Идёт расшифровка файлов...

            Голубой стиснул зубы, пытаясь натянуть узкую перчатку на мокрую руку. Латекс пошёл волнами по ладони, и врач сделал несколько взмахов рукой.       — А нам всё равно, а нам всё равно, не боимся мы волка и сову.       Напевая мотивчик из любимого детского мультика, он взялся за край ложки и тут же одёрнул руку, цыкнув языком.       — Горячо.       Тем не менее, времени ждать остывания кофе не было. Он сделал ещё одну аккуратную попытку поддеть край нагретой ложки. Осторожно перемешивая сахар на дне чашки неуклюжими движениями, Голубой гундел себе под нос уже иную песню. Потом, тряхнув головой, посмотрел по сторонам. Оставив ложку в покое, врач сделал маленький глоток напитка и вылез из-за рабочего стола.       Расхаживая по своему маленькому кабинету, Голубой плескал кофе по бортикам чашки, даже не замечая этого. Капли, которые попали на край белоснежного халата, наверняка легко сможет отстирать Жёлтый со своими маленькими помощниками.       Он наклонился над сияющей поверхностью лакированной тумбы, поставил чашку сбоку от себя. Проведя пальцем по поверхности, удостоверился, что не показалось. Пыль в таком важном месте, где были размещены все его грамоты за прошлые труды и заслуги! Непостижимо.       Голубой аккуратно извлёк спиртовую салфетку из упаковки, которую по обыкновению носил в глубоком кармане халата. Проведя плавные линии между статуэток и рамок с грамотами, на слегка запыленной поверхности он очертил чистые блестящие дорожки. Затем сдул оставшиеся соринки со стопок дисков и двух толстых альбомов. Всё добро, громоздившееся на широкой тумбе, он перенёс на борт корабля намеренно. Да и вообще имел привычку носить на новое, пусть и временное, место жительства свои грамоты, а не зубную щётку и пижаму, как нормальные люди. Любование достижениями приносили какой-то особенный покой человеку, нанятому на D1.E с определённой целью.       Убедившись, что все сокровища теперь в порядке, Голубой взял чашку с недопитым кофе и, насвистывая мелодию, пошёл обратным кругом по кабинету. Никакой особой цели в таких прогулках врач не преследовал, а, напротив, старался разгрузить голову. И почти на каждом круге он запинался об ковёр, собственноручно принесённый в кабинет. Может быть, от рассеянности. Иногда, повторяя один и тот же маршрут, он ненадолго притормаживал около большой вазы в центре комнаты, примостившейся между двух кресел. В гранулах питательных веществ торчала продолговатая широкая палка, расщеплённая на конце. Голубой периодически удостоверялся, что шарики грунта остаются влажными. О причудливом растении на корабле не знал только ленивый: на одной из первых станций врач почему-то решил, что эта палка сможет прорасти в условиях, приближенных к природным на родной планете. Никто, даже капитан, не смогли отговорить его. Поэтому с первых дней находка стала украшением медкабинета, а вазой ей послужил сосуд, оставшийся от транспортировки [ЗАШИФРОВАНО]. Фиолетовый однажды подшутил, что к Новому Году, если неизвестное растение прорастёт, можно будет украсить его и водить всем экипажем хороводы.       Вспоминая об этом, Голубой бережно провёл по «стволу дерева» ладонью. С появлением вазы кабинет будто уменьшился визуально. Врач старался держать свое рабочее место в приличной чистоте, но вот пыльные подушки для кресел и старые стаканчики с рассадой давно пора выбросить. Тем более, что в этих стаканчиках так ничего и не проросло. Как и в вазе.       Сделав следующий глоток кофе, Голубой закашлялся. Виной тому послужил звонок из коридора. По правде говоря, звонки для многих комнат уже давно вырезали из электросистемы корабля после перестройки и переоборудования под новые нужды, но в медкабинете посчитали нужным оставить. И звонок этот являлся поистине громким и резким, напоминавшим самый неприятный металлический лязг, какой только можно представить.       Шаркая ногами, Голубой на ходу прикрыл створку шлема. За дверью на датчике не обнаруживалось источников звука. Нажав на белую кнопку, врач заговорил в микрофон:       — Кто там?       С другой стороны не торопились отвечать. Уже собираясь отойти от двери, Голубой услышал знакомый весёлый голос психолога через динамик.       — Док, у меня две новости: хорошая и плохая! — он прокашлялся и заговорил более спокойно. — Хорошая — мы с Фиолетовым пришли навестить тебя.       — Чудно, я как раз собирался поставить чайник, — Голубой хлопнул в ладоши, но тут же опомнился. — Стоп, а какая плохая?       — Фиолетовый в отключке.       — Боже правый!       В спешке Голубой выронил ключ-карту из трясущихся рук, а когда попытался поднять её, то ударился шлемом об дверь. Вспомнив об открытом стекле шлема, он нажал на кнопку и наконец, хоть и не с первого раза, провёл картой по замку. На пороге ожидал Красный, сгибаясь под тяжестью Фиолетового на своей спине. Руки пострадавшего свисали без движения с шеи Красного, а из-за плеча психолога сзади ещё выглядывала голова в розовом шлеме. Обычно разговорчивая девушка сейчас нетерпеливо топталась на месте.       — Что произошло? Несите его в палату, — Голубой жестом указал на помещение сзади себя, в которое совсем недавно Фиолетовый заходил своим ходом.       Не проронив ни слова, Красный прошёл мимо Голубого в приоткрытую дверь. Дело принимало серьёзный оборот: второе большое происшествие на борту космического корабля, да ещё и за такой короткий промежуток времени. Ситуация сулила большие осложнения, если не случится ещё что-то более ужасное, чем арест, суд и отстранение от ██░.█░.       Фиолетового положили на одну из аккуратно застеленных коек в лечебнице. В просторной светлой комнате с пустующими кроватями (теперь хотя бы одна из них занята) взгляд Красного сразу скользнул к примыкающей к помещению тяжелой двери с маленьким окошком. Синий. О его состоянии почти ничего до сих пор не известно, не говоря уже о точных причинах контузии. Либо же мелкому бортовому психологу эта информация ни к чему, поэтому и осталась не освещена. Только вот тяжело не заметить перемену в начальном плане, даже надзор Зелёного за поваром заметно ослаб. Либо же охранник решил, что непристало ему бегать за Оранжевым, как няньке.       Из раздумий его вывели глухие всхлипы, доносящиеся из дверного проёма. Красный повернул голову и заметил согнувшуюся Розовую. Из привычки состроив под стеклом лицо повеселее, психолог подошёл к ней, положив ладонь на макушку розового шлема.       — Ну и чего ты ревёшь? Живой твой дружок, живой, — Красный неловко похлопал её сначала по голове, а затем по плечу, — Верно же говорю, док?       Голубой пробубнил что-то невнятное, уже крутясь вокруг Фиолетового. Но вдруг вспомнил про присутствующих, резко выпрямился, развернулся на месте и приказал непривычно серьёзным голосом:       — Покиньте кабинет и немедленно доложите капитану о случившемся.       Похоже, что спорить с врачом никому не хотелось, потому что и Розовая и Красный поспешно покинули лечебницу, прошли через маленький кабинет и оказались снаружи, среди белых коридорных стен и плакатов о чистке зубов и необходимости зарядки перед началом трудового дня.       Долго решать не пришлось. Розовая сама, протяжно шмыгнув носом, сообщила о своём решении лично доложить капитану об инциденте. При этом как-то странно ссылалась на то, что у неё есть карта от кабинета Белого. Красный засомневался и промолчал по поводу возникших в голове вопросов, оставшись стоять у двери в кабинет доктора. Голова его была повёрнута вслед убегающей напарнице Фиолетового, а вот куда взгляд под тёмным стеклом — неизвестно.

***

      Следующий день начался неожиданно легко и... обычно. Никаких ночных происшествий, завтрак по расписанию. Красному даже показалось, что всё произошедшее ему приснилось. Когда он ковырял сырники из молочного заменителя, Коричневый прошёл мимо к раздаточному столу и положил себе порцию. Красный на секунду затаил дыхание, ожидая страшного объявления, но пилот всего лишь вернулся на своё место, прихватив по пути пару салфеток.       «Да что происходит, чёрт возьми?» — Красный незаметно поглядывал на остальных, наклонив голову над тарелкой. Зелёный и Жёлтый сидели как всегда дальше всех. Розовая совсем уж ничего не съела, а только перебирала содержимое тарелки. Оранжевый ни на что внимание не обращал, уплетая собственную стряпню за обе щеки. Неужели никому нет дела до того, что отсутствуют Голубой и Фиолетовый? Да и капитан впридачу. Нет, его-то часто не бывает в столовой, но чтобы не прийти в такое время? Вот и заместитель собрался относить порцию в логово Белого, вот же...       — Спрошу ещё раз, — Чёрный не унимался, стоя над душой у помощника Белого, но сейчас Красный услышал его особенно чётко и сразу переключил своё внимание, — Когда мне будет выдан действительный пропуск в медотсек? И когда я наконец смогу попасть в инфекционную? Туда даже Фиолетового пустили, а он к Синему не имеет никакого отношения.       — Мне казалось, что Голубой дал чётко понять, что тебе запрещено посещать медотсек, пока не выполнишь накопившиеся задания, — Коричневый уже собирался уходить, но маленькая стычка заставила задержаться в столовой. — И откуда тебе вообще известно о перемещениях Фиолетового?       — Надеюсь Вы понимаете, что я не смогу этого так оставить, — от Чёрного этим утром сквозило уже каким-то нетипичным отчаянием, хоть он и старался держаться как обычно сдержано и холодно.       Бросив последние угрожающие слова, Чёрный первым поспешил покинуть столовую. Проходя мимо крайнего стола, он смахнул солонку и обеденные приборы. В тишине зала грохот падающих предметов оказался оглушающим, но никто и слова не сказал наперекор. Даже сам Коричневый, который держался из последних сил, сжимая в опущенной руке стопку салфеток. Он выждал время, после того как учёный ушёл и объявил:       — Сейчас наш коллега немного не в себе из-за случившегося. Если у вас произойдут конфликты, обращайтесь ко мне или капитану, — Коричневый сделал несколько шагов в сторону двери и вдруг обернулся. — Ах да, и ещё кое-что. Если кто-то встретит Голубого, сообщите мне. По вопросам технических неполадок в ближайшие дни отправляйте запросы Розовой. К сожалению, Фиолетовый приболел, так что будет находиться некоторое время в медпункте.       — Приболел?! — воскликнула Розовая, но Коричневый уже скрылся за дверью, не добавив ничего. После таких заявлений никто уже и не смотрел в свою тарелку. Даже Оранжевый перестал жевать, почувствовав смущение.       «Кэп там что, окончательно из ума выжил? — Красный резко отодвинул в сторону свою тарелку. В голове роились разные вопросы, наперебой кричавшие о чём-то нехорошем. В этом нескончаемом шуме послышался новый нарастающий гул, заглушавший все остальные звуки. Это заставило подскочить психолога, как ошпаренного, — Стоп, а где сейчас Голубой?»       Он слышал, как Розовая крикнула что-то вслед, но не стал останавливаться. Выбежав из столовой, Красный проскочил несколько узких поворотов, добежал до широкой арки «Корпус Б» и остановился отдышаться. Дальше стоило идти спокойным шагом.       Проходя коридор за коридором, Красный представлял страшные картины, какие может обнаружить во врачебном кабинете. Автоматические двери открывали один пролёт за другим, пока наконец психолог не замедлился и не остановился в просторной комнате с пустующими носилками и слепящим потолочным светом. Единственная белая дверь впереди была заперта, а свежий маркер красного креста на ней пригвождал к себе взгляд.       — Ты не остановишь меня, — прошептал Красный в пустоту и извлёк из кармана карту Голубого. Проведя ключ-картой по панели, он услышал щелчок, удостоверяющий о разрешении войти. Сглотнув, Красный переступил порог кабинета.       Попав в помещение, Красный сразу же начал осматриваться. Всё лежало на своих привычных местах, ни одного признака вторжения. Тогда он шагнул дальше, дотронувшись носком ботинка скукожившегося ковра. За спиной с тихим шумом задвинулась дверь. Никого.       Красный сделал ещё несколько шагов, провёл ладонью по мягкой ручке кресла, на котором любил расположиться и подолгу валять дурака. Обогнул стороной дурацкую палку в горшке и оглядел награды врача на стойке. Прислушался к пустоте: только механический звон лампы выделился на общем фоне бездействия. Неужели Голубого здесь нет?       Повернувшись в сторону, Красный замер. Взгляд его жадно уцепился за планшет на рабочем столе, среди нерассортированных колб и кофейных стаканчиков. Уже издали различив форму заполнения, он ничего не опасался и протянул руки к заветному устройству, как только оказался около стола.

Запись 19.0

Пациент: Фиолетовый

                              ра̶не̷ни̕е̵м го̷ловы.

История: ...доставлен с Причина заявки: Обследование показало инородное вмешательство. Предположительно нанесён удар тупым предметом после| (автосохранение...)

      Красный опустил взгляд ниже недозаполненной формы и удивился адресату. Неужто у Белого есть время проверять такие отчёты?       Щёлк.       Голубой высунулся из инфекционной. Заметив незваного гостя, он вышел за порог, прикрыв за собой массивную дверь.       — А, вот Вы где, — Красный шумно выдохнул и положил планшет на место. — Капитан ожидает у себя.       — Доброго утра, коллега, — только сейчас Красный заметил, что Голубой держал в руках коробку с колбами для инъекций. — По правде говоря, это совсем вылетело у меня из головы. Я всё утро искал свою ключ-карту, пришлось воспользоваться запасной.       — Осторожнее, док, я удивился, когда дверь оказалась не заперта.       Красный отошёл от стола и прошёлся мимо кресел в центре комнаты взад-вперёд, размышляя о чём-то. Голова Голубого медленно поворачивалась вслед его перемещениям.       — На самом деле я пришёл сюда не только по этому делу, — Красный заговорил тише, но сознательно сделал паузу, ожидая реакции.       — Вас что-то беспокоит, мой дорогой коллега?       Услышав это, Красный довольно хмыкнул. Дорогой коллега. Нечасто приходилось получать такую характеристику даже на Земле.       — Я беспокоился о том, что Вам могли навредить.       — Неужели? — Голубой покачал головой, всё ещё держа коробку перед собой. — А разве для этого есть мотивы?       — В последнее время Чёрный ведёт себя... Малорационально, — Красный спрятал руки за спину и сделал ещё несколько шагов в обратную сторону, поравнявшись с врачом перед собой. — От меня не ускользнуло то, что вы ссорились накануне. Поэтому Ваше отсутствие на завтраке заставило меня встревожиться. Учитывая все недавние обстоятельства...       — Эти обстоятельства никак не связаны с нападением на Фиолетового.       — Вы считаете это нападением?       Голубой кивнул и Красный развернулся на девяносто градусов, обратившись лицом к говорящему. Руки за спиной переместились к карманам на брюках по швам.       — Я ценю Вашу поддержку, Красный, но не о чем беспокоиться. Чёрный не стал бы мстить мне. Что касается Фиолетового, то я почти закончил отчёт. Но у меня есть кое-какие опасения, — он опустил голову, осматривая колбы с острыми иглами в коробке, — что произошедшее далеко от несчастного случая.       — Иными словами, кто-то последовательно совершает нападения на корабле? — спросил Красный, не отводя взгляд от фигуры перед собой.       — Именно, — Голубой вдруг сделал полшага назад, упираясь в приоткрытую дверь, — и я опасаюсь, что этот человек может находиться в этом помещении.       Красный с рыком бросился вперёд, легко преодолев небольшое расстояние до двери в инфекционную. На эти несколько секунд Голубой остолбенел, не в силах сдвинуться с места. С грохотом они оба ввалились в помещение, распахнув массивную дверь. Шлем врача оказался достаточно крепким, чтобы выдержать и удар об толстую дверь и столкновение с полом. Но от боли это не спасло. С тихим вскриком он столкнулся с плоской поверхностью и почувствовал, как в затылке запульсировало, а уши заложило. Картоная коробка полетела в сторону, со звоном колбы разлетелись вокруг.       В груди жгло огнём. Стараясь заглушить кипящее чувство, Красный наносил удар за ударом по голове и телу Голубого. Становилось только жарче, воздух густел. Психолог слышал пульс в висках, перед глазами плясали тёмные точки. В полутьме инфекционной он почти не различал жертву перед собой. Бил наотмашь, куда попадёт. Когда почувствовал, что врач под ним уже почти не сопротивляется, судорожно зашарил рукой по полу рядом с собой. Есть.       Игла с треском разорвала часть комбинезона под халатом и вонзилась где-то около шеи. Голубой даже не трепыхался особо, что заставило Красного почувствовать облегчение. Какое-то время он тяжело дышал, сидя на уже лишённом всякой жизни теле. Потом поднялся, пошатываясь, отбросил в сторону инъекционную колбу. Его повело вбок, удар со стеной немного отрезвил разум. На переферии зрения мигали датчики аппарата, поддерживающего жизнь в теле Синего, который так и не проснулся за время происходящего ужаса. Красный закашлялся, чувствуя как всё горло внутри вспухло от вязкой слюны. Зубы выбивали дробь, недолго. Когда он почувствовал, что может контролировать дрожь в руках, схватил один из чистых халатов на крючке рядом с собой и выскочил прочь, одеваясь на ходу.       Тем утром камеры отчётливо запечатлели, как некая фигура в белом врачебном халате с надвинутым на лоб капюшоном выскочила из двери в медкабинета и быстрым шагом двинулась в научную лабораторию.

***

> обработка запроса...

>>ФАЙЛ УСПЕШНО РАСПОЗНАН

> расшифровка файла...

> идёт распознавание ре͘ч͢и...

Д̴͝͠о̧̀͢п҉̢р̴̶͟͝о̀̀҉с͠͏͜͝ № 00̸ 0*

      Коричневый: Начинаем допрос, запись с этого момента включена. Помни, что я тут задаю вопросы, а ты чётко отвечаешь по делу. Всё ясно?       Розовая: Ух ты! Эта комната прямо как в фильмах. Ой, прости. (предположительно: кашель) Я [ФРАГМЕНТ ВЫРЕЗАН], клянусь отвечать перед судом только правду.       К: Ты совсем [ФРАГМЕНТ ВЫРЕЗАН]?! (тяжело вздыхает) Согласно регламентам, данные выше будут зашифрованы.       <Войдите под правами администратора, чтобы видеть этот текст>       К: Я запустил запись заново, попробуем ещё раз.       Р: Хорошо, давай уже скорее задавай свои вопросы, хоть так ты со мной поговоришь.       К: Обращайтесь ко мне, как к заместителю капитана, уважительно. Итак начнём. Как ты оказалась на борту D1.E?       Р: Хороший вопрос, у-ва-жа-е-мый. Всё началось с того, что я заметила, как мой дорогой брат, и без того часто не появляющийся дома, совсем пропал. Я стала волноваться, но как оказалось зря. Он получил повышение и был вынужден работать очень упорно, чтобы оправдать ожидания. Старший братик вообще молодец, хоть иногда и кажется, что он грубый, но это не так. На самом деле он очень добрый. Вот в детстве они с другим моим братом пошли зимой...       К: Довольно! Ты и так уже почти наговорила на заключение в карцере. (неразборчиво) Мне придётся вырезать половину этого допроса. В двух предложениях: как ты сюда попала?       Р: Пф. Могу даже в двух словах. Брат помог.       К: Что?! Капитан??       Р: Нет конечно, глу-пень-кий. Капитан наоборот сделал всё, чтобы я не прошла собеседование, будучи с максимально возможным баллом на итоговом экзамене. Это был мой второй брат.       К: Какую цель ты преследуешь?       Р: Издеваешься? Я всего лишь вернулась на своё законное место, которое у меня попытались отобрать.       К: Как ты пробралась на корабль? Это невозможно силой двух людей. Миссия засекречена на всех уровнях защиты.       Р: Слабенькая у вас защита, кэп-номер-два.       <Запись приостановлена>       <Запись возобновлена>       К: Продолжаем       Р: Ну как, заместитель капитана, попили водички?       К: Где ты достала свой костюм?       Р: Слушай, а тебе не кажется, что допрос было бы лучше вести, когда видишь лицо преступника?       К: Отвечай на поставленный вопрос.       Р: Жаль, я могла бы быть добрым копом, а ты плохим. Но я всё равно делилась бы с тобой пончиками, хоть ты и вредный...       (Грохот)       (Грохот)       (Предположительно: шелест)       (Нераспознанный тяжёлый звук)       <Конец записи>

!Обнаружен 1 дополнительный фрагмент

Включить?

      Б: Продолжим на том месте, где вы остановились. Похоже, что моему коллеге требуется небольшой перерыв, чтобы успокоиться. Я задаю вопросы, ты — отвечаешь. Помни, одно лишнее слово, и уже через семь дней ты отправишься в капсуле обратно на Землю.       Р: Я поняла.       Б: Как ты попала на борт и где взяла костюм?       Р: Я была очень расстроена, что Вы, капитан, отвергли мои кандидатуру в качестве инженера, и обратилась за помощью... к бортовому психологу. Он сказал, что никаких проблем нет, дал мне красивый, хоть и старой модели розовый костюм, и провёл к себе в кабинет. Там я в маленьком служебном чулане находилась всё время до запуска D1.E, пока сильно не проголодалась. Спустя какие-то дни мои запасы провизии закончились, и я пошла искать кухню, чтобы взять что-то поесть. Я знала, что на борту праздник и никто не должен был меня заметить. Заметили.       Б: Это всё?       Р: Да.       Б: Тебе больше нечего добавить?       Р: Нет, капитан.       Б: Тогда завтра ты отправляешься домой.       Р: Но...       <Конец записи>