Точки соприкосновения

Soundtrack: WDL (feat.Fadu) — Losing Sleep The Japanese Popstars — Shells Of Silver Jetta — Take It Easy

***

В комнате, ещё несколько минут я стояла, прижавшись к гладкой холодной двери. Мысли, мысли, мысли… А ещё алкоголь, расслаблявший тело, но напрягавший мозг. Хотелось растечься лужицей прямо здесь, на пороге комнаты. Словно в подтверждение этому я зацепилась взглядом за пушистый белый ковер, лежащий в центре. Но нет, не сейчас. Нужно было принять душ, чтобы смыть все эмоции бесконечного дня и попытаться взбодриться. Спать ещё не хотелось, но расслабленность в конечностях меня раздражала. Скинув платье где-то по пути, я направилась в ванную комнату, щёлкнув выключателем у входа. Здесь стоял запах ароматизированных палочек и мыла, словно в дорогом отеле. Несмело зайдя под горячие струи воды, я с силой зажмурила глаза от удовольствия, ощущая, как тело приходит в норму и контроль над ним возвращается. Правда, легкое головокружение всё же меня не отпускало. Интересно, что сейчас делает Тимоти. Тимоти. Теперь я могла подумать о том, что произошло. Я до сих пор не могла поверить в это. Этот поцелуй… Меня охватила дрожь. Господи, он же ещё подросток. Я вспомнила давно знакомое лицо, всегда приподнятые уголки губ, выразительную челюсть, скулы, вырисовывающиеся при улыбке, высокий лоб, широкие, густые брови и серьёзные глаза, голос, слегка протягивающий слова, но глубокий, с выраженными нотками баса. Подросток ли? И всё же... Я помню его маленьким. Помню его рассказы о школе, вопросы о девочках, разбитые губы и коленки, первую драку, сломанный велосипед, носки с цветными полосками, веснушки, спутанные наушники, странную музыку. Я всё это видела, я помню. А теперь этот мальчик уже совсем не мальчик. Как я могу признать это? Закрутив полотенце вокруг головы, я вытянула из чемодана бельевой топ и пижамные штаны. Теперь стало жарко, даже слишком. Срочно захотелось выглянуть на улицу. Приоткрыв дверь балкона, я сделала шаг вперёд, удивляясь, как было темно в саду. Будто бы он находился не в центре города, а на окраине. Я прошла ещё дальше, теперь свесившись слегка вниз — посмотреть, так удачно позабыв о полотенце на голове, пока оно не начало скатываться вниз. — Ты очень странная, — прозвучал грудной голос где-то сбоку, заставив меня подпрыгнуть на месте. Конечно, кто бы мог подумать, что кто-то кроме меня в час ночи решит выйти на балкон. И что этот кто-то окажется именно им. — Кто бы говорил, — буркнула я в ответ, вглядываясь в темноту соседнего балкона. — Ты что здесь делаешь так поздно? — То же, что и ты, — многозначительно произнёс парень. — А ещё пью виски. С колой. Хочешь? В подтверждение этому последовал приятный лязг стакана и кусочков льда в нём. — Тебе уже можно? — спросила я с недоверием, смотря на Тимоти, находящегося в нескольких метрах от меня. На нем были какие-то свободные штаны, сидящие на бедрах, и тонкий халат, накинутый поверх голого тела. — Выглядишь, к слову, не менее странно, чем я. — Расскажешь родителям? Пока мы обменивались любезностями, Тимоти на секунду зашёл обратно, и вернулся с еще одним стеклянным стаканом, протягивая его мне через соседний балкон. Видимо, мой ответ уже снова был не нужен. — Ширли, — при упоминании моего имени протянутым голосом Шаламе младшего, я вздрогнула. Несколько секунд молчания показались мне вечными. — Тебе нравится там? — он кивнул подбородком в темноту перед собой, обдумывая что-то. — Успела объездить полмира? — Ещё нет, но видела много. И пробовала... Тихий, неоднозначный смешок Тимоти вызвал улыбку на лице, и я немного расслабилась, продолжая: — Есть места, в которые никогда не хочется возвращаться, однако, даже в них есть что-то… прекрасное, — я сделала глоток виски, поморщившись от крепости напитка, ударившей в нос. — Например? — Люди, — я переместила холодный бокал из одной руки в другую, — природа, закаты, воздух… Везде разные. — И какие тебе оказались ближе? — Тимоти заинтересованно слушал, присев прямо на перекладину балкона, которая разделяла наши комнаты, и прислонился затылком к стене. — Ещё не решила, — опустив голову вниз, физически ощущая его прямой взгляд на себе, я стянула полотенце, промакивая им влажные волосы и убирая их назад, от лица. — А что у тебя здесь, — обратив внимание на его телефон, время от времени издающий оповещения, я вспомнила об упоминании его отца за столом. — Всё же, появилась девушка? Тимоти как-то смущенно поджал губы, закатив глаза, и закинул телефон куда-то в пространство комнаты. — Что, я снова это спросила? — засмеялась я, увидев реакцию Тимоти. — Нет. Точнее да, но…просто чувствую себя глупо. Один раз остался ночевать у друзей после вечеринки, и тут началось — вопросы со всех сторон, намёки… — У друзей? — Ладно, у подруги, — как-то нехотя ответил парень, поправляя спадающие на лоб пряди. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы не понять твоих уловок, Тимоти. — Давай рассказывай, — проговорила нетерпеливо я, делая крупный глоток. Так внезапно начался наш ночной разговор под виски со льдом и колой. Тимоти, поначалу говорящий короткими фразами и выжимками, через четверть часа разговорился, в красках описывая свою ночевку «у друзей» и девушку Дженни, которая была в него влюблена так, что на вечеринке закрылась с ним в своей комнате и скинула ключ вниз, чтобы он не ушел. — В итоге, утром пришлось лезть через окно второго этажа и крышу, и потом час искать ключи на лужайке, чтобы высвободить её из собственной комнаты. — Утром, значит. Всё с вами ясно, — хихикнула я, допивая, кажется, второй стакан, и чувствуя небывалую смелость. — Второй этаж не самое страшное, ты мягко отделался. — Говорит та, которая боится высоты, да-да… — Я не боюсь высоты. Я говорила это для того, чтобы убедить тебя не лезть куда ни попадя! — Не верю ни единому твоему слову, — протянул Тимоти высоким, смеющимся голосом, который меня всегда бесил. — Ладно… — произонося это, в своей голове я уже решилась на авантюру, о которой возможно буду жалеть завтра, но не сейчас. — Подержи, — я вручила пустой стакан парню, уже забираясь голыми ногами на балконную перекладину, пока он заинтересованно смотрел на меня снизу вверх, улыбаясь уголками губ. — Не забывай, что отсюда до земли расстояние трех этажей. — Молчи и смотри, — перебиваю его я, уверенно, даже нагло, и прижимаюсь рукой к стене, закидывая вторую ногу на перекладину и уже отрываясь от пола. Остаётся перешагнуть небольшой промежуток между нашими балконами. Несколько секунд, и я оказываюсь на балконе парня, который демонстративно, медленно хлопает мне, делая последний глоток из своего стакана. — Ты всё такая же ненормальная, — прыскает Тимоти. — И, кажется, совсем пьяная. — А-а, это твоя комната? — Да, а ты думала, я специально поселился в соседнюю комнату, чтобы надоедать тебе? Парень стоял в дверях, опираясь руками на стены с двух сторон и ребячески покачиваясь туда-сюда, пока я исследовала такое знакомое, и вместе с тем забытое место. Здесь было всё так же уютно, по-мальчишески. Темные обои, приглушенный свет от лампы, большая кровать с клетчатым пледом. Широкий стол вдоль стены, ночник, огромный стеллаж с книгами, которые так любил этот кудрявый, стены, когда-то увешанные всем подряд — теперь с тщательно избранными постерами и… Наше фото, где-то за месяц до моего отъезда. Я останавливаюсь около него, окутываемая теплом и приступом ностальгии, смотря на переливающуюся под светом рамку. — Ты знаешь, что я тогда был влюблён в тебя? — услышала я спокойный голос за спиной. Слишком спокойный для таких признаний. — Правда, мне всегда казалось… Точнее, я считал, что это неправильно. Хотя статьи в интернете говорили, что в связи с гормонами такое часто происходит у подростков. — Я никогда не замечала. — Я умею прятать эмоции. В отличие от тебя, Ширли, — как-то напряжённо произнёс эту фразу Тимоти, и я обернулась. — Что ты делаешь в моей комнате? — Ч…Что? — Что ты делаешь в моей комнате? — повторил он. — К чему эти вопросы про девушку? Что ты чувствуешь ко мне на самом деле, я же вижу твой взгляд, — он подходит ко мне почти вплотную, так быстро, а пальцы касаются подбородка, приподнимая мою голову. Я чувствую тот самый запах сигарет, ментола, виски и вишневой жвачки, смотря на него в упор, буквально потеряв дар речи. — Я нравлюсь тебе, Ширли? Как парень. Он был настолько близко, что наши лица почти соприкасались кончиками носа. Вопрос Тимоти обезоружил меня. На языке вертелось, что я всего лишь хотела поговорить с ним, что никогда не думала о нём в этом ключе, ведь Тимоти всегда был моим экс-племянником, младшим братом, кем угодно, но только не… — Снова боишься себе в чем-то признаться, — его полуоткрытые губы совсем рядом с моими. Его волосы касаются моего лица, а я медленно, отрицательно качаю головой из стороны в сторону, не веря собственному слуху. — Ты совсем не меняешься. — Тимоти, ты пьян, — шепотом произношу я, почему-то не в силах говорить громко. Сердце безумно стучало и шумно пульсировало в висках. — Это ничего не меняет. Я думал о том же несколько часов назад. Дай мне это сделать, и мы больше не будем затрагивать эту тему, — на одном дыхании произносит он, быстро сокращая оставшееся расстояние и требовательно накрывая мои губы своими. Сердце пропускает удар, кружится голова. Кажется, я теряю равновесие, но чувствую тёплые ладони на моих лопатках. Влажный язык начинает двигаться вместе с губами и проникает в рот, заставляя сдавленно выдохнуть от волнения. Тимоти широко улыбается, не разрывая поцелуя. Он был прав. Я поддаюсь ему, позволяю его эксперимент, потому что… сама хочу этого? Я вытягиваю руки, напряженно упираясь ладонями в его живот. Тимоти перехватывает их в свои и ведёт наверх, закидывая за свою шею и толкая меня бёдрами вперед, вжимая в стену рядом с дверью. С моих волос капает вода, сбегая тонкой дорожкой по ключицам. Открываю глаза, тяжело дыша и перебарывая какое-то противоположное кричащим мыслям желание не останавливаться. Я должна обдумать это на трезвую голову. Не так быстро. Не сейчас. — Остановись, — голос совсем сел. Я нервничаю. — Мне нужно идти. — Останься, — отвечает брюнет, игнорируя неубедительные просьбы. Большой палец проходит вдоль шеи, а теплые губы обхватывают мочку уха. — Я не могу, — чувствую ком, подкативший к горлу, и дрожь. Голос становится жёстким, почти сухим, чтобы сдержать всё поднимающееся внутри. — Пожалуйста… Неужели мои чувства к нему — это не ностальгия, не любовь к другу, а что-то новое, что-то большее, что я не могла себе разрешить? Как никогда раньше ощущая весь спектр странных эмоций и видя теперь картину слишком ясно и отчётливо, я задыхаюсь от того, что разрастается внутри. Я борюсь со слезами, но все попытки тщетны. Это слишком для меня. — Я… — лицо Тимоти резко меняется, настороженно изучая, и он притягивает меня к себе как-то очень осторожно и нежно. Обнимая так, словно пытаясь защитить от всего мира. Так когда-то обнимала его я, а теперь эти объятия жизненно необходимы мне самой. Не размыкая рук, он медленно двинулся назад, подталкивая меня всем телом по направлению к кровати. — Пожалуйста, не уходи. Просто останься, ничего больше. Я разрываюсь от мыслей — как я должна поступить, что должна сделать, как правильно. Щёки, кожа всё ещё стыдливо горят от прикосновений Тимоти и его поцелуя. Но уйти, не значит ли снова сбежать от него? От себя? Поддавшись на собственные уговоры, я отрывисто кивнула и посмотрела на парня, лицо которого выражало обеспокоенность и задумчивость. Неуверенность в том, что я действительно согласилась остаться с ним. Он быстро развернулся, стянул с комода белую футболку и протянул её мне. Без слов надевая на себя предложенный элемент одежды, окутываемая его запахом, я просто опустилась на кровать, щекой ощущая мягкость пледа и будто проваливаясь Чувство усталости звучало сейчас в каждой клеточке тела. Удивительно, но всё тут, в этой комнате, казалось мне волшебным. За окном свежесть ночного города, у двери на балкон два пустых стакана, свет мягким теплом на окружающих предметах. Я снова здесь… Матрас на кровати прогнулся под весом, и Тимоти лёг рядом. Он осторожно приобнимает одной рукой, касаясь моих запястий, и утыкается лбом в затылок. По телу бегут мурашки от его присутствия и внезапной искренности. — Я скучала. Прозвучавший голос такой тихий, что я не знаю, слышит ли меня Тимоти, или я признаюсь в этом сама себе. Но он отвечает, выбивая из груди последний сдавленный выдох в подушку: — Я тоже. Через некоторое время я улавливаю тихое, размеренное дыхание и, развернувшись лицом к Тимоти, убеждаюсь, что он спит. Осторожно высвободившись из его рук, я медленно встаю с кровати и направляюсь к двери. Напоследок ещё раз взглянув на мирно спящего парня, образ которого я хотела бы запомнить на всю жизнь, выхожу из комнаты, закрывая за собой дверь с тихим щелчком.