Энджел и Кайден

Несколько лет спустя Мало кто знает, чем занимается Кайден, чьё имя обычно не произносят без лишней необходимости. Мало кто имеет хоть отдалённое представление, чем он живёт, что предпочитает и какие ведёт дела. Но ни для кого не секрет, что Кайден скрытный, тёмный и нарциссичный. Вся его личность, окутанная флёром таинственной опасности, привлекает и одновременно вселяет ужас, особенно в тех, кто уже успел с ним столкнуться на почве разногласий. Настоящего имени Кайдена никто не знал. А те, кто возможно знал, предпочли забыть под дулом пистолета. Хёнджин гордился всем, чего успел достичь за прошедшие годы: у него был свой собственный успешный бизнес, служивший фасадом его теневой части, определённый авторитет и растущее влияние, неприкосновенность и полная свобода действий, привлекательность и деньги. Всего, чего он когда-то желал, он смог достичь, превозмогая все проблемы, разрушив себя и построив заново. Если вопросы не решались словами, их вполне можно было решить финансово. Если финансово не прокатывало, в ход шли угрозы и разве что изредка пытки — без фанатизма. Хёнджин до смерти ненавидел, если что-то случалось не так, как он планировал, или его смели ослушаться. Обычно он не особо церемонился. Убивать изредка приходилось. Поначалу было страшно, но лишь поначалу. Потом было просто мерзко. А потом это и вовсе перестало вызывать хоть какие-либо эмоции. В мире, в котором он теперь жил, это было самым обыкновенным делом, не неординарнее, чем покурить. Приспособиться просто пришлось, иначе было никак. Жизнь всё ещё диктовала свои правила, гласившие, что выживает сильнейший. Естественный отбор в действии. Единственной, не поддающейся контролю и оттого нещадно бесившей Хёнджина переменной в его жизни было явление в ней Аякса. Аякс, он же по секрету Хан-гребаный-мать-его-адреналиновый-наркоман-Джисон, появился в жизни Хёнджина совсем не по сценарию, не вписываясь ни в один её угол, порой раздражающий до крайности. В какой-то момент, играя в карты с совершенно случайным богатеньким придурком, похожим на белку, что был владельцем ночного клуба (по совместительству игорного заведения) под названием «Вега», Хёнджин проиграл ему дохрена денег. Это не слишком ударило по карману, но заставило предпринять попытку отыграться. Парень, что представился Аяксом, заносчиво и самодовольно ухмылялся, чуть ли не облизывая карты в своих руках, с бешеным огнём в глазах вглядываясь в каждую из них, будто кроме козырей ему ничего не попадалось. И ведь так и было большую часть времени! Подловить его на мухлеже было просто нереально. Проиграв во второй и затем в третий раз, Хёнджин остановил игру, подняв руку и жестом показывая, что с него хватит. И только собирался уйти, как Аякс с ним заговорил. — Я слышал, ты ищешь телохранителя? — парень тасовал колоду, ловко и быстро перекидывая карты из руки в руку. Хёнджин опустился обратно на своё место, наблюдая за ним. Не в его правилах было отказываться от предложений, даже не выслушав их. Не отрывая глаз от Аякса, он постучал по столу пальцами. Из темноты появились руки, что плеснули в бокал янтарной жидкости и снова исчезли. — Не совсем. Телохранители у меня уже есть. Мне нужен определённый человек с определёнными навыками. Для разных личных поручений, — брюнет сделал небольшой глоток. — Могу ли я предложить свою кандидатуру на эту должность? — Аякс прихлопнул колоду на столе, начав тасовку по его поверхности. Создавалось впечатление, что, прекратив эти манипуляции, он просто сдохнет от скуки прямо на месте. Это нервировало, так что Хван отпил из бокала ещё немного, стараясь быть сдержанным. Зачем Аяксу вообще это нужно? У него же и так всё уже есть. — Ты шулер, — констатировал Хёнджин, чётко обозначая, что между деятельностью картёжника и тем, кто требуется ему в помощники и союзники, нет и не может быть подобных пересечений. — Не пойман — не вор, — продолжал ухмыляться парень. — Ты действуешь мне на нервы, — закатил глаза Хван. Он не любил тратить время попусту на бесполезные разговоры. — И всё же? — не унимался игрок. — Нет, — прикончил брюнет содержимое бокала, жёстко приземляя его на стол. Руки с бутылкой снова появились из темноты, но Хван остановил их, отрицательно качнув головой. — Ну… — Аякс ласково погладил колоду в своих руках, — Если тебе вдруг понадобится помощь — просто позови. Я могу оказаться весьма полезным. Мои контакты достать нетрудно. Если до моих людей дойдёт информация о том, что меня ищет сам Кайден, я окажусь в непосредственной близости от тебя, — он подмигнул. Хёнджин скептически поднял бровь, зажимая между пальцев сигарету, которую тотчас же поспешили поджечь всё те же руки из темноты. Какой всё же услужливый персонал. Может быть, ему тоже стоит купить себе клуб? — Что именно тебе от меня нужно? — ему было в крайней степени непонятно такое рвение, выглядящее всё более подозрительным. Кайден не привык никому доверять. — Если я скажу, что хочу стать твоим другом, ты поверишь? — Аякс тоже закурил, пытливо заглядывая в лицо напротив. — Я скорее поверю, что ты хочешь мне чем-то поднасрать, — в воздухе растворилось очередное облачко дыма. — Я не завожу друзей, — он наконец-то встал и решил удалиться, пока этот кретин не продолжил нести подобную ересь. Уже на выходе Аякс, что провожал его внимательным взглядом, бросил напоследок, снова вернувшись к своим любимым картам: — Если что, ты знаешь, как меня найти. Кайден хмыкнул. Позже об Аяксе вспомнить-таки пришлось. Явившись на заключение важной сделки по покупке недвижимости, Кайден встретился с сопротивлением. Владелец, что до этого охотно шёл на контакт, вдруг решил передумать продавать территорию, стратегически важную для некоторых не совсем законных дел. Изначально он об этом и не подозревал, но потом до него вдруг кто-то донёс информацию о том, что под табачной фабрикой, которую он собирался вверить в руки достойному преемнику, собираются устроить наркопритон. Это была ошибочная информация, ибо под ней планировалось хранить и продавать сильнодействующие запрещённые лекарственные препараты. И хотя всё это и было нелегально, всё же это были не наркотики, которыми Кайден попросту брезговал. Он бы не опустился до такого, ему было присуще некоторое благородство на этот счёт. Наркотики всё же губят жизни, а лекарства спасают. К тому же, это было максимально прибыльно. Старикан был вдоль и поперёк законопослушным гражданином, а потому о Кайдене слышал мало, пока на него откуда-то не донесли. Прошлая зачистка нескольких районов от излишне разговорчивой падали прошла весьма успешно, но, видимо, всякая дрянь, прямо как плесень на стенах, любит появляться снова на тех же местах и продолжать портить жизнь окружающим. Это ужасно раздражает… — Я не смогу опровергнуть предоставленную вам из ненадёжных источников информацию, господин Дунг, но заверяю вас, что никаких наркотиков мы здесь сбывать не собираемся. Не стоит верить на слово людям, стремящимся влезть в чужие дела. Злословие ещё никому не помогало по жизни. Всё всегда возвращается бумерангом — думаю, вы и сами способны оценить это с высоты вашего жизненного опыта, — Хёнджин по обыкновению своему вёл себя сдержанно, хладнокровно и уважительно, особенно, если это касалось чего-либо, что ему было необходимо получить во что бы то ни стало. Мужчина в годах и с проседью в волосах недовольно хмурился. Кайден был слишком тёмной лошадкой для него, однако предлагал самые заманчивые суммы, что сеяло в его душе сомнения. — Поймите и меня тоже, молодой человек. У меня железные принципы, а вам доверять весьма сложно. О вас ходят неоднозначные слухи, большую половину которых даже воспринимать тяжело. Если бы за вас мог поручиться кто-либо более, так скажем, известный и надёжный, я бы, может, ещё подумал над своим окончательным решением, — старик не унимался, задирая нос и подозрительно щурясь, будто он тут авторитетная персона. Однако Кайден, вздохнув в сторону, повесил на себя лицемерно-дружелюбную улыбку — не подкопаться. — Знаете ли вы Аякса, владельца нескольких заведений, одним из который является популярный ночной клуб «Вега»? — неужели он и правда это делает… Хёнджин знал, что «Вегу» крышуют важные и очень влиятельные люди, так что она была на хорошем счету и считалась практически приличным заведением. Да и в общем и целом из самого страшного в ней было подпольное казино. Надо отдать ему должное — Аякс тоже умел держать лицо. — Я больше знаю его по хранению ценных бумаг нескольких крупных компаний и как перспективного молодого инвестора. Допустим, — скрестил руки на груди Дунг. — Если вы доверяете ему, могу ли я пригласить его сюда, чтобы он вступился за меня на правах поручителя? Дунг нахмурился, анализируя, как Аякс, что был замечен с политиками и некоторыми большими шишками в мире крупного бизнеса, мог быть вообще знаком с Кайденом, о котором информацию раздобыть нереально от слова совсем, да ещё и мог водить с ним дружбу. У Дунга о Кайдене было совершенно правильное мнение — Кайден опасен, ведёт теневой бизнес под покровом ночи, грамотно устраняет конкурентов и заслуживает уважение, ведя дела жёстко, беспринципно и, что самое удивительное, без ненужных следов. Неуловимый и опасный. Но всё это были лишь слухи, которые ещё ни разу не удалось подкрепить фактами. Без всего этого багажа, Кайден всего лишь молодой бизнесмен, владеющий сетью ресторанов и отелей, стремящийся занять свою нишу на рынке и преумножить свои богатства, как и все. Ох, если бы это только было правдой, Дунг бы так не колебался… — Что ж, приглашайте. Я его, так уж и быть, выслушаю, — Дунг, чувствуя власть над ситуацией, делал, по его мнению, большое одолжение Кайдену, пойдя ему на встречу. Хёнджин отошёл в сопровождении двух телохранителей, чтобы позвонить по телефону своему секретарю. На его внешне спокойном лице гуляла тень хорошо скрываемого негодования. — Су, срочно найди мне контакты Аякса, а ещё лучше сразу сам свяжись с ним и скажи, что он нужен мне в ближайший час. Пусть подъезжает к табачной фабрике, которой владеет Дунг. Он должен быть в курсе. — Да, Господин, — коротко ответил секретарь. Хёнджин отключился и потёр виски. Немыслимо. До сих пор дела решались прекрасно сами собой без посредников. В голове Хёнджина поселилась мысль о том, чтобы бросить уже всю эту затею, но отказаться от неё на данном этапе было гораздо дороже и энергозатратнее, чем реализовать. Аякс — лёгок на помине — явился всего спустя минут двадцать после звонка Хёнджина. Брюнет даже опешил, хоть и не подал виду. Дорогая серебристая иномарка подкатила ко главному входу, и шулер решительным шагом направился прямиком в главный офис владельца, где его уже ждали. Войдя в помещение и улыбаясь во весь рот, он поприветствовал присутствующих, отсалютовав Хвану, поклонившись Дунгу и пожав ему руку. Старик расцвел, как будто к нему пожаловал сам президент. Хёнджин лишь в очередной раз закатил глаза, тут же вернув спокойное и приветливое выражение лица. — Очень приятно с вами познакомиться, господин Дунг. Кайден позвонил мне сразу же, предупредив, что вы изъявили желание о встрече. Какая удача, что я оказался неподалеку. — Взаимно, молодой человек! Ваш, с позволения сказать, друг не вызывает у меня столько же положительных эмоций, — он глянул с лёгкой надменностью в сторону Хвана. — Прошу меня извинить, — затем снова вернулся к зубастому, — но он клятвенно заверил меня, что вы можете поручиться о нём в делах законности приобретения моего, без преувеличения, семейного наследия с большой буквы! «Ради всего святого, это просто рядовой завод по изготовлению сигарет, ты что о себе возомнил, старый обмудок?!» — свирепо думал Хёнджин, — «Дай мне пару лет — я снесу его к чёртовой матери и отгрохаю вместо него что-нибудь более стоящее, как раз, когда контракт по поставкам закончится…». Метку едва ощутимо пощипывало. Соулмейт заебался чувствовать каждодневный гнев, о чём постоянно сигнализировал. Хван едва заметно ткнул в метку пальцем, замаскировав движение под разглаживание кармана на рубашке. «Блядь, по-человечески прошу, хоть раз побудь на моей стороне», — мысленно обращался он к человеку, которого всё ещё не знал. Если бы можно было общаться посредством телепатической связи, это бы всё и упростило, и усложнило одновременно. По крайней мере, можно было бы ментально договориться… Сейчас же он был лишь третьим лишним в милом ворковании между принципиальным стариком и долбаным картёжником. Захотелось встать и выйти. Желательно в окно. А лучше выкинуть оттуда их обоих вместо себя. — …Так что я крайне рад, что присутствую здесь лично. Мы посовещались с моим другом и пришли к решению о совместном владении Вашей фабрикой, если Вы, конечно, не откажете нам в подобном удовольствии, — разливался в лицемерии Аякс. Стоп. Что?! Хёнджин метнул гневный взгляд в сторону шатена, заметив адресованную только ему, спрятанную в уголках глаз шутливую издёвку, мол, ты же хотел, чтобы за тебя поручились, вот я и пришёл на помощь. Дунг протянул руку и Хёнджину. От былого недоверия не осталось и следа. Как картёжнику это удалось? Он этого козла несколько дней уговаривал, а этот пришёл и лапши ему навешал, за пять минут добившись расположения. Хм-м… Возможно, у него есть, чему поучиться? Пожав руки и подписав бумаги (что Хван делал, стараясь не скрипеть зубами), все разошлись по своим делам, и только Аякс окликнул злого Кайдена, выходившего из здания: — Эй, партнер. Есть разговор. — Слушаю, — развернулся в его сторону Хёнджин. — Я вижу, как ты недоволен, но спешу тебя охладить — я знаю про твои планы и хочу тебе сказать, что тебе по-крупному повезло. Я в курсе про медпрепараты, — он поджёг сигарету и затянулся, наблюдая за лицом совладельца. — Успокойся, я правда за тебя. У меня хорошие отношения с нынешним министром здравоохранения. Если что, это сможет сыграть тебе — ну, теперь уже нам — на руку. Согласись, неплохо, а? Сложно было не согласиться. — Ну допустим. Но ты охренел так нагло влезать? Что мне мешает прямо сегодня же тебя замочить к чёртовой матери? — Хёнджин говорил всё это спокойным тоном, ничто не выдавало его гнева. Аякс улыбнулся. — Я тебе ещё и не так пригодиться могу. А ты мне. Взаимовыгодное сотрудничество. — Наконец-то язык фактов, а не сказки про «дружбу», — Хёнджин тоже достал сигарету, но совсем забыл про зажигалку, которая осталась в машине, в кармане пиджака, чему чертыхнулся себе под нос. — Про дружбу тоже было по факту. Почему бы не сотрудничать и дружить одновременно? — Аякс зажёг свою и протянул Хёнджину. — Не будь ты таким мудаком, наверное, вышло бы, — тот затянулся, запустил одну руку в карман брюк, стряхнул пепел и махнул копной чёрных волос. — Ты же меня совсем ещё не знаешь, — шатен наклонил голову. — Взаимно.

♡ ♢ ♤ ♧

С тех пор они пересекались всё чаще: как вынужденно, для решения некоторых деловых вопросов, так и ненамеренно. Холодному, расчётливому одиночке Кайдену было совсем не по нраву делить так много пространства с кем-то вроде Аякса, который улыбался так часто, что казалось, его лицо рано или поздно треснет, болтал — по делу и без — не затыкаясь, и везде таскал свои долбанные карты, предлагая сыграть каждому встречному-поперечному. При этом с картами в руках он загорался безумным азартом и словно становился другим человеком. Хван подумывал, что, если бы такой как Аякс, вдруг оказался его соулмейтом, он бы просто умом тронулся, поэтому мысленно поблагодарил своего меченого за существование без ненужных эмоций. Ему и своих с головой хватало. В очередной раз, когда люди Хёнджина вызвали хозяина на один из объектов, чтобы порешать какие-то дела, что-то уже в который раз шло не по плану. Здание нового отеля готовилось к открытию в назначенные сроки, но кто-то постоянно портил имущество и сыпал угрозами кровавой расправы, подбрасывая записки с запугивающим содержимым ко главному входу. Секретарь Су сообщал хозяину обо всех подобных выходках, кажущихся до определённой поры безобидными, пока кого-то из обыкновенных рабочих в конце смены не пырнули ножом. Благо, всё обошлось: Кайден постарался замять это дело и проспонсировал восстановление и лечение работяги в хорошей больнице, пока тот не поправится. Не по доброте душевной, а чтобы пресса вдруг не пронюхала и не разразился никому ненужный бесполезный скандал вокруг ничего. Явившись на следующий день в головной офис в отеле, он решил его не покидать, приставив вооружённую охрану по периметру здания и распустив остальной персонал. Первое время всё было тихо и спокойно — Хёнджин даже успел потратить время с пользой, ведя переписки с деловыми партнерами, заказчиками и закрывая старые дела. Под ночь, изрядно вымотавшись монотонной работой и уже собравшись ехать домой, он только собирался на выход, как охрана сообщила, что ему не стоит выходить из здания, ибо его окружили какие-то люди, судя по всему, из одной районной преступной группировки. Наплевав на предупреждение охраны, Хёнджин всё же спустился на первый этаж, предварительно проверив количество патронов в магазине пистолета. Он устал и хотел закончить всё как можно быстрее. — О, а вот и главный герой сегодняшнего шоу! — молодой мужчина с крайне неприятным лицом, не выражающим ничего, кроме враждебности, посреди которой он старался пристроить приветливую улыбку, раскрыл руки, как будто готовился обнять старого друга. Он злобно хмурил брови и таращил налитые кровью глаза — явно был под веществами и также явно, видимо, не знал про Кайдена, с которым не стоило связываться, а в особенности тащить сюда свою шпану, подвергая смертельной опасности. Как-то это не по-лидерски. Его окружала пара-тройка десятков совсем уж клишированных отпетых выродков, которые обыкновенно ничего из себя не представляли. Их удел — до конца дней своих промышлять грабежами да грязными убийствами, если, конечно, их самих не грохнут в ближайшей подворотне или не посадят за решётку. Охрана и телохранители Хвана, не спеша и со знанием дела, неумолимо заполняли собой огромное фойе, готовясь защищать хозяина, но их всё ещё было меньше, чем бандитов на стороне противника. — Кайден, кажется? Я прав? Прошу прощения, если что, у меня плохая память на имена и дебильные клички. Но это неважно! Я совсем забыл представиться: я Кольт, это Рид, — он дёрнул головой влево, а затем вправо, — и Диего. Рид был равнодушен и беспристрастен, ну или в крайней степени обдолбан, а Диего выглядел как личная цепная псина Кольта, стоя от того по правую руку и скалясь золотыми зубами. — Что вам нужно в моём отеле? — ледяным голосом задал вопрос Хёнджин. — Ну вот… Мы, ребята, видимо, не заслужили тёплого приёма от того самого Кайдена, с которым так мечтали встретиться, — Кольт фальшиво расстроился. — А знаешь, я думал, что «Пума», как тебя прозвали в наших кругах непонятно за какие заслуги, — это такой матёрый взрослый мужик, который умеет вести дела и прислушиваться, когда ему намекают, что его ведение дел мешает другим людям. И что вообще-то не стоит соваться на чужую территорию, как в чужой монастырь со своим уставом… А это, оказывается, какой-то сопляк с модельной внешностью, и — вы только посмотрите — как он на нас смотрит! У меня поджилки трясутся, честное слово! — Продолжай, продолжай… — нарочито небрежно начал Хван, поглядывая на свои дорогие наручные часы. — Мы же все здесь никуда не торопимся, ни у кого больше нет других дел, кроме как выслушивать какое-то жалкое уличное чучело, не умеющее ни брать ситуацию в свои руки, ни ориентироваться в пространстве, ни следовать хоть какому-то кодексу чести, ни тем более просчитывать шаги врага наперёд… — он резко поднял глаза от циферблата и глянул в сторону, отсалютовав телохранителю жестом. Бравые парни Кайдена обступили хозяина, достав оружие и тут же соорудив баррикады из имеющейся мебели. Даже слишком быстро. Кучка обдолбанных гангстеров, судя по всему, только и готовилась что к перестрелке. — По-хорошему ты переговоры вести не любишь, я полагаю? — Кольт и банда его отбросов тоже вывалили из-за пазухи пушки, готовые атаковать по сигналу. — Переговоры я как раз-таки веду много и часто, могу пригласить поприсутствовать, чтобы ты узнал, что это такое. Если ты, конечно, не настолько идиот, чтобы… Не дожидаясь, пока Кайден закончит предложение, головорезы открыли огонь первыми. «Настолько». Брюнет раздражённо опустился за дорогой стол из тёмного дерева, что сейчас служил щитом, жалея такую чудесную мебель и координируясь со своими ребятами в отражении нападок этих неотёсанных гадов. Будь они не под веществами — не представляли бы такой опасности. Сейчас же это был коктейль из неадекватной агрессии на грани фола: им будто было плевать, умрут они сейчас, через полчаса или десять лет. Метким выстрелом Хёнджин смог ранить двух человек, одного едва задел, а добраться до остальных мешал угол обзора. Вместо него с другой стороны справлялись телохранители, которым тоже немного досталось. Силы были неравными, и преимущество было всё ещё не на стороне Хвана, однако помощь пришла внезапно, откуда не ждали: со стороны чёрного хода вдоль стены, укрываясь от перекрёстного огня, перебежками к Хёнджину приближался Аякс в сопровождении бравых ребят, искусно отражающих атаки, грамотно отстреливаясь и пополняя ряды защитников Кайдена. Хан опустился за стол, прислонившись плечом к плечу к недоумевающему его появлением Хёнджину, заряжая магазин китайского короткоствола. — Не спрашивай. Потом всё объясню, — (не) пояснил он своё внезапное появление. — Тогда гаси справа, — указал пистолетом Хёнджин, на что шатен кивнул, и они влились непосредственно в гущу событий.

♡ ♢ ♤ ♧

Хёнджину было искренне жаль… дорогущий паркет, заляпанный кровью и грязью, что осталась от тех, кто не сбежал и пал на «поле боя», которым стал ни в чём не повинный холл отеля. Несколько десятков тысяч долларов в никуда. Испорчено было абсолютно всё, начиная от обивки дорогой мебели, заканчивая сущими мелочами вроде стеллажей и секций. «Твою мать!», — голос внутри свирепо взрывался. Внешне же Кайден только раздувал ноздри, стараясь сохранить самообладание. Метку покалывало. — «Да знаю я! Я стараюсь, блядь!». Он всё же не удержался и с ненавистью разбил какую-то случайную не то бутылку, не то вазу, швырнув её в стену. Ходивший рядом и осматривающийся Аякс повернул голову на это действие, впервые заставая Кайдена в приступе злости. Обычно тот её тщательно скрывал. Глаза брюнета бегали, оценивая убытки и подсчитывая в голове, во сколько ему это всё обойдётся. — Эй, Кайден. Кайден, алло? — Аякс пощёлкал пальцами перед лицом Хвана, привлекая его внимание. Брюнет уставился ему прямо в глаза, не имея желания разговаривать. — Слушай, я сейчас сюда направлю своих, они всё приберут до твоего следующего визита, а мы с тобой поедем куда-нибудь и как следует отдохнём от всего этого дерьма, идёт? Я угощаю. Хёнджин прикрыл глаза, потерев переносицу, и вдруг почувствовал себя адски уставшим. Ладно, может быть, идея зависнуть в клубе не такая уж и плохая. Он тяжело вздохнул. — В жопу всё. Поехали. С тех самых пор Аякс не переставал его раздражать, но как назло, всегда оказывался рядом, если было нужно, стараясь заслужить расположение Кайдена, которому всё ещё в высшей степени были непонятны мотивы картёжника. Со временем к его нахождению в своей жизни Кайден просто привык, и его больше не удивляло, что Аякс мог запросто явиться к нему домой, появиться на очередной сделке как сопровождающее лицо, а также помогать с поставками информации или звать позависать вместе. Мог ли после всего этого Кайден назвать его другом?

♡ ♢ ♤ ♧

Чонин смотрит в зеркало с небольшим сколом, поправляя каштановые волосы, что слегка вьются и оттого немного бесят. На груди красуются несколько свежих пурпурных засосов, которые парень рассматривает, с раздражением отмечая, что придётся снова маскировать их на работе тонной тональных средств. Застёгивая рубашку как можно выше, он прячет их в глубинах чёрной ткани, стараясь больше на них не смотреть. На заднем плане отражающейся в зеркале очередной комнаты в очередном лав-отеле виднеется лишь чья-то нога, торчащая с кровати, с которой её обладатель благополучно свалился после того, как попил воды из стакана, стоящего на прикроватном столике. Справедливости ради стоит заметить, что он недолго мучился: Чонин не любил заставлять жертв страдать, и уж тем более ему не приносило никакого удовольствия наблюдать за тем, как они корчатся в предсмертной агонии, поэтому яды, что он использовал для своих заказов, были самыми лучшими, действенными и бьющими наповал в сжатые сроки. Новейшие разработки, практически не оставляющие следов. Он был даже в какой-то степени горд, освобождая мир от очередной мрази, но вместе с тем чувствовал себя бесконечно виноватым, не смея простить себя за каждую отнятую жизнь. Парень вышел из здания, где уже была подкуплена охрана и временно выведены из строя камеры видеонаблюдения, не позаботившись даже о минимальной конспирации — ситуация была максимально благоприятной, никто не обращал внимания на очередного человека, покидающего территорию отеля. Его лицо приняло нечитаемое выражение, хотя противоречивые чувства, что обуревали его каждый грёбаный раз, абсолютно всегда создавали в душе полнейший раздрай. Встретив на пересечении указанных улиц припаркованное авто, он залез на заднее сидение, коротко кивнув водителю и сидящей на переднем сидении заказчице, что протянула ему увесистый конверт, не скрывая своей победоносной улыбки и расставаясь с деньгами с превеликим удовольствием. «Ядовитый лис», которого она знала, как и прочие заказчики, лишь по кличке, пересчитал купюры, слегка недовольный тем, что пришлось брать оплату налом, и снова отправил их в конверт, который поспешил спрятать. — Надеюсь, эту падаль в аду отымеют по полной! — девушка с нескрываемой радостью хлопала в ладоши, позвякивая дорогущими браслетами на запястьях и смотря на малолетнего киллера с благодарностью и восхищением. Чонин совсем не гордился своей деятельностью, конечно же, но уже выработал для себя определённый свод правил, гласивший о том, что убивает он лишь самых отмороженных уродов, с которыми, ещё при недолгой, но насыщенной ложью, предательствами и самыми грязными делами жизни, их с распростёртыми объятиями ожидают в преисподней, чтобы варить в котлах и жарить на вертеле. Лис даже и не мечтал, что сам попадёт куда-либо в другое место после смерти, но надеялся, что, по крайней мере, проживёт подольше. Девушка ещё раз поблагодарила Айена, сказав, что вполне возможно скоро снова с ним свяжется, ибо у неё есть целый список перешедших ей дорогу личностей и счёт в швейцарском банке, так что без работы парень явно не останется. Попросив водителя, заказчица подвезла своего «спасителя», подмигнув на прощание, открывая бутылку дорогого шампанского прямо в машине. Парень вышел на обочине, мягко хлопнув дверью, и махнул девушке рукой, после чего развернулся и направился к проходу между зданиями, где его уже кое-кто ждал. — Ну как улов? — выходит из тени Минхо, потягиваясь и сонно щурясь. Его волосы, что ещё вчера были пепельными, сегодня снова ярко отливали ультрафиолетом. — Достаточно неплохо, — младший похлопал по сумке, в которой не без опаски тащил такое большое количество наличных. — И всё так же противно. Но хотя бы быстро… У заказчицы амбиции Джека Потрошителя на своих то ли бывших, то ли чёрт его знает… — Чонин присмотрелся к волосам брата, потянув к ним руку и мягко касаясь. — О, цвет обновил? Красиво, тебе очень идёт. Минхо улыбнулся своей фирменной кошачьей улыбкой, потрепав младшего по голове в ответ. — Как-то отчаянно на перемены тянет в последнее время, — они развернулись и зашагали в одном направлении. До клуба, в котором работали оба, было всего ничего. — Феликс тоже какой-то не свой с некоторых пор. Мне кажется, это неспроста, — Чонин увлечённо рассматривал окружающие здания одного из центральных районов, что выучил уже наизусть. Вечер сменился ночью слишком стремительно, день будто прошёл мимо. Улицы тонули в полутьме, чтобы вновь зажечься новыми оттенками в неоновых вывесках. — Братишка, от тебя несёт фатализмом. Ты что, сегодня веровал в судьбу? — прищурился старший. — Это не я! Это другие, а я просто рядом стоял, честное слово! — Чонин невинно захлопал лисьими глазками. Ещё с секунду они постояли, изображая серьёзность в шутливой манере, а затем вместе засмеялись. — Весна просто. Не парься, у меня тоже подобные ощущения есть, — протянул Лино, вспоминая свои участившиеся приступы чёртовой связи с меченым. Его метка появилась достаточно давно, он не помнил точно, когда именно, но абсолютно не придал этому значения. Ему было всё равно и после, до тех пор, пока соулмейт не стал творить какую-то лютую дичь, что вызывала у Минхо приступы неадекватных состояний. Судя по всему, его меченым был какой-то адреналиновый наркоман, который занимался чем-то, что приводило его в бешеный экстаз. Кровь в жилах старшего в такие моменты просто закипала, в руках появлялась дрожь, зрачки расширялись, сердце колотилось в груди как бешеное. Метка на пояснице начинала покалывать, и иногда к ней приходилось прикладывать лёд. Это были моменты, когда Минхо приходилось бросать всё, чем бы он ни занимался в эту самую минуту, и ждать, пока это не закончится. Естественно, это до чёртиков его злило. Пару раз такие состояния грозили ему приводами в полицию за вождение в нетрезвом виде и приходилось объяснять офицерам, что он не пьян и не под кайфом, сдавать тесты и анализы… Тогда старший сделал вывод, что его меченый, наверное, какой-то экстремал: может, гонщик, может, руфер, может, пироман какой-нибудь или, боже упаси, любитель БДСМ… Сегодня его не покидало ощущение, что вечер не пройдёт без обязательной программы меченого нырять в свои неадекватные наклонности с головой. Ночь с субботы на воскресенье всегда знаменовала появление адреналиновых скачков, за очень редкими исключениями, которые за прошедшие годы можно было пересчитать по пальцам. На подходе к клубу «Домино», в котором работали ребята, оба остановились, когда заметили подъехавшее такси, из которого как ангел во плоти, выпорхнул очаровательный красавчик, грациозно приглаживая свои длинные белокурые волосы… и громко ругаясь матом на водителя, желая тому попасть в ДТП со смертельным исходом за ближайшим поворотом и проклиная всю его семью до десятого колена. Ли Феликс собственной персоной. Чонин нервно хохотнул, а Минхо закатил глаза. Стоило машине агрессивно дать по газам и скрыться из виду, на лицо блондина вернулось безмятежное и солнечное выражение, озаряющее своим светом всю округу. Мастер перевоплощений на ходу. — Добрый вечер, господа! Готовы к труду и обороне? — улыбка Феликса имела непревзойдённый эффект, заставляя окружающих проникаться чувствами. Не всегда тёплыми и светлыми, правда, но равнодушным точно не оставляла никого. Айен вот не удержался, чтобы не улыбнуться в ответ, а Минхо захотелось отвесить блондину пинка. — Продолжаешь пополнять чёрные списки? — издевательски бросил он. — Ой, не нуди, — Ликс сморщил свой очаровательный носик. — Йени, ты в порядке? Выглядишь немного устало, — он, может, и был той ещё занозой в заднице, но с близкими друзьями всегда был участливым и обходительным. Лис покачал головой. Он искренне любил свою работу танцора в клубе, но на её зарплате далеко не уедешь, так что основной доход в его жизнь и жизнь его старшего брата приводили заказные убийства. Младший занимался ядами, старший предпочитал огнестрельное оружие. Изредка могли и меняться, но только по необходимости. В основном за каждым была закреплена своя выработанная годами стратегия. После каждого исполненного заказа он обыкновенно чувствовал себя опустошённым. Сегодняшний день не стал исключением. — Так и есть. Не отказался бы от длинного беспробудного сна, если честно. Часов так на двенадцать… — в подтверждение своих слов он заразительно зевает в ладонь, и они проходят в клуб, ещё тихий и освещённый лишь светодиодной подсветкой, а не мерцающими лазерами и стробоскопами. — Это вредно. Я бы в любом случае не разрешил тебе столько спать, — бурчит Лино, сердито поглядывая на брата исподлобья, за что ловит жалобный взгляд. — Ты никогда меня не жалеешь, — Айен делает жалобное выражение лица, а затем сильно тушуется, пряча глаза, когда Волк проходит мимо, здороваясь со всеми троими и скрываясь в коридоре. Сердце Чонина трепещет и сжимается в непроизвольных спазмах, а старшие делают вид, что не замечают его глубоко влюблённого взгляда, преследующего спину Чана. — Я вообще-то всегда о тебе забочусь, потому что спать по двенадцать часов… — Минхо зачитывает младшему брату очередную нотацию, но тот не слушает, потому что, в режиме реального времени встретившись с Чаном, он обычно больше ни о чём другом думать не может. Да и не хочет, если быть до конца честным. Он был влюблён в Волка ещё с тех самых времён, когда они с Минхо только примкнули к его стае. Чан был готов порвать любого за своих ребят, особенно младших. На тот момент Чонин был самым мелким, чем заслуживал от вожака больше всего внимания и защиты. Он казался Айену самым замечательным человеком на всей земле, и с годами это ощущение лишь укрепилось, но пять лет назад он воспринимал его какое-то время как наставника, учителя, защитника и брата, пока со временем до него не начало доходить, что он безумно влюблён. Как будто в подтверждение его резкого осознания, на левой стороне шеи появилась ещё и метка с именем «Бан Кристофер Чан», протянувшись снизу-вверх. Изо дня в день он прятал её под всевозможными шарфами, широкими бархатными чокерами и специальными пластырями телесного цвета. Наверняка у Чана она появилась гораздо раньше, но настоящего имени Айена он не знал, да младший и не собирался его раскрывать. Он не сказал об имени на метке даже старшему брату, что уж говорить о том, чтобы вдруг вывалить своему меченому информацию о том, что они предназначены друг для друга… Чонин считал себя недостойным. Он убивал, рано начал пить, курить и какое-то время спал за деньги с кем попало. Когда метка дала о себе знать, то уже и не за деньги, а просто так, из подросткового идиотства, чтобы лишний раз доказать себе, какое он ничтожество, недостойное такого замечательного человека… Ему было противно от себя. Чан, будто в противовес ему, был образцом благородства, справедливости, непоколебимого авторитета и лучших лидерских качеств. Айен просто его не заслуживал. Весь мир его не заслуживал, но Айен в особенности. И нёс в себе идею никогда не признаться своему меченому ни в судьбоносной связи, ни в любовных чувствах… Волк, что был одним из лучших барменов, наряду с Лино, носился по клубу, готовясь к предстоящей рабочей смене и стараясь не обращать внимания на тянущее чувство горькой тоски, разливающееся от метки с именем «Ян Чонин», что была у него прямо внизу живота. Его непутёвый соулмейт снова был чем-то глубоко расстроен, и Чану тяжело было работать, да и жить, в общем-то, с такими ощущениями. Он мечтал найти своего меченого с твёрдым намерением приложить все усилия, чтобы тот больше не чувствовал себя так ужасно. И когда-нибудь он обязательно найдёт.