Trust me, please...

Чон Чонгук

— Они совершенно разные, правда? — Чонгук энергично жестикулирует перед носом Тэ, радуясь за своего хёна… Решив пройтись пешком до офиса, они вышли из такси за квартал и не спеша направлялись в сторону бизнес-центра. Тэхён всё ещё не мог поверить в то, что его взбалмошный Чимин-и способен на такой серьезный шаг, как сожительство под одной крышей с понравившимся ему парнем… Даже в периоды своих бурных любовных похождений Пак никогда не стремился к близким отношениям, а потому соблюдал солидную дистанцию, интересуясь только сексом. Но решительный Юнги всем своим воинственным видом дал понять, что не собирается выпускать Чимина из рук, поэтому оставив их в творческом центре, парни душевно распрощались, пообещав друг другу встретиться всем вместе в скором времени… — Как мы с тобой? — Ким участвует в разговоре, но его мысли сейчас находятся очень далеко. — Мы? Мы другие, Тэ! Мы, как половинки, так ведь? — Аа? — Тэхён ругает себя за несобранность и улыбается, стараясь скрыть волнение. — Тэ… Что такое? Ты грустишь из-за Чимина? — Чонгук сочувственно берет его за руку, оглаживая её пальцем. — Всё хорошо, Чонгук. Я просто немного устал, извини… «Прости, Гуки, что не могу поделиться с тобой своими переживаниями, ведь они напрямую касаются тебя…» Весь следующий путь они идут молча, и Чонгук догадывается, по какой причине Тэхён стал таким замкнутым…

Офис «아늑함»

В офисе парней встречает Сокджин, и что самое странное — не спешит проводить их в кабинет председателя, а задерживает в своей приемной, предлагая кофе… — Тэ, ты что-нибудь понимаешь, что происходит? — Чонгук говорит шепотом, пока Сокджин выходит на время за дверь. — Это так на него непохоже, откуда вдруг взялась эта любезность? — Думаю, одного из нас он завтра больше не увидит, скорее всего в этом и причина, — Тэхён печально улыбается уголком рта, достав из кармана телефон, делая вид, что проверяет время. — Тэ… я хотел тебе сказать… — Чонгук вздыхает, ковыряя кожу на своих пальцах. — Помнишь, ты меня спрашивал, готов ли я отказаться от… — Не заскучали? — совсем не вовремя появившийся секретарь прерывает Чонгука и складывает руки на груди. — Господин Сон готов принять Вас, Ким Тэхён. — Меня? А разве мы не вместе с Чонгуком… — Нет. Сначала Вы, потом Чон Чонгук — это решение председателя, — сладко улыбаясь, он держит дверь открытой, намекая Тэхёну поторопиться. Тэхён послушно поднимается, подходя к двери и в последний момент оборачивается на Чонгука, который одними губами шепчет «файтин»… Время тянется настолько медленно, словно оно вообще остановилось… Чонгук допивает уже второй стаканчик кофе и нервно стучит носком ботинка по полу. «Почему так долго?! Неужели назначение или отказ может длиться целый час?! Я с ума тут сойду!» — Чонгук-ши… Успокойтесь пожалуйста. Скоро настанет Ваша очередь, — Сокджин методично перекладывает документы из одной стопки бумаг в другую. «Блять! Да, как тут успокоиться?! О чем можно так долго разговаривать вообще?!» На столе Сокджина начинает пиликать внутренний телефон, и он молниеносно реагирует на вызов. — Да, господин Сон… Понял, — положив трубку на место, он расслабленно склоняет голову к плечу. — Вы можете пройти к нему в кабинет, он Вас ждёт. — Как ждёт? А Тэ? Он же… — Идите, Чонгук-ши… Чонгук на ватных ногах приближается к кабинету Сона, по пути наблюдая, что Тэхёна здесь и в помине нет… «Что за хуйня тут происходит?!» Хэвон встречает его за своим столом и с улыбкой указывает на место напротив. — Присаживайся, Чонгук, мы поговорим… Парень дрожащими пальцами цепляется за краешек стола. — Скажите мне, а где Тэхён? Я не видел, как он уходил. — Сейчас речь не о Тэхёне, а о тебе, Чонгук… — Обо мне? — усталость и неизвестность делают его глаза большими и потерянными. — Я не понимаю… — Чонгук… Я давно знаю твоего отца, — Хэвон уходит от главной темы, с целью растормошить заторможенного Чонгука. — Мы были хорошими приятелями на протяжении многих лет… И он до сих пор не знает, что я на самом деле — гей… — Что?! — в первую секунду Чонгук думает, что у него глюки, и всё, что говорит Хэвон — это плод его уставшей фантазии. — Вы… Гей?! — Да, мой мальчик… Я всю жизнь скрывал свою настоящую сущность, и как видишь, мне это удавалось… Мой… Самый любимый человек ушел несколько лет назад… — он печально смотрит на свои сцепленные руки на столе и сглатывает неожиданно накативший комок слёз. — Я прекрасно понял, что вас с Тэхёном связывают далеко не рабочие отношения. Скажи мне… Твой отец в курсе твоих предпочтений? — Господин Сон! — Не бойся, Чонгук… Всё, что ты мне скажешь, не выйдет за пределы этих стен. Я обещаю тебе. Чонгук молчит, потупив взор, и Хэвон облизав сухие губы, тихо продолжает: — Вы молоды и красивы… В вас столько жизненной энергии и силы, что вы способны свернуть горы! Я был таким раньше… Вернее, мы были… — он медленно обходит стол и присаживается на стул рядом с Чоном. — Я очень сильно любил его. И до сих пор люблю. Мы были одним целым: одним дыханием, мыслями, болью… Мне так его не хватает… — он не может сдержать слёз и достаёт из кармана брюк носовой платок, промокая глаза. — Господин Сон… Может Вам воды… — Не надо. Это лишь слабость, Чонгук. Это всё пройдёт. Скоро пройдёт… — Мне жаль, что вы больны. Я знаю… — у Чонгука не поворачивается язык продолжить предложение, и он просто закусывает свою губу. — Я прожил замечательную жизнь, мой мальчик. Жаль только, что мы не «ушли» вместе, но очень скоро я буду рядом с ним. Навсегда… — Хэвон грустно улыбается и переводит взгляд на побелевшего Чонгука. — Ты любишь его? Чонгук молчит несколько секунд, а затем уверенно поднимает взгляд, глядя в лицо Хэвону. — Очень… — Молодец, что сказал. Это важно. Любовь способна преодолевать любые преграды, она запросто может изменить жизнь людей настолько, насколько они и представить себе не могут. — Хэвон замолкает, а затем протягивает ладонь, чтобы взять Чонгука за руку. — Я хочу дать тебе один совет, можешь считать это наставлением человека с опытом. Не спеши говорить своим родителям и родственникам о своей ориентации… Чонгук внимательно смотрит на него и хмурит брови, сжимая губы в тонкую полоску. — Будут моменты, когда тебе захочется кричать всему миру о том, как сильно ты его любишь, но запомни важное: любовь и счастье любят тишину. С возрастом вы научитесь скрывать свои отношения, и всё встанет на свои места. А пока… — он хмыкнув, потирает уставшие глаза. — Я знаю насколько вам иногда хочется держаться за руки на людях, дарить друг другу мимолётные поцелуи и объятия, но помни, что такие открытые знаки внимания очень заметны окружающим. Тем более если вы намерены в будущем оставаться в этой стране. О том, что вы любите не должен знать никто, кроме вас, ну и может быть, только очень близкие друзья, в которых вы уверены. — Я… Мы постараемся… — Вот и хорошо… Что касается назначения, я выбрал Тэхёна, но хочу тебя успокоить: я сделал это намеренно, чтобы проверить его. И тебя заодно… Вы оба очень талантливы во всём, вы дополняете друг друга и вместе можете сотворить такое, что не получится и у десятка компетентных в этой сфере людей. — Если Вы выбрали его, то почему его здесь нет? Почему он ушёл? — Он ушёл, чтобы навсегда попрощаться со своим прошлым, терзающим его душу. Попрощаться с Минсу ради тебя. — Минсу?! Вы знаете про… — Да… Тэхён мне всё рассказал. Я, как никто другой понимаю его и поддерживаю это непростое решение. И ещё кое-что… — он загадочно потирает нижнюю губу пальцем. — Тэхён отказался от своей должности в пользу тебя. Твоя мечта открыть художественную студию подтолкнула его на этот шаг… — Отказался?! Но зачем, я же сам собирался… Чёрт! Ну вот зачем он… — Чонгук достаёт телефон из кармана, мельком взглянув на улыбающегося председателя. — Простите… Я должен ему… — набирает его номер и разочарованно закатывает глаза, когда слышит, что абонент недоступен. — Где же ты, Тэ? — Полагаю, он сейчас на мосту Банпо… — Где?! — у Чонгука падает телефон, и он не спешит поднять его. — Вы шутите?! Он не может… — Помнишь, что я тебе говорил о силе любви? — Простите, господин Сон, но мне сейчас срочно надо бежать! — он хватает телефон, резко кланяется старику и вылетает из его кабинета. — Беги, беги… — тихо говорит он в пустоту и стягивает с себя галстук, нажимая на телефоне кнопку соединения с секретарём. — Джин, будь добр, зайди ко мне. Не проходит и минуты, как взволнованный Сокджин появляется в дверях. — Что-то случилось? Вам нехорошо? — Нормально всё, Джин-и. Предупреди водителя, что я скоро выйду. Устал сегодня — сил нет… — Чонгук вылетел, как ошпаренный… — Джин усмехаясь, держится за ручку двери, раскачивая её, отчего в кабинете гуляет ветерок. — Вы его так напугали? — Не я. Его напугал страх за человека, которым он дорожит. Джин, забери бумаги о назначении к себе в приёмную, туда нужно будет только вписать их имена и личные данные, мною уже всё подписано сегодняшним днём… — Кого, куда вписывать? — Сокджин хлопает глазами, перестав «мучать» дверь. — Это они решат сами, не переживай. Они справятся, ты только помогай им. Если я завтра не смогу прийти сюда, распорядись о графике работ на дальнейшее время, парни быстро во всё вникнут, им всего лишь нужно всё объяснить… — Разумеется, господин Сон. Как Вы себя чувствуете? Вам чем-нибудь помочь? — Нет, Джин-и… Я просто очень устал… Хочу отдохнуть…

Чон Чонгук

Он мчится в такси к радужному мосту, мысленно моля всех святых, чтобы успеть найти Тэхёна. Его телефон по-прежнему выключен, и Чонгук уже готовит воспитательную речь по поводу этой дурацкой привычки Тэ. — Алло, Чимин, скажи пожалуйста, где именно разбился Минсу? — Что?! Не понял, что случи… — Чимин! Где именно на мосту разбился Минсу? — Я же не был на месте аварии, но Тэ упоминал, что это произошло примерно в двухстах метрах от Сочхо-гу… — Ясно… — Чонгук, какого хуя происходит?! — Всё потом, Чимин. Мне сейчас некогда… Выезжая из Сочхо-гу, Чонгук отпускает такси до въезда на мост, зная, что остановка на нём запрещена. Согласно логике, Минсу ехал в Йонсан, чтобы попасть в Новон-гу, значит ему нужно двигаться в ту же сторону, и если ему повезёт, то он должен встретить Тэхёна примерно через двести метров. «Пожалуйста, умоляю будь там…» Чонгук много раз наблюдал фееричное шоу цветных фонтанов и всегда поражался этой волшебной красоте, но сейчас он бежит вдоль ярких крыльев переливающейся воды, вглядываясь в темную даль, в надежде разглядеть единственный любимый силуэт… «Господи, да где же ты?!» Он чувствует, как его глаза начинают слезиться, и сморгнув влагу, давится воздухом, потому что видит его… Тэхён, облокотившись на ограждение смотрит на радужные брызги воды, и кажется совершенно ничего не замечает вокруг. — Тэ! — Чонгук подбегает к нему запыхавшись, разворачивает к себе, схватившись за плечи. — Что ты творишь?! Почему ты так поступаешь со мной?! Я… Я… — он жадно дышит, глядя в его красивые глаза. — Тэ… — Гуки, прости меня, мне нужно… — Нужно?! Опять нужно?! — Чонгук пытается перекричать шум воды из фонтанов. — Тэ! Я не Минсу, и никогда им не стану, но я очень сильно люблю тебя! Я не могу без тебя! Что ещё мне сделать, что сказать, чтобы ты поверил мне?! — больше не сдерживая слёз, он трясёт Кима за плечи, вцепившись в них пальцами. — Зачем ты отказался от этой должности? Она мне не нужна, без тебя! — Твоя мечта… — Ты — моя мечта! Неужели ты не понимаешь, что мне больше ничего не нужно, кроме тебя?! — Чонгук… Я отпустил его… — Что? — Я отпустил Минсу… И я… Люблю тебя… — Меня?! — он стирает дорожки мокрых слёз, которые отсвечивают всеми цветами радуги. — Да. Я люблю тебя, Чон Чонгук, 25 лет, художник, романтик, рисующий закаты, и ненавидящий… — Рестораны… — всхлипывает Чонгук. — Да… Я тебя люблю, Гуки… Они игнорируют входящие звонки от Чимина и Юнги, потому что целуются, как сумасшедшие, сидя на заднем сиденье такси. Водитель гонит изо всех возможных сил, не желая наблюдать красочную картину в зеркале заднего вида… — Тэ… Когда ты наконец смажешь этот проклятый замок? — Не знаю… Плевать! Гуки, я так хочу тебя! В прихожей раздаётся шумное копошение, грохот падающих вещей и влажные звуки несдержанных поцелуев. Звонящий телефон выводит из себя, и Чонгук, не отлипая от губ печатает короткое: «мы дома», отключая всё к чёрту… — Я больше не отпущу тебя! Мне всё равно на высокие должности, самое главное, чтобы ты был рядом! Мы сможем, Тэ! У Хэвона получилось, и мы сможем! Да? — Да… Любимый… — Скажи ещё раз… — Что, Гуки? — Что любишь. — Люблю. Я люблю тебя! Безумно! Всем сердцем, ты веришь мне? — Верю… Когда за зашторенными окнами занимался рассвет и проснувшиеся птицы настойчиво усиливали свои утренние трели, Тэхён растворялся в крепких руках Чонгука, получая очередной оргазм, от которого он запрокидывая голову, выкрикивал в потолок его имя… — Тэхён, любовь моя… — Чонгук с испариной на висках, покрывает лёгкими поцелуями его ключицы. — Самый красивый, самый желанный, мой смелый Тэ… — Называй меня так почаще — отходя от состояния кайфа, Тэхён улыбается, не открывая глаз. — Каждый день, столько, сколько захочешь… Скажи ещё раз? — Я люблю тебя, Чонгук. Только тебя… — улыбка не сходит с лица Кима, и он тяжело дыша, облизывает свои истерзанные губы. — Спасибо, — Чонгук укладывает свою голову ему на грудь и обдаёт влажную кожу горячим дыханием, когда Тэхён зарывается в его волосах. — Ты моя слабость, Гуки… — Навсегда…

Пак Чимин

— Вот почему они оба не отвечают?! — Чимин уперев руки в бока, расхаживает в гостиной Юнги, мельтеша перед его глазами. — Сядь и успокойся, — Мин крутит в руках пачку сигарет, уже давно собираясь выйти покурить, но не может оставить Чимина одного в таком состоянии. — Чонгук обязательно ответит, только позже. — Блять! Этот твой Чонгук! Как только он появился в жизни Тэ, всё сразу пошло наперекосяк! Тэхён вечно куда-то пропадает! С ним постоянно что-то происходит! Ну вот где они оба?! — Чимин… — И не говори мне про своего Чонгука! Я достаточно наслушался, как сильно он его любит и так далее! Он накосячит, а расхлёбывать потом приходится мне! — Чимин… — Я единственный друг Тэхёна! И я должен… — он затыкается, потому что Юнги наглым образом закрывает ему рот рукой, поймав сзади за талию. — Чимин-и… Малыш, успокойся… — дыхание Юнги щекотит шею, и Пак закрывает глаза, целуя губами его ладонь. «Как у тебя это получается? Почему ты действуешь на меня, словно наркотик?» — Хочешь выпить, Чимин-и? Тебя это расслабит. Чимин кивает головой, и Юнги убирает ладонь с губ, разворачивая парня к себе, незамедлительно целуя. «Поверить не могу, что ты рядом. Это так правильно…» Спустя два бокала красного вина, у Чимина очаровательно покрываются румянцем щеки. Он до невозможности ласковым котёнком сидит на коленях Юнги, которого это абсолютно устраивает. — Милый… Ты не пожалеешь, что приютил меня? Я ведь не подарок… «Оо! Ещё какой подарок, поверь!» — Будешь себя хорошо вести, малыш? — Юнги принимает эту забавную игру-прелюдию, и нежно почесывает за ушком Чимина. — Да, папочка… «Ох, ты ж, блять…» Мин покрывается иголочками с головы до ног от одного только слова. Сердце в груди начинает неистово биться, и он дрожащими пальцами обхватывает его лицо. — Чимин-и… Мой мальчик… Рядом вспыхивает экран телефона, входящим сообщением, и Пак бросив взгляд, успевает прочесть: «мы дома». Обнимает за шею Юнги, горячо выдохнув в губы: — Отнеси меня в спальню… Немедленно… Вообще-то Юнги не знаток мужского секса, но судя по рвущимся стонам Чимина, он во многом преуспел. Его язык влажно очерчивает неровности складочек ануса, и ему ещё никогда не было так приятно от самого процесса удовлетворения партнёра. Выгибаясь в пояснице, Пак виляет упругими ягодицами перед его носом, подсказывая тем самым, что тот всё делает правильно. — Д-да! Папочка… — Что же ты творишь со мной… — скуля сквозь зубы, Юнги сжимает свой сочащийся конец, сильно зажмуриваясь. — Детка, я не выдержу! Хочу тебя… Медленным соблазнительным движением Чимин разворачивается к нему лицом, раздвигая ноги в стороны, и пошло облизнувшись шепчет: — Возьми меня, папочка…

Ким Сокджин

На часах шесть часов утра, до будильника ещё херова туча времени, но он стоит у окна, за которым проснулся красивый рассвет и… плачет… Набранный текст в телефоне должен быть отправлен двум молодым людям, но экран затухает, и Сокджин снова нажимает кнопку разблокировки, не решаясь отправить короткое сообщение…