким же взглядом как и у того дракона. — Может быть попатрулируем вместе? Только ты и я, и никто больше. Может найдём того сорванца? — он поиграл своим раздвоенным языком и подошёл ближе к оранжевой — Ну не знаю, Скала — покачала головой дракониха — может быть… Она щёлкнула его хвостом и Скала то ли от удовольствия, то ли от неожиданности ойкнул, но не зарычал или прошипел на оранжевую дракониху, а лишь улыбнулся, заурчав. Та в ответ тоже улыбнулась, горделиво вскинув голову. — Ладно жду тебя завтра на этом месте, Шпинель! Они снова взлетели в воздух, но лишь Шпинель немного задержалась, осматривая своим одним глазом округу. «Только бы не заметила!» — подумал про себя Мрамор, закрывая лапами пасть. Но всё обошлось! Дракониха со шрамами полетела за своим приятелем. Теперь малыш знает, что завтра нужно улетать и пораньше! Они прилетят сюда завтра вечером и найдут его! Он устроился поудобнее в своей маленькой пещерке и грустно вздохнул. — Спокойной ночи, Ланнер. Спокойной ночи, Беркут — по привычке проговорил гибрид и уснул. Совсем недавно он бежал сломя хвост от тех, кто могли его убить. Немногие на это способны. В мыслях крутилось только одно: «Главное ведь выжить, не так ли? Для чего? Великая цель или просто желание жить?Не волнует. Главное — улететь подальше и продолжить путь!» Небесно-песчаный драконёнок ступил на опасную тропу, совершенно не имея представления о своём будущем.