Дневник оммёдзи.

      За закрытым плотными шторами окном шёл сильный дождь, шумно стуча каплями в стекло, то становясь громче от ветра, то утихая. От каждого такого порыва электрические провода раскачивались и щёлкали друг об дружку, от чего в домах переодически выключался свет. Настольная лампа, свет которой с гудением на секунду пропал, вновь пришёл в норму освещая заваленный письменный стол и девушку, которая пролистывала старый дневник перенося содержимое в свой блокнот. Свет вновь дёрнулся и отразился в стёклах очков, проскальзывая бликом по тонкой золотой цепочке, за шею молодой особе. Девушку это мигание сильно раздражало, но бросить работу она не могла, особенно с осознанием, что скоро комнату нужно будет освободить для работы товарища. Проблема нищих творцов - один кабинет на всех, классика. Прочитывать дневник и переписывать его содержимое для удобства в свою книжку, полную нужной информации, оказалось слишком завлекательным. Она давно не испытывала такого прилива сил от интересной идеи, которая скорей всего станет её новой работой. Это будет что-то не похожее на её обычные романы про подростков и короткие недо-комиксы про яндере на любителя. Это будет роман написанный на базе реальной истории девушки жившей в эпоху Мэйдзи. Сначала писательница нашла письма двух придворных колдунов и захотела написать про них, но капая глубже подноготную мужчин, она узнала, что у одного и них была дочь. Начала искать что-то про неё, в итоге нашла человека у кого на руках был дневник девушки, он выставил его на продажу пару лет назад. Один богатей, перед которым знатно пришлось вывернуть карманы чтобы выкупить очень хорошо сохранённый дневник, которому навскидку почти сто пятьдесят лет. Первые страницы – это короткие записи, между которыми было пару дней, тогда Каэру было лет шесть по её собственным записям, понятно, что она не совсем ответственно относилась к этому, у неё были люди которым можно было рассказать всё устно. Но, взрослея девушка понимала, что не всё она может говорить в слух, и записи стали куда более развёрнутыми в эмоциональном плане и ежедневными. Писательнице было интересно читать про взросление девочки, её мысли о родителях, о уроках женственности от мамы и более опытных подружек, и о времяпрепровождение с папой. Господин, а именно так Каэру называла отца, научил дочь не только грамоте и наукам, но и оммёдо. Позаимствованное у Кореи и Китая учение Инь Янь, с пятого века развиваемое как гадание, астрология, взаимодействие с озлобившимися демонами и духами, разумными ёкаями и могущественными Ками. Такого сейчас нет, но синтоистские монахи продолжают молиться богам и благословлять людей и земли, стараясь защитить их от воздействий духов, а некоторые семьи сохранившие понятия кланов продолжают молиться своему духу, охраняюшему их семью из покон веков. Девушка аккуратно перевернула листок дневника и побежала розовыми глазами по строчкам, сначала прочитывая содержимое, чтобы меньше дёргаться при переписывании в тетрадь, всё равно она пишет основную суть, а не слово в слово. Но выходит у неё куда больше по объёму, из-за сносок и пометок на будущее.       " Как сейчас я помню момент, когда оказалась перед мостом. Долгое путешествие по пустыне с такими же как я душами, и наконец мы дошли до знаменитой кровавой реки. Это место было страшнее всяких картин и фресок искусных художников, я своими глазами видела толпу грешников, которые с криками и плачем переплывали через реку Санзу, иногда утопая и мне казалось, что в эти секунды я видела чей-то чешуйчатый хвост, промелькнувший над гладью воды. Перед моими глазами предстал настоящий ад, и я осознала, что обречена. Эти крики до сих пор эхом отдаются в моей голове, я боялась оказаться на их месте, но мост образовавшийся передо мной говорил о том, что для меня возможно не всё потеряно и у богов на меня другие планы. По ощущениям, у моста не было ни конца ни края, я шла по нему кажется целые сутки и всю ночь, хотя ничего вокруг не менялось, было так же сумрачно и покрыто алым туманом, в котором напротив я разглядела силуэт, ждущий меня. Старая и очень страшная старуха, грубо кривыми руками раздела меня как и остальных истощённых грешников, на которых я не могла смотреть без панических слёз и кома в горле. От нахождения в кровавой воде Санзу полной чудовищ, их кожа покраснела и слезала с костей, будто их заранее сварили в котле, но судя по всему, это им ещё только светит. Нас разделили на мужчин и женщин, хотя я плохо могла различить, большинство душ передо мной были похожи на куски мяса, которые обглодали дикие животные, меньшинство здесь добирались в обход или как я – по мосту. Мужчинам предстояло встретиться с Эммой, королём царства Дзигоку, а девушек ждала встреча с его родной сестрой, про которую я мало знаю. Моя очередь стремительно приближалась, но я не смотрела вперёд, даже головы не поднимала, поняла, что что-то не так лишь когда всё стихло. Медленно приподняв лицо я расширила глаза и последние силы вмиг покинули тело, я грохнулась на колени, смотря в лицо огромной женщины сидящей на троне. Крик застрял в горле, будто чёрные, выкатившиеся наружу глаза впившиеся в меня гвоздями на секунду выключили меня. Я чувствовала, что вот-вот потеряю сознание от ужаса. Богиня молчала не долго, похоже что-то она увидела в моих перепуганных глазах, в которых проносилась вся жизнь и спросила:        — Человек совладал с мои паучком? — я дёрнулась, голос богини, который никак не сходился с её пугающей внешностью дал мне надежду на спасение. Да, он был громким настолько, что стены с ребристыми каменными сталагмитами дрожали, а воздух раскалялся, будто металл в печи у кузнеца. Однако, он не был злобным или презрительным, скорее неверющим в сказанное своим же ртом. Я не сразу поняла о чём она, лишь через пару секунд, опустив голову я почтительно спросила:        — Ваше высочество говорит о П... Пураичи? Он пытался меня у-убить... Дважды, поэтому я против его воли сделала его своим фамильяром... — богиня засмеялась, стуча ладонью по подлокотнику каменного трона, казалось от смеха её глаза выкатывались ещё сильнее и вот-вот вывалятся из орбит. Все жрецы оглянулись, похоже давно в царстве мёртвых не было слышно смеха королевы.        — Пураичи? Такое имя ты ему дала? Глупый паук, ух, насмешили вы меня оба. Человеческое дитя, я пожалуй дам тебе шанс, — сказала богиня и я кинулась к её огромной ноге, падая ниц прямо перед женщиной, громко благодаря за такую щедрость. Она продолжила говорить, наклоняясь и одним пальцем, коим могла легко раздавить меня, приподняла моё лицо, говоря условия:        — Если сможешь найди сюда дорогу, я верну тебе твою прошлую жизнь,       Оказывается эта богиня милосерднее своего брата, Эмма редко идёт на уступки, только если человек заслуживает шанса и коснулся при жизни тридцати трёх святынь, чтобы всё зло ушло и тот смог переродиться чистым. Почему же я тогда заслужила такой милости, я до сих пор не знаю, но стараюсь об этом думать не забывая про её главный наказ: найти врата в Дзигоку. Однако, в мире куда меня закинуло, всё слишком непонятно, выглядит как сплошной демонический калейдоскоп, всё сияет и даже ночью светит как днём. Даже духов нет, потому что не ясно когда ночь, а когда день. Все люди выглядят обычно, но одеяния пестрят красками и формами, как их ещё не арестовали за такое?... "       Писательница усмехнулась и покачала головой. Почти как у них. Она явно забыла на несколько минут, что читает не фэнтезийную книгу, а записи реального человека, который попал во времена гражданской войны в Японии. А она была сто с лишним лет назад, Карл.        — Так, стоп, она здесь машину описала? — писательница опомнилась и перечитала строчку, поднимая глаза, нихрена не понимая. Это что, подделка? Не, быть не может, она проверяла дневник у историка и тот сказал, что он выполнен в технологии двадцатого века, ручная работа. Рассказ о попадании в ад она ещё могла принять, потому что чего и кого только не видела на страницах дневника девушки, но что значит её описания современной Японии?        — Ребят! Ребяяят! Что за бабуйня?! — нарастающе закричала девушка от чего в комнату заскочили те самые "ребята", взволнованные криком подруги. Она не хотела разбираться с этой криповой хренью одна, вообще изначально она собиралась написать исторический роман по мотивам записок этой Каэру Ниуа, но что-то здесь не нормально. Ощущение, что она залезла туда куда не стоило, если брать в расчёт встречу Каэру с богиней Дзигоку. Стрёмно и не понятно.