Отшельники Шести Извращённых Путей

      Ночь была лунная, ясная, на ярком чёрном небе светились Млечный Путь и полная луна. Хагоромо чувствовал себя совершенно разбитым. Он сидел на балконе своего дома, вспоминая все недавние события. То, как Хаори уводили к древу, чтобы, как потом выяснилось, сделать её жертвой. То, как они с братом после нашли её бездыханное тело, прикрепленное к корням. Кагуя явно сделала это специально, либо догадавшись, либо реально узнав обо всём.       Особенно болезненными были воспоминания о Хамуре и о матери. Сначала она взяла брата под контроль и заставила сражаться, и Хамура едва не погиб. После этого – битва с Кагуей и её запечатывание. И, наконец, решение младшего Ооцуцуки отправиться на Луну вслед за матерью.       Хагоромо сжал руками свои лохматые волосы. Ему было одиноко, холодно и больно, слишком больно. Мать забрала у него всё, всех, кого он любил, заставила нарушить все данные клятвы и обещания. Она буквально поглотила всё, что было ему дорого.       Вздохнув, он безвольно опустил руки и поднял взор вверх. Кажется, Хагоромо начал понимать, почему Кагуя так часто просиживала ночами, глядя в небо, словно ждала кого-то. Свет луны отразился в риннегане – новых глазах, которые появились как цена всех потерь, и мужчина тихо прошептал:       – Хамура, брат… Мне бы только помнить имя твоё…       Но жизнь продолжалась. После долгих скитаний Хагоромо вернулся домой, теперь у него было много учеников, которым он передал свои силу и знания. Он создал Ниншуу, женился, у него выросли два сына – Индра и Ашура. Теперь Хагоромо почти не слышал своего имени, его называли Рикудо Сеннин – Отшельник Шести Путей.       Индра и Ашура скоро должны были стать взрослыми. Наблюдая за ними, Хагоромо понимал, что его сыновья похожи на них с братом, но в то же время отличались. Ашура был весёлым и добрым, легко находил друзей, люди тянулись к нему. Однако он уступал в силе и способностях старшему сыну – Индре. Тот был более замкнутым, гордым, всегда полагался только на себя. Эта черта сильно беспокоила мужчину.       Одним вечером тренировка сыновей затянулась. Рикудо, следивший с балкона, отвлёкся от наблюдений за сыновьями и уставился на появившуюся луну. Застыв в своих мыслях, он вздрогнул, услышав визг младшего сына.       – Отец, сними с его с меня!       Хагоромо встрепенулся и посмотрел вниз. Его взору предстала довольно интересная картина: Ашура лежал на лопатках и пищал, изворачиваясь, прижатый Индрой к земле. Старший же сын развёл руки младшего в стороны и прижал его тело своим, сидя на бёдрах.       – Индра! – позвал отец. – Индра!       Старший словно не слышал, вжимая младшего сильнее в землю. Ашура перестал вырываться и испуганно смотрел на брата. Индра оскалился, приблизив лицо к Ашуре.       Хагоромо спрыгнул с балкона и мгновенно преодолел расстояние. Дав старшему хорошего леща, он грозно сказал:       – На сегодня всё.       Индра отпустил Ашуру и поднялся, тяжело дыша. Выражение лица старшего нельзя было перепутать ни с чем. Рикудо потёр бороду, задумавшись. Ситуация повторялась один в один, вызывая болезненные воспоминания.       Скрестив руки на груди, он наблюдал, как сыновья идут домой. Вдруг Ашура пихнул Индру и ускорился, вырвавшись вперёд. Старший с недовольным «Эээ!» побежал за младшим. Несмотря ни на что, Ашура не упустил шанса подразнить брата. «Наверное, время пришло. Надеюсь, я не допущу ошибок моей матери», – подумал Рикудо.       На следующий день он заметил, что сыновья не явились на общую тренировку. Хагоромо спросил учеников, те лишь пожимали плечами. Он решил пройтись по дому, решив, что браться просто-напросто ленятся. Прекрасно чувствуя их чакры, которые вели к старой комнате, которая служила хранилищем свитков, Хагоромо беззвучно подкрался. Может, свою чакру он и мог скрыть, однако бешеный стук сердца – нет. Уже понимая, что его ожидает, мужчина приоткрыл сёдзи. «Отлично, этих даже подталкивать не придётся», – подумал Рикудо, увидев в щель, что сыновья сидят на полу и неумело целуются.       Через несколько дней Хагоромо позвал Ашуру к себе. Тот явился к нему и сел напротив. Отец, сидевший, скрестив ноги, сказал:       – Я заметил, что на тренировках Индра часто берёт над тобой верх.       – Ну, он гораздо сильнее, – тихо ответил сын, потирая затылок.       – Ты не должен позволять ему этого. Хоть ты и младше, вы оба равны. Занимайся усерднее. И да, у меня для вас кое-что есть.       Он дал сыну несколько новых свитков, которые Ашура с братом должны были изучить. Среди всей кучи, которую сын, недовольно бурча, забрал с собой, был один старый и потрёпанный свиток, попавший туда, конечно же, совершенно случайно.