Твой личный Подлец

— …Услышь меня, Боже, ибо всемилостив, и прости рабам твоим прегрешения тяжкие… — доносилось из приоткрытого окна едва различимое бормотание Эссуса. Я медленно крался от угла дома, стараясь создавать как можно меньше завихрений в пространстве. — …Очисти меня от скверны, от невежества предостереги, ибо не ведаем, что творим, и грехи наши безмерны… Плотно прижавшись спиной к стене, я выжидал подходящий момент — энергии ангела усилились и уже начинали сиять, создавая вокруг него ореол голубовато-белых лучей. — …Тебе лишь единому отдана душа моя, и да отрину искушения мирские, и да воссияет твоя милость в сердце моём… «Мгм… Как боссу своему подобострастием сочиться — так ты горазд… А как перед тёмным собратом повиниться — так сразу в кусты…» — проворчал я про себя, аккуратно цепляясь когтями за подоконник. Выдавать себя раньше времени в мои планы не входило. А смиренное лицо Эссуса, которому было невдомёк, что за непотребство вершится прямо под его окном, озарилось искренним благолепием. Ангел всё больше воодушевлялся, распаляя себя своей же молитвой — его белокурые локоны наэлектризовались, взгляд стал одухотворённым, возвышенным… Брови приподнялись в предвкушении божественного экстаза… — …Вот, словно нектар небесный, явил ты мне превеликую мудрость твою… — Но вот, словно вилку в печень, бес явил тебе рогатую рожу свою! — гаркнул я во всю глотку, переваливаясь в окно через подоконник и попутно распарывая когтями так некстати подвернувшуюся тюль. Эссус, дёрнувшись, подскочил на месте и, гневно сверкая глазами, молча уставился на меня. Его аристократичное лицо чуть побелело от возмущения, а губы плотно сжались в тонкую линию. Я с грехом пополам выпутался из занавесок и огляделся — похоже, мы были в детской… В углу стояла корзина с игрушками, над столом висело несколько моделей самолётов, а на кровати спал закутанный в одеяло мальчик лет восьми. — Ну, давай, давай, выпусти пар… Не держи в себе, — беззлобно пихнул я ангела в плечо, но тот обиженно отодвинулся от меня на пару шагов и отвернулся, источая в пространство своё молчаливое недовольство. Я подхватил двумя пальцами стоящий за письменным столом стул и усадил на него свою волосатую задницу, продолжая озираться по сторонам. — Ты не понимаешь, во что вмешался, Эллрой… Я бы попросил тебя придержать свои хамские повадки, когда ты имеешь дело с такой ситуацией, когда… — Что с ним? — перебил я ангела, и тот замялся. — Я бы и сам хотел знать, что… И, немного помедлив, продолжил. — Злокачественная опухоль. Оперативное вмешательство, как я и предвидел, не помогло — метастазы уже на подходе к спинному мозгу. Родители в отчаянии… Ни у кого из них нет ресурса, чтобы качественно поменяться. Я пытаюсь сделать, что могу, но… Я встал со стула, подошёл к кровати и присел рядом на пол. Мальчик дышал часто и неровно, лоб блестел от испарины. Осторожно протянув руку, я коснулся его солнечного сплетения, закрыл глаза и прислушался. Да, дела действительно были плохи. Если не предпринять каких-то экстренных шагов — ему оставалось от силы месяцев пять или шесть. — Послушай, Даарен… — начал Эссус предельно серьёзным тоном. — Я верю, что ты хочешь помочь, но это совершенно не тот случай. Похоже, даже я здесь не в состоянии ничего изменить, ты же видишь… — Вижу, вижу… — буркнул я, потягиваясь. — Заставь дурака богу молиться, он и лоб себе расшибёт. — Ты переходишь всякие границы, демон! — кажется, я и вправду допёк Эссуса. В его голосе начали нарастать нотки праведного гнева… Как бы нам тут не докатиться до эпической битвы между Светом и Тьмой. Перед глазами сразу же возникла картинка, как мы оба, выпучив зенки, начинаем душить друг друга прямо в детской комнате, мальчик просыпается, испуганный непонятными всплесками странных энергий, а со всей округи слетаются любопытные собратья, дабы понаблюдать за махачкой двух идиотов, решившихся нарушить закон Равновесия. Но я сегодня был добрый. — Может, к шаману его? — спросил я миролюбиво. Ангел досадливо отмахнулся рукой и ничего не ответил. — Ты уже был там, что ли? — Я уже где только не перебывал… Всё бесполезно. А у мальчика огромное будущее по светлой стезе… Он бы нам весьма пригодился. Эссус тяжело вздохнул, сложил руки на груди и отошёл к окну. — На всё воля Божия, Эллрой… Если честно, я уже давно не надеюсь его вытащить. Просто не могу вот так вот всё бросить. Не в моих это правилах, ты же знаешь… Пару минут я сверлил взглядом его смиренно-благочестивую спину… А потом задумчиво произнёс: — А что, если нам с тобой наведаться в гости кое к кому?.. Ангел обернулся через плечо, слегка удивлённо приподняв бровь… А когда увидел расцветающее на моей морде азартное выражение, недоверчиво покачал головой. — Не-е-ет, нет. Я не хочу больше впутываться в твои авантюры, демон… Даже не думай мне ничего предлагать. — Да погоди ты! Я же тебе ещё не рассказал свою задумку! — оскалился я в радостной улыбке. — После того, что мы проделаем — ты всех чертей Ада самолично будешь благословлять, в лобик целовать и к причастию за лапку провожать! — Ага… Чтобы там они свои копыта благополучно и откинули… — скептически вздохнул Эссус. — Впрочем, с тех пор, как я с тобой связался, я уже ничему не удивляюсь… Рассказывай. Отродье ты сатанинское… Но я не спешил. Я прекрасно знал, какое впечатление на светлого произведёт то единственное слово, которое я сейчас произнесу. Вернее, ИМЯ. Я поднялся с пола, подошёл к ангелу, наклонился прямо к его уху… И чётко и предельно разборчиво прошептал: — Зауген-Ойгиг… Ангел вздрогнул и отпрянул от меня с таким видом, будто я собираюсь ошпарить его кипятком. Ну, или, как минимум, облить чьей-то блевотиной. Уже через секунду он развернулся и, взмахнув крыльями, стремительно вылетел в окно. Я был почти уверен, что он остановится, обернётся и покрутит мне пальцем у виска, но он, как и обычно, умудрился сдержать свои негативные порывы и просто благоразумно ретировался. Пока я его не уговорил. Как и обычно. — Ну, погуляй, погуляй, светлый… — хрипло рассмеялся я ему вслед. — Подумай над моим предложением. И постепенно ты поймёшь, что других вариантов у тебя нет.

***

— В этот день постарайся быть в хорошей форме… Выспись как следует. Иначе мне может серьёзно не поздоровиться… Голос демона звучал так, будто исходил откуда-то прямо из-за моего левого плеча. Хотя на самом деле я наблюдала его смутный силуэт сидящим на краешке кровати. Я же сама, стараясь держаться подальше, расположилась на диване, поджав ноги и насторожённо вглядываясь в темноту. С тех пор, как я начала его видеть, его энергии действовали на меня ещё сильнее… Более того — я даже имя его произнести спокойно не могла — уже на первом слоге всё моё тело начинали пронизывать какие-то странные токи, все завершения которых неизменно оканчивались в одном и том же месте… Поэтому я всячески избегала обращаться к нему иначе, чем просто на «ты». — Ну и ладно, ничего страшного… Одним демоном больше, одним меньше… — съязвила я. — Почему это должно меня волновать? — А твоё финансовое положение тебя тоже не волнует? — так же ехидно ухмыльнулся он в ответ, слегка обнажив ярко сверкнувший в полумраке белоснежный клык. — Так и будешь по низкобюджетным супермаркетам ошиваться, перебирая вялые огурцы? Я сразу же оживилась. Тема денег меня интересовала всегда. И если существовали шансы хотя бы избавиться от вечно преследующих меня долгов, не говоря уже о каком-то ощутимом повышении дохода… То, кажется, я уже почти готова была продать душу этому искусителю за секрет вечного богатства. Правда, перед этим, конечно же, как следует поторговавшись. — Нуждаться ни в чём не будешь… — многообещающе пророкотал тихим басом мой личный бес. — Причём, заметь, всё будет легально. Никаких мошеннических схем. Налоги заплатишь и будешь спать спокойно… — Угу… С тобой поспишь… — недовольно пробурчала я. — Кто мне вчера всю ночь порнушные сны нагонял? — Это не я, моя куколка. Это твоя собственная животная суть, давно жаждущая свободы, рвётся наружу, чтобы… — Хватит мне тут сказки рассказывать! — перебила я его возмущённо. — Не было у меня до тебя никаких таких снов! Это только твоя наглая чёртова задница могла мне такие сюжеты подкинуть! Я бы сама в жизни до такого не додумалась! В ответ, крупный сатироподобный силуэт начал медленно приподниматься с кровати… И я быстренько прикусила язык, сообразив, что сболтнула лишнего. Это было страшновато. Тем более, что спрятаться мне от него было некуда — этот потусторонний гость мог везде меня достать, невзирая ни на какие материальные препятствия. Старательно натянув на голые коленки полы своего старенького фланелевого халата, я испуганно прижала руки к подбородку. Он встал прямо напротив, широко расставив ноги и раздражённо помахивая хвостом — точно, как бывший мамин кот, царствие ему небесное. А учитывая его рост… То все его неприкрытые ничем бесовские причиндалы оказались ровнёхонько на уровне моих глаз. — Что, нравится? — ухмыльнулся он, приподняв бровь. Желтовато-оранжевые радужки, не моргая, уставились на меня, чуть мерцая в темноте. — Иди поищи другую клиентуру на свой стриптиз, — проворчала я, старательно отводя взгляд. — Я сегодня мальчиков не заказывала. — Зато я заказывал… — невозмутимо заявил бес и, как ни в чём не бывало, подошёл ближе и развалился на другой половине дивана, откинувшись на спинку. — Кого? Мальчиков? — изумилась я. — Тёплое интимное общение… — прошептали его губы в паре десятков сантиметров от моего лица, и в горле у меня мгновенно пересохло. — Слушай, Даар… кхэм… Не мог бы ты отодвинуться подальше? Ты нарушаешь мою личную дистанцию. — Все наши дистанции уже давно пройдены, малышка, — рассмеялся он. — И об этом мне именно сейчас очень чётко сообщает твоя разгорячённая сладкая щёл… — Лучше вернёмся к обсуждению моего финансового положения! — взвизгнула я сиплым фальцетом, поплотнее запахивая халат на груди. — Сколько баллов мне будет начислено за медицинское сопровождение вашей отмороженной экспедиции? — Ну, всю экспедицию ты точно не потянешь, моя кисонька… — усмехнулся бес. — Хорошо, если осилишь одного меня. И, скорее всего, тебе придётся выложиться на полную. Но и я за ответной благодарностью тоже не постою, уж поверь мне… — Вот так у вашей чертячьей компании всегда! — возмутилась я. — Отдай непонятно сколько, получишь непонятно что, а как платить по счетам — так «ваша душа продана Дьяволу навеки!» Я хочу конкретных цифр! И не вздумай меня обмануть! — А то что?.. — он вдруг повернулся, приподнялся и навис надо мной, опираясь мускулистыми руками на диван по обе стороны от моих бёдер. Приблизил лицо так, что оно оказалось рядом с моим буквально нос к носу… Да, он определённо был привлекателен… Вполне человеческое, мужественное лицо с чётко очерченной челюстью и чувственными губами… Если не считать рогов. Хорошо сложенное, крупное, атлетичное тело, если не считать звериных лап, похожих на львиные, начинающихся примерно от щиколоток… И какой-то неуловимый, умопомрачительный букет флюидов, которыми он окутывал меня всё больше, лишая меня воли, заставляя подаваться ему навстречу, обмякая, напрочь забывая о том, что он не человек. Я ощутила, как низ живота, помимо моего желания, начинает наливаться тяжестью и пульсировать. Заворожённо уставилась в его светящиеся тёмно-оранжевым огнём глаза, которые медленно двигались, оглядывая моё лицо… Увидела, как его полуоткрытые губы приближаются к моим… И уже почти было ответила на поцелуй… Как до меня внезапно дошло, что происходит. Я попала под очарование демона! Собрав последние остатки самообладания, я стиснула зубы и сделала резкое движение в сторону, скатываясь с дивана на пол — коленки жёстко проехались по шершавому паласу, мгновенно отрезвляя меня болью, и я поспешно ретировалась к противоположной стене, выставив перед собой обе ладони. — Стой! Не подходи ко мне… — мне сложно было дышать, и фразы получились невнятными, отрывистыми… Но решимость внутри была достаточно сильной, чтобы он действительно остановился. — Всё равно ведь будешь со мной этой ночью… — раздался в полутьме его негромкий, чуть хрипловатый голос. — Чего артачишься? Я упрямо сложила руки на груди и гордо выпрямилась. — Этой ночью я буду спать одна! Понятно тебе?

***

Долгие, жаркие, глубокие поцелуи… Объятия, окутывающие меня с ног до головы… Большое, горячее, тяжёлое тело… Я словно плыла в каком-то пространстве, где не было ни времени, ни мыслей. Ни страхов, ни предубеждений. И ни малейшего сомнения в том, что всё, чего я хочу и бесконечно жажду — это лишь его прикосновений, его ласк, его страсти… И царства его жадной, проникающей в самое моё нутро, неутолимой ничем, похоти. Его язык и губы исследовали каждый дюйм моего тела, покрывая его то посасывающими поцелуями, то тёплыми влажными облизываниями… Я дрожала, изгибалась, стонала, задыхалась… Плавилась в вулканической лаве его вожделения. Одна за другой сменялись позы, и я обнаруживала себя то на животе, то на спине, то на коленях, с грубо прижатой к матрасу головой, а внутри меня, словно поршень, двигался и двигался, вдалбливался, вторгался, скользя по истекающей влагой слизистой, неутомимый ствол его члена… Его руки были то нежными, то жёсткими — он играл мной, словно куклой, как будто бы подчиняя себе… А потом — наоборот, сажал меня сверху, словно сдаваясь, глядя на меня снизу горящим, алчным взглядом, покоряясь моим желаниям, ритму моих движений, и мне казалось, что он теперь полностью в моей власти… Я потеряла счёт оргазмам — они накатывали на меня один за другим, словно волны прилива — мягкие, сильные, всеохватные, заполняющие меня до краёв… Наши покрытые испариной тела сливались в темноте, извивались, бились друг о друга бёдрами, сплетались пальцами… И моё сознание постепенно привыкало к мысли, что мой любовник — демон. Неистовый, безотказный, бесстыжий, развратный… Неподражаемый… У меня никогда в жизни не было такого секса. У меня до него, можно сказать, ВООБЩЕ секса не было. Когда я утром проснулась и вспомнила все свои безумные сновидения — меня поначалу захлестнула волна жгучего стыда. Но потом я прислушалась к своему телу — к тому томному, глубочайшему, переполняющему меня до краёв карамельному блаженству… И почувствовала, что я совершенно и полностью удовлетворена. «С демоном??? С чёртовой дьявольской тварюгой, у которой даже тела нормального материального нет?» — спросила я саму себя потрясённо. И, в попытках найти ответ, задумчиво покусывая нижнюю губу, медленно проводя по ней пальцами, вспоминая все его пламенные, проникновенные ласки и поцелуи, вдруг поняла… Поняла, что мои губы сами раскрываются и почти беззвучно, слышно только мне одной, едва различимо шепчут… «Да…»