Певчая птичка

      Штиль… Абсолютный и неприкосновенный штиль в собственной бедовой Черёмушки. Ни тебе не чужих эмоции, ни обрывков мыслей, ни каким бы то ни было образов в голове.       Канато едва не жмурился, попивая просто потрясающий чай и наслаждаясь недолгосрочной передышкой, в виде полностью перекрытой связи с братьями. В отличии от него, который в данный отрезок времени прибывал в весьма благодушном настроении два его других брата казалось с каждым прошедшим мгновением накручивали себя всё больше и больше. Их беспокойство выдавало мельтишения по гостиной в которую вся их дружная компания из шести человек переместилась вскоре после того, как выяснилась необходимость в обсуждении сложившейся ситуации.       Этакое подобие семейного совета на котором они должны были согласовать дальнейшие действия.       К смене пола и внешности он отнёсся в большей степени пофигистично, если не считать показательной истерики в самом начале. Ну, подумаешь поменял половую принадлежность и внешность заодно.       Впервые что ли?       Совсем другое дело было в том чьей полной внешней копией он стал. Внешность Корделии относилась к разряду первоклассных и потрясающих, но уж явно не была пределом его мечтаний. Уж точно не тогда, когда у него тут под боком неуровновешенные личности на подобии братьев Сакамаки.       Не сказать что на их фоне он был самим образцом физического здоровья и благополучия, но по крайней мере пытался им быть. Ага, в особенности первое время, пока не понял, что смысла как такового это не несёт совершенно. И ещё то, что попытки загнать себя какие-то бы ни было рамки, навязанные им обществом ещё в прошлой его жизни может кончится очень и очень прискорбно в первую очередь для него самого.       Сделав ещё один глоток просто божественного напитка сделанного Рейджи он перевел свой взгляд с Аято и Лайто на задумчиво постукивающего по мягкой обивке, зелёного цвета, кресла второго брата.       За все эти годы отношения у них сложились не то, чтобы особо доверительные, но достаточно ровные для того, чтобы он смог время от времени завалиться к любителю очков на чай. Конечно, не редко подобные визиты с приятной беседой заканчивались для него очередным отравлением. После такого ему бы смекнуть о том, что его не особо рады видеть и прекратить свои визиты, но он с упертостью достойной какого-нибудь барана приходил вновь и вновь.       Причин явного проявления мазохистких наклонностей со своей стороны он объяснить не мог. Разве что говорил себе какой-то успокаивающий бред о том, что иммунитет к ядам никогда не повредит. Хотя каждый раз после подобного визита чувствовал себя просто ужасно клянясь и божилась что больше ни ногой в кабинет Рейджи не ступит.       Обращая внимания на двух других братьев — Шу, развалившегося на диване, и Субару, подпиравшего своей спиной одну из стен. Эти двое делали вид что им в общем-то всё равно, хотя он был готов поставить на то что свои ушки те развесили и слушали их разговор с Рейджи, как самым компетентным в сложившейся ситуации, с особой внимательностью.       Его отношения с этими двоими вряд ли можно было назвать плохими или особо хорошими.       У него, как и у оригинального Канато, был просто потрясающий голос, который нравился Корделии. Хотя самому ему больше нравилось пение Субару неизменно исполнявшему одну и ту же колыбельную ныне мертвым жертвенным невестам.       Он как и оригинальный Канато превращал трупы мертвых дев в самые настоящее, по его мнению, произведения искусства.       Причин для этого у него было несколько. Начиная благородной целью воздать должное погибшим девушкам о захоронении которых тут никто толком не заботился и заканчивая уж совсем эгоистичным созданием марионеток, которые повинуясь воле собственного создателя были готовы выполнить абсолютно любое поручение. Так уж получилось что врождённые склонности не выбирают, а этакое подобие кукольной магии и некромантии понимало под лучшими материалами именно что некогда живое существо.       Вместе с собой из прошлой жизни он принес знание множества песен, над переводом которых пришлось заморочиться в свое время. Но зато теперь у него была возможность напевать те в любое время суток, чем он особенно пользовался во время того, когда был чем-то занят.       Эта привычка появилась у него только в этой жизни. Поскольку тишину он не то, чтобы не любил, но под задорный мотив казалось что работа шла веселее, легче и в разы быстрее.       По-всему видимому такого же мнения придерживался и Шу, который до того как обзавелся плеером с внушительным плейлистом, любил завалиться к нему на диван в мастерской. В той он работал над созданием самых разнообразных кукол, материалы для которых не ограничивались телами жертвенных невест. Впрочем, даже после того как он обзавелся современными технологиями походы в его мастерскую совсем не прекратились. Их стало самую капельку меньше, но не более того.       Самое забавное что диван изначально был предназначен для него, если ему будет лень идти в собственную комнату, но старший брат настолько часто пользовался этим предметом декора, что у него возникало чувство что всё было наоборот.

***

      Настроение закрывшегося и никак не собравшегося, в ближайшее время так точно, открываться Канато, в отличии от его братьев, было благодушным. Всю малину портила разве что необходимость обновить в одно мгновение ставшего непригодным для своего ношения гардероб и братья то и дело вертящиеся рядом.       Чужое беспокойство, насколько бы по началу оно не было приятным, уже потихоньку начинало раздражать. То как аккуратно с ним пытались обращаться невольно наводило на мысли о том, что от него ждут какого-нибудь пиздеца. Ну, или фортиля на подобии истерики с криками «Всё! Я не могу больше так жить!» и вскрытием вен.       Такими темпами она действительно готова была организовать им нечто подобное, чтобы от неё наконец отстали. Если интерес Рейджи, который пытался выяснить как вернуть его в прежнюю форму был понятен и ещё терпим, то вот остальное нет. Из всех оставшихся братьев у него не было вопросов разве что, к кажется таки не изменившему свое поведение Шу и Субару, который, если и изменил свое отношение, то его изменения не так бросались в глаза, как поведение Аято и Лайто.       Эти двое заваливались спать к нему в комнату, на что он не сильно обращал внимание. Такое было и раньше. Просто с возрастом совместные ночевки стали самую чуточку реже. Но вот что выводило его из себя это то, что они начали относится к нему как к кисейной барышне.       Совсем недавно, когда он просто чихнул те так переполошились, что у него возникало чувство, что он смертельно болен, но совсем не в курсе об этом. Нет, серьезно, это уже перебор. Канато совсем не хрустальный и рассыпаться на множество осколков от одного единственного тычка не планирует.       Подобные жалобы со всей той стойкостью, на которую он был способен, уже которую неделю выслушивал Шу. Мастерская была единственным местом в котором эти двое не могли его достать, благодаря защитным чарам, которые с недавнего времени пропускали только первого и второго брата. Этим он и пользовался, прячась тут от всего мира.       Попытки Рейджи нарядить его в юбку закончились ничем, из-за его категорического отказа. Хотя в его шкафу теперь и обреталась куча юбок и платьев самого разнообразного фасона и пошива. Не то, чтобы в этой жизни он не носил платья и юбки, обзаведясь столь странным опытом для парня, чему предшествовал очередной бздык Корделии, но увеличивать и без того просто гигантское сходство с той женщиной не хотелось.       Впрочем, это он, вынужденный говорит о себе в женском роде, что в виду некоторых особенностей японского языка не было особо заметно. Вот будь это какое-нибудь другой язык ему пришлось заморочиться.       Сейчас они собрались в той самой гостинной в которой ещё несколько недель назад происходил срочный семейный совет, и смотрели на новоприбывшую особу. О жертвенных невестах, в их семье заранее оповещался разве что первый брат, который был обязан донести данную информацию до всех домочадцев. К тому, что иногда это происходит с некоторым запозданием они уже можно сказать привыкли. Как и к необходимости собираться всем вместе для того, чтобы познакомится с новой жертвой.       Простая формальность, но иногда бесячая до ужаса. Поэтому было совсем не удивительно, что в такие моменты парни развлекаются как могут.       Вот и сейчас, на том самом диване на котором ещё совсем недавно Рейджи расспрашивал её саму сидит девчонка. Восемнадцатилетняя пигалица, которую даже не осведомили о её роли. Впрочем, ничего нового. Обычно, о своей дальнейшей судьбе жертвы узнают уже на месте.       Новоявленную девушку, о приезде которой они узнали ещё вчера, зовут Юи Комори. У неё короткие вьющиеся волосы, блондинистого оттенка, красные глаза и бледная, без каких либо видимых отметин, бархатная кожа.       Ей хочется скривится и сказать как это всё не вовремя и что вообще-то данный пиздец мог подождать пару тройку лет или хотя бы до того момента как они не разберутся со сложившейся ситуацией. Вот только, Канато держит лицо, поправляя низкий хвост длинных фиолетовых волос переброшенных через плечо и начинает накручивать на палец одну из непослушных прядей.       Заметив любопытный взгляд девчонки, обратившей на него, подпирающего собой одну из стенок, он выдает самую доброжелательную улыбку. На это девчонка мигом краснеет и отводит свой взгляд так, как будто сделала что-то не так. О том как действует его новая внешность на окружающих он прекрасно осведомлен. Всё же школу ещё никто не отменял.       В своё время ему посчастливилось наблюдать со стороны, как к ногам Корделии мужики падали целыми пачками. В том, чтобы к его ногам падали, как это было с их маман он не был заинтересован, от слова совсем.       Нынешний Канато небезосновательно считал себя а-сесуалом и к отношениям особо не стремился. Хотя в его голове уже возникали ситуации возможного будущего, в котором очередная жертвенная невеста лезет к нему в поисках хоть какого-то понимания и намека на женскую солидарность.       Учитывая то, что до собственного преображения он не сильно страдал подобной фигнёй, то вряд ли хоть что-то изменилось сейчас. Ещё одна вереница ситуаций в которых его нервы будут проверенны на прочность. Вряд ли эти курицы поверят с первого раза, что он вообще-то парень с какого-то перепугу превратившийся в девушку и что у него своих проблем, в общем-то много. А разборки в чужих его не то чтобы не привлекают, скорее уж раздражают и бесят до алой пелены перед глазами.       Канато опускает свой взгляд вниз. Он смотрит на шикарные ногти темно фиолетового цвета. Будучи ещё в мужской форме ему не раз доводилось красить ногти в черный, из-за собственных прихотей. Вот только, сейчас это был не лак, а, наверное, их природный цвет, поскольку ацитон или какие-либо другие средства для снятия лака тут не помогали.       В данный момент он…а была одета в белую блузку, без так раздражающего её банта, с закатанными рукавами и расстегнутую на несколько верхних пуговиц. Та была заправлена в штаны женского кроя, которые Канато одевала вместо юбки. Где-то ещё валялся милостиво позабытый ею пиджак.        Любимый Тедди под очередным номером остался в его собственной комнате. Из-за чего ей приходилось скрещивать руки на груди не чувствуя уже привычную мягкостью игрушки, которая одновременно с этим была и этаким подобием рюкзака. Вместо него у неё на поясе весела ничем не примечательная черная поясная сумка.       Оригинальный Тедди, некогда подаренный ей Корделией, поддался влиянию течения реки времени и пал жертвой череды некоторых обстоятельств, предшествовавших его непригодности и удобству для дальнейшего ношения с собой. Все же последующие модели были созданные его собственными руками.