Обречённая на жизнь

— Кем хочешь стать, когда вырастешь? — Счастливым человеком, — невпопад отвечала я с интонацией «лучше отъебитесь».       Это была старшая школа. Ответ «я не знаю» казался уже несолидным до смешного жалким, до тошноты беспомощным, не по возрасту инфантильным, но отвечать же что-то нужно? Я так устала бесконечно лгать о пустяках вроде собственных целей, амбиций или мечт. К счастью, в голове всегда был заготовлен список навязанных кровными родственниками ценностей, за что стоит отдать им должное и, наверное, сказать большое спасибо. Благодаря этим ценностям я была похожа на приличного человека. И я их транслировала от нечего делать в массы. Как попугайчик на жёрдочке. Было не стыдно сказать «а я считаю, что высшее образование важно» или «а я уверена, что буду хорошая мать». Мои желания всегда были правильными. А там уж собеседнику совершенно неважно, что их подоплека — щемящая в груди пустота.       Да и мне, в общем-то, это неважно.       Ну какое значение вообще имеют мои настоящие желания? Никакое, на самом деле. Ни для того, кто спрашивает, ни для меня самой. Поэтому их и нет. Никогда не было. В списке «важных» желаний - только отголоски заложенного воспитания.       Никому из нас не нужно, чтобы я кем-то там становилась. Зачем мне тогда хотеть кем-то стать?       И однажды я стану никем. На перепетии между всеми открытыми для меня дверями, я осознанно выберу замереть на месте. Буду просто стоять. Наблюдать. Созерцать. Может быть, созидать на внутреннем суде.       Так я простою до самой смерти, пока слабость не свалит меня с ног — прямиком в могилу. Это всё ещё кажется гораздо лучшим исходом, чем пытаться хоть кем-то стать.       Через отсутствующие хоть на какую-то жизнь силы.