Permafrost / Вечная мерзлота.

      Потребовалось шесть с половиной часов беспрерывного чтения, чтобы прочесть две книги. Первые два часа Аделинда пыталась покормить несчастного Дилюка, однако, словив взгляд алых глаз, перестала предпринимать новые попытки.       Потребовался весь вечер и половина ночи, для того, чтобы Дилюк не сжёг всю винокурню. Однако, прямо сейчас он стоит на крыльце поместья, рядом стоит Аделинда с кружкой кофе, а перед ними, на лужайке, кувыркается огненный дракон с таким же огненным щенком. Оба размером буквально с небольшую кошку, однако, звери не поджигали траву вокруг, а лишь мило резвились друг с другом.       Аделинда молча протянула кружку мужчине.       — Без сахара?       — Без. У меня не поднялась рука добавить сахара в шестую кружку кофе.       Дилюк сделал небольшой глоток и вернул кружку женщине. Подойдя поближе к собственным многочасовым трудам, он подхватил обоих зверьков на руки и направился в дом. Ладони ощущали лишь тепло, никаких ожогов от огненных зверей, никаких укусов или травм.       Огненные звери — высший труд Пиро стихии. Создать одного такого зверька удавалось с трудом, а чтобы поддержать его в состоянии «жизни», а не затухании, ещё больший труд. Опустив дракончика на диван, Дилюк сосредоточился на щенке и, проведя по холке животному, заставил его исчезнуть. Первые секунды дракончик расстроено посмотрел на место, где был щенок, но почти мгновенно забыл о нём, когда Дилюк уверенно приподнял одеяло Кэйи, указывая огню, где его место.       Зверёк нырнул под одеяло, обернул хвостом руку Кэйи, а сам улегся на его ключицах на подобие шарфика. Как завороженный, мужчина наблюдал, как собственное творение согревало близкого ему человека. Для поддержания одного такого зверька требовались силы, а также присутствие рядом, иначе через пару часов тот просто исчезнет.       — Как он? — Аделинда заглянула за плечо мужчины и уголки губ дрогнули. — У вас всё получится.       Дилюк дрогнул от этих слов. Вернув одеяло на прежнее место, чтобы то укрывало теперь брата вместе с дракончиком, тот отправился в свой кабинет. Работу пришлось взять на дом по двум причинам: теперь ему нужно было поддерживать жизнь зверьку, согревающего Кэйю, да и покидать винокурню стало тяжёлым испытанием, когда в его доме в некой софе лежала его единственная родственная душа.       Первые два часа работа далась с лихвой. Удалось отвлечься, а цифры строго выстраивались в линии, не желая лишний раз злить господина.       Но стоило проработать третий час, как владелец винокурни не выдерживает. Хоть глазком, но нужно посмотреть, стало ли Кэйе лучше.       Руки брата обнимали дракончика, который при приближении Дилюка на него даже зашипел, не признав хозяина. Щёлкнув зверька по голове, мужчина присел на край кровати, заглядевшись мужчиной. Тот уже не был смертельно бледный, кожа приобретала более живой оттенок. Кажется, огненный зверёк всё-таки приносил свои плоды, хотя после изучения как создать ЭТО, Дилюк чувствовал себя опустошённым.       — Ма… ма-г… — Кэйа что-то неразборчиво забормотал. — Мор… Мора… — захрипел, заливаясь в звонком кашле. Вместе с кашлем пошла и кровь.       Дилюк, аккуратно приподняв голову брата, протёр губы от его собственной крови. Благо, Аделинда положила на стол миллион и одну полезную вещь.       — Кай? — с нежностью в голосе мужчина хотел было достучаться до сознания брата, однако, тот никак не реагировал.       — Моран… а… Морана, — Кэйа издал неразборчивый звук. — Убью…       Дилюк слабо улыбнулся и поправил подушку под головой брата. Ничего удивительного. Даже в отключке Кэйа умудряется пригрозить кому-нибудь смертельной расправой.       Из-за эмоциональной нестабильности головного мозга, слова, сказанные мужчиной, могли показаться бредом, однако, Дилюк решил не рисковать даже такой информацией. Сквозь «бред» он точно смог различить слово маг, что, по всей видимости, означало Мага Бездны, а еще неизвестное имя — Морана. Поначалу показалось, что тот сказал «мора», но Кэйа, может, и пропивающий вечно деньги, явно не сказал бы о них в таком состоянии. Удалившись в свою комнату, Дилюк решил ненадолго прилечь. Сейчас, когда поддержание жизни Кэйи стало немного проще, рыжеволосый мог ненадолго отдохнуть. Прикрыв глаза на пару минут, тот успешно провалился в неглубокий сон.       Во время сна ему мерещится полная брехня. Вот он скачет на коне в сторону Мондштадта, всё вокруг укутано снегом, а небо усыпано звёздами. Звёзды разного размера, некоторые едва ли мерцают, а другие, заполнив всё небо, озаряют собой всё вокруг.       Неожиданно рядом скачет второй конь. Этого коня Дилюк помнит хорошо: его он подарил Кэйе на день рождения и учил верховой езде. После их «недомолвки», Дилюк оставил коня у себя на винокурне, ухаживая за ним и по сей день, надеясь, что когда-нибудь брат вернётся за ним.       Проснувшись в четыре часа утра, Рагнвиндр мог уверено сказать: он не отдохнул и уж тем более не выспался. Приоткрыв окно, впуская потоки свежего воздуха и слегка покачиваясь, ему удалось начеркать на небольшом клочке бумаги письмо для Альбедо. Тот явно выехал в путь и, если это так, то Ванесса сможет его найти. Ситуация изменилась — приезжайте прямиком на винокурню «Рассвет». Кэйа здесь под моим присмотром.

Дилюк Рагнвиндр

      Свернув клочок бумажки в трубку и закрепив его тесьмой, владелец винокурни завязал её у лап ястреба так, чтобы ноша не приносила дискомфорт, после чего смело отпустил птицу в открытое окно.