Heart at Ease

В то утро Лань Ванцзи проснулся не с намерением признаться. На самом деле, если бы его спросили, не думал ли он об этом в последнее время, ему пришлось бы сказать «нет». Он не ожидал, что Вэй Ин появится вместе с главой клана на конференции в Облачных Глубинах, и не предполагал, что будет проводить с ним много времени наедине. Но день никак не соответствовал его ожиданиям до этого момента, так что, возможно, он должен был догадаться. Вэй Ин, конечно же, сразу заметил его и поручил Лань Ванцзи следить за ним. Позабавленный этим, брат сказал Ванцзи, что он должен принять гостя из Юньмэна, и освободил его от его обычных обязанностей. Много лет назад Лань Ванцзи мог возразить против этого. Много лет назад, когда он проводил время рядом с Вэй Ином, он чувствовал огонь в легких и муравьев, копошащихся под его кожей. Тогда всё в нем протестовало против этого. Противоречие многих достоинств, которые высоко ценил его орден, и Лань Ванцзи пошел и полностью околдовал себя им. Улыбка Вэй Ина, озорная и слишком ослепительная, чтобы на неё смотреть, стоила ему многих бессонных ночей. Это приводило его в ярость. Но то было тогда, а сейчас — сейчас, и чувства отрицания и ужаса Лань Ванцзи растаяли с годами, оставив после себя лишь полное обожание. Поэтому ему было легко позволить Вэй Ин потянуть себя туда, куда тот хотел. — Эр-гэгэ, — слишком бесстыдно сказал Вэй Ин, вероятно, даже не понимая, как это слово повлияет на Лань Ванцзи. — Эр-гэгэ, почему бы тебе не отвезти меня в город Цайи? Мы успеем вернуться до комендантского часа, если выйдем сейчас! — Мгм, — ответил Лань Ванцзи. В наше время было очень мало вещей, в которых он мог бы ему отказать. С возрастом Лань Ванцзи заметил, что бороться с увлечением — всё равно что задерживать дыхание, пытаясь задохнуться; рано или поздно базовые инстинкты победят в этой борьбе. Лань Ванцзи дышал и любил Вэй Ина. Они оставили другие ордены на конференции в горах. Вэй Ин по привычке продолжил приятную болтовню. Истории о Юньмэне и его брате и сестре, а также постоянные поддразнивания, с которыми Лань Ванцзи справлялся гораздо лучше, чем в подростковом возрасте. Эр-гэгэ, говорил Вэй Ин, и уши Лань Ванцзи краснели, и это было всё. Вэй Ин не имел в виду ничего плохого. То, что он не осознавал своего влияния, было источником бесконечного разочарования и раздражения, но, тем не менее, его намерения следовало принимать во внимание. Любой человек не смог бы назвать Вэй Ина злонамеренным. В городе Цайи Вэй Ин таскал его от прилавка к прилавку, используя деньги Лань Ванцзи, чтобы купить им всевозможную еду, Лань Ванцзи был слишком рассеян, чтобы в полной мере насладиться едой. Его взгляд задержался на губах Вэй Ина, которые поочередно покрывались сахаром и соусом чили, и он не мог не почувствовать благодарность за это. Несмотря на первоначальное нежелание Лань Ванцзи, Вэй Ин на протяжении многих лет изматывал его. И вот теперь они были здесь, в городе Цайи, у озера, и Вэй Ин выглядел прекрасно с завязанными волосами, закатанными рукавами и сосредоточенным выражением лица, пытаясь выловить что-то из воды руками, хотя Лань Ванцзи сказал ему, что здесь, в этой мелкой части озера, ловить нечего. Должно быть, это было какое-то мгновенное безумие, которое застало его врасплох. Разумеется, самым разумным шагом было бы написать письмо. Объяснить свои чувства полностью и изложить их в более понятной форме. Вместо этого: — Я люблю тебя, — сказал Лань Ванцзи без всякого смущения, и слова прозвучали так легко, что он даже не мог поверить. Вэй Ин, сосредоточенно смотревший на воду, повернулся к нему с такими широкими глазами, что это выглядело бы комично, если бы не комок в горле Лань Ванцзи. Затем нервный смех: —Хахах, Лань Чжань, кажется, я только что ослышался — что ты сказал? — Ты не ослышался, — сказал Лань Ванцзи смелее, чем он чувствовал. Улыбка исчезла, оставив только широко раскрытые глаза. Серьезное выражение лица Вэй Ина не соответствовало его обычному беззаботному выражению, и Лань Ванцзи на мгновение пожалел, что сделал это. И тут Вэй Ин выпрямился, в глазах его было что-то ужасно извиняющееся, почти болезненное — и еще до того, как он произнес эти слова, Лань Ванцзи уже знал, каким будет ответ. Внезапно день, который до сих пор казался ему очень тёплым, стал для него холодным. Он бы поднял руку, но что-то удерживало его на месте. Возможно, осознание того, что теперь ему не вернуть эти слова. Он высказал, беспечный, как ребенок, и такой же хрупкий, когда сталкивается с реалиями мира. Вэй Ин поклонился ему так почтительно, что Лань Ванцзи почувствовал привкус железа на языке. — Для меня большая честь, что Лань Чжань так высоко ценит меня, но… я не люблю таких мужчин, так что… Он мог слышать, как Вэй Ин говорит больше, торопливо, как будто объяснение причин отказа сделало бы его менее болезненным. Но Лань Ванцзи не мог сосредоточиться ни на чем, кроме неожиданного чувства потери. Он не знал, почему его это так удивило: разве Вэй Ин не выражал этих чувств раньше? Когда-то, когда они были моложе, Лань Ванцзи отчитал его за флирт с людьми, которые были ему безразличны. Вэй Ин сказал, что не флиртует с Лань Ванцзи, так почему его это должно волновать? Был ли когда-нибудь момент, когда он думал, что Вэй Ин что-то имел в виду своим поведением? Эр-гэгэ, случайные прикосновения, яркие улыбки? Думал ли он, что это что-то значит, когда Вэй Ин не выделил его этим? Он видел, как Вэй Ин флиртует с девушками-торговками. Он видел, как Вэй Ин улыбался бесчисленному количеству людей. Вэй Ин продолжал говорить, но его фразы становились все короче и короче, он явно не знал, что еще сказать. — Прости, — сказал Лань Ванцзи немного бессмысленно. Возможно, это было извинение за неудобство, причиненное этими чувствами. За то, что испортили настроение. — Нет, не стоит, — поспешил сказать Вэй Ин. — Я польщен! Очень польщен, Лань Чжань, любой был бы польщен! Лань Ванцзи не знал, что сказать. Было трудно смотреть Вэй Ину в глаза, и это чувство могло быть взаимным. Вместо этого он повернулся,чтобы посмотреть на солнце, которое находилось ниже на небе, чем он предполагал. — Мы должны вернуться в Облачные Глубины. — Да, конечно.— Вэй Ин облизал губы. — Ах, знаешь что, я забыл кое-что купить. Ты иди вперед, ладно? Лань Ванцзи не стал ругать его за очевидную ложь и только кивнул. Он даже был немного благодарным за это. В конце концов, так было проще.

***

Остаток конференции Лань Ванцзи провел в медитации. В отличие от других случаев в их юности, когда он намеренно избегал их, Вэй Ин не искал его сейчас. Первой мыслью Лань Ванцзи было то, что ему теперь некомфортно в его присутствии. Он сразу же почувствовал себя виноватым за такую ​​мысль — Вэй Ин, скорее всего, сделал это из уважения, чтобы дать Лань Ванцзи немного времени, чтобы зализать раны. Он сделал или, по крайней мере, попытался. Разочарование от этого было любопытным. Сколько бы раз он ни повторял себе, что ответ был вполне ожидаем, это не помогало справиться с болью внутри него. Вэй Ин не хотел его. Несколько дней назад эта мысль была лишь возможностью; теперь это было несомненно. Он хотел Вэй Ина, но Вэй Ин не хотел его. (Он хотел Вэй Ина, но Вэй Ин не хотел быть ему нужным.) Сначала это была боль. Глубокая, жгучая боль в груди, результат решения, которое он рано или поздно принял бы, но отчаянно жалел, что не сделал этого позже. В течение нескольких недель после окончания конференции в его голове крутились нелепые мысли. Если бы он только подождал год, возможно, Вэй Ин полюбил бы его таким образом. Может быть, если бы он подождал, то и сам вырос бы из этих чувств. Они не исчезли, вот в чём дело. Даже после отказа; даже после того, как они столько раз зализывали эти раны, они ничего не делали, кроме пульсации и кровоточивости, не в силах закрыться. Его отношение к Вэй Ину осталось, сколько бы он ни говорил себе, что это бесполезно. Бесполезное усилие — в это он тоже не верил. Вэй Ин не был обязан ему любовью, а любовь к Вэй Ину была неизбежным следствием знакомства с ним. Сколько бы ночей Лань Ванцзи ни провел, проглатывая разочарование, он не мог его остановить. И после того, как сильнейший ожог от этого утихнет, когда унижение от отказа будет не так болезненно, он признается себе, что, если бы у него был выбор, он не перестал бы любить Вэй Ина даже сейчас. Он потратил слишком много своей юности, сопротивляясь этому. Теперь он не сопротивлялся. Ни против разочарования, ни против любви. Через несколько недель он понял, насколько неадекватной была картина всей ситуации. В Ланлине должен был состояться банкет в честь какого-то высокопоставленного заклинателя. Лань Ванцзи присутствовал со своим братом, ожидая увидеть Вэй Ина впервые за несколько недель, и одновременно с ужасом и отчаянным нетерпением ожидая этого. Он не подозревал, насколько сильно должен был бояться этого. Раньше, когда они видели друг друга на этих светских мероприятиях, Вэй Усянь махал ему, выкрикивал его имя, улыбался и смеялся, пытаясь привлечь его внимание. Он все время держался рядом с Лань Ванцзи, таскал его с собой в места, которые не были специально закрыты для посетителей, но в которые, тем не менее, казалось неразумным заходить, и посылал ему взгляды через зал, когда нужно было присутствовать на мероприятиях. Лань Ванцзи ненавидел тот факт, что было «до». Теперь переход от «до» к «после» казался резким, жестоким в своих изменениях. Через двор Вэй Ин заметил его. Ни крика «Лань Чжань», ни сопутствующего смеха и взмаха рукой. Вместо этого неуверенная улыбка и легкий поклон, как знакомому, а не другу. Лань Ванцзи, на мгновение застыл, не успел среагировать. Рядом с ним хмурился его брат. Он, конечно, заметил это недавнее настроение Лань Ванцзи, но не сумел вытянуть из него ни слова. Вот оно, объяснение. Лань Ванцзи хотел, чтобы он не был таким очевидным. Он поклонился в ответ, его грудь стала впалой. — Что происходит между молодым господином Вэем и тобой? — спросил Лань Сичэнь позже, когда они уселись на свои места. — Ничего, — ответил Лань Ванцзи. Что он мог сказать по этому поводу, что дало бы его брату возможность что-то исправить?Он попытается. Лань Сичэнь, с его бесконечным оптимизмом, был склонен верить, что такие ситуации можно решить. Минуты бежали в тумане. Лань Ванцзи не смотрел на Вэй Ина, прекрасно понимая, что если его поймают, последствия будут другими. Вэй Ин теперь увидит, что желание было таким, как оно есть, и почувствует дискомфорт. Лань Ванцзи не отводил взгляда, прилагая к этому немалое усилие воли. Он поднял взгляд только один раз. Привычки было трудно сломать, особенно те, которые казались рефлексом. Вэй Ин уже наблюдал за ним, легкая морщинка между его бровей разгладилась, когда их глаза встретились. Лань Ванцзи отвернулся. Позже он уже направлялся в свою комнату, чтобы лечь спать, когда Вэй Ин поймал его. — Лань Чжань! — сказал он и бросился к нему, как будто Лань Ванцзи мог сбежать. Теперь между ними была вежливая дистанция. Раньше Вэй Ин прижался бы к его боку, повиснув на его руке, словно он вдруг забыл, как держать себя в вертикальном положении, и отчаянно нуждался в чем-то, за что можно было бы ухватиться. — Вэй Ин, — ответил Лань Чжань и, не прилагая сознательных усилий, выпрямился, немного отстранившись. Давая Вэй Ину пространство, которое он заслуживал. На лице Вэй Ина промелькнуло сложное выражение, но в конце концов его обычная улыбка подтянула уголки губ вверх. — Ты уже сдаешься? Лань Чжань, ты не можешь так поступить! У нас совсем не было времени поболтать перед банкетом! Лань Ванцзи растерянно уставился на него. Вэй Ин, сохраняя дистанцию, переминался с ноги на ногу, словно не был уверен, что делать со своим телом теперь, когда он не собирается вторгаться в личное пространство Лань Ванцзи. — Ты знаешь — ты знаешь, что я все ещё… — начал он с внезапной нерешительностью в голосе. — Я имею в виду, мы все еще друзья, не так ли, Лань Чжань? Могу я по-прежнему быть твоим другом? Лань Ванцзи моргнул. Он не знал, что это будет что-то, оставленное на его усмотрение, на его решение. Возможно, Вэй Ин не осознавал глубины его чувств и их чудовищности. За то, что Вэй Ин хоть как-то участвует в его жизни, он должен быть благодарен. Он кивнул, и облегченная улыбка на лице Вэй Ина разомкнула что-то в груди Лань Ванцзи. — Хорошо, Лань Чжань, я так рад, — вздохнул Вэй Ин. Какая-то часть Лань Ванцзи ожидала прикосновения к его плечу и дьявольской улыбки. Но он лишь слегка попятился.— Пойдем прогуляемся, а? Мне нужно рассказать тебе о том, что произошло в Юньпине на прошлой неделе! Лань Ванцзи снова кивнул, и они пошли. Место, где Вэй Ин обычно хватал его, чтобы тащить за собой, покалывало от фантомного прикосновения. И пока они разговаривали, пока он гулял с Вэй Ином и слушал его истории, он отчаянно пытался игнорировать перемены. Каждый раз, когда Вэй Ин отдалялся от него, а не приближался, каждый раз, когда он упускал возможность сказать что-то бесстыдное, каждый раз его рот формировался вокруг кокетливых слов, чтобы в последний момент прикусить язык. Лань Ванцзи чувствовал себя так, будто он смотрит со стороны на внезапно возникшее между ними расстояние. Редко случалось, чтобы Вэй Ин не комментировал его внешность или достойные качествах. Он старался быть благодарным даже за это. Тем не менее, как и в их юности, он мало что мог сказать о том, как воспринял действия Вэй Ина.