« Я рядом... »

Маша около часа сидела в своей машине, глядя в одну точку. Дождь так и шел уже второй день подряд. Ее авто стояло под зданием университета. – Какая я все-таки дура! Она спрятала лицо в ладони и упёрлась головой в руль. – Зачем я только это сделала?! Слеза скатилась по подбородку и капнула на колено. Маша зажмурила глаза. Слезы текли и текли. Она хотела проглотить их, но боль в горле резко о себе напомнила. Девушка утерла слезы. Взяла свою сумку и вышла из машины. Скинув пальто, девушка направилась в аудиторию, где ее уже ждали студенты. – Здравствуйте, Мария Константиновна! Преподаватель посмотрела на них и кивнула, разрешив сесть. Один из студентов заметил, что их преподаватель математики по-другому себя ведет. В водолазке она ещё ни разу не приходила. Заплаканная, уставшая, молчаливая. Маша встала у доски и начала писать формулы. Голова чуть закружилась. Рукой девушка удержалась за край стола. – С вами все хорошо? – студент в очках подошёл к ней. Та кивнула. – Просто усталость, не переживайте. Садитесь на место, продолжаем работать! День прошел очень тяжело. Из-за вчерашнего удушения Маша себя плохо чувствовала: горло болело, а голова периодически кружилась. Уже вечером, приехав домой, Маша легла в свою кровать. На ноги лег кот, на подушку уселась Марго. Девушка начала погружаться в сон, но тут раздался звонок. Романова с раздражением ответила: – Да? – Видимо, кто-то не в настроении? Маша прикрыла глаза и продолжила разговор: – Алтан, я понимаю все, но одного не могу понять, зачем мне звонить в первом часу ночи? Что-то срочное? Чумной Доктор сегодня в отпуске! – Ты же хочешь спасти своего дружка? Так вот, я тут пробил пару людей, которые там работают. Будем это дело брать? Или пусть сидит в дурке? – Через два дня выйду, но сегодня я себя плохо чувствую. – Что случилось? В его холодном, властном голосе была слышна нотка переживания. – Долгая история, потом расскажу. Сколько у нас времени? – Две недели. – Твою мать... – прошептала Маша. – А почему так мало? – Санитары и охранники уходят по сменам в отпуск. Определенные люди охраняют его, и их легче всего разболтать. – Ясно. Что я должна сделать? – Включить свой женский шарм. Ты должна их выискивать и... – Я поняла, спасибо. Спокойной ночи. – Мария, стой! Девушка снова приложила телефон к уху. – Почему ты решилась стать новым Чумным Доктором? – А кто интересуется? Человек, который платит мне за эту работу, или человек, который переживает? – Первый вариант. Холод был снова слышен в его голосе. – Мне нечего терять, — всего, что у меня было, теперь нет. Вот ответ на твой вопрос. – Спокойной ночи. – Спокойной. Отложив телефон, девушка попыталась уснуть, но сон не приходил. О, если бы у нее была возможность кому-то позвонить и поговорить! Ее всегда выслушивал Сергей. Поддерживал ее. Маша встала с кровати, прошлепала босыми ногами в гостиную. Из шкафа достала альбом с фотографиями. В этой книжке хранились самые теплые воспоминания о прошлом. Фотографии с соревнований, когда Маша держала медаль, а друзья и сестра обнимали ее. Фотки с праздников. У Тани всегда был фотоаппарат с собой.

***

Три года прошло с того, как Разумовский и Волков начали дружить с сестрами Романовыми. Они были не разлей вода. Перед Новым годом ребята пошли гулять, но Татьяна Михайловна дала им задание. Купить мишуру и дождик. Ребята тепло оделись и вышли на улицу. Мороз начал щипать щеки. Маша, Сергей, Таня и Олег - отряд спасения праздника. – Ребят, а может мы ещё вечером сходим на каток? – Таня шла по заснеженному бордюру. Ее сестра держала за руку. – Я коньки взяла с собой. Сегодня опять тренировки, поэтому сходим. Хотя в городе и так тротуар заледенел, на нем можно будет покататься. – Как раз научишь Серого. Сережа их не слушал. Эти дни были для него тяжёлыми. Перед Новым годом погибли его родители. Маша отпустила руку сестры, подошла к Серёже и обняла его со спины. – Серёженька, ты чего? Все хорошо? Парень очнулся. – А, да. Нет, все хорошо, Машенька. Это была их фишка - так называть друг друга. Ребята купили то что нужно было. Маша пошла на тренировки, а тройка пошла гулять. Ребята к вечеру собрались в том месте, они стояли около 30 минут, а Маша так и не пришла. – Вы как хотите, можете идти домой, но боюсь, что моя сестрица куда-то опять вляпалась. Таня пошагала в сторону ледового дворца, где тренировалась Маша. Парни потопали за ней. – А что за неприятности? – спросил Сергей. – Машка однажды сломала костяшки, у нее не получился прижок, и от гнева ударила лёд. Это случилось за год до смерти родителей. Она очень вспыльчивая, пошла в отца характером. – Ее можно понять. Фигурное катание это тебе не просто. – добавил Олег. Сердце Тани, от бархатистого голоса Олега, застучало быстрее. – А почему вас не забирает ваша тетя? – Потому что, этой женщине насрать на нас. У нее есть бестолковый сын и деньги. Она нас обеспечивает деньгами на наши увлечения, но не больше. – Понятно. Сергей все это время слушал дальнейший разговор Тани и Олега. Он размышлял, все ли хорошо с Машей. Слишком он переживал. Она заботится о нем. Заплетает его рыжие волосы, которые доросли до плеч, в косы. Может и в классе над ним смеются, но ему всё равно, это сделано с любовью и с душой. Войдя в здание, их встретила тетя Оксана, сестра мамы девочек. – Я не могу понять одного. Почему твоя тупая сестра не может беречь себя? Курица тупая. Только и живёт этим фигурным катанием. А теперь перелом лодыжки со смещением! – Во-первых, не я курица тупая, а ты, Оксана. Во-вторых, хочу и занимаюсь фигурным катанием, не твое собачье дело. Не будешь платить, тогда буду заниматься в кредит, эта услуга есть у моего тренира, – Маша вышла из кабинета врача уже с гипсом на ноге. Олег и Сергей подошли к подруге, и помогли сесть на лавку. – Ты, мелкая мразь... – Прошу, не выражайся так при нас. Мы - не твой избалованый Артем. – Сколько же я на тебя нервов трачу... – Попей таблеточки, сходи к любовнику - стресс как рукой снимет. Парни стояли и смотрели с удивлёнными глазами на Машу. – Да, мне всего 14. Но поверь, я сильнее любого мужика. И они тоже сильные. - девочка показала на своих друзей и сестру. - А ты - истеричка. Не могу даже понять, зачем ты вообще приехала, Оксана? Женщина посмотрела на свою племянницу металлическими глазами. – Ты же понимаешь, что я могу прекратить платить за вас? – Понимаю, но ты не можешь нарушить слова, которое ты дала маме. Оксана развернулась на своих высоких шпильках и пошла к выходу. Маша отвернулась. – Все хорошо? – Таня села рядом с сестрой, и сжала ее руку. – Нога болит, а так все хорошо. Врач вышел из медкабинета. – Я позвонил Татьяне Михайловне, она поедет с тобой в больницу. Смещение серьезное. Про спорт надо будет забыть на год, может полтора. Маша кивнула. Таня заметила, что сестра сдерживала слезы. – Я все понимаю. – И больше не делай пятерные прыжки с каскадом. Это опасно для твоего возврата. Ещё тебе рано. Сестра удивилась. «Маша начала делать пятерные?!» Врач протянул направление. Пожелал удачи и ушел в свой кабинет. – Пятерные?! Ты сдурела? Маша... – Я знаю. Но не знала же. – Теперь знаешь. Фигуристка отвернулась. Ей было стыдно. Татьяна Михайловна приехала через 10 минут. Ей рассказала о случившемся тренер. Машу увезли. В больнице сказали, нужна операция. Девочка сидела в своей новой палате. Сиреневая полоска на середину стены давала хоть какую-то надежду на веселье в этом ужасном месте. Переодически были слышны крики боли. От таких звуков по коже прошлись мурашки страха. Кровать была у окна. Девочка смотрела в окно. Снежинки падая танцевали свой зимний вальс. Маша положила голову на руки, которые были на подоконнике. Слезы начали скатываться. Этот сезон и следующей будет без нее. Перелом голеностопа - ужасная вещь для спортсмена, особенно для фигуриста. Девочка не утерла слезы, они падали на кофту, на штанину. Постепенно рукав кофты стал мокрым. В палате была ещё одна койка, но она пустовала. Дверь заскрипила. Романова мокрым рукавом вытерла слезы. В палату зашёл врач и... – Сережа? – Мария Константиновна, завтра операция в 10:00 часов, будьте готовы. – Врач поправил свои очки в роговой оправе, – А ваш друг Сергей уговорил меня, чтобы он был с вами. – Я тут вещи принес, которые собрала Таня. Девочка улыбнулась. Ей было приятно, что она будет не одна и, что Сергей будет с ней какое-то время. – Через час вам принесут ужин. Доброй ночи. – Доброй. – Маша кивнула. Врач вышел из палаты, оставив друзей вдвоем. – Мы испугались, когда ты не пришла. – Я сама неожидала. Татьяна Анатольевна сказала, что мои коньки были сломаны. Болт лезвия был раскручен или подпилен. – Надеюсь все будет хорошо. – Угу, но тот, кто это сделал, будет исключен. Я два сезона пропущу. Может это даже хорошо. Учебой займусь. Ты садись, тут ни кого не будет. Парень поставил сумки, и сел напротив девочки. Маша заметила, что взгляд был его испуган, он часто сводил брови. – Серёженька, все хорошо? Тот очухался. – Да. Нет. То есть да. Или все таки нет. – Он снова приходил? Разумовский кивнул. Романова дотянулась до своей сумки, достала от туда небольшую мягкую игрушку и протянула Сергею. – Возьми. Эта игрушка, не знаю что-ли оберег, но когда я ее держу в руках то все получается. Все плохие моменты уходят. Может она тебе поможет справиться с твоим другом? Парень взял игрушку в руки. Она была в форме черного котенка с зелёными глазами. – Но она же твоя. – Возьми, тебе Кот пригодится, а я могу если что сделать себе того же. Разумовский убрал подарок в карман своего рюкзака. – Хочешь я тебе покажу свои фотографии? – А они с тобой? – Таня всегда кладет их, когда я куда-то уезжаю. Дай мне вон ту сумку. Сергей поставил сумку рядом, Маша порылась в ней и выудила от туда потрепаный альбом с фотографиями. Они упёрлись спинами в стену. Девочка положила голову на плечо парня. Тишину нарушало лишь шелест страниц и рассказы Машеньки. – Это мой первый опыт на коньках, я себе заработала пару синяков. Она указывала пальцем на каждую фотографию. – А тут мы сделали ремонт, и я баловалась с новой лейкой для душа, представляла, что я разговариваю по телефону. Сережа улыбнулся. Он заметил, что кроме старых фотографий есть новые. Там где они уже четвером. Маша и Таня нарядились гейшами для школьного спектакля. Сергей и Олег выступали на сцене в образе известных исполнителей песен и пели. – Когда ты успеваешь? – О, это секрет. Когда нибудь я расскажу, но не сейчас. В дверь постучались. В палату зашла медсестра с подносом. – Теплые ленивые вареники и горячие молоко с печеньем специально для вас. – Спасибо вам. – О, мне не трудно. Вы кушайте, кушайте. Все уже стынет, не вкусно будет. Сестричка вышла. Ребята поставили на подоконник тарелки, кружки и печенья. Сделали имправизированый стол. – Что будет дальше? Девочка положила в рот вареник, и пережёвывая его, сказала: – Будем жить дальше. Да осталось пару дней до Нового года, и вряд-ли меня отпустят, поэтому будет все хорошо. Отмечу тут, с сестрами и врачами, которые тут будут. А вы будете веселиться, и даже не смей отрицать. Серёже впервые за этот день улыбнулся. Они поели, Сергей отнес остатки. Вернулся в комнату, Маша уже ждала с альбомом в руках. – А помнишь, как ты был в образе Аллы Пугачевой? Она указала на фотографию, на которой был изображен Сергей в образе певицы, а Олег в образе гитариста, который ей писал песни и музыку. – Как это не забыть. Мне тогда было стыдно. – Эй, не говори так. Мне очень понравилось, я даже сфотографировала это. Они просидели до двух часов ночи на кровате с альбомом в руках. Палату освещал лишь светильник настенный. Снег все падал и падал. Ближе под утро, Маша уснула на плече Сергея. Видимо, боль в ноге начала проходить, вот и уснула. Разумовский убрал альбом на окно. Лег под самую стенку, а Машу положил под свой бок. Она, словно кошка свернулась колачиком под его боком. Так они и уснули. Утром девочку забрали на операцию.

***

Новый год.

Всех детей забрали домой. А Маша сидела снова у окна. Гипс на ноге. Отличное завершение года. Ей звонила Татьяна Михайловна, сказала что будет все хорошо. Врачи не отпустили девочку. Медсестра, которая приносила вареники, принесла еловую ветку в вазе с игрушками. – Так праздник будет ощущаться. А у тебя нет родных? Женщина села на кровать. – Тетя есть и моя близняшка. Все. – А тот паренёк? Рыженький такой, ещё застенчивый, но напористый. – Сережа. У него есть друг Олег. Мы в четвером дружим. – Вы умнички. Мне рассказывала Танечка. Маша поняла о ком идёт речь. О Татьяне Михайловне. Девочка смотрела в окно. Медсестра поняла, что девочка не хочет пока разговаривать. Женщина встала и тихо за собой дверь. Но она занесла девочке сладостей, еды и небольшой телевизор. Маша утерла слезы. Это первый новый год в одиночестве. Ей хотелось все бить, разбивать, кричать. Боль за эти годы накопилась. Романова контролировала ее катанием на коньках, но однажды это все прекратится. Ее главный минус это - гнев, который она сдерживает. Дверь тихо открылась. Кто-то коснулся ее плеча и обняла. – Мы тут. Маша сначала не поняла кто это были, но осознание тут же пришло. Это ее друзья. – Ребята... Она это прошептала в руку своей сестры. Олег и Сергей тоже обняли девочек. – Мы пришли праздновать с тобой Новый год. Нас отпустила Татьяна Михайловна, и сказала забрать тебя завтра. Сейчас ее процитирует Сережа. Таня встала на рядом с Волкова. Сергей же прочистили голос: – Чтобы Звёздочка завтра уже была, хоть на своих спинах принесите. Если вас не будут отпускать, идите на пролом. – И долго ты это учил? Маша с улыбкой спросила? – 10 минут. - ответил Сергей. Маша заметила, что на Разумовском дедо-морозовский колпак. А на Олеге косички Снегурочки. Девочка залилась смехом. – Вам идёт. Особенно Сергею. Он достал из рюкзака бороду из ваты. Тут уже засмеялись все. – В общем, мы будем все вместе. – Сережа надел бороду. Сочетание было странным, но все же это было необычно. Ребята праздновали. Кушали то что принесла медсестра, настроили спутниковый телевизор. Они просидели до трёх часов ночи. Маша обнимала свою сестру. «Мы больше не одни. Но все же эта пусто она есть...» Конечно подарков не было, они были и не нужны. Ребята веселились и без подарков. Подарок Маши был, это присутствие друзей.

***

Закрыв альбом, положив его на место, Маша отправилась составлять план работы Чумного доктора. Алтан скинул ей через «Vmeste» все данные докторов и охранников, план строения здания. Маша включила свой любимый светильник и начала писать на бумаге всю информацию об этих людях. Спасало то, что завтра у нее нет пар. Если бы и были то было тяжело. Небо начало светлеть. Солнце уже появлялось из горизонта. Маша закрывала ноутбук, выключила свет и легла спать. Животные легли на свои места.

***

Снова это ощущение холода на коже, звук скольжения конька. Резкие прыжки. Красивые движения рук. Снова эти сложные элементы. Это был кайф. Когда я выходила на лёд, чувствовала как адреналин появляется. Мне было три когда родители отправили меня на каток. И с того момента я всегда была на льду. Были времена когда я была не на льду. В душе у меня всегда зима. Мое любимое время когда. Когда выходишь на соревнованиях это уже другой андреналин. Ты понимаешь, что на тебя смотрят люди. Они оценивают твой наряд, образ в целом, старания. Ждут самые высокие результаты тренера. У кого-то это не получается, а кто-то родился победителем по жизни. Я была победителем по жизни. Может это кому-то нравилось, но не мне. Ощущения, когда на тебя смотрят будто хотят твоей смерти, это ужасно. Мне нравилось проигрывать. Проигрывать надо уметь. А это я умела, и никогда не расстраивалась. Когда мы с Таней познакомились с мальчиками, что-то произошло. Я общалась только с Таней и больше не с кем. Даже в академии у меня не было друзей. А тут двое парней. Сережа и Олежа. Одним вечером мне сестра призналась, что влюбилась в Олега. Я поддержала сестру, это мой сестринский долг. Но умолчала одну вещь. Мне в глубине души нравился Сергей, признавать этого не хотелось. Да и ему больно делать тоже не хочу. Когда Сергей начал достигать высот, также как и я, мы стали чужими. В одно время мы снимали одну квартиру. Но все это обратилось крахом. Я знала о его друге. Птица. Могу признаться, когда к Сергею являлся Он, я боялась. Сережа в том состоянии был не предсказуемый. Узнав, что он является Чумным доктором, я хотела помочь. Но состояние мое было плохим. Я потеряла себя. Начала бить себе татуировки, сделала пирсинг на носу. Я пыталась искать себя. Но было неизбежно. Из милой фигуристки, которой уже в свои 15 умела делать сложные каскады с пятерными прыжками, неформальной стала что-ли. Я не появлялась на публике, не искала популярность. Мне было достаточно того, что я заработала. Погрузилась в математику. Забыла про фигурное катание. Быть Чумным доктором спасение. Я освобождаю этот город от этих людей, которые не заслужили богатства и славу. Они купили это все. Знала, что плохо убивать, но эти люди заслужили жить? Заслужили жить, когда маленькие дети умирали под завалами торгового центра? Нет, они не достойны, не заслужили. Мои рассуждения ужасны, но от части правильные. Чумной доктор, это спасение этого грязного города.

***

Сергей снова сидел в своей комнате. Птица рассуждал о спасении, о плане побега. Парень закрыл уши. Он не хочет слышать этого. – Ты не понимаешь... – Я понимать этого не хочу! Разумовский лег лицом к стене. Но тут же он встал. Дверь открылась. В комнату зашели они. – Что? Нет - нет! Он упал на пол холодный, подскользнувшись. Тихо подошли его гости: – Пошли, этот город нуждается в тебе.