Cerianthus orange

      В перспективе актиния выглядела лучше улиток, поэтому Тим несколько воспрянул духом. Он хотел найти Кэтрин сразу, стоило ему выбраться из бассейна, но как только сверился с графиком смен, выяснил, что снова не увидит лейтенанта Хичкок по крайней мере до конца недели.       Контейнер занял место рядом со своим собратом по несчастью, а в лаборатории Тим выпросил пакет сухого зоопланктона. Ахатины отнеслись к новому соседу с безразличием.       Тим с нетерпением считал дни до пересечения смен и чтобы скоротать время, с головой ушёл в учебники португальского. — Fala o capitão. Há alguém nesta fre… fre… как там произносится… — бормотал он, время от времени сверяясь с фонетическими таблицами, — Há alguém nesta frequência. Responda-me. Precisa de Ajuda? Precisa de Ajuda…       Актиния накапливала свет, и когда лампы в каюте гасли, превращалась в оранжевый огонёк. Вода мягко рассеивала лучи. Тим лежал, обняв подушку, и смотрел как неторопливо колышутся щупальца, пока этот причудливый танец его не убаюкивал и он не забывался сном.       В день Х он провёл всю смену на мостике, корректируя базу радиограмм “Сиквеста” и стараясь снизить уровень фликкер-шума от неисправной антенны. Это заняло куда больше времени, чем Тим закладывал в задачу, и к концу дня голова его гудела, как потревоженное осиное гнездо. — Идите отдыхать, мистер О’Нилл, — сказал наконец капитан Бриджер. — Вы откровенно клюёте носом.       Он ответил “Есть, сэр” и поплёлся к себе в комнату, зевая на ходу. По дороге заглянул в кают-компанию, где несколько офицеров пили кофе и играли в шахматы, но Кэтрин там не было. Существовал шанс встретить её в спортзале, а если бы и там не выгорело, то пришлось бы совершить то самое, на что Тим отчаянно копил смелость всю последнюю неделю.       Постучаться в дверь её каюты.       Он почти уже дошёл до жилых отсеков, когда услышал из-за переборки голос лейтенанта Крига. Тот с кем-то спорил, что само по себе не было чем-то из ряда вон выходящим, но когда Тим услышал его собеседника, то инстинктивно остановился и навострил уши. — ...не понимаю, почему тебя вообще это заботит, Бен! — Просто я беспокоюсь о тебе, Кэтрин. Я же хорошо тебя знаю. Тебе нужен кто-то решительный и предприимчивый. Кто-то, кто не даст тебе заскучать. — Кто-то вроде тебя, — ехидно добавила Кэтрин. — Ну, меня безусловно можно взять за образец… но ты же знаешь, идеал недосягаем.       Тим едва слышно фыркнул. Типичный лейтенант Криг. — Если бы я хотела кого-то вроде тебя, я бы с тобой не развелась, Бен. — Воу-воу, Кэтрин. Это удар ниже пояса. — Сам виноват. Не вмешивайся в мою личную жизнь. — Да я же просто желаю тебе самого лучшего! Чем тебя зацепил наш штатный умник? Похотливыми улитками? — Заткнись, Бен. — Шучу, шучу. Кэтрин, ну подумай сама, малышка. Зачем он тебе? Очкастый, тощий.       Тим машинально потрогал живот. — Оставь Тима в покое, — стальным голосом произнесла Кэтрин. — Он отличный парень, а ты просто доставучая заноза!       Бен расхохотался. Судя по всему, Кэтрин его ничуть не обидела. — Ну, раз я заноза, то когда твой мачо придёт ко мне и застенчиво попросит достать дополнительные средства контрацепции, которые по служебной инструкции почему-то не входит в список необходимых вещей, я сделаю вид, что вообще не понимаю, о чём он! — Добровольно снижаешь прибыль? Должно быть, я и правда тебя задела. Что ж, тогда обойдёмся без твоих услуг.       Тим превратился в пылающий факел. Бен снова начал было посмеиваться, но потом до него тоже дошёл смысл сказанных Кэтрин слов. — Кэтрин… Кэтрин, скажи, что ты пошутила! — Пока, Бен! — Я тоже люблю шутить, ты же знаешь. Я вообще парень весёлый… Кэтрин, погоди, просто скажи…       Они ушли слишком быстро, чтобы Тим смог расслышать ответ Кэтрин, но ему хватило ума не издавать никаких странных звуков, чтобы члены экипажа не стали подозрительно на него коситься. Поэтому проораться он себе позволил только тогда, когда добрался до своей каюты, закрыл дверь, положил очки на тумбочку и рухнул лицом в кровать. Подушка надёжно заглушила вопль.       Через какое-то время он поднял голову. Улитки осуждающе хрустели салатом. — Чего уставились, — пробормотал Тим, — у вас-то всё просто… Может, она вообще ничего такого не имела в виду. Да наверняка. Просто Бен её достал, а ввести противника в ступор — лучший способ заполучить инициативу.       Он снова застонал в подушку. Бен так точно подобрал ему ярлык — штатный умник. Даже наедине с самим собой Тим вёл себя, как зануда.

***

      В конце концов он собрался с силами, прихватил контейнер с актинией и отправился на поиски Кэтрин, на ходу надевая очки. Сам себе Тим сказал, что лучше облажаться, чем совсем ничего не сделать. Тем более если он сегодня не поговорит с Кэтрин, то потом снова нужно будет выискивать совпадения в расписании, потому что на мостике ему признаться не удасться, а в общих помещениях придётся брать в расчёт Бена.       Тим хотел снова заглянуть в кают-компанию, прежде чем проверять спортзал, но стоило ему пройти по главному коридору и свернуть в нужное крыло, как он буквально нос к носу столкнулся с Кэтрин. — Ох, извини, Тим! — Это я виноват!       Вода в контейнере заходила ходуном от резкого толчка, и Тим мысленно взмолился, чтобы у актинии ничего не оторвалось.       Кэтрин уже переоделась и строгий чёрный офицерский китель сменился на менее формальную бежевую форму. Волосы слегка растрепались, но ей это очень шло. — Идёшь в лабораторию? — Что? — моргнул замечтавшийся Тим. Кэтрин кивнула на контейнер. — Ах, это… Нет, вообще-то я… — он быстро оглянулся через плечо, но горизонт был чист, — я тебя искал. Хотел это тебе отдать. — Ещё улитки? — Нет-нет, — поспешил заверить её Тим, — никаких больше улиток! Это… она тоже может… ну… размножаться, но не так… эээ… откровенно.       Ему захотелось треснуть себя по лбу, и только страх ещё больше опозориться остановил ладонь. — Оке-е-ей, — протянула Кэтрин недоверчиво, — и что это такое?       Тим обречённо приподнял крышку. Ну, он снова испортил момент, так что гулять так гулять.       И в этот момент свет в коридоре потух. Кэтрин и Тим одновременно задрали головы к потолку. — Чёрт, что такое? — пробормотала Кэтрин. — Никакого удара я не почувствовала. — Может, электромагнитная волна, — предположил Тим. — Выбило даже аварийную подсветку.       И действительно, не горела ни единая лампа, и единственным источником света стали фосфоресцирующие напольные стрелки, указывающие путь к ближайшему эвакуационному выходу. — Всем сохранять спокойствие, — зазвучал из динамиков уверенный голос капитана Бриджера. — Поводов для паники нет. Дежурные офицеры, пройдите на капитанский мостик. Мистер Бенджамин Криг, вас это тоже касается.       Кэтрин снова посмотрела на Тима. — Думаю, капитану можно верить, правда? Он бы вызвал и нас, если бы дело пахло керосином. Тим, твой контейнер светится! — Так и должно быть, — успокоил её Тим, — не волнуйся, там нет ничего ядовитого, токсичного, радиоактивного… — Тогда что там? — перебила его Кэтрин. — Иди сюда, чтобы никто не наткнулся на нас случайно в темноте.       Она потянула его за рукав в сторону от главного коридора, в просторную нишу, где хранилось противопожарное оборудование. Тим сглотнул и снова открыл крышку.       Актиния приветливо зашевелила щупальцами. Её оранжевое сияние высветило любопытное лицо Кэтрин из темноты. Тим не мог отвести взгляд от длинных теней от ресниц.       Как будто на скулы сели крохотные бархатные чёрные бабочки. — Это цветок? — шёпотом спросила Кэтрин. — Актиния. Cerianthus orange. Это… доктор Вестфаллен разрешила мне её взять для тебя. — Для меня?       Говорить становилось всё труднее, и Тим чувствовал, что у него вспотели ладони. — Ты как-то сказала, что хочешь завести домашнее животное. Я решил… я подумал, что… потом оказалось, что улитки… гхм… и решил, лучше актинию. Я могу сказать, как за ней ухаживать. Знаю, её нельзя погладить, как кошку или собаку, но если оставить её под светом днём, то ночью за ней будет интересно наблюдать. А ты любишь изучать всякое… так что… вот, — подытожил Тим.       Кэтрин секунду на него смотрела. Тим виновато пожал плечами. — Ты такой милый, Тим. — Милый? — Сам не знаешь, насколько ты милый. — Я… о, я… — окончательно растерялся он, — то есть… ты возьмёшь её?.. то есть, если не хочешь… — Закрой контейнер, Тим.       Он послушался, потому что в голосе Кэтрин откуда не возьмись возникла твёрдая офицерская нотка. Пальцами надёжно прижал края, чтобы исключить возможность случайной раскупорки. — Я заберу её, — произнесла Кэтрин. — Знаешь, пока не включили свет… Бен нас точно не увидит. — Это правда, — согласился Тим, — он же сейчас на мостике.       Слабого света сквозь прозрачные стенки хватило, чтобы увидеть, как Кэтрин закатывает глаза. — Обычно ты более сообразителен. Хорошо, я дам тебе маленький намёк… — контейнер вдруг ускользнул из его рук, а силуэт Кэтрин на мгновение согнулся, чтобы поставить светящийся куб на пол. — В темноте можно не только наблюдать за морской фауной и флорой. Если я сейчас тебя поцелую, ты не сбежишь от меня в свою каюту?       Не веря услышанному, Тим несмело улыбнулся. — Нет, — тихо сказал он, протягивая руку, чтобы легонько сжать тонкие пальцы. — Я никуда от тебя не сбегу. — Хорошо, — прошептала Кэтрин, подойдя совсем близко. — Я могу снять с тебя очки? — Ладно, — так же шёпотом ответил Тим.       Дужка зацепила краешек уха. Собранная оправа устроилась в кармане кителя.       Тим с радостью понял, что угадал с первого раза. Фруктовый. Дыня или что-то в этом духе.

***

— Эй, О’Нилл! Ну-ка, погоди!       Тим очень старался не улыбаться, но стереть блаженное счастливое выражение с лица он не смог.       Бен нагнал его в коридоре по пути в кают-компанию. Стоило ему окинуть Тима беглым взглядом, как он сразу всё понял.       Ну, тут бы любой понял. В последнее время у Тима было ровно два повода для радости.       Первый — поцелуй Кэтрин двенадцать дней назад.       Вторая — занятие любовью с Кэтрин этой ночью. И       он даже не мог выбрать, что ему понравилось больше. Как нежно она гладила его по голове, пока его руки ласкали её тонкую талию, или как тщетно сдерживала стоны, пока Тим двигался в ней, уткнувшись в спутавшиеся каштановые волосы.       Или нет. Больше всего ему понравилось, как они молча лежали рядом в полумраке и смотрели на таинственно мерцающую актинию. Потом Кэтрин задремала, и он накрыл её одеялом плотнее, чтобы… — Приём-приём! — защёлкали пальцы у него перед лицом. — База вызывает Тима О’Нилла!       От неожиданности Тим едва не споткнулся. — Извини, Бен, — пробормотал он, — я задумался. — Ага, — процедил Криг. — Я так и понял.       Тим развёл руками. Конечно, Бен злился на него. Тим даже мог его понять. И он прекрасно знал, что могло от него потребовалось Бену. — Я не сделал ничего плохого, — сказал Тим тихо, глядя прямо в подозрительные глаза. — И не собираюсь. Она мне нравится. Я хочу, чтобы она была счастлива. — Чем ты её зацепил, не понимаю. Улитками, что ли… Дамочки бывают очень странными. Слушай сюда, умник, — он поманил Тима, и тот наклонился вперёд, — я буду за тобой следить. Можешь творить свои научные штуки и радовать Кэтрин лягушками и прочей дребеденью, но! — перед лицом Тима возник грозный палец, — если я узнаю, что ты её обидел, на твою задницу посыпятся очень крупные проблемы! Понял меня? Очень! — Я понял, — ответил пальцу Тим. — Никогда не буду обижать Кэтрин.       Мрачный Бен сверлил его взглядом ещё какое-то время, прежде чем пробормотать что-то в духе: “Поверить не могу, что делаю это…”. Он полез в карман и достал плоскую картонную коробочку без всяких опознавательных знаков. — На, — раздражённо впечатал он коробочку в грудь Тима. — Читать умеешь, так что разберёшься. Запомни, — перед Тимом снова возник палец, — мощный пси-фактор! Я за тобой слежу, О’Нилл! — Ладно, — кивнул Тим. — Спасибо, наверное.       Лейтенант Криг недоверчиво хмыкнул. — И сотри с лица эту дурацкую ухмылочку, — проворчал он напоследок. — Любой идиот поймёт, что тебе перепало.       Тим скорчил максимально серьёзную физиономию, но стоило Кригу скрыться в другом отсеке, как его губы сами собой растянулись в счастливой улыбке. Насвистывая, он спрятал подарок в карман и пошёл дальше, чтобы выполнить первоначальную миссию и дойти до камбуза, чтобы принести Кэтрин свежезаваренного кофе.       К тому же, улитки опять съели все припасённые огурцы.