Такси.

      Привычка вставать в 5 утра может сыграть с вами злую шутку, если накануне вы решили напиться. Ну, как напиться? Выпить. Можно даже сказать, пригубить. Просто кому-то ведра мало, а кого-то и глоток вина отправляет в нокаут. Лань Чжань был из второй категории, а потому совсем не пил. Почти.       Особо отягощающим был тот факт, что он после выпитого ничего не помнил. Вот, например, вчера, он точно знал, что когда позвонил дядя - ещё работал в мастерской. Иногда Ванцзи казалось, что тот звонит только для того, чтобы отчитать его за что нибудь. Вчера он требовал присутствие Лань Чжаня на семейном ужине, хотя прекрасно знал - в этот день племянник ни за что не придёт. Но правила семьи гласили: каждый пятый день недели все собираются на ужин в доме дяди. Кто ж виноват, что в этом году день рождения его покойной матери, так некстати, выпадет на пятницу? Какое бесстыдство с его стороны, не правда ли?       Лань Чжань вспылил и молча положил трубку, а после и вовсе отключил телефон. А что было потом, он уже не знал, потому что на глаза ему попалась бутылка дорогого, коллекционного вина. Это вино презентовал ему взволнованный и радостный клиент, когда забирал свой заказ. И попробовать его показалось хорошей идеей.       Но это было вчера, а сегодня Лань Чжань проснулся в 5 утра, хорошо хоть у себя дома. Правда, почему-то одетым и в гостинной на диване. Болела голова, хотелось спать и посталкогольная амнезия не добавляла настроения, но Ванцзи точно знал, что уснуть не сможет, а праздно лежать, глядя в потолок, было не в его  правилах.       Перед  диваном, на низком искусно украшенном резьбой столе, стоял торт. Торт. Он купил его, хотя сладкого почти не ел.        «Вчера был семейный ужин, вероятно, после собирался зайти брат? День рождения матери, брат, торт. Мгм, кажется вполне логичным, Сичэнь любит сладкое”. Выстраивая в голове логическую цепочку возможно произошедших накануне событий,  Ванцзи поднялся с дивана и стал проверять карманы на наличие телефона. Он обошёл всю квартиру, заглянул в каждый закуток, но того нигде не было. Лань Чжань решил позже встретиться с братом. Возможно, он что-то знает. Хотя судя по тому, что торт был цел, они, видимо, так и не встретились. Но всё это потом, а сейчас - наконец-то снять с себя одежду и в душ.       Холодные потоки воды смывали сонливость и головную боль. Продрогнув окончательно, Лань включил тёплую воду и стал медленно себя намыливать. Мысли текли лениво и постоянно возвращались к прошедшему вечеру и ночи. Где он был? Что делал? Где, в конце концов, умудрился потерять телефон? Что, если оставил его у кого-то? У кого? Он закрыл глаза и вновь постарался вспомнить. Вот он разговаривает с дядей, вот достаёт бутылку вина, оно красное и оставляет терпко-сладкое послевкусие. Дальше... дальше… в памяти неожиданно всплывает лицо парня. Большие, испуганные глаза. Чьи это глаза? Мост. Он был на мосту? Вероятно да, в конце концов, он каждый год приезжает туда. Его мама любила это место, они часто там бывали. Опять эти глаза, парень кричит. "Почему он напуган? Я что-то сделал?"       Звонок в дверь настойчиво пробивался сквозь шум воды и поток мыслей. Он то затихал, то повторялся вновь. Кто бы не был за дверью, уходить он явно не собирался. В такую рань это могли быть только два человека. Его брат или дядя. Ванцзи очень надеялся на первое. Видеть сейчас дядю ему хотелось меньше всего. С тех пор как он отказался работать в семейном бизнесе и решил открыть своё дело, дядя не устаёт напоминать, что его племянник занимается ерундой и растрачивает свой талант на приземлённые вещи. Ему пророчили стать непревзойдённым мастером, создающим традиционные музыкальные инструменты, а он стал «обычным плотником, штампующим стулья!».  В отличии от дяди, Чжань не считал свою работу позорной, а стулья обычными. Стулья эти, выходившие из-под его рук, были прекрасны, уникальны, а некоторые - баснословно дороги. Штамповкой они уж точно не были, а за возможностью их купить выстраивалась очередь.       Лань Чжань наскоро вытерся и, накинув халат, поспешил открыть дверь. На пороге стоял взволнованный брат.       - Ванцзи, ты в порядке? Ты со вчерашнего вечера не берёшь трубку, – пройдя в квартиру, Лань Хуань пытался незаметно оглядеться, словно выискивая следы, объясняющие поведение брата.       - Всё нормально. Просто… я, кажется, потерял телефон, – раздался неуверенный голос из спальни.       Чжань вышел в гостиную, на ходу надевая домашнюю футболку.       - Кажется? - удивился брат, а потом, вздохнув, спросил, - Ванцзи… ты пил?       - Мгм.       - Это из-за дяди? Не злись на него, он вчера очень расстроился, что ты не пришёл.       - Вчера был день рождения мамы.       Лань Сичэнь решил не продолжать этот разговор, это была больная тема для обоих, но для младшего брата в особенности. В отличие от старшего,  Лань Чжань был ещё совсем ребёнком, когда мать умерла. Он тяжело пережил её смерть и до сих пор не мог отпустить.       - Ты совсем ничего не помнишь? – сменил тему Сичэнь.       - Смутно. Я был в мастерской, выпил, съездил на мост. Кажется, я был не один.       - Не один?       - Мгм. Я купил торт.       - Да, я вижу, – сказал с улыбкой старший. – Я звонил тебе вчера, около десяти. Не мог уснуть, переживал из-за вашей ссоры с дядей. Но ты не брал трубку. Я решил, что ты уже спишь и не стал тебя беспокоить. Но когда ты и утром не ответил - начал волноваться.       - Брат, дашь мне свой телефон? Мне нужно позвонить.       - Конечно, куда?       - В такси.       - В такси?       - Мгм, от мастерской до моста ехать через весь город. Вероятно, я заказывал машину. Возможно, я оставил телефон в ней.       - Да, вполне может быть, – сказал Сичэнь, протягивая телефон брату.       Ванцзи любил стабильность, а потому всегда пользовался одними и теми же службами, будь то доставка еды или такси. Так что куда звонить, он знал наверняка.       - Служба такси, здравствуйте, - ответил сонный голос в трубке. – Откуда вас забрать?       - Доброе утро. Вчера я заказывал у вас машину, не могли бы вы дать мне телефон водителя? Возможно, я кое-что оставил у него.       - Ооо! – Хуайсан сразу узнал этот голос, сон как рукой сняло. – Простите, но нам запрещено давать личный телефон водителя, вдруг вы начнёте его постоянно беспокоить?       - Вздор! – возмутился Лань Чжань, с чего бы ему кому-то названивать.       - Ну, ну, не стоит так злиться! Этот водитель уже уехал домой, не дотерпел до конца смены. Знаете, у него была очень стрессовая ночь. Его сегодня так напугали, бедняжку, а потом ещё и приставали! Представляете?!       Лань Чжань не представлял, но сердце пропустило пару ударов. Вспомнились испуганные глаза и крик какого-то парня. Водитель? Это был водитель? Ванцзи приставал к нему?! "Блядь!" - он ни черта не помнит!       - Я мог оставить в его машине телефон, вы можете позвонить и узнать у него? – взял себя в руки Лань.       - Нет, нет, он наверняка спит, его не разбудить! – Хуайсан уже предвкушал, какое будет лицо у Вэй Ина, когда он вновь встретится со своим «маньяком». Боже, хотел бы он это увидеть своими глазами! – Давайте я отправлю его к вам вечером, когда он выйдет на смену, и вы лично поищите ваш телефон? Он подъедет к восьми.       - Хорошо, – сказал Лань Чжань и продиктовал адрес кафе возле дома.       - Ну что? - спросил Сичэнь, когда брат вернул ему телефон.       - Водитель уже ушёл, я встречусь с ним вечером.       - Что ж, я сообщу дяде, что ты пока без связи.       - Зачем? –нахмурился Ванцзи.       - А-Чжань,  дядя будет волноваться, если начнёт звонить, а ты не возьмёшь трубку. Он подумает, что ты не хочешь с ним говорить.       Лань Чжань терпеть не мог, когда брат начинал говорить с ним как с маленьким, а ещё он действительно не хотел говорить с дядей. Но решил оставить своё недовольство при себе.       - Может всё-таки съедим торт, раз уж ты его купил? – улыбаясь просил Сичэнь, заглядывая брату в лицо. – Я заварю чай.       - Мгм.