2500€

      — Потрудишься объяснить? — Эи указала взглядом на телефон с открытой перепиской.       — Так значит… — голос дрогнул, а взгляд вмиг потускнел, — она мертва?..       — Да. Неужели я о чем-то в курсе раньше тебя, — бушевавшие эмоции не могли позволить Эи держать в себе наполнявшие голову язвительные фразочки.       В качестве ответа последовал лишь тяжелый вздох… сожаления? печали? Мико неотрывно смотрела на телефон, не произнося ни слова, будто была не в силах поверить в действительность произошедшего.       — Что между вами было?! Ты спала с ней?! — не выдержав молчания, Эи сорвалась от нескончаемых предположений, что могло объединять ее бывшую девушку с ныне покойной главой «Селестии».       — Ты только что убила сестру, — горькая улыбка не шла Мико, — и тебя интересует только это?..       — Не раздувай драму из очередного заказа, у меня нет сестры и никогда не было. К слову, меня интересует множество других вещей, я хочу услышать объяснения. Знаешь ли, мы с ней очень мило пообщались…       — Не сейчас. Деньги переведу в течение часа, мне нужно скопировать информацию, ты свободна.       — Нет, Мико, сейчас! Какого хрена я узнаю от Макото, что она глава «Селестии», а ты не только была в курсе и не потрудилась сообщить мне об этом, так еще и миленько общалась с ней хрен знает сколько?! Что вас еще объединяло?!       — А ты потрудилась спросить меня хоть однажды, раз тебя это так волнует?! Тебя вообще кроме твоих переживаний ничто и никогда не волновало, с чего вдруг проснулся такой интерес к людям, которых ты за людей даже не считала?! — глаза Мико блестели ярче обычного. В них стояли слезы.       Ошарашенная Эи смотрела на бывшую девушку, не узнавая в ней привычного человека. Она не понимала ее эмоций, оттого хотелось прижать Мико к стенке и... выбивать из нее правду кулаками в кастетах. Испугавшись собственного желания и тихо охнув, Эи закрыла рот рукой, чтобы не ляпнуть лишнего.       — Уходи. Все потом.       — Нет, сейчас!       Эмоции больше не управляли разумом. Безумие снова охватило Эи, тотчас прижавшую бывшую к стене и беспощадно сжавшую пальцы на тонкой шее, наслаждаясь своей властью и ее беспомощностью. Мико тем временем даже не пыталась выбраться или хоть как-то сопротивляться; в глазах не было страха, по щекам градом катились слезы. Это было недостающей каплей отчаяния, чтобы, наконец, перестать держать заданную себе планку.       Задыхаясь от удушающих всхлипов под давлением чужих рук, Мико все же схватилась за ладони, удерживавшие ее, но это был, скорее, рефлекторный жест, чем протест или просьба отпустить. Эи будто видела всю ситуацию со стороны и не могла в полной мере осознать, что делала, но ей было плевать. Эи была нужна правда. Правда здесь и сейчас. Она устала быть марионеткой в чужих руках.       — Эи… — хриплый стон сквозь всхлипы отрезвил, заставив ослабить хватку.       Мико под ослаблением сползла по стенке вниз и обняла свои колени, пряча в них лицо и захлебывалась слезами, будучи не в силах сдерживаться, чем вызвала у Эи внезапную тревогу, ведь подобное было совсем не свойственно ей. Состояние изменилось по щелчку, от осознания произошедшего начали дрожать руки.       — Черт, прости… я не знаю, что на меня нашло… я не…       — Заткнись.       — Мико, прости… я не хотела...       — Просто замолкни и свали к чертовой матери, Эи!       — Я…       — СВАЛИ НА ХРЕН ОТСЮДА! — голос сорвался на крик, вызвав волну ледяных мурашек по всему телу.       Решив не накалять обстановку еще больше и в очередной раз избежать ответственности, Эи все же вышла из двухэтажного люкса, прижавшись к закрытой двери спиной – перевести дух несколько минут и попытаться восстановить свое состояние.       «Что это, блять, было?!»       Девушка не понимала не только собственные чувства, но и эмоции Мико. Голова окончательно взорвалась от попыток хоть как-то сопоставить мысли и догадки с реальностью. Вибрация телефона отвлекла как никогда вовремя. На экране высветилось «Сасаюри».       — Да?       — Можем встретиться сейчас?       — А что случилось?       — Не телефонный разговор.       — Какие мы серьезные… — Эи взглянула на время. — Минут через пятнадцать в баре «Континент»?       — Окей, я как раз рядом.       Добравшись до назначенного места в полной прострации, Эи остановилась у входа в заведение и закурила сигарету. Голова начала физически болеть от догадок, что были одна хуже другой.       «Она позволила себе эмоции... От моих действий? Или ее действительно что-то связывало с, мать ее, Макото?.. Но ведь она не могла так поступить... Или могла. Я настолько не знаю ее? Но зачем она заказала убийство? Надеялась, что я не смогу, чтобы подставить меня? Мико, конечно, та еще сука, но не до такой же степени...»       — Эи, — окликнул знакомый голос, — рада тебя видеть! Давно ждешь?       — Нет. Тебя Мико попросила, верно? — интуиция и логика после размышлений работали на износ, опережая даже возможность осознать, что стоило или не стоило говорить.       — Э-э-э… — Сасаюри потерялась на несколько секунд, но быстро взяла себя в руки, — не совсем, мы должны были встретиться с ней, но что-то пошло не так. И вот, мы с тобой здесь, — лучезарная улыбка растянулась во всей своей идеальности.       — Снова я марионетка… — ляпнула Эи, не подумав.       — О чем ты?       — Да забей. Выпьем?       — С огромным удовольствием… Твоя мадама приводит меня в ужас.       Эи осознала последнюю брошенную подругой фразу только после того, как уселась за столик и заказала выпить.       — И как ты с ней уживаешься? — дружелюбный голос отвлек.       — С кем?       — Ты много с кем живешь? — Сасаюри усмехнулась, но, увидев серьезное выражение лица напротив, напрягалась. — Эй, все нормально?       — Д-да…       — Это что… Это кровь? Ты в порядке?! — искренняя тревога моментально взбесила.       — Да в норме я… О чем хотела поговорить? — мысленно давая себе подзатыльник, что плохо смыла с себя следы преступления, Эи попыталась перевести тему.       — Честно, выглядит жутко… — Сасаюри уперлась локтями в стол и задумчиво отвернулась к окну. — Замечала, что Сара… странная? Ну… — она подбирала нужные слова, — будто ненастоящая.       — Это как?       — Она словно типичный герой из сериала. Разговаривает заготовленными фразами, в общем, жуткое впечатление производит, мне не по себе.       — Хм… — Эи, наконец, задумалась, но память не подкидывала ей нужных воспоминаний. — Например?       Вскоре она пожалела о сказанном. Сасаюри привела кучу примеров, в которых Эи не узнавала человека, с которым жила последние несколько месяцев, но все же в памяти всплывали похожие сюжеты с Сарой. Впрочем, она не узнавала в данный момент уже никого из тех, кого, казалось, так хорошо знала. Ощущение собственной поехавшей крыши лишь укреплялось, но Эи упорно откидывала эти абсурдные мысли – уж кошку не она готовила… А точно ли? Уже ни в чем нельзя быть уверенной.       Обсуждая выпавшие на долю подруги дни и допив заказанные напитки, Эи поняла, что совсем не хотела возвращаться домой, хоть Мико и распорядилась о клининге, избавившем квартиру от последствий недавнего кулинарного инцидента без привлечения правоохранительных органов.       — А где сейчас Сара?       — Отвезла ее к тебе. Не нужно было?       — Не-не, просто уточняю…       — Эи… — Сасаюри покривилась. — Все точно в норме?       — Ты мне обещала кое-что рассказать.       — Что? А-а… Да ладно, сейчас что ли?       — А когда?       — Ох… — она потянулась и осмотрелась вокруг, хотя повода не было, — может, пройдемся? Душно тут как-то… — явный намек, но на что? Эи снова кажется?..       Быстро расплатившись и не забыв оставить чаевые, девушки вышли на улицу.       — А что не так с баром? — осторожно спросила Эи, боясь вызвать сомнение в своей адекватности.       — Да все с ним нормально, — Сасаюри усмехнулась, — покурить хочу. Идем в тот парк, там менты по ночам не ходят.       Менты? Курить? Окончательный взрыв мозга подкрадывался все ближе, но осознание, что речь шла о травке, пришло быстрее. С облегчением выдохнув, плетясь за удивительно быстрой подругой, Эи глубоко вдыхала холодный воздух, будто он мог помочь проветрить мысли от всякой чуши, которую она успела себе надумать.       — Будешь?       — Не-не, спасибо.       — Тебе нужно расслабиться, ты слишком взвинченная.       — Я не буду.       Эи молча плюхнулась на лавочку рядом с перегоревшим фонарем. Огонек на конце самокрутки приковывал к себе внимание, умиротворенно вспыхивая в темноте и медленно затухая время от времени. Воздух наполнился ароматом марихуаны. Не сказать, что он был неприятным, но заставлял поежиться, навевая не самые приятные воспоминания.       — А че не куришь-то?       — Не хочу, — Эи ответила слишком резко, надеясь больше не услышать подобных вопросов.       — Ну и зря, Мико вот нравится...       — В смысле?       — А ты думала, мы с ней алкоголь хреначим под сплетни?       «Чего еще я о ней не знаю?..» — выдержки хватило, чтобы не озвучить мысли вслух.       — Честно говоря, да.       В ответ раздался продолжительный смех.       — Может, тебе хватит? — с недоверием глядя на половину выкуренной самокрутки, Эи невольно скривилась.       — Да рассла-а-а-абься, от травки трипов не бывает, бывает только хорошо...       — Давай к делу.       — М-м? К какому?       — Ты издеваешься?!       — А-ха-ха-ха-хах, Э-эи…       Пришлось ждать несколько минут, пока подруга просмеется. Сдерживать раздражение с каждой секундой становилось все сложнее.       — Сасаюри!       — Лады-лады, — еле выговорила она сквозь смех, — щас, я подумаю…       Она выпрямилась и, потянувшись, распласталась на спинке скамьи. Девушка раскинула руки в стороны, упираясь локтями, прикрыла глаза и вдохнула прохладу вечернего воздуха.       — Чувствуешь?..       — Что?       — Ну ты. Ты хоть что-то чувствуешь?       — К Мико?..       Сасаюри выдержала паузу.       — Я про вонь от выхлопа и то, как мечтаю снова слинять отсюда.       — Разве для тебя не все дороги открыты? Ты же не… не я, — Эи осеклась, коротко и тяжело выдохнув.       — М-м… — Сасаюри сцепила руки за головой и улыбнулась. — Я так-то планировала уехать еще вчера… Но кое-кто убедил меня остаться еще ненадолго, — она расплылась в ухмылке, неспешно переведя взгляд на собеседницу.       — Мико, — процедила Эи, неконтролируемо сжав кулак.       — Дорогая, представляешь, в моем окружении есть и другие люди, помимо Мико, — Сасаюри подсела ближе, ткнув Эи в висок, — а вот в твоей голове только она и сидит. Сколько баб у тебя было в юности, но ты заболела именно ей. А ведь Мико тебя… — Сасаюри прервала речь, едва заметив в темноте два приближающихся силуэта – их она не спутала бы ни с кем. Девушка тут же вскочила со скамьи, полная воодушевления. — Да ну на хрен!       — Мико меня «что»?! — возмутилась растерянная Эи, но собеседнице было уже не до нее.       — Я уж и не думала, что увижу вас вдвоем, — Сасаюри приобняла одну из них.       — Да кому ты в уши ссышь, Юра, — судя по голосу, дама в пальто была довольно молодой, но наличие трости в ее руке, острый конец которой с силой вонзился в землю, напрягло Эи.       В голове сразу пронеслись мысли, что вдобавок к наконечнику, коим можно было легко продырявить кого-нибудь, рукоять могла быть частью спрятанного внутрь клинка – излюбленная аристократичными бандитами модификация. Эи в очередной раз осознала, что в первую очередь мыслит как убийца. Перед глазами пронеслась недавняя сцена с последними секундами жизни ее сестры. Вскоре в реальность вернуло воспоминание о незаконченном диалоге.       — Сасаюри! — голос стал более раздраженным, она поднялась со скамьи. Подойти к загадочному дуэту, с которым терлась Юра, решимости не хватило – было безопаснее соблюсти дистанцию. Впрочем, от ее взгляда не ускользнула и вторая особа, что стояла слегка поодаль, пока Сасаюри увлеченно болтала с первой. Райден не знала, сколько времени прошло до момента осознания, что она буквально пялилась на девушку в строгом костюме, которая успела закурить.       — Лады, тачка у «Континента», ща приду к вам, — Сасаюри кинула ключи даме с сигаретой и повернулась назад, состроив виноватое выражение лица. — Сорян, Эи, бежать надо.       — К чему такая спешка?       — Бизнес, дорогая, бизнес.       — Кто они?.. — Эи еще раз с подозрением взглянула на девушку в пальто, которая слегка хромала, что бросилось в глаза только сейчас.       — А, да так, старые знакомые, — Сасаюри явно не договаривала.       — Что-то я их никогда не встречала, — скептически процедила Эи, скрестив руки на груди, — не из «Селестии» точно, так отку-...       — О-о, это очень интересная семейка… — девушка ухмыльнулась, перебивая. — Спроси лучше Макото, у нее така-а-ая история была с одной из них...       — …М-… Макото?.. Какая еще история?! — сердце от неожиданности пропустило удар.       — Да неважно, увидимся! — Сасаюри махнула рукой и унеслась к бару.       Эи осталась стоять с приоткрытым ртом и смотреть ей вслед. Очередная интрига, теперь навсегда унесенная в могилу. Или нет?.. Противоречивые чувства заполнили остатки ее сердца, больно тесня изнутри. Эи было бы почти плевать на каких-то там знакомых Сасаюри, но с этими что-то было не так. На сей раз мысль о том, что она всего лишь сходит с ума, утешила девушку, направившуюся домой с не покидавшими ее странными ощущениями. Эи предстояла встреча с Сарой, что беспокоило ее теперь гораздо больше, но разговор с Сасаюри кружил в голове. Она подняла пустой взгляд к небу. Эи делала это крайне редко, словно каждый раз смотря в безграничный простор, будь он безупречно чист или затянут тучами, она в полной мере ощущала разбитость своей души. Легкий снег, которому было суждено вскоре растаять, срывался с ночного неба, раздавливая Эи своей лирикой; она резко опустила голову и ускорила шаг.       Подходя ближе к дому, Эи все острее ощущала гнет мыслей о том, что с минуты на минуту она будет находиться в одной квартире с Сарой, без капли сожаления отправившей их кошку на тот свет и решившей, что из нее выйдет неплохой завтрак. Эи не питала особой любви к пушистому чертенку, но после того дня животным в ее глазах была только Сара. Один вид ее лица в воспоминаниях заставлял содрогнуться. По-детски невинно… и смертельно опасно.       «Да я лучше помру от голода, чем еще хоть раз возьму в рот ее еду», — подумала Эи, поднимаясь по лестнице в подъезде.       Стоило ей перед дверью вытащить из кармана ключи, как вибрация телефона вогнала ее в ступор и последовавшую за ним панику.       «Хоть бы это был спам, хоть бы… — она застыла, увидев имя отправителя. Четыре до боли знакомые буквы, — Мико...»       Эи даже не прочла содержание – ей было не до этого, когда за дверью послышались шаги. Скрип открывшейся двери раздался эхом по подъезду, когда Эи уже со всех ног неслась прочь вниз по лестнице. К Мико и как можно дальше от Сары – сама судьба ниспослала ей спасение.

***

      Эи стояла у входа в кабинет, пытаясь отделаться от мыслей о своей больной соседке по квартире, и вскоре, резко выдохнув, дернула дверную ручку. В кабинете было темно; освещал его лишь едва пробивавшийся сквозь тучи лунный свет, которым отливали и снежные хлопья, срывавшиеся с небес. Мико сидела на столе спиной к Эи. Скинутые туфли валялись под столом, ноги упирались в чуть отставленное в сторону кресло, а согнутые в локтях руки упирались в колени. Сцепив ладони в замок и уткнувшись в них подбородком, через панорамное окно Мико смотрела на снег. Казалось, он тоже пробуждал в ней какие-то чувства… или напоминал о чем-то. Эи стояла неподвижно, наблюдая за бывшей – никогда еще она не видела ее такой. В конце концов Мико тихо вздохнула, нарушив тишину.       — Ты быстро, — коротко и скудно на эмоции, но без капли осуждения подметила она, не отрываясь от окна.       Сначала слезы, теперь… это. Эи продолжала стоять, как вкопанная; эта редчайшая картина навсегда запечатлелась в ее памяти и впилась в самый сокровенный уголок ее души. Именно в такие моменты и только с Мико она могла ощутить настоящие чувства среди порывов беспамятной страсти и частокола изо льда, исполосовавшего ее сердце.       Дама, сидевшая на столе, косо взглянула через плечо в сторону двери, как бы позволяя Эи подойти, на что та вырвалась из собственных мыслей и не стала медлить. Мико не подняла глаз к девушке, лишь протянула ей конверт и молча отвернулась. В просвете между тучами пролился яркий лунный свет, заполнивший часть кабинета, в свете которого Эи мельком заметила, что на бледной щеке блеснула прочерченная слезой дорожка. Зная, что Мико в таком состоянии не стоило трогать, она не удержалась, чтобы не посмотреть в это лицо. Мягко взяв девушку за подбородок, она повернула ее к себе. Эи заметила, что Мико была без макияжа – черты ее лица были еще привлекательнее, чем обычно, а легкая россыпь веснушек у носа моментально влюбила Эи в свою бывшую, словно в первый раз. Но блаженство созерцания продолжалось лишь до тех пор, пока в лицо не прилетела пощечина от Мико. Эи знала, за что получила, но это определенно того стоило. Она отошла к окну, облокотилась на подоконник, раскрыла конверт, не представляя, что же там могло быть, и медленно развернула сложенный вчетверо лист бумаги.       «Эи, сестренка…»       Назвать состояние Эи шоком было бы слишком мягко. Она впилась взглядом в буквы, несколько раз перевела от них взгляд к Мико, молча смотревшей на нее, и снова вернулась к листку. В груди все сжалось от тонны мгновенных предположений, пока не имевших приемлемых объяснений.       Почерк Макото.       Эи тяжело выдохнула, еще раз переглянулась с Мико и продолжила читать.       «Когда ты прочтешь это, меня уже не будет. Знаешь… Может, оно и к лучшему? Близнецы – мы такие… люди с непростой жизнью. Постоянно смотреться в зеркало и вспоминать, что не только ты видишь это отражение изо дня в день. Странная штука эта судьба, хоть ты в нее и не веришь. Но, честно, я рада, что она с рождения связала нас с тобой.»       Эи уже было не до переглядок с Мико. Эмоции на ее лице сменялись одна за другой, а неверие боролось с тем, что видели глаза. Все происходящее воспринималось бредом или чьей-то дурацкой шуткой.       — Нет... — едва слышно прошептала она.       «Что в детстве, что теперь, стоя на пороге смерти, я не могла представить свою жизнь без тебя. Уже знаю, с каким лицом ты будешь читать это) Да, Эи… Наши отношения всегда оставляли желать лучшего, но благодаря этому ты стала сильной. И пусть сейчас это звучит так глупо, но этим письмом я хочу объясниться. Как мне хотелось, порой, вместо всех этих фальшивых издевок ради закаливания твоего характера просто забить на все это и обнять тебя. Помнишь, нам было лет пять, я стащила у воспитателя детдома конфеты для тебя? Уже почти не помню, как сильно мне в тот день досталось, но я никогда не забывала, как крепко ты обняла меня тогда. Уж не знаю, это подействовала любовь к сладкому... или ко мне. В тот день последний раз в жизни я увидела в твоих невинных глазах безупречное доверие… Это было очень трогательно, правда. Мне было приятно. Но я словно чувствовала, что мы не сможем всегда быть вместе, и однажды тебе придется самой постоять за себя. Я не хотела, чтобы этот жестокий, чужой для нас мир заставил тебя измениться. Тогда я посчитала своим долгом научить тебя этому сама. Не смотри на Мико, она уже прочитала мне кучу нотаций на эту тему. Хах... Похоже, уроки не прошли даром, хоть иногда и были очень болезненными. Я горжусь тобой, Эи. Горжусь той наивной девочкой из прошлого и горжусь той, кем ты стала. Просить не держать на меня зла, наверное, слишком нагло с моей стороны после всего произошедшего… В общем… Знаю, ты найдешь, на ком все выместить, если нужно будет остыть. Уж здесь я не смогу тебе помочь, пусть и хотела бы...»       — Да как ты… — Эи прервалась, резко вдохнув и кинувшись читать дальше. В глазах читалась лишь боль осознания.       «… да «бы» мешает. Не буду утруждать тебя кучей текста, я больна, Эи. Смертельно больна. Пару лет назад узнала. Аневризма – вот он, подарок судьбы. Целых две и обе в мозге. Операция невозможна, а разорваться эта хреновина может хоть сейчас… Что было бы очень кстати. Ты не представляешь, как утомительно жить с пороховой бочкой в голове, которая может рвануть в любой момент. Каждый день меня донимает только одна мысль: "Вот сейчас я умру? Среди них?"... Нет, я не боюсь смерти, но я не хочу умереть вот так просто, как старик от инсульта. Я решила немного переиграть судьбу… и заказала свое убийство. Нетрудно догадаться, что на эту роль подошла только одна наемница. Может, это эгоистично с моей стороны, но имею же я все-таки право на предсмертное желание? Я не хотела умирать в больнице или среди этих ублюдков-мафиози, внезапно свалившись замертво. Ты – моя семья, Эи. Я хотела провести последние моменты своей жизни рядом с самым близким мне человеком. Увидеть напоследок, какой сильной ты стала, и обрести покой. Рядом с тобой. Никаких формальностей, никакого отчима с его шавками. Только ты и я. Сейчас не знаю, как именно ты убьешь меня, но верю, что в итоге все прошло именно так, как я этого хотела. Я всегда верила и до последнего своего вздоха буду верить в тебя, родная.»       — Черт, Макото! — хриплый шепот сорвался.       «…Времени у меня не так много, как у тебя, но как бы я ни хотела продлить его, думаю, прожила достаточно. Мой главный долг выполнен – я вырастила свою младшую сестру. Для кого-то моя смерть станет утратой, для кого-то – праздником, но для тебя – возможностью. Мне больно говорить, что в этом мире тесно для нас двоих, потому что не считаю так. Скорее, этому миру еще очень повезло, что судьба поделила наш дурной нрав на две головы и тем самым ослабила его. Но отдаваясь для тебя, сама я стала ничем. «Эи»… Это значит «тень». Настало же время мне уйти в тень, а тебе – сиять. Однажды ты все поймешь, дорогая… и «однажды» наступит очень скоро.       Сожги этот мир дотла. Для всех, кто тебе дорог… и для меня.       Люблю тебя больше жизни.»       На размашистую подпись в самом низу листа капнула слеза. Эи смяла листок под пальцами и уткнулась в него лицом. Зубы стиснулись до невозможности, в глазах стояли едва сдерживаемые слезы от злости на себя, руки дрожали, в горле застрял огромный ком. Мико неотрывным взглядом исподлобья наблюдала за Эи. В нем не было ни капли гнева или осуждения, лишь пустота и боль принятия.       — Никогда не хотела иметь сестру, — задумчиво прохрипела Мико.       Потребовалось время, чтобы Эи хотя бы оторвалась от листка. Едва отдернув его от лица, она выбежала в коридор. Забравшись на крышу отеля с вертолетной площадкой, которую успело присыпать усилившимся снегопадом, Эи упала на колени, упираясь рукой в высокий выступ у края крыши. Все ее лицо было красным, как противные глазу огни с посадочной зоны. Она нервно дышала и судорожно глотала холодный воздух, гуляя мутным взглядом по горящим огням города. Сил мыслить не было. Она уткнулась лицом в снег на выступе и заорала так громко, что было слышно даже из кабинета Мико, в глубине души которой что-то екнуло от этого вопля.       Эи провела на крыше около получаса. За это время в голове не промелькнуло ни одной мысли, ее рассудок будто выключили, оставив после себя лишь боль осознания и отрицание. Вернувшись к Мико с мокрой от снега одеждой и головой, она встала в дверном проеме и, облокотившись на косяк, уставилась в одну точку на полу.       — Ты знала, — тихо прозвучало осипшим от ора голосом.       Эи продолжала задумчиво стоять. После, вцепившись в собственные волосы, она стала нервно расхаживать по кабинету.       — Так, идем отсюда, — Мико схватила Эи за руку и увела из кабинета.       Притащив ее в свой номер, она закрыла дверь на замок и встала у нее, собираясь с мыслями.       — Эи… Сядь.       — Да я вся мокрая. Зачем мы...       — Народ поблизости и так уже охренел от твоего ора. Сядь! — Мико повысила на нее голос, указав на диван.       Эи послушалась. А что ей оставалось? Мико была права, она действительно дала жару, а привлекать внимание ой как не стоило.       — Извини, я...       — Я знаю, — Мико ответила гораздо спокойнее. Она села рядом на пол, положив голову на колени и устремив взгляд в сторону окна, за которым по прежнему медленно кружили хлопья снега.       Молчание затягивалось.       — Скажи что-нибудь, — бывшая взяла Эи за руку. Ее пальцы приятно согревали застуженные ладони.       — Я... Я не знаю, как ко всему этому относиться... Слишком внезапно, я... не знаю.       — Я готовилась к этому моменту два года, но так и не успела. Это невозможно.       — Стоп... Что?.. — Эи вылупилась на Мико. — Ты... знала изначально?.. — мысли в голове медленно и уверенно начинали заново учиться выстраиваться в логические цепочки. — Кто она тебе?!