Третий лишний

Этим летом несколько праздников наложилось один на другой. День города, по какой-то неведомой причине каждый год празднуемый в разные дни месяца. Маскарад, который Дилюк терпеть не мог, как и все местные. День летнего солнцестояния. Кэйя любил праздники - или делал вид, что любил их? На этот маскарад он сделал себе пиратский костюм - по местным меркам просто шикарнейший! Вырез на смуглой груди заставлял девушек хихикать, краснеть (чего все равно было не видно под масками) и заходить в их украшенный коллекцией масок Кэйи бар. Дилюку все это активно не нравилось, но это приносило выручку, и он, как и всегда, был безукоризненно вежлив и готовил потрясающие напитки. Потрясающие напитки очень нравились Кэйе, а ещё ему нравились словесные пикировки с Дилюком, а Дилюку нравился Кэйа, но ещё больше ему нравилось делать вид, что Кэйа ему активно не нравится. Тем не менее весь город был в курсе того, что они вместе. Всю жизнь. И уж скорее город треснет напополам и пойдёт ко дну, как Атлантида, чем эти двое разбегутся по разным углам. Слишком многое они пережили, слишком сильно их характеры друг к другу притерлись со временем, чтобы просто так забить на это. Да и не было поводов… точнее, поводов было полно, начиная с того, что Кэйя бессовестно флиртует с каждым встречным-поперечным, продолжая тем, что у Дилюка был КРАЙНЕ непростой характер и с ним в принципе сложно найти общую тему для разговора, и заканчивая кое-каким семейным секретом, из-за которого всем было понятно, что Дилюк до сих пор кое за что не простил Кэйю до конца. Так или иначе, они были вместе. Всегда. Как братья или заклятые друзья или что-то большее. Все в городе считали по-разному, кем они друг другу приходятся, но правильным вариантом ответа было «что-то большее». Они заботились друг о друге - порой очень своеобразно - но Кэйа вообще-то очень любил своего «сводного брата», а Дилюк любил его. У них было общее семейное дело - огромный винный бизнес, который они оба поддерживали на плаву, и бар, который был уже их личным делом; был общий дом, был огромный сад у дома, а за садом - гектары виноградников. Их жизни были переплетены с самого детства, поэтому никого особо не смущало, что эти двое всегда были вместе. Но не в этот день. Кэйа зазывал людей в бар, проходя по заполненным веселым народом улицам, а Дилюк вместе с барменом Чарльзом работал в самом заведении, к восторгу посетителей виртуозно поджигая шоты. К привычному ежегодному шуму добавились новые мелодичные звуки гитар, барабанов, клавишных, кто-то сладким голосом читал рэп, а затем… затем Кэйа услышал прекрасный голос, рядом с которым толпа моментально утихомиривалась и внимала пению. Пробившись сквозь толпу к источнику музыки, он увидел группу молодых людей, с удовольствием игравших посреди маскарада то, что вообще не подходило происходящему вокруг - но музыка была действительно здоровской, и толпе, несмотря на несоответствие, все это весьма нравилось. Тогда Кэйе и пришло в голову пригласить их на пару вечеров в «Долю ангелов» - и музыканты подзаработают, и у них в кассе деньжат прибавится. Светловолосый парнишка, игравший на гитаре, выглядел достаточно юным, как и его сестра-близнец, игравшая на барабанах. Остальные были на несколько лет старше - какой-то рыжий голубоглазый парень мелодично читал рэп и наигрывал на синтезаторе, мрачного готического вида девушка играла на басу, обмениваясь время от времени взглядами со второй высокой девушкой с голубыми волосами, тоже державшей в руках гитару. Песни были так гармоничны, что просить их сделать паузу для переговоров казалось грехом, но Кэйа сделал это, тронув вокалиста за рукав. Нормально переговорить не получилось, но Альберих кое-как передал своё послание пареньку, назвавшемуся Итером, и взял с них слово заглянуть в их бар вместе с инструментами. Тот был слегка обескуражен неожиданным предложением, но согласно кивнул. *** Проталкиваясь сквозь группу подвыпивших людей к бару, Итер оглядывался, пытаясь отыскать Кэйю. Он ведь их позвал сюда, разве не он должен заниматься техническими моментами?.. — Эм… простите, вы здесь главный? - тонкая рука блондина высунулась между подвыпивших людей, подтягиваясь к бару. Слегка уже рассерженный растрёпанный Итер кое-как протиснулся и замахал руками бармену с лицом, не выражавшим никакого энтузиазма по поводу происходящей вокруг вакханалии. — Смотря по какому вопросу вы пришли, - дальновидно отвечает Дилюк, решив, что если Кэйа где-то набедокурил - то пускай сам разгребает свои проблемы. — Видите ли… уф, ну и жара! Дурацкие маски… - Итер раздраженно снял с лица съехавшую набок маску и начал обмахивать ею, как веером, своё разгоряченное лицо. Дилюк отметил про себя высказывание «дурацкие маски» весьма положительно. - Человек по имени Кэйа попросил меня дать выступление сегодня вечером в этом баре. Мы с группой разделились до этого времени, договорились встретиться здесь в 19, и вот уже 19.20, а Кэйи все ещё нет. Скажите, он работает здесь? — Мгм, - Дилюк неопределенно промычал, окидывая парня острым взглядом. - Ты играешь? Где твоя группа? Музыкальные вечера в их баре - не редкость, но обычно Кэйа предупреждал о выступлении очередного бенда хотя бы за неделю, чтобы народ успел подготовиться и купить билеты. Сегодня билетов, видимо, не будет, зато будет аншлаг - как и каждый год в день маскарада, или даже что похуже, потому что Кэйа решил устроить спонтанный концерт. — Они уже здесь! - парень попытался встать на цыпочки и высмотреть своих товарищей в толпе, но люди напирали, и по его макушке кто-то засвистал дном пустой кружки пива. Дилюк невозмутимо забрал эту самую кружку, наполнил ее фирменным ячменным и протянул гостю обратно. Парнишка сердито потер затылок. - Отсюда их не увидеть, но они должны стоять там. Да черт возьми, неужели вы о нас не слышали?! Мы здесь проездом, заехали просто посмотреть на маскарад… Рагнвиндр, слушая возмущённый монолог парня, которого пихали локтями туда-сюда, продолжал делать напитки. — …а потом подошёл этот Кэйа и попросил нас сыграть здесь. Ему вроде как очень понравилась наша игра, поэтому… Тут он вздрогнул и гневно посмотрел на расслабленного рыжего парня, протиснувшегося рядом. — …поэтому сторгуемся - вам 30 процентов выручки, нам 70! - он хохотнул, приобнимая Итера за плечи. - Этот вечер будет легендарным, господин… Дилюк, - он опустил глаза ниже и прочитал имя на бейдже бармена. - Вы потом будете фотки с нами за миллионы продавать. — Слишком много на себя берешь. О выручке поговорим потом. Вы вообще-то крайне невовремя, - прохладным тоном ответил Дилюк, бросая взгляд на сцену, так же забитую развеселым народом в масках. В баре была конкретная толкучка, но все хотели получить знаменитые напитки из рук самого Рагнвиндра. - Чарльз, займись, пожалуйста. Помощник понимающе кивнул и отошёл к сцене. Рыжий и блондин тоже утекли сквозь толпу, и Дилюку, чьи руки на автомате подкидывали бутылки, разливали пиво и вино по кружкам и бокалам и вместе с этим принимали оплату, оставалось надеяться лишь на то, что безупречный вкус Кэйи не сделает этот вечер хуже. Все же в музыке он разбирался неплохо, но будет ли хороша на сцене группа каких-то уличных музыкантов? Дверца хлопает, и Кэйа, явившийся буквально из ниоткуда, шепчет ему на ухо: — Слушай, оказывается, это действительно какие-то восходящие звезды… Сейчас сюда набьётся целая толпа малолеток, так что… умоляю, делай всем по умолчанию молочные коктейли. Алкоголя больше нет. Кончился. Иначе проверять цифры в документах с ума сойдём. — Ещё предложи всем делать чай, - хмурится Дилюк. - Молока в подсобке осталось только на какао для Кли. Синий глаз Кэйи на миг сверкнул беспокойством. — А где сама Кли? Дилюк пожимает плечами и разом ловко поджигает целую партию шотов. — Сидит в подсобке и пьёт это самое какао. Тут сам видишь, что происходит. Беспокойство сразу же сменяется облегчением, Кэйа улыбается и отходит на полминуты в подсобку - проверить Кли. Девочка расстроенно сидит на коробках и едва не хлюпает носом. — Кэйа! Братик Альбедо опять работает, а там веселье, маски, праздник! А я!.. а меня тут заперли!.. - слезы вот-вот польются рекой, и Кэйа поспешно обнимает малышку. Ему действительно жаль, что ребёнку приходится сидеть тут во время такой движухи, но ей в такой давке находиться попросту опасно - наступят и не заметят. — Ну что ты, не плачь! Кто тебя запер? — Чарльз!.. - она начинает горько рыдать, обняв Кэйю за шею. Кэйа подхватывает ее на руки и решительно выносит из подсобки. – Никто не имеет права тебя сажать под арест, если ты не сделала ничего плохого! Сделаем так… Дилюк неодобрительно смотрит на то, как Кэйа притаскивает высокий барный стул и сажает на него Кли. Места за стойкой и так не слишком много, а ребёнку тут в любом случае не место, тем более в такой праздник. Альбедо пора найти нормальную няньку, а Кэйе сам Дилюк и щенка бы не доверил. Странновато, что он постоянно просит посидеть с Кли именно его, но что поделать - они с Кли действительно отлично ладят, Кэйа все равно что еще один старший брат для нее. Да и Дилюк тоже. Нередко она пытается заплести ему волосы, как Альбедо, и перевязать ленточками, приговаривая что-то в духе «Сейчас ты будешь самый красивый!!», но получается у нее не то чтобы хорошо - у Дилюка слишком пышная грива, и не просто так у него на запястье висит запас из резинок - на тот случай, если та, то в волосах, не выдержит и лопнет, как и десятки ее предшественниц. Кли мигом перестаёт плакать и, держась за стенку, стоит на стуле, высматривая, что там за звуки на сцене интересные. Кэйа же помогает с напитками напарнику, попутно спрашивая документы у совсем уж юных лиц. Наконец гул толпы разрезает звон гитарных струн, и Дилюк, наливая на дно очередного шота сладкий вишневый ликёр, вздрагивает, а затем неверяще смотрит в сторону сцены. Он знал эту группу, и этот голос… как же он, черт возьми, любит их музыку. Они начали карьеру совсем недавно, но… если в баре он сдерживал себя и мешал их музыку с музыкой других групп, то дома или пути слушал только их. На повторе. И порой перематывал припевы вокалиста на начало, чтобы услышать переливы его голоса ещё и ещё раз. Кто же это поёт?.. Кэйа, краем глаза наблюдавший за мужчиной, самодовольно усмехнулся, заметив его интерес. Значит, все же угадал и срубил джекпот, приведя сюда «Bêtes bleues». — Подожди минутку. - бросил Рагнвиндр и, облокотившись о барную стойку, приподнимается выше, высматривая группу. Пел тот самый юный парнишка, и черт возьми, пел он восхитительно. Голос поднимался на невероятные высоты и резко обрушивался вниз вместе с мощными ударами медиатора по струнам, его пальцы скользили по грифу быстро и при этом будто нежно. Итер играл и пел так самозабвенно, будто был один, и его затуманенный мечтательный взгляд будто не видел никого в толпе - никого не выделял, ни на ком не останавливался. Однако когда он взглянул в сторону барной стойки, его глаза будто стали осмысленней - он улыбнулся Рагнвиндру, возвышавшемуся над толпой со своей красной гривой, и запел следующий куплет. Моргнув, Дилюк заторможенно возвращается на место, вновь разливая напитки. Упругие, будто осязаемые, звуки гитар, барабанов и клавишных разрубают воздух на полоски и мешают ему услышать очередное «темное нефильтрованное». Но… нет, скорее уж это «темное нефильтрованное» мешает ему наслаждаться в полной мере музыкой, заевшей у него в подкорке мозга. Кэйа явно очень доволен - сияет, как начищенный медяк, бросает на него многозначительные взгляды, значащие «как же я хорош в ловле удачи», и ловко раздаёт стаканы. Наверняка уже представляет себе отличный секс сегодня вечером. А Дилюк не может поверить в то, что в день этого ублюдочного маскарада у него в баре выступают те самые «Bêtes bleues». *** — Сегодня обещали грозу! Ирония судьбы - день летнего солнцестояния, огромный праздник… и гроза. - вздыхает Кэйа, наполняя очередную кружку пивом. — Мгм, - Дилюк не слишком внимательно вслушивается в его слова. Его больше интересует группа, подойдут ли они к нему в полном составе или с ним опять будет торговаться тот рыжий парень с хитрым лицом. Дилюка не волновали деньги в такой ситуации - но угостить ребят напитками за счёт заведения он был обязан. — Кэйа. - рядом со стойкой показался молодой человек с двумя стаканчиками кофе в руках. Под глазами залегли тени, а небрежно собранные светлые волосы были влажными - видимо, та самая гроза уже началась. — Альбедо! Как день? - с привычной улыбкой Кэйа приветствует его, и Альбедо устало улыбается. Очень устало. Вместо тысячи слов. - Кли сегодня побывала на легендарном концерте! Он очень доволен, малышка наверняка будет в восторге рассказывать старшему братцу о потрясной музыке - и наверняка после сегодняшнего вечера у неё сложится отличный музыкальный вкус. — Очень здорово, - тепло улыбается Альбедо, протягивая ему стаканчик кофе, - а где она? Слова «Ох, опять ореховый латте? Не стоило тратиться, главное - что я могу поболтать с тобой немного в конце этого сложного дня!» застревают у Кэйи в горле. Кли здесь нет. И ее рюкзачка нет, и мягкой игрушки. Пальцы Кэйи холодеют, несмотря на горячий стаканчик. — Она… я сейчас позвоню ей. - он ставит стакан рядом с кофемашиной (давно не работающей - Кэйа хотел расширить ассортимент, а Дилюк не хотел и на шаг отходить от алкогольных традиций «Доли ангелов», в итоге посетители почти никогда не интересовались кофе, а кофемашина пылилась зря) и ныряет под барную стойку за телефоном. 12 пропущенных от Кли… Он быстро набирает номер. — Кли, черт возьми, где… — Братик Кэйа! - в голосе ребёнка явно прослеживается паника. - Я на… я на берегу! Я приехала сюда на автобусе… а сейчас автобусы не ходят!.. Я отсижу хоть две, хоть три недели домашнего ареста, только забери меня отсюда!! — Еду, - коротко бросает мужчина и, захватив куртку, выходит из-за барной стойки. - Дилюк! Я на полчаса. Тот кивает, продолжая заниматься своим делом; на лице Альбедо явно читается беспокойство. Свой стакан он оставляет также на барной стойке. — У тебя машина припаркована рядом? - отрывисто спрашивает Кэйа, выводя его за запястье на улицу. — Нет… — Ох… если хочешь, я могу съездить сам. Я сегодня тоже не на машине… - он мрачно смотрит на дождь, уже конкретно так накрапывавший по асфальту, и на мотоцикл, стоящий у входа. Альбедо, с лёгким интересом покосившись на руку, удерживающую его запястье, более настойчиво произносит: — Дождь не помеха, и я поеду. Так где Кли? — Она… у прибоя. - Кэйа очень фальшиво улыбается, отпускает его руку и перемахивает через сиденье. - Накинь мою куртку, это единственное, чем я могу хоть немного искупить вину за свой провал.