« Я рядом... »

Маша и Таня активно готовились к экзаменам. Маша каждый день по шесть часов в день ходила на каток и тренировалась. Да, после травмы было тяжело, иногда девушка хромала. Один сезон пропущен, куда ещё хуже? Романова тренировалась и тренировалась. Иногда в спортзале. Таня ходила на свои курсы. Они шили итоговые проекты: изучение новых стежков, как правильно придать фактуру ткани на рисунке. Сергей и Олег готовились к другим экзаменам. Они были уже в одиннадцатом классе, а девушки в девятом. Четверка готовилась к трудностям.

***

Разбег. Стопы оторвались от пола. Вращение корпусом. Итог — тройной прыжок. Приземление было неприятным, но по-другому нельзя. — Умница, Марья. Делай ещё лучше и скоро будем тренироваться на льду. Тренер похвалил Машу. Та улыбнулась. — А можно сегодня вы меня отпустите раньше? Мне надо домой. — Пока нет. Тренируй лутц. Романова разозлилась. Она сжала кулак и поджала губы. — Давай-давай, Марья! Я тебя не отпущу, пока ты не сделаешь идеальный элемент. Девушка прошла в начало зала. Лутц — один из тежелых прыжков. Он с заходом назад. И снова разбег, поворот назад, нога поднята — и вращение. Само этого не ожидая, Марья сделала тройной прыжок. — Молодец, а теперь опять. И так на протяжении двух часов. Прыжки, прыжки и ещё раз прыжки. *** Влетев комнату, Маша тут же начала извиняться перед сестрой. — Танечка, прости… — Мне все равно! Мария заметила, что сестра накрасилась. Защелкнув крашкой помаду, Таня убрала всю косметику в сумочку. — Ты же у нас такая великая фигуристка, вот и занимайся этим, мне посрать. Маша подняла бровь в неожиданности. — Что, прости? — часто заморгала переспросила Маша. Также она заметила дорожную сумку на кровати. — Иди нахер со своими друзьями, и этим спортом. Мне похуй. Тут последняя капля терпения исчезла. Маша схватила косметичку и вышла из комнаты. Таня побежала за сестрой, пытаясь вырвать эту косметичку. — Ты ахренела?! — Вот пусть все видят, какой ты стала! Они бежали друг за другом. На лестнице Маша села на перила и заскользила вниз. Таня же бежала по лестнице. Сергей и Олег стояли внизу как раз у этой лестници. Волков увидел Машу, которая ехала вниз на перилах. Таня спотыкалась на лестнице. Он поймал Татьяну, когда та упала. Мария встала на перилах, как на перекладине. — Отдай мою косметичку! — Таня пыталась вырваться из объятий Олега. Но тот крепко ее держал. — А что случилось? — спокойно спросил Сергей. — Эта ебнутая отняла мою косметичку! — Выражения подбирай! — Маша стояла словно кошка на краю крыши. Она ни разу не дернулась. — А ты… — Так, девчонки! Сначала Маша, потом ты, Таня. И пожалуйста не ругайся так, тебе не идёт. — Прихожу после тренировок, а тут Таня наштукатурилась. Выглядишь дёшево. Как из такой милой девочки превратилась в такую ляврю. — А ты не догадалась? Горькие слезы начали скатываться по щекам Тани. — Все только о тебе и говорят. «Маша взяла золото после такой травмы! Маша такая умница в математике! Маша такая молодец, так держится! Какая она умница, может она будущая олимпийская чемпионка?» А вот про меня все забыли, даже ты. Я пустое место! — Ты не дала мне сказать, что я хотела. Сразу же начала посылать. Таня вырвалась и убежала. Сергей помог спрыгнуть Марии с перил. — Пусть перебесится. Парни молчали. Маша зашла в их комнату и заперлась. Тани тут не было и вещей ее тоже. Комната резко стала пустой и холодной. Девочка села на пол. Кто-то коснулся ее плеча. — Ее забрали. — это был Олег. Стерев слезы кулаком, Маша сказала: — А я ведь хотела пригласить ее в кино и вас тоже. Видимо, я в ее планы не вхожу. Сережа сел рядом с подругой и обнял ее. Маша уткнулась в его грудь макушкой и снова заплакала. — Какая я дура… Мы ведь всегда были вместе, а она по головам идёт… Олег стоял и осматривал комнату. И правда, вещей Тани не было нигде. — Я попытаюсь что-то узнать… — Не надо, Олег, не нужно. Пусть будет счастливой. — сказала Маша хриплым голосом. Она встала с пола, схватила свою спортивную сумку и ушла. — Что будем делать? — Сергей так и сидел на полу. — Не знаю, Серый. Таня и правда некрасиво поступила. Маруся у нас очень вспыльчивая, пусть выпустит пыл. Легче станет. Пойдем, посмотрим куда она пошла. — Она взяла сумку спор-р-рти-в-вную, н-н-наверное пошла на каток. — Пойдем. Парни собрались и пошли в зимний дворец. Заходя на каток, на самые высокие трибуны, они услышали, что кто-то слишком быстро катается под музыку. Музыка была грустной, печальной. Волков и Разумовский сели на самые последние места. Маша словно пёрышко порхала над льдом. «Катание было лёгким» — так бы сказали комментаторы спортивных каналов. Ветер смахивал слезы снова и снова. Маше хотелось кричать. Ее предала сестра. Прыжок — аксель. Снова плавные движения рук. Идеальные вращения. Сделав «тюльпан», она прикрыла лицо руками, словно скрывалась от людей, которые не понимают ее и осуждают. Маша выставила руку в знак — хватит! И тут же упала на лёд. Музыка закончилась. Это выступление было о боли, о печали. Печаль разрывало ее душу, она была как паразит — съедала изнутри. Эта печаль поразила все. Девушка ее сдерживала как могла. Она билась об стенку, а ответа нет и не будет. Никогда. Ее могут понять только через это катание. Парни были единственными зрителями. Они встали и захлопали. — Молодец! Молодец! Наша Маша — молодец! Девушка подняла голову на голоса. Она удивилась. За ней наблюдали Сережа и Олег. Она им улыбнулась и крикнула: — Спасибо! Эта улыбка с ноткой грусти. Ребята спустились вниз к ограждению. — Я аж всплакнул. — сказал Олег. — Это новая программа, сама поставила. — Мы решили тебя не бросать. — тихо сказал Сережа. Она взяла их руки в свои и сжала их. — Спасибо, мальчики. Но правда не стоит, уже поздно. — Мы-то уже взрослые, нам скоро по восемнадцать исполнится, а ты ещё маленькая. — с ухмылкой сказал Олег. Маша скрестила руки. — Это я маленькая?! Ну-ну. Я запомнила это, Волков. Она развернулась и проехала на другую сторону катка. Открыла створку и зашла на трибуну. Надела защиту на лезвия конька, и прошла в раздевалки. Выйдя из дворца, они направились домой. — Ты хочешь найти сестру? — Всего лишь прошло пару часов, и если она решила меня в свои планы не посвящать, то и не нужно. Надеюсь, ее новая семья будет добра к ней. Я желаю только счастья. По пути ребята зашли в магазин. Купили себе немного еды и пошли домой.

***

Прошло около месяца после этих событий. В школе косыми взглядами смотрели в спину Марии и о чем-то постоянно шептались. За этот месяц изменилось все. Маша решила сделать пирсинг-колечко в нос и покрасилась в бордовый цвет. Сергей усердно трудился над своим проектом «Vmeste», а Олег наблюдал за этим всем. Конечно мальчишки были шокированы, когда Маша пришла с пирсингом в носу и с другим цветом волос. — Я так себя вижу. Девушка тяжело переносила ситуацию с сестрой. Она понимала, что ее предала близняшка. Они стали чужими. Идя по школьному двору, ребята обсуждали день самоуправления, который будет скоро. — Я буду вести информатику. — сказал Сергей, поправляя рыжую прядь волос. — А я, наверное, буду твоим помощником. Маша слушала их, но только суть. Тут она заметила шайку ребят, которые постоянно крутились вокруг Тани. Особенно один парень. Иван Рычков. Тот подмигнул Маше. Он стремительно подошёл к тройке. — Привет, Рыжий Клоун и его Верный Пёс. Не могли бы вы оставить нас на пару минут? Романова заметила, как Сергей меняется в лице. Он сжал кулаки. — Идите, я скоро приду. — Маша обратилась к Олегу. Тот увел друга подальше. — Что хотел? — Да вот прошел слушок, что твоя сестрица съебашила куда-то. — И? Девушка хладнокровно смотрела на Ивана. — Вот хотел тебе предложить одну штуку. Может встретимся сегодня у меня? А? Маша ничего не ответила. — Я подумал, — он наклонился к ее уху, — может ты также хорошо трахаешься как она. Сергей и Олег наблюдали за этим. Волков сдерживал друга как мог. Он понимал, что это не надолго. Он сжал плечо друга до боли, тот скривился. Маша с улыбкой посмотрела на Ивана. Гнев начал поступать к горлу, и медленно своими лапами сдавливал его. — Конечно. И удар в челюсть. Кровь из носа полилась ручьем. Челюсть была слегка сдвинута в сторону. — Ах ты сука! Ты мне нахер разбила нос! — И челюсть. Это за мою сестру! И за парней, который ты сейчас назвал клоуном и псом. Сережа подбежал к Маше. Он слегка испугался ее взгляда. «Такие глаза у Птицы.» Он взял ее за руку и повел прочь отсюда. — Тебе не больно? Тихий голос Сергея привел в чувства Машу. Боль в руке начала ощущаться. Гнев отступил прочь. — Немного. Крови не было, но на костяшках были уже синяки. — Я с тобой разберусь, шлюха сраная! Иван кричал, но тут же скривился от боли. Сергей злобно посмотрел на обидчика. Глаза на мгновение стали янтарно-желтыми. Иван это увидел, и сжался от страха. Ребята отвели подругу к врачу, пока не пришел Рычков и его друзья. Медсестра обработала ранки на костяшках. — Как так получилось? — Ну я постояла за своих друзей и за сестру. Не надо было оскорблять их и меня тоже. — Видимо ко мне скоро придет этот человек. Бегите на уроки. Всю неделю девушка проходила с повязкой на руке. Рычкова сдали в полицию. Кто бы мог это быть? Хм… Три недели незаметно прошли, как будто кто-то переключил день на день, как каналы по телевизору. Маша слушала Земфиру и группу «t.A.T.u» через наушники, и обдумавала свои идеи. «Если честно, то я согласна с Сергеем. Этот город погрузился в грязь. Сначала такие, как Рычков, насилует, а потом это станет нормой для общества. Никто не будет обращать внимания на людей, которым реально нужна помощь и внимание, будут только эти богачи.» Кто-то обнял ее со спины, прекратив ход мыслей. Почувствовав щекотку от волос на щеке, Маша поняла кто это. Сняв наушники, девушка спросила: — А что за порыв такой любви ко мне, Серёж? А? Тот сел на колени, чтобы видеть глаза Маши. — Не знаю, может я соскучился. Маша пристально изучила своего друга. Его хитрая и редкая улыбка что-то в себе скрывала. — Обычно у тебя такое настроение, когда ты что-то делаешь хорошее или замышляешь план какой-то. Признавайся. — Пойдем, я тебе кое-что покажу. Он взял левую ладонь Маши в свою и повел ее в их с Олегом комнату. Олега не было, он был на каком-то срочном мероприятии. Сергей тихо открыл дверь. Он медленными шагами подошёл к кровати, взял свёрток из своего свитера и понес Маше. Аккуратно раскрыл свёрток. Там лежал птенец белой вороны. — Я нашел ее на дороге, видимо упала из гнезда. Маш, это Марго. Марго издала что-то вроде писка птенца. Девушка пальчиком погладила головушку вороненка. — Она очень милая. Вороны очень умные птицы, их можно обучать разным трюкам. — Сережа говорил с нотой гордости что-ли. Он любовался своим новым питомцем. Когда пришел Олег, его удивление можно описать всего лишь парой слов. Примерно: «Ворона? Круто, теперь твоя подружка она.» Маша немного с ними ещё посидела, а потом ушла к себе. Иногда Романова следила за сестрой в соц.сетях, но пыталась этого не делать. Боль снова волной накрывала ее. Сережа и Олег выкармливали Марго. Олег ее научил передвигаться на плече. Сергей учил ее разным командам. Маша научила ворону летать. Это птица была для них неким ребенком.

***

Год спустя. Закрыв глаза, ты пытаешься поймать мелодию музыки. Аккуратное скольжение назад, и дальше все как по маслу. Снова элемент, прыжки, каскады. Новый костюм идеально подходит для новой программы под музыку «Сын Луны». Словно перешко ты порхаешь над льдом. Люди с замиранием сердца смотрят на тебя, когда ты делаешь чисто тройной аксель с каскадом и ещё одним прыжком. И вот финальные ноты, ты падаешь на лёд. Вот он, финал. Громкие аплодисменты зрителей. По ту сторону экрана за тебя тоже радуются, только вот на душе пусто. Пустота увеличивается с каждым разом после выступлений. Я совершила глупую ошибку — отпустила сестру. Как назло, незадолго до этого чемпионата России, поссорилась с мальчишками. Из-за глупости. Все-таки мой гнев однажды сыграет со мной злую шутку. Огласив баллы, услышав их, получила похвалу от тренера, ты ждёшь за кулисами мальчишек и сестру. Только вот в этот раз я снова одна… Сидишь на лавочке, слушаешь сплетни других фигуристок. Надоело мне это. Все эти девчачьи разговорчики… Я встала и прошла в раздевалку. Закрылась там, спустилась на пол. Хотелось плакать. Но сдерживала слезы, все же через пару минут придется выходить на лёд и получать медаль. Как мне это надоело… Хочется отдохнуть. В планах стоит завершение карьеры, но Олимпиаду хочется покорить. Дальше можно будет залечь на дно. Уйти в тень. Через пару минут я все же вышла из своего убежища. Остальные фигуристки на меня смотрели презренным взглядом. Казалось, дать им волю — и меня сожгут, и затопчут. — Ты же обещала, что не займешь первое место. Мы же подруги. — Ты такая наивная, Нина. Победу надо заслужить, а не ждать ее от безделья. Мне все равно на тебя, ты мне не подруга, и никогда ею не была. — мой стальной голос, словно плеть, ударил эту наивную дуру. Я пошла на лёд. Видимо именно в тот момент я надломилась и стала жестокой, циничной.

***

В аудитории было пусто. Мария сидела за своим столом и проверяла контрольные работы. Каждый ответ она тщательно проверяла. Она делала пометки в своем старом блокноте, вычисляла в нем же. Работа шла полным ходом. «Сегодня я должна поехать к Алтану, обсудить план спасения Сережи.» Скрип двери. — Пары уже закончились, а сдача контрольной тоже прошла. — ответила Маша, не отрывая взгляд от бумаг. — Я… — Если вы пришли по поводу успеваемости вашего ребенка, то приемные дни каждый четверг в обед. — Я хотел говорить с тобой, Маруся. Тут ручка остановилась. Марусей ее называл только один человек в ее жизни. Олег. Друг Серёжи. Маша подняла взгляд. Он изменился. Девушка медленно встала со стула, держась за стол. — Ты так смотришь, будто призрака увидела. — Олег всегда находил повод заставить Машу улыбнуться. — Я думала ты у…у…умер… Мне пришла повестка о твоей смерти после… — Я знаю. Но все же я воскрес. — Дурак ты, Волков. — Вот теперь я узнаю ту Марусю. Девушка подошла к мужчине и обняла его. — Я скучал… — Почему ты не писал. Мог хотя бы позвонить. — Маруся заглянула в глаза друга. — Так надо. Ты через сколько заканчиваешь? — Ну, пары уже закончились, только вечером программирование будет у первокурсников. — Тогда пойдем, тут не место разговорам. Девушка взяла свою сумку и они ушли из университета. Они шли по улицам Питера. Волков рассказывал свою историю выживания. — Подожди, получается, Дракон тебя вычислил? — Нет, я сам его нашел и он привел меня к Дагабаеву. — Хм, удивительно. — Я был ещё в Сирии, когда узнал что натворил Серый. — Я тоже узнала из новостей, была в другой стране. — Он опять наступает на те же грабли каждый раз. — Его можно понять. — Говоришь как Птица. — Есть теперь такое. ЧД всегда будет. — прошептала на ухо Маша Олегу. — Ты? Девушка медленно кивнула. — Неожиданно. — Ну ты многое пропустил за эти года. Мы все изменились. — Что будем делать? Надо как-то это решать. — Сегодня вечером у Алтана обсудим. Я как раз к нему. Они купили себе по стаканчику кофе. Друзья сели на лавочку. — Прости. — голос Маши изменился, будто она сдерживалась, чтобы не заплакать. — Марусь, это не твоя вина. Виноват он и только он. Девушка быстро смахнула со щеки слезу. — Вместо того, чтобы быть с ними, я уехала на эту олимпиаду… — Маша, — Олег поставил свой кофе на лавочку, взял руку девушки и сжал ее, — ты не виновата, слышишь? Хватит корить себя за это. Ты поехала, потому что спортсменка и это твоя обязанность. Их не вернуть, знаю. Но они рядом с нами. Романова кивнула. Смерть о сестре и о племяннице до конца ее сломала. Она сгорела, как феникс и не родилась снова из пепла. Она так и бродит в поисках жизни. Да, она встала на ноги после тех событий, но все же рана на душе есть и будет с ней. Олег обнял подругу детства. Они молчала разошлись по своим делам.

***

— Ты предлагаешь просто взломать систему безопасности этой дурки? — Шурик вальяжно сидел в кресле. Поднятая бровь и ухмылка украшали его лицо. — Ты можешь нормально слушать? А не в догадках блудить? — Маша по-тихоньку начала уже злиться. — Я считаю, это дело мужское, а не женское. — Дракон только масло в огонь подлил. Алтан спокойно стоял у своей оранжереи и поглаживал лепесток желтого цветка. — Вообще-то, Дракон, она Чумной доктор и тут главная. Пожалуйста, относись к ней с уважением. — вставил Олег свое слово. — Ха, я-то лучше справился. Только если бы мне хорошо заплатили. Деньги — залог всего. Маша ждала реакции Алтана, но тот даже головой не повернул. — Хватит дискуссий, нам надо работать, а не булки мять. Систему я взломаю. Олег устроится там санитаром, будет временно работать, сделаю ему поддельные документы. Шурик и Дракон будут сидеть тут. — Эй! — возмутился Мальвина. — Нет, Саша, вы только мешать будете. Мы с Олегом все сделаем и тихо уйдем. — Прекрасно. — холодный голос Алтана ветром пролетел по комнате. — Мария, Олег, делайте как нужно. Я займусь другим делом. Собрание окончено. Дракон, деньги возьми на старом месте. Дагбаев развернулся и ушел. Все сидели в молчании. Все разошлись. Маша вышла вместе с Олегом. — У тебя есть, где жить? — вопрос был не из лучших. — Да, не переживай. — мужчина похлопал по плечу Машу и оставил ее одну. Она стояла по среди тихой ночной улицы. Где-то были слышны звуки смеха, разговоров. Район был жилой, тут жили сливки общества. Девушка села в свою машину и поехала домой. Уже дома, благодаря базе данных от Алтана, девушка пробивала каждого санитара и охранника. Своим умением взламывать все системы она каждый скелет в шкафу отыскала. Кто-то на постоянной основе играл в карты и тратил все деньги. Кто-то любил гонки и ставил ставки. А кто-то был кристально чист, но того не могло быть.

***

Снова новая жертва. Снова крик, просящий пощады. Снова взгляд, полный неприязни. Смерть. Затем лишь треск дров в камине. Неприятный запах горящей плоти. Он развернулся и на ходу все поджог.