Деревня

      Поздний вечер. Середина января, новый год и Рождество Христово только прошли. Всюду лежал снег, высокие сугробы и в свете луны, горевшей в чёрном как смола занебесье они сверкали серебром. Мороз ударил за сорок, вот уже как сто тридцать один год Япония не видала такой красоты. Две девушки в тёплых шубах из соболя и бобра шли по широкой заснеженной дороге. Метель была весь день и только к вечеру всё рассосалоь.       — Ничего так себе холодец ударил на Хоккайдо… Ух! — пустились в пляс зубы Нагисы-Тян, вцепившись в руку подруги мёртвой хваткой, словно то был круг спасения.       — Котёночек мой, осталось немного. Сейчас ещё поворот и мы будем в деревне Каска. Слышала я, таких полно на Сахалине и Курилах а здесь они редки. В общем чем дальше на север, тем их больше… — тоже замерзала Шизума-Сан, уж её зубы часа полтора танцевали присядку!       Миновав ещё один поворот, девушки замерли в полном оцепенении. У самой дороги стояли два больших одноэтажных кирпичных дома. У них была четырёхскатная крыша из железа, на дорогу смотрели пять больших резных окна с деревянными ставнями. Размеры домов поражали воображение, в одном таком свободно жила большая семья. От них в обе стороны шла низенькая околица, из кирпичных труб весело шёл дым. На каждой стороне дороги стояло по десять таких домов. Дело в том, что Шизума с Нагисой приехали к одной старой знакомой, которая давно приглашала их. Теперь девушкам оставалось найти нужный им дом, а как определить? Навстречу им шла укутанная в шерстяной платок и в валинках молодая девушка, за собой везла сани, в которых сидели две ляльки. Заметив путниц, помахала им рукой. Через минуту все три крепко обнялись и расцеловали друг друга, учениц школы православия Ичиго-Ша ждал крепкий чай и спать обе будут на русской печке. Пока они шли, из окон дома напротив лилась песня…

Ой сестрицы подруженьки, Вы прядите пряжу А лучинушка горит…