More than human

Бабблз уставилась на мальчика рядом с ней, пока они готовились к последнему уроку. Ей относительно повезло — не считая Искусства, сегодня был только один урок, который она делила с одним из мальчиков, и это была Алгебра с Бумером, который казался самым ручным из них троих. У Бабблз и Баттеркап  была История со всеми тремя, и, судя по тому, как она вела себя к концу урока, терпение Баттеркап уже было на исходе. Что-то в глубине души Бабблз сообразила, что была причина, по которой они решили поместить мальчиков в большее количество классов с Баттеркап, а не с Бабблз, и хотя она не могла сказать, что была разочарована, она определенно чувствовала себя оскорбленной. Все мысли об этом, однако, были далеко, когда она смотрела на Брика, выглядящего... неуместным в художественной комнате вместе с ней. Не то чтобы он не подходил физически, просто... Бабблз вдруг очень заинтересовался портфолио, которое он, должно быть, представил для помещения в Рисование сразу как новый студент.  — Когда они сказали тебе следить за мной, — резко сказал он, отрывая ее от внутренних мыслей, — они не имели в виду «буквально». Он бросил на нее многозначительный взгляд — пытаясь запугать ее, как она поняла. Он делал это и раньше, когда таскал Бумера с собой в библиотеку; он, должно быть, думал, что она сломается, как маленькая девочка, перед лицом двух больших, страшных мальчиков.  Бабблз нахмурилась. Все всегда недооценивали ее, с горечью размышляла она. Ну и черт с ними. — Я знаю, — медленно произнесла она, отражая его холодный тон. — Я только удивлялась, как такой злобный преступник, как ты, может иметь в себе красоту, достойную того, чтобы считаться искусством.  Это задело за живое. Он стиснул зубы и прорычал: «Ты будешь удивлена».  — О, я уверена, — согласилась она с сарказмом в каждом слоге. Ненавистный взгляд, который он бросил на нее, когда учительница призвала класс к вниманию, казался восхитительно заслуженным и, как ни странно, освежающим.  .~. Конец дня не мог прийти достаточно скоро.  Брик не возился со своими книгами; он ожидал, что старшая школа своего рода вызов, но ясно, что это не так. Он спрятал их в свой шкафчик с отвращением и захлопнул его, полагая, что не увидит его снова до конца учебного года.  Леденящее кровь напоминание о том, что он застрял здесь — здесь , черт возьми, — еще на пять месяцев, только еще больше испортило его настроение. Девочки тоже — с Бабблз и Баттеркап, дышащими ему в затылок весь день, это было все, что он мог сделать, чтобы не разозлиться. Он ненавидел, когда за ним наблюдали, когда он не добивался внимания. Его раздражение поднималось от него волнами, пугающими, зловещими, враждебными волнами, и те, у кого была надлежащая интуиция, мудро отходили от него, пока он пробирался к ближайшему выходу. Он заметил, как Бумер изучает доску объявлений, его голубые глаза напряжены. Брик подтолкнул своего брата плечом, когда тот остановился рядом с ним, выводя его из оцепенения. "Как дела?"  Бумер одарил Брика озорной ухмылкой. «Мой билет в Высшую школу славы. Извини братан, я побегу».  Прежде чем он смог вытянуть из него объяснение, Бумер вылетел из дверей быстро опустевшей школы. Брик повернулся и просмотрел доску в поисках того, что привлекло внимание его брата…  — Я тебя предупреждаю.  Брик сощурил глаза и застонал, стукнувшись головой о доску. "Что. Чёрт возьми. Ты хочешь?"  — Во-первых, я хочу, чтобы ты следил за своим языком, — резко сказал Блоссом.  .~. Бумер переложил свой груз в более удобное положение на спине, дружелюбно кивнув нервным охранникам, которых город разместил вокруг своего комплекса. Брик сказал что-то о том, что они будут рядом первые две недели в какой-то жалкой попытке удостовериться, что мальчики не так рвутся создавать проблемы. С тем же успехом они могли бы отправить класс детского сада, серьезно. Как будто двадцать взрослых мужчин смогли бы остановить RRB, если бы им действительно захотелось что-то начать… Он тряхнул головой и взлетел, воспользовавшись моментом, чтобы сориентироваться в небе. Он не был здесь несколько лет и, в конце концов, приспосабливался к планировке этого города, он достаточно хорошо умел читать Карты… Там, в пригороде, буквально по соседству со школой Таунсвилл. Это было то место. Если бы он действительно сосредоточил свой слух, то смог бы различить диссонирующую музыку, доносившуюся из гаража…  Он приземлился на подъездной дорожке, напугав оркестр из трех человек, которые приступили к репетиции. Один за барабанами, один с P-Bass, а другой со Squier…  Бумер склонил голову набок и покосился на гитару. «Скуайер Телекастер». Он добродушно кивнул, пытаясь скрыть гордость за свой музыкальный инструмент. «Неплохой инструмент!». — Эм, тебе что-то нужно, чувак? – настороженно заговорил шатен, неряшливо выглядящий парень с басом.  Бумер усмехнулся и сделал шаг, не удивившись, когда группа немного отступила.  — Я здесь, чтобы… ха. Как говорят профи? Ой, черт возьми.  Он развернул свой Gibson SG вперед, ухмыляясь, глядя на их потрясенные лица. Он провел нежной рукой по ее шее.  -Я здесь, чтобы присоединиться к группе, — сказал он, как будто это было самой естественной вещью в мире.  .~. — Так это ваш приветственный комитет?—Брик изо всех сил старался не бросать свой самый пугающий, уничтожающий взгляд на стоявшую перед ним девушку, полагая, что это не принесет ему никакой пользы, если она подозревает его в честности. Однако из-за того, как она сердито смотрела на него, ему приходилось проявлять значительную самодисциплину. — Давать новичкам третью степень?  — Ты не новичок, — усмехнулась она. — Я точно знаю , кто ты.  Он ощетинился. К черту дисциплину. Он почувствовал, как его взгляд стал жестче, а сам воздух вокруг него стал темным и холодным. Даже Блоссом не был застрахована от его воздействия; ее мускулы едва заметно напряглись, когда он наклонил голову, чтобы как следует взглянуть на нее. — Верно, — сказал он тихим голосом, позволяя лишь намеку на опасность окружить его слова, когда он заметил, как сжались ее челюсти. — Почему бы тебе не просветить меня?  .~. Митч был больше напуган сверхмощными существами, чем показывал. Однако, проведя приличную часть своей жизни в качестве единственного лучшего друга Баттеркап, единственного бойфренда, а теперь и бывшего, он стал достаточно компетентен в искусстве маскировки страха.  Кроме того, Бумер был здесь по серьезному делу. И, в свою очередь, Митч не мог легкомысленно относиться к любому заявлению о приеме на работу. Предстояло обсудить важные дела.  Он шагнул вперед, пока не посмотрел Бумеру в глаза, схватился за бас для поддержки и сузил глаза. «Какой твой любимый инструмент?»  — Я держу его, — спокойно ответил Бумер. «Лучший гитарист?»  «Чувак, Хендрикс, руки вниз».  «Певец?»  "Фредди Меркурий."  «Лучшее гитарное соло?»  Митч запускал их один за другим, но Бумер не пропускал ни единого удара. «Косметический ответ — «Stairway to Heaven» или «Comfortably Numb», но мне придется выбрать «Reelin» Steely Dan’s in the Years».  « Лучшее современное гитарное соло». Это, как правило, всегда ставило людей в тупик или, по крайней мере, вызывало болезненно некачественные ответы.  Бумер ухмыльнулся. «Белые Полосы - Мяч и Бисквит». Хотя мы игнорируем тот факт, что последние двадцать лет гитарных соло не могут сравниться с двадцатью годами, которые были до этого».  — Я бы поспорил с этим, — сказал Митч, немного обороняясь. Самодовольный ублюдок, стоявший перед ним, действительно фыркнул. — И я бы выиграл.  Митч немного отстранился, чтобы посмотреть на него. — Хорошо, — медленно сказал он. «Так что ты знаешь своё дело. Посмотрим, как хорошо ты сыграешь».  .~.  — Знаешь что, милая , — произнес Брик с сарказмом в голосе, — позвольте мне прояснить для вас: Мне. Всё. Равно. Всё равно. У меня на уме дела поважнее, чем подростковая преступность в вашем жалком оправдании для города.  Глаза Блоссом расширились. Дела поважнее? Что это значит? «Да, вот этот взгляд оленя, пойманного в свете фар, у тебя снова так хорошо получается». Он склонил голову и сердито посмотрел на нее. «Я отказался от этого места много лет назад. Я вернулся не для того, чтобы тратить время на тебя и твое маленькое дерьмо «Геройские игры».  — Так зачем вообще возвращаться? — тихо сказала Блоссом. — Не похоже, чтобы кто-то здесь скучал по тебе .  — Насколько я могу судить, это не твое дело. — Брик подошел ближе, возвышаясь над ней, как будто пытался смотреть на нее сверху вниз. Она не отшатнулась. — Я уже говорил вам, что у меня нет никаких намерений создавать проблемы. И поверь мне, даже если бы я это сделал?  Он прищурил на нее глаза. — Ты едва ли стоишь затраченных усилий.     .~.     «Он такой высокомерный… Аргх!» Блоссом захлопнула дверцу духовки с излишней силой.  — Давай, скажи это, — убеждала Баттеркап ю, стоя у плиты. — Скажи, что он ублюдок, он это заслужил.  — Я имею в виду, как он смотрит на меня! На нас ! Как будто мы ниже грязи! Он такой… он такой самодовольный! — Блоссом бросила полотенце из рук на стол. — Если он не хотел возвращаться и все равно вернулся, у него точно нет права ныть и ныть по этому поводу, особенно если он сам принял это решение! — Как курица? — спросила Баттеркап , тыкая в овощи.  “ КУРИЦА ПОЧТИ ГОТОВА». — объявила Блоссом громче, чем нужно, и снова приняла яростный вид.    — Ты думаешь, что он плохой, ты даже не имела дела с его братом, — кисло сказала Баттеркап , регулируя огонь. — Боже, как он смотрит на девушек! Типа… как будто он голодный человек в буфете или что-то в этом роде! По крайней мере, Брик не извращенец!  — Ему не нужно быть извращенцем, чтобы быть ослом, — проворчала Блоссом, открывая шкафы и снимая тарелки.  «И тут он открывает рот! А то, как он с ними разговаривает, еще более противно, чем то, как он на них смотрит !»  «У него всегда такое выражение лица, это выражение «святее, чем ты», и я просто хочу шлепнуть его!»  «А потом он всем, «О, ты так хочешь меня, я такой горячий , ты совершенно не можешь оторвать от меня руки…» —  «И даже когда он смотрит в глаза, он выглядит так, будто оскорбляет тебя…» —  Блоссом швырнула стопку тарелок вниз, как раз в тот момент, когда профессор заглянул на кухню. — Здесь все в порядке?  Две пары глаз, один ярко-зеленый, другой ярко-розовый, устремились на него. "ДА!"  Когда Профессор попятился, широко раскрыв глаза и подняв руки в жесте, ясно говорившем «Что бы там ни было, я просто живу здесь». Оставшаяся Суперкрошка вошла на кухню. — Вы вообще говорите об одном и том же человеке? Блоссом взревела: «Мы говорим о Брике!» Примерно в то же время Баттеркап закричала: «Мы говорим о Бутче!» Однако, учитывая, как они оба говорили одновременно, конечный результат звучал как… ну, две очень злые девушки кричали на кухне.  Бабблз перевела взгляд между ними обоими, сделав гримасу «Ага». «Вижу, занимаюсь голосовой проекцией».  Баттеркап покачала головой, выключила плиту и выложила овощи в сервировочную тарелку. "Что бы ни. Убери курицу с плиты, ладно?’’ Блоссом лишь молча возмутилась, когда закончила накрывать на стол, а затем вышла, чтобы уговорить профессора вернуться на кухню.  — Знаешь, вся округа слышала, как ты кричишь, — небрежно сказала Бабблз, освобождая курицу из духовки.  — Что, Красавчик еще не разозлил тебя? — пробормотала Лютик.  «Бумер? Он почти ничего не сделал. Ходил в класс, сидел без дела, шутил с другими детьми… когда они, знаете ли, избегали его на случай, если он решит их убить. Брик... страшный, но на самом деле он был не так уж и плох. Она отнесла курицу к столу и задумчиво сказала: «Я не думаю, что Бумер очень хорошо учится».  «Исходя из тебя, это должно означать, что он ужасен ». — О да, как будто ты выдающийся пример, — возразила Бабблз, садясь на свое место, когда Блоссом и профессор присоединились к ним.  — Ладно, хватит, — объявил Профессор своим лучшим тоном «Эта тема для обсуждения закрыта». «Давайте поговорим о чем-нибудь приятном за ужином». Он сделал паузу. «Для разнообразия».  .~.  Неделя прошла примерно в том же духе, с некоторыми корректировками. Блоссом, у которой не было занятий ни с одним из мальчиков, была милостиво избавлена от очередной конфронтации с Бриком, так что ее настроение значительно улучшилось. Бабблз оставалась нейтральной , но осторожной. Баттеркап , однако, день ото дня возвращалась домой в плохом настроении.  «Он сидит с моими друзьями ! Как каждый день!" — Бывшими друзьями, — поправила Бабблз, отчаянно пытаясь сосредоточиться на домашнем задании по алгебре. — Я не понимаю эту штуку с коническим сечением.  — Он присоединился к мужской баскетбольной команде! Я должна делить с ним корт через день! — Я слышала, Бутч довольно хорош, — сказала Бабблз в разговоре, проверяя свои ответы. Чёрт . Она провалит этот тест.  И я не могу заставить его перестать издеваться над моими товарищами по команде ! И худшая часть? Они полностью поощряют его ! Бабблз начала возмущаться — Вы бы слышали, как девочки из хора говорят о Брике. У Джуди Английский с ним в одной группе и она не может перестать говорить о том, какой он «мрачный и загадочный».   — А теперь Блоссом хочет, чтобы я пошла осмотреть толпу на Битве Групп сегодня вечером, потому что они должны были прийти, — презрительно отрезала Баттеркап. — Я не понимаю, почему она сама не пойдет.  Голова Бабблз закружилась. — Это сегодня вечером?  Баттеркап ничего не сказала. Бабблз догадалась, что она все еще недовольна уходом из группы.  После некоторого молчания Бабблз вздохнула и закрыла учебник. — Ну, я обречена на этом тесте. Почему бы тебе не приготовиться, я могу закончить уборку здесь.  Сестра что-то буркнула себе под нос, но бросилась наверх переодеваться. Бабблз сложила оставшуюся посуду в раковину, слушая, как Лютик сбегает вниз по лестнице и выбегает через парадную дверь, торопливо бросив через плечо «пока». Оставшись одна на кухне, Бабблз весело напевала какую-то мелодию, ставя тарелку с едой в микроволновку для профессора — он работал допоздна, неизвестно, когда выйдет из лаборатории. Внезапное чириканье привлекло Бабблз к ее мобильному телефону, и она разблокировала его.  «Привет, Блоссом. Все еще на благотворительности? Что-то случилось?"  .~.  Бабблз не потребовалось много времени, чтобы найти Баттеркап среди толпы студентов, собравшихся вокруг ветхой сцены в школьном атриуме. Ее темноволосая сестра стояла с недовольной надутой миной, и толпа уступала ей много места.  — Привет, — легко поприветствовала она, и Баттеркап хмыкнула. — Блоссом упомянула, что тебе может… понадобиться помощь, — сказала Бабблз, тщательно подбирая слова. Она заметила Брика и Бутча, примерно в десяти футах от них в центре толпы. Баттеркап фыркнула и закатила глаза. "В любом случае, в последнее время она не берет на себя никакой ответственности за мальчиков.  Нет — она хотела бы помочь, — неубедительно возразила Бабблз, глядя на Бутча и Брика, общающихся между собой, — если так можно сказать про Брика, стоящим и смотрящим на триста шестьдесят градусов, общением.  — Не знаю. — В голосе сестры была горькая  нотка, и она обратно вернула внимание на Баттеркап. — Всё равно она мне никогда ничего не говорит. Неудобный момент прошел. Бабблз собиралась оспорить это, но дело в том, что Баттеркап не была неправа. На самом деле она не была склонна к девчачьим разговорам, так что за эти годы Блоссом и Бабблз сдружились из-за покупок, причесок и парней Бабблз, в то время как Баттеркап развлекалась с… ну, парнями. Теперь, когда она не совсем разговаривала со своей бывшей группой друзей, Бабблз подумала, что она чувствует себя немного обделенной.  Даже со своими товарищами по команде Баттеркап по своей природе не была общительной бабочкой. Кроме того, последние десять лет она провела, приклеившись к Митчу и его команде, изгоняя себя из других социальных кругов.  Бабблз вздохнула и положила руку на плечо своей сестры, игнорируя удивленный взгляд, который она бросила на нее. — По крайней мере, мальчики не доставвляют нам больше проблем, чем… Она остановилась. Что-то пришло ей в голову, пока она смотрела на двух Роудираффов.  Лютик, казалось, прочитала ее мысли. — Эй, а где Блондинчик?  — Он был здесь, когда ты приехала? — Бабблз обшаривала аудиторию, пока ведущий представлял следующую группу.  Баттеркап хотела ответить, но вдруг ее внимание метнулось к углу сцены. Бабблз проследила за ее взглядом, увидев, как Митч идет с басом в руке.  — О, — сказала она легко, пытаясь скрыть удивление в своем голосе. — Я не знала, что No Neck Joe все еще выступают… —  Кэмерон закончил школу раньше, — перебила Лютик. — Они не могли бы найти замену ему имне всего за месяц. Это соло-гитарист и певица…  На лицах двух девушек отразилось легкое удивление. Глаза Бабблз расширились, и она прижала ладонь ко рту. Она услышала тихий вздох сестры, за которым последовало резкое падение температуры, когда взгляд Баттеркап стал стальным. Она не повернулась, чтобы проверить гнев, который явно ожесточил лицо Баттеркап. Бумер небрежно занял центральное место, поправляя гитару, висевшую у него на плече.  Она случайно взглянула на двух других мальчиков, находившихся не более чем в десяти футах от нее. Бутч, казалось, сдерживал смех, а Брик просто контуженно смотрел на него.  — Его братья выглядят такими же ошеломленными, как и мы, — прошептала она Баттеркап. Прошептала, потому что весь атриум погрузился в низкий, рокочущий ропот, когда Бумер вторым ступил на сцену. — У этого ублюдка Gibson SG, — буркнула Баттеркап, глядя на инструмент в руках ублюдка. — Украден, держу пари. Этот ублюдок… Не могу поверить, что этот ублюдок бродит по сцене с моей группой с гитарой в руках».  — Может быть, он отстой, — сказала Бабблз, услышав, несмотря на весь гнев сестры, чуточку боли за ним. — Может быть, он ужасен. Она вдруг почувствовала, что Бумер смотрит в их сторону. Дерьмо. Вероятно, он их слышал. В конце концов, у него был суперслух. «Я пока не вижу певца на сцене». Баттеркап проигнорировала попытки сестры успокоить ее и вместо этого рыскала глазами по сцене в поисках того, кто займет микрофонную стойку. Ее настроение не улучшилось, когда светловолосый парень подошел и для пробы подул в микрофон, а затем успокоился, упершись ногами и разминая шею. — Вы что шутите?!, — прошипела она, и Бабблз поймал ее за прикусыванием губы. Блондинка снова перевела взгляд на парней. Бутч, казалось, успокоился и смотрел с усмешкой на лице, очевидно предвкушая унизительный эпизод, который произойдет через несколько секунд на сцене. У Брика, с другой стороны, было затуманенное выражение лица, когда он смотрел на Бумера. Судя по сосредоточенности в его глазах, он, казалось, пытался передать мысленное сообщение своему брату. Если Бумер и замечал (что, по мнению Бабблз, было трудно не заметить, учитывая, что интенсивность взгляда Брика практически расчищала прямой путь от него к сцене), он полностью игнорировал это, напевая и выхватывая пару нот и он повернулся, кивнув своим товарищам по группе. Баттеркап встала рядом с ней, все еще выглядя убийственно. Бабблз наклонилась и утешила тихим голосом. — Может, он отстой. Действительно. Я имею в виду, что ему придется сконцентрироваться на пении и игре на соло-гитаре одновременно…  Сцена внезапно взорвалась волной звука, которая прокатилась по всему атриуму и разом оторвала челюсти у всех, кроме Брика.  Бабблз вздрогнула, наблюдая, как руки Бумера летают по струнам, внутренне поражаясь не только размаху артикуляции, которой он управлял, но и идеальной высоте нот, которые он брал — с такой скоростью, с которой он двигался, это было нереально. Кэмерон был хорошим гитаристом; она много раз слышала репетицию группы, но Бумер был…  — Вот дерьмо, — выдохнула Лютик, когда толпа пришла в себя и начала аплодировать. «Он чертовски больной». Она выглядела так, как будто сама была больной, но по-другому.  — Ну, — с сомнением сказала Бабблз, — ему все еще нужно петь… После того, как он начал примерно через десять секунд, Бабблз отказалась от оправданий. "Хорошо. Он точно не сосунок. Даже не немного." Для натренированного музыкального слуха Бабблз каждая нота, которую он брал вокально и инструментально, была точной. В довершение всего, он был удивительно харизматичен и прекрасно держался на сцене, и публика определенно подхватывала его энтузиазм и волнами возвращала его в ответ. Тем не менее, как бы легко ни было втянуться в его выступление, Бабблз думала о своей сестре, задаваясь вопросом, что она думает о реакции толпы. Баттеркап была популярной девушкой на сцене; она тоже была отличной исполнительницей. Конечно, у нее не было никакого формального образования, и она отказалась присоединиться к хору с Бабблз и Блоссом в средней школе, но у нее был природный слух и хриплый, хриплый голос, излучавший харизму. Не говоря уже о том, что ей нравилось внимание. Бабблз посмотрела на Баттеркап, ожидая, что она в любой момент бросится на мальчика, занявшего ее место. Но эти зеленые глаза не были прикованы к нему. Вместо этого они смотрели на её товарищей по группе — ее бывших друзей — каждый по очереди, от одного к другому и обратно, не торопясь, особенно с мальчиком, играющим на басу. Бас, на который она копила бесконечные месяцы. Бас, который она подарила ему на последний день рождения.  Выражение глаз Баттеркап, когда она смотрела на Митча, кричало о ненависти, предательстве и глубоко укоренившейся боли, которую Бабблз редко замечала в своей темноволосой сестре.  Бабблз Бабблз глубоко вздохнула, сочувствуя, и потянулась к руке Баттеркап.  Баттеркап развернулась, прежде чем они успели соединиться, в ярости. « К Черту. Это ». Она исчезла в толпе, и Бабблз пошла бы за ней, если бы не три опасных, сверхмощных мальчика, собравшихся слишком близко со слишком большим количеством людей. Она вздохнула, когда группа закончила свой первый номер, вызвав бурные аплодисменты публики. Бутч выглядел разочарованным из-за того, что упустил возможность поиздеваться над своим братом, в то время как их лидер выглядел немного мрачным. Небольшое изменение по сравнению с его обычным выражением лица.  Бумеру, казалось, было трудно сдерживать сияние на лице. Бабблз криво улыбнулись, напомнив о ярости Баттеркап после выступления.  Немного подумав, она передумала и пошла искать Баттеркап. Позже Блоссом доберется до них обоих, но семья... иногда семья должна быть важнее блага людей. Бабблз бросила последний взгляд на парней в толпе и на того, кто был на сцене, когда он прижался губами к микрофону и начал следующую песню. Они были здесь две недели и еще ничего не сделали. Еще одна ночь ничего не изменит.