Heart at Ease

Время продолжало идти «после» признания. Лань Ванцзи продолжал находить новые способы почувствовать себя неправильно. Он не мог больше держать себя в руках, думая о Вэй Ине, не тогда, когда теперь он знал, что эта мысль, вероятно, вызовет отвращение у Вэй Ина. Все мысли о нем, окрашенные этим желанием, теперь казались такими же преступными, как и в первый раз, когда он их почувствовал; теперь они были запрещены не правилами его ордена, а знанием мнения Вэй Ина. Почти через два месяца после признания Вэй Ин прислал ему письмо. В нем вскользь упоминалась красивая девушка-торговка. Лань Ванцзи всегда быстро поддавался ревности, но в этот раз она была скорее холодной, чем горячей, и холод пробирал его до желудка, вызывая тошноту. Однажды у Вэй Ина будет жена. Однажды Лань Ванцзи увидит, как у него будет семья, собственные дети. Тогда Лань Ванцзи будет рад за него. Сейчас он не мог этого сделать. Эгоистично зацикленный на собственном разочаровании, над потерей предварительных надежд на семейное будущее, о котором он даже не подозревал. Он знал, что Вэй Ин написал письмо, пытаясь достичь некоторого уровня нормы. Послать сообщение, которое другими словами гласило, что между ними ничего не изменилось. Единственная проблема заключалась в том, что все изменилось, и пока грудь Лань Ванцзи ощущалась как открытая рана, пути назад не было.. Его ответ был еще короче, чем обычно. Ему было трудно подобрать слова. Его брат продолжал беспокоиться. Он был проницателен; когда они в следующий раз уехали на конференцию, он заметил физическое расстояние между Вэй Ином и Лань Ванцзи. Он также был внимателен, он лишь предложил Лань Ванцзи больше возможностей побыть одному в тишине и покое, не разговаривая ни с кем. Но он не спрашивал ничего. За время, проведенное в разлуке, Вэй Ин стал более возбужденным. Круговерть, которая раньше происходила на расстоянии вытянутой руки, теперь происходила дальше, но была вдвое беспокойнее. В отличие от того, что сразу после признания, когда Вэй Ин осторожно подошел к нему и провел с ним лишь некоторое время, теперь было невозможно никуда уйти без Вэй Ина. Лань Ванцзи дорожил бы вниманием, если бы оно не было таким горько-сладким опытом. Вэй Ин был полностью сосредоточен на нем, но в его улыбке была нервозность, а взгляд, брошенный в его сторону, был долгими,испытующими. Было очевидно, что Вэй Ин, в конце концов, был обеспокоен этим. Его беспокоило, что Лань Ванцзи так к нему относится, и его беспокоило, что он не может не беспокоиться об этом. Это было видно по тому, как он себя вел. — И павлин тоже так неловко себя вел! Но Шицзе выглядела счастливой, поэтому я ничего не сказал, — рассказ о том, как наследник Цзинь подарил сестре Вэй Ина подарок, не давал ему покоя еще некоторое время. Он нашел Лань Ванцзи и уговорил его пойти с ним на прогулку, и Лань Ванцзи, не в силах ни в чем отказать Вэй Ину, согласился. Вэй Ин несколько раз споткнулся о свои слова, стараясь не сказать ничего, что могло бы намекнуть на признания или романтические чувства, что было нелепо, учитывая тему разговора. То, что Цзинь Цзысюань и Цзян Яньли больше повезло в любви, по крайней мере, в последние месяцы, не вызвало у Лань Ванцзи особых чувств. А вот Вэй Ин почувствовал дискомфорт. — Он такой мерзкий, — простонал Вэй Ин. — Шицзе заслуживает гораздо большего! Что это вообще за подарок? Что она будет делать с половником, украшенным драгоценными камнями? Как будто он услышал, что она любит готовить, и единственное, о чем он мог подумать, это сделать так, чтобы она была ответственна за то, что кто-то задохнется от бриллианта! —Мгм. —Если бы я хотел сделать подарок кому-то, кто мне нравится, это было бы то, что, как я знал, ему понравится, — заявил Вэй Ин. Внешне он не проявлял эмоций, но это замечание снова заставило Лань Ванцзи почувствовать, будто он чем-то подавлен.Возможно, поняв свои слова слишком поздно или заметив что-то в Лань Ванцзи, Вэй Ин оборвал себя, прежде чем сказать то, что должно было прозвучать дальше. Когда-то последующими действиями были бы непрекращающиеся требования узнать, что Лань Ванцзи подарит симпатичной девушке, которая ему нравится. Теперь же Вэй Ин выдавил из себя немного смеха и перешел к другой истории, оставив Лань Ванцзи без сил. Именно из таких моментов и состояло их общение в настоящее время. Подводные камни и беспокойство. Возможно, Вэй Ин не осознавал, как часто он действительно говорил о романтике с Лань Ванцзи, пока эта тема не стала опасной. Несколько мгновений спустя они случайно встретили группу молодых девушек, они остановились на углу, когда услышали упоминание Лань Ванцзи. — Такой красивый, не правда ли? — сказала одна из девушек, а остальные захихикали. — Хотя он кажется немного холодным! — Не говори так, Мэймэй! — Да, Ханьгуан-цзюню достаточно встретить кого-то, кто сможет растопить эту ледяную внешность, — мудро добавила одина из них. — К тому же, не говорят ли, что за внешне холодными людьми может скрываться очень вспыльчивая натура? Тебе не кажется, что он будет очень страстным любовником? — А-Сю!— остальные засмеялись, возмутившись. Рядом с ним Вэй Ин был более неподвижен, чем он когда-либо видел его. Лань Ванцзи вообще не мог смотреть на него, едва мог сосредоточиться на чем-либо, кроме собственной скованности и унижения. Он хотел заверить Вэй Ина, что это не так, что ему не о чем беспокоиться. Что даже если его чувства были глубоки, а огонь, который зажег Вэй Ин, был всепоглощающим, ему не о чем было беспокоиться. Лань Ванцзи не станет действовать в соответствии с этими чувствами. Но, возможно, это было не беспокойство. Возможно, это было отвращение к перспективе стать тем человеком, на которого Лань Ванцзи хотел направить свою предполагаемую страсть. Он был слишком скован, чтобы посмотреть на выражение лица Вэй Ина. Он уже мог видеть красноту, поднявшееся от его шеи к щекам, их взволнованное смущение, разделяемое ими обоими, но видимое только на нём. Прежде чем они успели услышать что-то еще и сделать ситуацию еще хуже, чем она была, Лань Ванцзи развернулся. А Вэй Ин, испытывая явный дискомфорт, не стал его догонять.

***

Лань Ванцзи не мог смириться с этим. Письма Вэй Ина приходили все чаще, полные драгоценных подробностей о том, как он провел свои дни, и Лань Ванцзи задавался вопросом, насколько это было желанием Вэй Ина проявить доброту. Он был тем, кто спросил Лань Ванцзи, смогут ли они сохранить свою дружбу, но, возможно, это тоже было только для его блага. Это была очевидная черта его характера, склонность к самопожертвованию. Защищать чувства других за счет своих собственных. Поскольку Вэй Ин скрывал свои чувства, было легко понять, насколько сложной ему кажется ситуация. Лань Ванцзи считал невыносимым то, что он вызвал в нем такое беспокойство. Это продолжалось слишком долго, напряжение между ними. И всё же он не мог отпустить его. Он не мог сказать Вэй Ину, чтобы он оставил его в покое. Он был эгоистом и дорожил всем, что мог получить, будь то дружба без прикосновений и комплиментов, к которым он привык. Поэтому в своем следующем письме Лань Ванцзи тщательно подбирал слова. Он не лгал. Ложь была запрещена, и он не хотел позорить Вэй Ина тем, что был полностью нечестен. И всё же, чтобы спасти свои чувства, мучиться в очевидной вине, Лань Ванцзи сформулировал предложения с намеренной неясностью. «О том, что я сказал тебе несколько месяцев назад в городе Цайи, пожалуйста, забудь об этом. Тебе больше не нужно беспокоиться из-за этих чувств.» Хотя это и не было чистой ложью, так как Лань Ванцзи действительно имел в виду каждое написанное им слово, он всё же заставил себя делать стойку на руках в наказание за это. Он знал, как эти слова будут восприняты, и каков будет результат. Он поощрял Вэй Ина делать предположения. Подталкивая его к мысли, что чувств больше нет там, где раньше их было в избытке. Он желал, чтобы Вэй Ин, прочитав эти слова, наконец-то почувствовал себя спокойным и невозмутимым, чтобы к нему вернулось то легкомыслие, которое он так хорошо умел сохранять. Прошло немало времени, прежде чем пришло ответное письмо. С тех пор Лань Ванцзи много думал о том, не хочет ли Вэй Усянь продолжать их дружбу теперь, когда Лань Ванцзи уже не выглядит таким жалким. Но в конце концов письмо дошло. Хотя внешне это было то же самое письмо, которое Вэй Ин отправлял раньше, тон его был странным, как будто слушаешь мелодию, в которой каждая вторая нота фальшивала. Вэй Ин говорил о том, о чем обычно; он хвалил свою сестру по клану, сокрушался по поводу обращения с ним жены главы ордена и высмеивал Цзян Ваньина. В конце он только добавил:« У меня и так плохая память, Лань Чжань! Тебе не нужно просить меня дважды.» Лань Ванцзи не знал, было ли это проецированием с его стороны, но, так или иначе, слова прозвучали немного пустовато.

***

Несмотря на отчаянное желание поскорее увидеть Вэй Ина снова, теперь, когда он надеялся стереть часть неприязни между ними, тот не явился на следующее важное мероприятие. Это был банкет в Цинхэ Не, на который должны были прийти большинство выдающихся заклинателей. Только Цзян Ваньинь присутствовал со своим отцом, и по какой-то причине он продолжал бросать тяжелые взгляды в сторону Лань Ванцзи. В этом не было бы ничего необычного, но на этот раз рядом с ним не стоял Вэй Ин, что часто было причиной такого недовольства со стороны мужчины. Его брат тоже заметил отсутствие Вэй Ина. На этот раз, вместо того, чтобы позволить Лань Ванцзи уйти, он потянул его за собой, как будто если бы он оставил его одного, его угрюмое настроение ухудшилось бы ещё больше. По правде говоря, Лань Ванцзи было всё равно, сидит ли он в одиночестве за своим столом или стоит рядом с Лань Сичэнем, любезно разговаривая с любым заклинателем, который случайно пришел его поприветствовать. Эти события редко имели какое-либо значение для Лань Ванцзи, если рядом не было Вэй Ина. Его прежние подозрения относительно странного тона письма Вэй Ина подтвердились, поскольку переписка внезапно стала сокращаться. Ему было бы все равно, даже если бы Вэй Ин всё еще беспокоился в его присутствии. Он просто хотел его увидеть. Когда его брат разговаривал с Не Минцзюэ, младший брат лидера ордена нервно поглядывал на Лань Ванцзи. Он бы догадался, что мужчина знал о его настроении, если бы не тот факт, что Не Хуайсан всегда вел себя так рядом с ним. Хотя, по какой-то причине, мужчина, казалось, хотел что-то сказать на этот раз. К несчастью для него, Лань Ванцзи был не в том состоянии, чтобы избавить его от страданий. Но через некоторое время неловкого шарканья Не Хуайсану удалось открыть рот. — Кажется, Вэй-сюн не пришел… Лань Ванцзи отвёл глаза, но кивнул из вежливости. — Это очень плохо, — продолжил мужчина, несмотря на холодный прием. — Я думаю, ему бы понравился праздник. Я слышал, что он был в плохом настроении в последнее время. Несмотря ни на что, Лань Ванцзи перевел на него свой острый взгляд. — Вэй Ин в плохом настроении? — О, это просто то, что я слышал, я действительно ничего об этом не знаю, — сразу же сказал Не Хуайсан, мотая головой с широко раскрытыми глазами. В нетерпении Лань Ванцзи просто продолжал смотреть на него. — Цзян Чэн только что упомянул об этом, я тоже могу ошибаться, — бормотал Не Хуайсан, все больше нервничая. —Почему? — спросил Лань Ванцзи. Он бы пошел к Цзян Ваньину, если бы не было очевидно, что этот человек скорее зарежет его, чем заговорит. Чувство было несколько взаимным. — Я не знаю, я правда ничего не знаю! Теперь, когда его руки присоединились к махающему движению, Лань Ванцзи отказался от попыток получить больше информации от этого человека. Не Минцзюэ уже повернулся к нему, в любом случае, говоря, чтобы он перестал ерзать и встал как мужчина. Хотя, когда Лань Сичэнь и он перешли к другим людям, Лань Ванцзи чувствовал, что Не Хуайсан всё еще смотрит на него, и что-то в этом заставило его задуматься, действительно ли этот человек знал так мало, как притворялся. Мысль быстро забылась, когда мысли Лань Ванцзи вернулись к Вэй Ину. Что бы с ним ни происходило, он по крайней мере надеялся услышать об этом в следующем письме.

***

С нарастающим волнением Лань Ванцзи ждал вестей от Вэй Ина. Однако в течение нескольких дней после банкета письма не приходило. Он подумывал послать своё, но, боясь показаться навязчивым, решил отказаться. Он был тем, кто отправил последнее письмо; возможно, Вэй Ин не нашёл времени ответить. Почему-то внутри Лань Ванцзи всё ещё оставалась глубокая пустота. На какой-то миг его посетила мысль о том, чтобы вернуть то легкое дружеское общение, которое когда-то было у него с Вэй Ином. Вернуться в то время, которое было раньше. Нелепость. Лань Ванцзи ещё не до конца осознал, до какой степени он всё испортил. К его унынию добавились слухи, которые в последнее время ходили о нём самом. Они появлялись и вновь появлялись с регулярными интервалами, начиная от скандалов и заканчивая более радостными, полностью выдуманными новостями. Он в основном игнорировал их. Неважно, насколько строго орден относился к сплетням, всегда найдутся те, кто их распускает. Однако на этот раз тема задела больное место. Кто-то придумал историю о том, что он принял предложение, и что предстоящей весной в Облачных Глубинах состоится свадьба. На этот раз новость явно пришла из надежного источника, поэтому слуги в Облачных Глубинах казались совершенно уверенными, что это действительно произойдет. Единственным плюсом во всем этом был тот факт, что Лань Ванцзи месяцами страдал от чрезвычайно плохого настроения, поэтому никто не заметил, что его хмурый взгляд стал ещё сильнее. Он не собирался предаваться размышлениям. Просто он оказался не в состоянии заниматься чем-то другим. И вот однажды утром все действительно достигло апогея, когда Лань Ванцзи направлялся в Ланьши, чтобы принести своему дяде кое-какие документы, которые он для него закончил. Он остановился посреди двора, когда до него донеслись суматоха. — Вы не можете вот так просто войти, пожалуйста, господин Вэй, мы должны объявить о вашем прибытии и уведомить главу ордена! Сердце Лань Ванцзи почти остановилось в груди. Он повернулся и увидел Вэй Ина, окруженного несколькими охранниками и слугами, которые явно пытались остановить его в спешке. Вэй Ин, как всегда, выглядел прекрасно, хотя и на этот раз в его внешности было что-то дикое. Было ясно, что он поспешил сюда; он был раскрасневшимся и неопрятным, что свидетельствовало о поспешном путешествии. Когда он заметил Лань Ванцзи, хмурое выражение его лица исчезло, и он закричал: —Лань Чжань! Очнувшись от шока, Лань Ванцзи жестом приказал охранникам отойти. Почувствовав благодарность за увольнение, мужчины вернулись на свой пост. — Вэй Ин, — сказал Лань Ванцзи, подходя к нему чуть быстрее, чем позволяли правила. Вэй Ин, казалось, не обратил на это внимания — он пробежал последние несколько шагов и крепко схватил Лань Ванцзи за рукав, препятствуя его бегству. Как будто мог, когда Вэй Ин, казалось, был в таком бедственном положении. —Лань Чжань! — повторил Вэй Ин, едва переводя дыхание. — С кем бы ты ни был помолвен —не выходи за него замуж! В этот момент земля ушла у Лань Ванцзи из-под ног. Не удержав равновесия и благодарный за то, что Вэй Ин держала его, он просто уставился на землю. Мужчина не дал Лань Ванцзи время оправиться от замешательства. — Ты слышишь меня, Лань Чжань? Ты не можешь выйти замуж за другого! — Кто-то другой, — повторил Лань Ванцзи, но слова всё равно не имели особого смысла. Вэй Ин потряс рукавом, который был у него в руке, его красивое лицо несчастно скривилось. Он понизил голос и продолжил, все так же торопливо, словно Лань Ванцзи собирался заставить его замолчать в любую минуту: — Я знаю, что я… я знаю, что отверг тебя раньше, но это была ошибка, Лань Чжань! Я знаю, что опоздал, и ты больше не заботишься обо мне, но, пожалуйста, как ты думаешь, есть ли способ снова полюбить меня? Ошарашенный, Лань Ванцзи моргнул. — Ты… ты не… —Ах! Я был так глуп, Лань Чжань, — простонал Вэй Ин, выглядя по-настоящему несчастным. — Я думал, что был так уверен в этом, но сразу после этого я просто… я подумал, что просто не хочу терять твою дружбу, и поэтому у меня были все эти странные чувства. — Странные чувства, — ровно повторил Лань Ванцзи. — Мы не могли быть такими, как раньше, и я пытался быть очень уважительным, но Лань Чжань, я был действительно несчастен, когда не мог обращаться с тобой так, как раньше! Казалось, что слова, которые говорил Вэй Ин, не полностью отложились в голове Лань Ванцзи, резкость его появления и скрытая нервозность создавали нечеткий фильтр для всего, что пыталось достучаться до его разума. Вэй Ин был… опечален растущим расстоянием между ними? — Я никогда раньше не влюблялся, поэтому я не знал, что это такое! Я и не думал, что я обрезанный рукав, но ты просто потрясающий, я думал, что все так думают, — сказал Вэй Ин, слова скатывались с его языка, как галька с горы во время землетрясения. — Но Цзян Чэн сказал мне, что я сошёл с ума! Так что мне пришлось подумать об этом, и я всё больше и больше запутывался Его брови были нахмурены, но взгляд был напряженным, как будто он мог заставить Лань Ванцзи понять только своей волей. Это было невозможно; разговор развивался слишком быстро, и слишком много информации противоречило тому, что, думал Лань Ванцзи, как знал. — Но потом ты сказал мне, что больше не любишь меня, а я был… — он опустил глаза, как бы стыдясь, а затем повернулся, чтобы посмотреть на него с еще большей силой. —Лань Чжань, я был так подавлен этим. Разве это не так эгоистично с моей стороны? И я очень старался подавить эти чувства, но я думаю, что ты любовь всей моей жизни, так что это невозможно, и теперь ты выходишь замуж, и я не мог просто позволить тебе сделать это, не дав тебе знать и… а также... Лан Ванцзи, потеряв дар речи, не мог ничего сделать, кроме как уставиться на него. Эти слова, все, что говорил Вэй Ин — неужели Лань Ванцзи ударился головой? Слыша такое из уст любимого, он решил, что это точно галлюцинация. То, что Вэй Ин каким-то образом понял, что он, в конце концов, влюблён в Лань Ванцзи — разве это не могло прийти в голову лихорадочному разуму после месяцев и месяцев агонии? Нетерпеливый из-за его молчания, Вэй Ин подошёл ещё ближе, его решимость внезапно прояснилась в том, как он сжал челюсть. — Поцелуй меня! — потребовал он, и Лань Ванцзи почувствовал оцепенение. — Что? — сумел вымолвить он. — Поцелуй меня, ты должен поцеловать меня, — продолжал Вэй Ин с той же решимостью. Он был так близко. Его дыхание ударило в рот Лань Ванцзи. — Если ты поцелуешь меня, может быть, ты поймешь, сможешь ли ты снова любить меня! — Вэй Ин, я… Не дожидаясь, что скажет Лань Ванцзи, Вэй Ин вскочил и сократил расстояние между их губами. Все мысли, которые Лань Ванцзи успел собрать, растворились в этом поцелуе. Губы Вэй Ина прижались к нему горячими, неуклюжими и отчаянными, каким редко был сам Вэй Ин, и Лань Ванцзи не мог представить его более совершенным. Инстинктивно, он углубил поцелуй и притянул Вэй Ин к себе за тонкую талию. Легкое жужжание в его голове было вызвано наслаждением, а тот факт, что в его объятиях находилась любовь всей его жизни, придавал этому сказочному моменту ещё более сюрреалистический характер. Он хотел поглотить Вэй Ина. Он хотел держать его в своей власти вот так, никогда больше не позволяя ему вырваться из своих объятий. Между их последним прикосновением и этим прошло слишком много времени. Лань Ванцзи восполнял его с энтузиазмом. Благодаря сильной реакции Лань Ванцзи, Вэй Ин, казалось, таял в его руках, его ноги становились все слабее, так он всё больше наваливался на Лань Ванцзи. В какой-то момент им пришлось разделить воздух, тяжело дыша друг другу в губы. Глаза Вэй Ина были широко раскрыты. —В-видишь? Мы хороши в этом! Мы так хороши в этом, Лань Чжань, очевидно, тебе лучше жениться на мне. — Я не собирался жениться, — пробурчал Лань Ванцзи, наконец-то вернув в свою голову достаточно здравого смысла, чтобы прояснить очевидное недоразумение. К сожалению, это заставило Вэй Ина напрячься. — ...Эээ? — Это всего лишь беспочвенные слухи, — сказал Лань Ванцзи, внимательно изучая его лицо, чтобы не пропустить ни одной внезапной перемены в настроении. Вэй Ин удивленно посмотрел на него. —Так ты... не женишься. —Нет. Темные глаза его любви обратили свой взгляд внутрь, пока Вэй Ин вникал в смысл сказанного. —И я, эм, ворвался сюда просто так? — спросил он. Ни за что. Лань Ванцзи потряс бы его, если бы он не был в таком восторге. Напрасно, как будто не он за считанные секунды снова оживил краски мира Лань Ванцзи. Напрасно, как будто то, что Лань Ванцзи, наконец, понял из разговора, не было всем, что нужно его ноющему сердцу, чтобы снова почувствовать себя целым. — Нет, — строго сказал он. — Вэй Ин, я люблю тебя. В глазах Вэй Ина промелькнула неуверенность, которую он больше никогда не хотел видеть. —Но ты сказал… Ах. Лань Ванцзи сглотнул, прежде чем хрипло ответил: —Тебе не о чем беспокоиться. Наступило долгое молчание, пока Вэй Ин обдумывал его слова, явно возвращаясь к письму. Затем он застонал и прижался лбом к плечу Лань Ванцзи. —Лань Чжань! Я не могу поверить тебе, хитрец! Знаешь, через что ты заставил моё сердце пройти? Ты знаешь, как я был опустошен? Словно только сейчас сообразив, что он сказал, он напрягся, украдкой взглянув на лицо Лань Ванцзи с явным чувством вины. —Ах. Я... Лань Чжань, прости. Я... понимаю, если ты не можешь быть со мной вот так, после всего этого, — сказал он тихим голосом. — Я дам тебе место, но — Лань Чжань, я не откажусь от тебя, просто чтобы ты знал! Я буду ждать тебя, пока ты не простишь меня! Этот нелепый человек. Лань Ванцзи хотел снова поцеловать его, чтобы он замолчал. Как он мог подумать, что Лань Ванцзи сделает такое, когда весь его мир в его руках? — Вэй Ин, — только и сказал он. — Нет необходимости. Вэй Ин какое-то время серьезно смотрел на его лицо, словно ища нечестность. В конце концов, он, похоже, ничего не нашёл, так как расслабился, снова падая головой на Лань Ванцзи. Глубже зарывшись в его объятия, Вэй Ин вздохнул: —Лань Чжань действительно слишком хорош. Как ты можешь так легко меня простить? — Нечего прощать, — решительно заявил он. Он не стал бы лгать и отрицать боль отказа или то, насколько глубоко его ранило «после». Но ему не нужно было, чтобы Вэй Ин извинялся за то, что он считал правильным ответом в то время. Не сейчас, когда он лелеял новое «после». Внезапно Лань Ванцзи обрадовался нелепому слуху, который привёл сюда Вэй Ина. Мысль о том, что он даже попытался избавиться от своих чувств к Лань Ванцзи, была достаточно болезненной. Затем Вэй Ин рассмеялся с весельем, которого он давно не слышал. Это подействовало как исцеляющая мазь, питая израненное сердце Лань Ванцзи. — Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя, — напевал Вэй Ин, прижимаясь к воротнику его халата. — Лань Чжань, я так сильно тебя люблю. Я не хочу, чтобы мы когда-нибудь снова были такими, как раньше, хорошо? Я хочу постоянно прикасаться к тебе, рассказывать тебе обо всем, что со мной случилось, и флиртовать с тобой так безудержно, что тебе придется использовать на мне заклинание молчания, чтобы не сгореть! Нежно поцеловав его в висок, Лань Ванцзи хмыкнул. — Я люблю тебя, — ответил он, и то, как Вэй Ин улыбнулся ему, произнеся это вслух в третий раз, заставило его почувствовать благодарность и за первое.