2500€

      — Эи, пожалуйста, перестань… Мне это совсем не нравится…       Даже не закрыв дверь на замок, Эи влетела в квартиру, тут же прижав к стене ничего не понимавшую Сару. Ей было плевать, что сейчас от нее пахнет чужими сладкими духами, что она до предела возбуждена бывшей девушкой, что мысленно она все еще в том пентхаусе и безумно хочет прикосновения совсем не тех рук, которые теперь держала в своих. Не отрываясь от грубых поцелуев в шею, Эи подхватила девушку на руки, не слушая ее протестующие вскрики от болезненных ощущений. Опустив ее на кровать и удерживая чужие руки над головой, Эи перекрыла возможность говорить, заткнув поцелуем.       Опершись на колени и расстегнув джинсы, она схватила Сару за запястье, направила ее руку между своих ног и, резко выдохнув от так необходимого прикосновения, уткнулась лицом в подушку, заглушив собственный стон. Но этого было недостаточно. Эи быстро стянула с себя джинсы с нижним бельем, приказав девушке сесть на пол. Расположившись перед ней и разведя ноги в стороны, она прижала ее голову к себе. Сара больше не сопротивлялась. Девушка знала, что делать, и чем быстрее она доведет до финала, тем быстрее это закончится. Так и вышло: уже через несколько минут дрожащее тело опустилось на кровать. Выбравшись из сжатых ног, девушка села в угол, обняв свои колени. Перед глазами всплывали неприятные сцены из прошлого.       — Ч...Че-ерт... — Эи схватилась за голову, увидев блестящие от еле сдерживаемых слез глаза. — Сара! Сара, прости меня! — Эи бросилась обнимать девушку. Только сейчас она поняла, что натворила. — Извини, я… я не знаю, что на меня нашло, я… умоляю, прости…       Сара лишь молчала в ответ, сверля стену пустым взглядом.       — Пожалуйста, скажи хоть что-то!       Ответа по-прежнему не было. Увидев на шее размазанную кровь и опухшие следы от своих зубов, Эи вскочила, кинувшись на кухню, чтобы собрать все предметы, которыми было бы возможно порезаться. Удивленно посмотрев на открытую дверь и на автомате захлопнув ее, в зеркале она увидела собственное пугающее отражение: Эи стояла без одежды с кучей ножей и стеклянных предметов в руках.       Паника все больше охватывала разум. Первой на глаза попалась ванная комната. Быстро бросив все туда и хлопнув дверью, Эи со злости выломала ручку. Несколько секунд на восстановление дыхания, прижавшись к холодной стене. Панику стало вытеснять уничтожающее чувство вины, сдавливавшее грудную клетку колющей болью. Как назло все мысли были лишь о рассказах девушки из приюта. Пытаясь прогнать неприятные мысли, она прошла обратно в комнату. Было страшно смотреть на свою девушку, поймать ее разочарованный, полный боли взгляд. Страшно от осознания, что сейчас она может просто выйти и больше никогда не вернуться. Наспех натянув первые попавшиеся штаны, Эи попыталась поднять девушку за руку с пола. Сара подчинилась усилиям, крепко схватившись и поднявшись, кинулась обнимать Эи, больно сжав ребра, и уже не выдержала натиска эмоций – слезы покатились по щекам. Волна облегчения прошлась дрожью по телу. Трясущимися руками Эи так же крепко обняла в ответ, терпеливо ожидая, когда истерика закончится. Как только всхлипы начали стихать, Эи подняла Сару и усадила на кровать, расположившись рядом и не переставая обнимать; та цеплялась руками за одежду, уткнувшись в плечо.       — Прости, я знаю, что ты не выносишь слез…       — Да ты с ума сошла! Сара, это я должна просить прощения!       — Но…       — Даже не думай это повторить!       — Я испугалась, что ты ушла…       — Нет, малышка, ты что, я… просто закрыла дверь. Я никогда тебя не оставлю. И больше никогда не сделаю тебе больно!       — Ты правда хочешь остаться со мной?       — Да что за глупые вопросы?!

***

      Дни после инцидента проходили для обеих девушек по-разному. Сара вела себя довольно непринужденно, словно ничего не было; создавалось ощущение, что она и вовсе забыла произошедшее. Эи же пыталась сохранять самообладание, но чувство вины ни на минуту не оставляло ее в покое. Каждый взгляд в сторону Сары сопровождался бурными воспоминаниями о том вечере, что сильно выбивало из колеи. В течение пары недель поток заказов возобновился, но как назло обстоятельства все равно шли против Эи. После нескольких безупречно выполненных заданий все пошло по наклонной – работы становилось все меньше и меньше, а через месяц она вовсе сошла на нет.

***

      — Да твою ж мать! — кулак со всей дури полетел в стену; нервы Эи сдавали, что становилось очевидным. До очередного платежа оставалось всего несколько дней, а на руках не было даже половины суммы.       — Не сердись так… — Сара обняла девушку сзади, пусть и знала, что это не поможет, но сама при этом почувствовала себя спокойнее.       — А что мне еще делать?!       — Взять у кого-то в долг? Согласись, это ведь не может длиться вечно. Ну или позволь мне, наконец, работать!       — Я уже сказала, тебя это не касается!       — Мне больно смотреть, как ты ходишь раздраженная!       После небольшой паузы Эи смягчилась, заключив девушку в объятия.       — Прости меня... Скоро все наладится. Я что-нибудь придумаю, — было непонятно, утешала она этими словами Сару или саму себя, но тревожность заметно отошла на второй план.       — Я смотрела один фильм… — робко начала Сара, боясь неодобрительной реакции Эи. — Главный герой тоже задолжал крупную сумму...       — Ох, эти фильмы... Фантазии безмятежных режиссеров, не видевших жизни, — вскоре почувствовав себя неловко от обрубленной попытки Сары хоть как-то помочь, Эи слегка отстранилась, ожидающе глядя девушке в глаза. — И как же этот герой вышел из положения?       — Он... Он просто сбежал в другую страну…       — И... все?.. Сара, да это же идея!       — Я не... Правда?! — ее лицо засветилось от счастья – она почувствовала себя полезной.       — Правда. Дай мне время все обдумать. Вдруг это действительно хороший вариант.       — Тогда я схожу в магазин. Что хочешь на ужин?       — Нет, одна ты не пойдешь. Закажи что-нибудь на свой вкус.       — Ладно… — голос заметно поник.

***

      Связавшись со старыми знакомыми и друзьями, разъехавшимися по миру, Эи осознала, что выбор оказался небогатым. Оставалось лишь два человека, которые могли бы помочь с новыми документами и предоставлением временного места проживания.       «И как мне раньше это в голову не пришло..?»       Взвесив все «за» и «против», в какую страну и каким образом будет легче всего попасть, Эи набрала номер; на экране высветилось имя «Сайгу». Томительное ожидание сопровождалось треском в трубке и резким звуком гудков.       — О, ты обо мне помнишь? — раздался успокаивающий женский голос. — Лестно, милая...       Описав суть проблемы, обсудив возможные варианты и составив совместный план, Эи прошла на кухню, чтобы поделиться радостной новостью с Сарой.       — Собери самое необходимое. Завтра мы покинем этот город, будем свободны и начнем новую жизнь!       — Самое необходимое – это ты, Эи.       — Только представь… Все с чистого листа. Там ты сможешь выбрать себе любую работу, какую только захочешь! У тебя будет новая личность, документы, никто больше не побеспокоит тебя. Купим квартиру или даже дом с красивым видом... Хочешь, заведем собаку или кошку.       — Я смогу работать… — из всего списка Сару обрадовал только этот пункт. Теперь она не будет бесполезной.

***

      Ночью совсем не спалось. Радостное, нервное предвкушение захлестнуло с головой. Еле дождавшись утра, Эи еще раз набрала номер подруги, подтвердившей, что все в силе; всегда исключительно полезно иметь связи на границе и в других странах.       Сев в вызванную машину налегке и провожая взглядом злосчастный район, Эи еще раз проверила, на месте ли телефон, банковские карты и оружие, если кто-то посмел бы помешать их с Сарой планам. Больше ничего с собой они не взяли, решив оставить все в прошлом. Дорога за город была долгой. Немного успокоившись, Эи пристегнула Сару ремнями безопасности и легла головой на ее колени. Под успокаивающее поглаживание нежной рукой по волосам сон навалился незаметно, однако все равно был беспокойным – Эи снились кошмары.       Внезапно проснувшись от сильного толчка и открыв глаза, она увидела лишь темноту и желтые блики, а сильная боль где-то в боку заставила, зажмурившись, скорчиться; шум в ушах сдавливал голову. Понимая, что лежит в неестественном положении, а что-то теплое медленно разливается по животу, Эи попыталась открыть глаза еще раз – перед ними плыли яркие языки пламени. Тело было зажато между спинками сидений и вогнутой крышей машины. Кашель от дыма душил, а голова кружилась так сильно, что сориентироваться совсем не получалось. До девушки постепенно доходило, что боль разошлась уже по всему телу. Попытка опереться на руки и оттолкнуться ногами, чтобы продвинуться хоть куда-то, ни к чему не привела – тело не слушалось. Однако отчаянный крик Сары где-то неподалеку немного отрезвил мозг, но попытки сфокусировать зрение все еще ни к чему не приводили: осматриваясь по сторонам, она видела лишь мутные пятна.       Очередной резкий толчок – кто-то грубо потянул Эи за ноги, буквально вывалив из разбитой машины и протащив ее по асфальту. Удар и без того ноющей головой выбил совершенно все мысли. В разных частях тела девушка чувствовала, как мелкие осколки входили все глубже от каждого движения. Как только ноги отпустили, Эи машинально прикоснулась к источнику самой сильной боли, нащупав длинный узкий кусок чего-то твердого и острого, который при падении углубился в мягкие ткани, усилив кровотечение. В глазах тут же потемнело, а реальность будто оказалась в разных измерениях с органами чувств. Последнее, что отпечаталось в памяти – истерическая мольба Сары дать возможность помочь.

***

      Едва Эи открыла глаза из-за резкого запаха ацетона и дикой боли от все того же куска стекла, который уже специально вдавливали глубже в тело, как изо рта вырвался крик совсем чужим голосом: хриплым, тихим и довольно низким. Она все еще не понимала, где находится, а все тело ломило настолько, что двигаться было невозможно.       — Неужели ты действительно думала, что у тебя есть друзья? — схватив Эи за волосы, ее ударили лицом об асфальт. — Знаешь, что получила Сайгу за информацию? Совершенно ничего. Разве что мы вместе посмеялись. Когда же ты усвоишь… — речь Макото резко оборвалась, а давление в боку ослабло. Ее слова доходили эхом, половина из которых и вовсе не усвоилась в затуманенном сознании.       Луна и верхушки деревьев двоились в глазах. Твердый асфальт, на котором лежала Эи, будто упирался снизу, усиливая боль от каждой из травм в несколько раз. Кроме шума деревьев и треска горящей машины где-то поодаль слышался звук шагов и обрывков разговора, суть которого уловить не получалось.       Пролежав так еще какое-то время и прислушиваясь, девушка поняла лишь то, что у нее так и не выйдет разобрать ни слова, но, услышав всхлип, смешанный со стоном, Эи была вынуждена сильно напрячься, чтобы рассмотреть происходящее неподалеку. Как только она с трудом повернула голову в сторону, ее сердце остановилось на несколько секунд: Сара стояла, облокотившись на капот дорогого автомобиля, джинсы были спущены до колен, футболка задрана, а на рассеченном лбу была заметна уже подсохшая кровь. Сзади нее стоял «отец» с расстегнутой ширинкой. В сердце будто вонзили иглы. Хотелось кричать, что все это невозможно, но отвратительная картина не менялась. Организм не выдержал, и вскоре глаза Эи бессильно закрылись.       «Отличный товар» – последние слова, отпечатавшиеся болью в ноющей груди.