Гречин и Фиксай

Ребята отправились в поход, чтобы отдохнуть на природе, захватив с собой все необходимое. Все расселись на пеньках, а костер весело плясал, озаряя лица отблесками пламени. Кто-то поджаривал хлеб, кто-то лакомился зефиром, а Гречин и Фиксай, примостившись на одном пеньке, что-то увлеченно шептали друг другу на ухо. — Может, пойдем в палатку? Я тебе кое-что вкусненькое принес. — Прошептал Гречин, стараясь не привлекать внимания. — Пошли! — Тихо промурлыкал в ответ Фиксай. Парочка поднялась, собираясь уйти, как вдруг их окликнула Няшка: — Ребята, вы куда это? — Мы спать! — Выпалил Гречин, и они поспешили скрыться в палатке. Друзья переглянулись, провожая их взглядами. Те шли, крепко держась за руки. — Может, скажем им, что они плохо скрывают свои отношения? — Предложил Донни с усмешкой. — Нет! — Хором ответили остальные. Войдя в палатку, Гречин спешно застегнул ее, и Фиксай тут же обрушился на него с пылкими поцелуями. Гречин ответил с не меньшей страстью. Они оба стояли на коленях, в тесноте палатки, переплетясь в объятиях. Гречин подхватил Фиксая на руки, крепко сжав его правую ягодицу. Затем он осторожно подполз к груде походных мешков и бережно уложил на них младшего. Гречин оторвался от поцелуя, чтобы впиться зубами в шею Фиксая. Тот тихо застонал, чуть извиваясь под ним, словно желая разжечь и без того пылающий жар Гречина. Перестал кусать шею они мигом начали снимать с себя одежду и продолжили изучать друг друга. Гречин одним пальцем вошёл в него чтоб он привык потом добавил второй палец и делал ножницы внутри Фиксая. — Ммммм ах! Г-гречин….. — Простонал Фиксай. Гречин нежно прикоснулся губами к уху Фиксая, шепча что-то едва слышное, от чего тот задрожал всем телом. Пальцы Гречина продолжали свое дело, вызывая волны наслаждения, прокатываются по телу Фиксая. Он откинул голову назад, позволяя Гречину целовать свою шею, ключицы, грудь. Когда Гречин почувствовал, что Фиксай готов, он медленно вошел в него, заполнив его своим теплом. Фиксай застонал от удовольствия, обхватив Гречина ногами. Они двигались в унисон, сливаясь в одно целое, отдаваясь страсти, которая охватила их обоих. Каждый толчок, каждый стон, каждый вздох был наполнен любовью и желанием. Время потеряло свою значимость. Существовали только они, их тела, их чувства. Ребята сидевшие над костром все слышали им было немного противно слышать что делают из друзья. Когда они достигли пика, их тела содрогнулись в унисон. Они замерли, прижавшись друг к другу, наслаждаясь моментом близости и единения. После долгого поцелуя, Гречин и Фиксай лежали, тяжело дыша, переплетясь руками и ногами. В палатке царила тишина, нарушаемая лишь их учащенным дыханием. Едва они закончили, как до слуха донесся возмущенный вопль Няшки. — Да сколько можно скрывать свои отношения! Всем же видно, что вы друг к другу неравнодушны! — Выпалила Няшка. Гречин и Фиксай вспыхнули таким густым румянцем, словно их окунули в ведро с краской, услышав слова Няшки. — Хорошо завтра сообщим вам! — Сдались они, разом.